Цель: выжить. Способ: соблазнить дракона???

Следующие несколько дней превратились в ад из кружев, шелка и уколов булавок. Из лучшего бутика столицы прибыла мадам Ренуар — законодательница мод с командой помощниц, напоминавших отряд юных, но очень решительных солдат. Они завалили будуар Рады рулонами тканей, журналами с рисунками платьев и готовыми нарядами "на первое время" для примерки. Платья были произведениями искусства и орудиями пытки одновременно. Одно, цвета ночной сини, было так усыпано жемчугом, что едва можно было пошевелиться. Другое, алое, с невероятно узкой талией и широким ободом по подолу, грозило опрокинуть ее при первом же неосторожном шаге. Третье, из серебряной парчи, весило столько, что его едва могла унести служанка. Еще наряды делились на платья для вечернего приёма, для бала, для утреннего приёма, для прогулки и приёма… На моменте с перечислениями всех отличительных черт нарядов леди Рада почувствовала себя как на паре по этике. Скучно, бессмысленно и устарело триста лет назад. Супер важно, чтобы темные узоры не были на лифе утром, ну. Кто-то же умрёт, если надеть такое. Элира с другой стороны слушала внимательно, даже жадно. — А можно… чтобы вот здесь, на груди и спине, был не вырез, а плотное кружево? — попросила Рада, указывая на верх одного из нарядов. — Да и в целом на любом вечернем платье. Мне бы не хотелось оголять ни кусочка тела для вечерних мероприятий. — Ах, конечно, ваша светлость! — всплеснула руками мадам Ренуар. — Какая деликатность! Это сейчас в большой моде — загадочность! Жюли, принесите образцы льдистых кружев! Мы создадим нечто возвышенное! Рада некоторое время наблюдала за суетой, а потом, снова заметив взгляд Элиры, вспомнила, что она хотела заработать ещё немного очков в глазах своего ближнего круга. — Мадам Ренуар. Также позаботьтесь о платьях для моей компаньонки. Леди Элира будет сопровождать меня. Мадам Ренуар вид имела несколько оскорблённый, но согласилась с улыбкой и охотно. «Интересно, сколько же им платит эрцгерцог?» — подумала Рада и, пока мастера колдовали над ее нарядами, выскользнула в сад. Она вдохнула ещё по-весеннему холодный воздух. Недавно прошёл дождь, и пахло влажной землёй. — Если закрыть глаза, можно представить, что я дома… — прошептала Рада и направилась к покоям сэра Гавэйна. *** Сэр Гавэйн нашёлся неподалеку от тренировочной площадки. Он сидел на скамье, перебирая повязку на ране. Он выглядел печальным и светлым, как рыцарь с картинки в балладе о прекрасной даме. Светлые кудряшки падали на лицо, скрывая глаза. Он был полураздет по местным меркам – в простой свободной белой рубахе с обережной, впрочем, вышивкой по подолу, в темные узкие брюки и мягкие сапоги. В общем-то очень домашний и простой вид. Никакой торжественности эскорта. Рада пошла ему навстречу, непроизвольно предавая своему выражению лица то самое настроение прекрасной дамы. Услышав её шаги, сэр Гавэйн поднял голову. Его лицо озарилось при виде нее. — Ваша светлость! — он тут же начал вставать. — Я готов встать в строй, мне уже… — Сидите, сэр Гавэйн, — мягко приказала Рада. — Позвольте мне взглянуть. Она присела рядом и протянула ладонь в сторону раны рыцаря. Рада не настаивала, не пыталась принудить рыцаря принять её помощь. Она мягко предлагала. С её стороны это был продуманный жест, как приручение большого и опасного пса — нельзя силой оказать ему благо, пусть сам решит. Сам доверится. Сэр Гавэйн подался к ней навстречу, и движением, и положением тела выражая покорность и благодарность. Рада прикрыла глаза, сосредотачивая в душе своё желание исцелить. Она представила, как растекается её воля по ранам сэра Гавэйна, как Луна серебрит её руки холодным светом. Под ее пальцами кожа руки сэра Гавэйна засветилась мягким серебристым светом, и этот свет потёк ручейком в сторону забинтованной раны. Сэр Гавэйн поражённо вздохнул. Рада подняла веки и прямо, в упор взглянула на него. — Я раньше… обычно благословения не такие… Я как будто окунулся в бассейн с лунным светом, — растерянно сказал сэр Гавэйн. Рада мягко улыбнулась. В глазах сэра Гавэйна вспыхнуло безграничное обожание. Он покраснел в волнении, и Рада подумала, что он в общем-то очень молод: был он, наверное, лет двадцати от роду. — Я ваш верный щит, госпожа. До последнего вздоха. Вы можете не сомневаться во мне, я всегда приду на помощь. С другой стороны двора показались люди. Сэр Гавэйн тут же отодвинулся на почтительное расстояние и спрятал глаза. Рада с циничным пониманием еще лучезарнее улыбнулась. Ей нужны были любые союзники. Она перевела взгляд на пришедших. Это оказался Вейнар с разодетым в официальные одежды рыцарем. По сравнением с сэром Гавэйном, одетым небрежно, этот рыцарь смотрелся франтом. Форменный камзол, явно новый, красивый пояс с блестящей бляхой, красиво выделанные ножны меча… Лицо его было хищным, острым, но красивым. Если рядом с Радой сидел ангел, немного помятый в боях, то за Вейнаром шёл шикарный зверь. Вейнар, заметив Раду, сменил направление, что-то бросив рыцарю. Краем глаза Рада заметила, что сэр Гавэйн встал и занял место за её спиной. — Моя леди, — поклонился Вейнар, подойдя совсем близко. Рада кивнула, но руки не подала. Она только вчера от Элиры узнала, что может не подавать руку. Там, дома, ей казалось это жутко романтичным, когда целуют руку. Теперь же она думала, что это мерзко. Одно дело, когда это делает горячий мужчина, на которого у тебя виды, другое — когда руку тебе целует человекообразный хорёк, которого ты терпеть не можешь. — Позвольте представить сэра Овейна, — повёл рукой Вейнар, и рыцарь выступил вперёд. — Он будет следовать за вами. Рада поднялась со скамьи. Сэр Овейн гибко, как змея, опустился на колено. — Леди Альтерис. Клянусь своей жизнью и честью служить вам верой и правдой. Мой меч — ваш, моя воля — ваша. Отныне и до конца моих дней. Рада коснулась его меча, еле сдерживая улыбку. Очень некстати в её голове возникла песня: «Это мужицкий дождь, дождь из мужиков», и картинка, как оба сэра рыцаря танцуют под неё что-то горячее без рубашек. Именно в этот момент из дверей вышел Рейнар. Рада подняла взгляд от рыцаря, но придуманные еще в прошлый раз слова всё равно слетели с её губ. — Я принимаю вашу клятву, сэр Овейн. Рейнар усмехнулся. — Я вижу, моя супруга уже обзавелась кругом рыцарей, — раздался на весь двор его голос. — Надеюсь, моя супруга наслаждается? Сэр Овейн поднялся на ноги и, почтительно поклонившись Рейнару, отошёл. — Неужели мой супруг ревнует к собственным рыцарям? — недоуменно подняла бровь Рада, оборачиваясь. Одет Рейнар был свободно, светлые кудри мягкими волнами обрамляли лицо... Внутренне Рада застонала. Ну красив же как бог. — Ну что вы, — Рейнар подхватил руку Рады и поцеловал, а потом наклонился так близко, что его шёпот был слышен только ей, — подберите слюни, моя леди. Самый завидный мужчина достался вам в мужья. Вряд ли рыцари, даже будь их два или три смогут вам меня заменить. — Может быть, мой муж соблаговолит убедить меня в собственной силе… Я бы не отказалась посмотреть на ваши спарринги. Рада перевела взгляд на рыцарей, и, по их взглядам поняла: они думали, что они с мужем флиртуют. — Для безопасности ваших рыцарей, отбросьте эти мысли, — ответил Рейнар. — Впрочем, у меня дела. Вы позволите вас покинуть? По хитрому взгляду, который он на неё кинул, Рада поняла, ответь она сейчас «нет», Рейнар найдёт, как облить её грязью. — Ступайте, муж мой, ваши дела важны. — Она скрестила пальцы, чтобы Рейнар забрал и Вейнара, а потом вспомнила. — Чуть позже мне придётся ненадолго вернуться в храм. Меня ждут требы. Рейнар обернулся, склонил в согласии голову. — Возьмите с собой рыцарей, моя леди, — напомнил он и ушёл. Вейнар глянул на его спину, поклонился Раде и исчез следом. Рада оглядела сэра Гавэйна, сэр Овейна. — Подготовьтесь к трём часам пополудни, прошу вас, — сказала она и ушла. Ну их в баню, таких красивых всех.