Учитель без прошлого (Учитель. Часть 4)

***

После полудня почти весь прайд собрался на Скале. Подошел и отряд Корбаны, но их помощь уже не понадобилась. Лизу перенесли в дальнюю пещеру. Над Скалой повисла тяжелая тишина. Ее нарушали лишь приглушенные рыдания её дочерей. Шторм лежал без сознания. Его голову держал Симба в своих лапах. Триша не отходила от Шторма ни на шаг. Рядом были Рафики и Мхазиги. Киара, Витани, Сараби, Сарафина и Нала увели малышей в дальние пещеры. Остальные молча стояли снаружи. Под охраной Кову, Айзека и Дария одиноко лежал Джитузури. Его отвели к отдельной нише у подъема на Скалу, чтобы не было видно издалека, и оградили от всех любопытных. Белая шерсть стала бурой от крови. Раны продолжали кровоточить, но он почти не обращал на них внимания. Рамзес поднялся и подошел к Симбе с Штормом: - Как вы? - Мне намного лучше, - ответил Симба. – Но Шторм…. - Ты убил троих аутсайдеров…. - Только двоих, Учитель. Одного успел Шторм. Пока его этот не начал ломать… Я краем уха слышал, как он пытался заставить Шторма в чем-то признаться. А потом даже спасти. И, Рамзес…. Шторм простил его… И просил назвать тебе какое-то имя. - Какое?! - Не знаю. Но, видимо, вам оно хорошо известно. Рамзес быстро вышел и спустился к пленнику: — Зачем ты пришел сюда? — Чтобы вызвать Шторма на поединок. — Почему? — Я считал его виновным в смерти моей матери. —И кто она? Джитузури тяжело вздохнул. — Моя мать была белой львицей с черными полосами. Нас нигде не принимали. Она говорила, что мой отец бросил нас сразу после моего рождения. Потом мама погибла... Я вырос среди гладиаторов... - Гладиаторов?! – Рамзес подошел ближе. Догадка осенила его: – Ты… Белый… Гигант? Тот кивнул и ненадолго замолчал. Айзек удивленно вскочил: - Не может быть…. Ты же никогда…. Не пытался убить….  За что?! - Кову, Айзек, - Рамзес посмотрел на них: - нужно проверить безопасность малышей и учеников. Быстро осмотрите и возвращайтесь. Мы сейчас очень уязвимы. - А он?! – Кову кивнул на Джитузури. - Мы справимся, племяша, - ответил Дарий. – Все ж таки не последние поцы. Когда братья ушли, Рамзес продолжал: — Значит, это ты ходишь по Долине и бросаешь вызовы? Побеждаешь, но не убиваешь…. Ты так искал Шторма?! — Я был уверен, что он – мой отец, - выдавил Джитузури. – Изгнавший нас в пустыню. — Почему? — Потому что мама дружила когда-то с ним. Я был с ней в вашей школе. А еще... мы похожи. — Как зовут твою мать? — Калаша. Рамзес закрыл глаза. Он вспомнил странную львицу с львенком, что показывал ему когда-то Шторм. Теперь он снова внимательно посмотрел на него. — Откуда она родом? Из каких мест? — Из земли Харабу. Сердце Рамзеса похолодело. Дарий увидел, как он изменился в лице. — Ты не знаешь, кто твой папа. Но, может, ты знаешь, кто твои предки? Бабушки, дедушки…. — Моей бабушку звали Тиара. А дедушку – Цезарь… —ЧТО?! Наступила тишина. Рамзес медленно закрыл глаза и почти прошептал: — Повтори. — Тиара. И Цезарь. Рамзес несколько мгновений молчал. Дарий смотрел на него, понимая, что он что-то вспоминал из очень далекого прошлого. Внезапно подошла Сарафина и нежно коснулась его гривы. — Рамми... Расскажи ему. Рамзес смотрел на него так, словно ему самому было больно говорить дальше. — Ты понимаешь, что сейчас сказал? — Нет... — Тиара... Рамзес сделал глубокий вдох. — Она была… моей женой… И… матерью Шторма. Джитузури замер. Он даже перестал моргать. — Что?.. Воцарилась полная тишина. — Он вырос в земле Харабу у Короля Макса. Пока я не забрал его к себе. Много сезонов позже мне все же рассказали там, что у моей Тиары была дочь. От Цезаря. Белого льва, которого убили ещё до её рождения. Именно в Землях Харабу моя Тиара нашла с ней приют. Именно оттуда мы ушли спасать Короля Макса в Саванну Невозвращения… Именно там зародился Айзек, мой первенец, которого все знают сейчас под именем Шторм… Рамзес подошел ближе. —Он не мог быть твоим отцом. Еще одна пауза. — Он брат твоей матери. Слова прозвучали как удар. Джитузури несколько мгновений просто смотрел на Рамзеса. Потом медленно покачал головой. — Нет... вы... врёте… Мвонге говорил…. — Мвонге, видимо, так и не простил нас. — Чего не простил?  - спросила Сарафина. - Что Ахади увел Уру туда, где мы все жили еще недавно, - ответил Рамзес. – Она была его невестой. А я показывал им путь из Долины еще мальчишкой. Вот, значит, его месть…. Мне. Решил забрать сына. Зная историю Тиары почти из первых лап. Ведь с моим папой они даже на битву с людьми вместе ходили…. Голос Рамзеса задрожал. Он повернулся к Джитузури. — Именно поэтому вы и похожи…. Ты – еще одна тень прошлого. Очень далекого…. Перед глазами Джитузури вспыхнули последние минуты боя. "Я не твой отец..." "Тебя обманули..." Джитузури тяжело опустился на землю. — Нет... Он закрыл морду лапами. Плечи огромного гладиатора впервые задрожали. — Я.… проливал... Голос сорвался. — родную кровь?.. Я убивал своего…?! Он не смог договорить. В охватившей ярости он вскочил, развернулся и ударил двумя лапами по валуну, словно то был символом чье-то головы. Тот сорвался с места и полетел куда-то вдаль. Дарий тихо подошел ближе и покачал головой. — Ой, Белый... Таки умеют же некоторые старики красиво морочить голову. Всю жизнь искал отца... а нашел родного дядю. И ведь даже не одного. Только вот они теперь захотят убить тебя… Джитузури молчал. — Я... Он с трудом поднял голову. Его голос окончательно сломался. — Что я наделал... Никто не ответил. В этот момент спустился Рафики. Все одновременно обернулись. — Шторм пришел в себя... и зовет отца. Рамзес быстро вернулся. Внутри царила почти полная тишина. Лишь тяжелое дыхание Шторма нарушало ее. Он лежал на боку. Золотистая с пятнами шерсть была пропитана кровью, но боли он уже почти не чувствовал. Осталась только странная легкость и усталость, будто тело постепенно переставало принадлежать ему. Рядом, прижавшись к нему, лежали Триша и Витани. Обе тихо плакали. Рафики и Мхазиги сидели неподалеку. Симба переместился. Теперь он лег напротив. Некоторое время они просто смотрели друг на друга. Потом Шторм едва заметно улыбнулся. — Привет... брат... — Привет... Как ты? — Уже... лучше... Мой путь окончен… в Кругу жизни. Симба закрыл глаза. — Не говори так... — Почему? Это правда... Он медленно перевел взгляд на свод пещеры. — Там уже ждет Лиза... Я исполнил своё предназначение…. При этих словах Триша тихо всхлипнула. Шторм с трудом повернул голову. — Не плачь... Она только крепче прижалась к нему. — Не могу... — Можешь... Он осторожно коснулся ее лапы своей. — Всю жизнь я учил вас быть сильными... Не заставляйте меня уходить с мыслью, что я учил плохо... Витани уже не сдерживала слез. — Папа... — Девочка моя... Он посмотрел на дочь долгим взглядом. — Ты стала именно такой, какой я мечтал тебя увидеть... Смелой... доброй... настоящей... Он улыбнулся. — Береги Кейси... И малышей... Жаль, не увижу, как внуки станут великими королями. Или учителями... Витани опустила голову. Шторм перевел взгляд на Рамзеса. — Джитузури здесь? — Да. И его еще зовут Белый Гигант… Шторм на мгновение прикрыл глаза: - Ну вот… мы и … познакомились… - Ты действительно простил его? — тихо спросил Симба. — Да... — После всего? Шторм говорил все тише. Он посмотрел Симбе прямо в глаза. — Мы оба гладиаторы... Было честно... Ненадолго воцарилась тишина. Потом Шторм неожиданно спросил: — Он рассказал про Тиару? Рамзес кивнул. — Это Мвонге. Его козни... Он убедил его, что ты – его отец. Но теперь… теперь он знает правду. — Вот видишь... Шторм улыбнулся. — Мы нашли еще одну пропажу... — Ты о чем? — Калашу тогда искали... Всем прайдом Макса. Долго искали… Шторм чуть-чуть приподнялся. - Папа… ты не должен его отпускать…. - Не проси даже, - в глазах Рамзеса проступили редкие слезы. – Он забрал твою жизнь…. - Мы ему должны…. Если бы не ты, не было б меня… И Калаша бы дождалась свою маму…. А так…. Он прикрыл глаза. — Из-за нас он остался один... - Калаша знала, где мы, - заговорил Рамзес. – Она могла прийти, попросить помощи… - Мы – тигры, папа…. Мы не просим помощи…. Как и пощады… Шторм перевел дыхание и продолжил: - До боя со мной у него в жизни была цель…. Я…. Сейчас он пуст…. И только от тебя  теперь зависит, … чем наполнится его душа…. Любовью хоть к кому-то… или ненавистью ко всем… Он… наша кровь…. В нём жива… моя мама… - Что ты задумал, Айзек…, - тихо спросил Рамзес. - Расскажи ему о нас… папа… И дай новую цель в жизни… Ты можешь…. Он сейчас… как тогда Симба…. А ты, Симба…. Забери его к себе в прайд…. - Ты хочешь, чтобы он жил с нами? Рядом с твоим сыном, сестрой и внуками, которые знают, что он сделал, и сейчас жаждут мести? - У каждого … должен быть шанс… на прощение, правда… Симба? У Симбы задрожали губы. - Правда… Шторм. Но твои сыновья. Кову, Айзек. Они только недавно тебя обрели. И теперь потеряли навсегда…. Как мне удержать их от мести? От того, чтобы они не загрызли его уже сегодня ночью?! - Спроси Кейси… Смогли же они с Августом… ужиться. Рядом с Витани... - Пап, это же другое, - всхлипнула та. - Разве для … Августа… ты не была потеряна… навсегда? Для кого-то… он станет… настоящим испытанием, - продолжал Шторм. - А для него – искуплением. Рафики… позови его с моими сыновьями. И оставь нас… с Симбой и папой… одних. Он закрыл глаза и затих. Его грудь задышала быстрее и глубже. Рафики медленно отвел взгляд. Он уже понял. Времени почти не осталось. Он вышел. Шторм снова открыл глаза. — Теперь слушай внимательно... Симба Голос его стал удивительно спокойным. — Триша… Сабра... и Киншаса... Забери их тоже в свой прайд. Он перевел взгляд на Тришу. — Они теперь твоя жизнь... Не моя смерть... Ты должна вырастить их... Я должен... был учить Сабру… Но есть тот… кто сможет…. Если ты согласишься ему отдать… И ещё…. Ты обязана жить... Найди себе достойного льва, но не смей…. Не смей хоронить себя… Триша разрыдалась. — Не проси... Не могу... Без тебя... Не могу... Шторм слабо покачал головой. — Сможешь... Потому что любишь... А любовь... всегда сильнее смерти... Он улыбнулся ей. — Спасибо... за счастье... За каждый рассвет... За детей... За спасение... Триша закрыла глаза и прижалась лбом к его гриве. — Я люблю тебя... — Знаю... И я... Всегда... А теперь иди к ним… Сейчас... они напуганы, должно быть…. И кто-то должен дать им… покой… Триша встала. Шторм перевел взгляд на Симбу. —Рассказывай им обо мне... Не как о короле... или учителе... Расскажи... каким я был на самом деле... Симба уже не скрывал слез. — Клянусь... — Спасибо... Он глубоко вдохнул. Через несколько мгновений трое львов вошли в пещеру. Айзек сразу бросился к отцу. — Папа! Шторм с трудом поднял голову. — Иди сюда... Айзек лег рядом. — Слушай меня... Не перебивай... Он долго смотрел сыну в глаза. — Ты стал лучше меня... Гораздо лучше... Не потеряй этого... Какая бы боль ни пришла... Не позволяй ей превратить тебя в того... кого ты сам недавно ненавидел... Айзек уже плакал. — Не уходи... Пожалуйста... Шторм медленно покачал головой. — Посмотри на Кейси... Он указал взглядом на юного льва. — Ты сильнее... Он мудрее... По отдельности вас можно победить... Вместе... Никогда... Он перевел взгляд с одного на другого. —Будьте братьями... Стань ему тем, … кем я пытался для Симбы. До конца... Кейси молча кивнул. Кову все это время стоял неподвижно. Шторм посмотрел и на него. — Кову... Береги Киару... Береги дочку... Когда-нибудь... Сабра станет рядом с тобой... Не потому, что он мой сын... А потому, что он будет этого достоин... Пусть мой отец обучит его …. И еще один Учитель обучит его воевать…. Он снова закрыл глаза. Дыхание стало еще тяжелее. Через несколько мгновений едва слышно произнес: — Теперь... ты... Джитузури... Оставьте нас с Рамзесом наедине… Симба, помоги мне… чтобы никто не вошел… Айзек резко вскочил. Словно внутри него что-то оборвалось. — Нет! Он выбежал наружу. Кову последовал за ним. Когда они вышли, Триша остановилась у входа. Обернулась. Шторм все еще смотрел на нее. — Прости... Я так хотел... Чтобы вы вернулись... Триша сквозь слезы улыбнулась. — Мы вернулись... Любимый... Мы успели... Симба прислушался. Из глубины пещеры доносились лишь отдельные слова. Говорил в основном Джитузури. Голос огромного льва дрожал. — Шторм... прости меня... Я не знал... Я никогда бы... Долгая пауза. — Нет... Нет... Я не смогу... Еще тише: — Что?.. Искали?.. Молчание. Потом почти крик: — Кто?!.. Нет... Этого не может быть... Еще одна долгая пауза. — Тогда... пусть они меня убьют... ...Да... Я сделаю... Клянусь... ...Нет... Я никому не скажу... Буду молчать... До того дня, который ты назвал... В пещере появилась Сарафина вместе с Сараби и Рафики. Она подошла к Шторму. Нежно коснулась носом его щеки. — Я жалею только об одном... Что ты не родился моим сыном. Она улыбнулась сквозь слезы. — Но всю жизнь буду гордиться тем, что у Налы был такой брат. Шторм едва заметно улыбнулся. — Береги... Папу... — Обещаю. Иди с миром. Сараби опустилась рядом. — Спасибо тебе... За моего сына. За наш прайд. За все, что ты сделал. Она подняла глаза вверх. — Пусть Муфаса встретит тебя и присмотрит как за Симбой… Иди с миром. Шторм тихо выдохнул. — Скоро... Увидимся... Скажу... Муфасе... Что... Его сын... Стал... Великим... Королем... Еще немного тишины. Потом послышались тяжелые шаги. Джитузури вышел из пещеры. Он не смотрел ни на кого. Голова была опущена. Словно за эти несколько мгновений огромный белый лев постарел на много засух. За ним шел Рамзес. Увидев Джитузури, Айзек бросился вперед. Рамзес и Дарий успели перехватить его. Айзек отчаянно вырывался. — Пустите меня! Пустите! Я убью его! Он убил маму! Убил папу! Я хочу, чтобы он сдох! Дайте мне перегрызть ему глотку…. Прошу! Пустите! Силы внезапно оставили его. Айзек опустился на землю и закрыл морду лапами. Из него вырвался глухой, почти детский плач. Ему навстречу вышла Нала. Она остановилась прямо перед ним. — Надеюсь, ты дорого заплатишь за то, что сделал. Джитузури молчал. — Если бы не слова моего брата, я сама разорвала бы тебя. Она тяжело дышала. — Но мы не убийцы... В отличие от тех, кто пришел сюда. Раз Шторм простил тебя... живи. Она посмотрела ему прямо в глаза. — Только помни об этом прощении до конца своей жизни. Джитузури медленно склонил голову. Не сказав ни слова, он пошел прочь. Лишь однажды остановился. Обернулся на вход в пещеру. Потом снова опустил голову и исчез в вечерних сумерках. Рамзес с Сарафиной и еще одной львицей последовали за ним. Симба с Дарием и Эли вошел обратно. Шторм лежал неподвижно. Дышать ему становилось все тяжелее. Но, увидев брата, он вновь едва заметно улыбнулся. — Теперь... вы как-то…. Берегите друг . ... друга. Дарий первым подошел ближе. Наклонился. Осторожно коснулся его лапы. — Спасибо тебе, брат. Голос дрогнул. — Спасибо за все. За Эли. Иди с миром. Эли не смогла сказать слова. Только прижалась к Шторму и тихо заплакала. Он перевел взгляд на Симбу. — Для меня... Было честью... Служить... Тебе... И... Твоему отцу... У Симбы дрогнул подбородок. — А для меня было честью идти рядом с тобой. Он улыбнулся сквозь слезы. — Ты научил меня гораздо большему, чем быть Королем. Шторм слабо улыбнулся. — Выполни... Последнюю... Просьбу... — Любую. — Расскажи... Мне... Про... Наш дом... Симба понял. Он лег рядом, положил свои лапы на голову Шторма и начал говорить тихо. Очень спокойно. Он рассказывал о Земле своего прайда. О высокой траве. О теплых рассветах. О детских играх возле Скалы. О водопое. О стадах антилоп. О запахе дождя. О ветре, гуляющем по саванне. Пока он говорил, Шторм перестал слышать шум пещеры. Исчезла боль. Исчезла слабость. Перед ним снова лежала знакомая тропа. Он шел по ней легко. Так же, как когда-то давно. Ветер ласково перебирал гриву. Пахло теплой землей после дождя. Впереди постепенно выросла Скала. Та самая. На вершине стоял Муфаса. Он ничего не говорил. Только смотрел. Спокойно. Шторм остановился и склонил голову. Но Муфаса едва заметно улыбнулся и взглядом пригласил его подняться. Шторм сделал несколько шагов. Поднялся наверх. Муфаса повернулся к темному входу в пещеру. Шторм посмотрел туда же. Из глубины медленно вышла Лиза. Она улыбалась. Так же, как в тот день, когда она впервые пришла к отцу и они встретились впервые. Подойдя ближе, она молча коснулась его носом. Потом поцеловала. И, взяв за лапу, повела внутрь. В глубине пещеры кто-то ждал. Сначала Шторм видел лишь силуэт. Потом огромную полосатую фигуру. Тигрица сделала шаг навстречу. Он сразу узнал ее. Как узнавал во всех своих снах. Шторм улыбнулся. По-настоящему. По-детски. — Мама... Симба продолжал рассказывать. Он не заметил, когда дыхание Шторма стало совсем тихим. Потом совсем исчезло. Симба остановился. Медленно встал. Шторм лежал спокойно. С легкой улыбкой. Его глаза все еще были открыты. Но смотрели уже далеко за пределы этого мира. Симба осторожно закрыл их. Долго стоял молча. Потом глубоко вдохнул, удерживая подступившие слезы. Он должен был быть сильным. Ради всех остальных. Он повернулся к сидевшим мертвенно бледным Дарию с Эли и тихо сказал: — Шторм ушёл к звездам... Пещеру заполнили рыдания. Симба молча вышел наружу. Все, кто ждал у входа, поднялись ему навстречу. По его лицу никто не увидел слез. Он подошел к Кейси. Положил лапу ему на плечо и негромко произнес: — Король умер. Да здравствует Король. Кейси молча опустил голову. Они вместе вышли на край Скалы. За горизонтом медленно угасало солнце. Небо окрасилось густым багровым светом. И его разорвал единый плач дюжин больших львов и львиц. Словно сама саванна прощалась со своим защитником.

***