Мы не закончили!

Клэй ненавидел себя. Ненавидел раз за разом прокручивать в голове то, с какой болью и опустошением Даниэль произнёс то, что окончательно похоронило их отношения. Даже не отношения, ту крепкую дружбу, что была у них напротяжении лет. Правда теперь Клэй отчаянно пытался понять в какой конкретно момент дружба переросла во что-то иное, или это изначально не было дружбой. Раз за разом, голос Даниэля возникал в голове, терзал ощущением абсолютной потери всякой возможности и вынуждал пить. Клэй и получаса не продержался без выпивки как только пришёл домой. Честное слово, если бы не Рождество и бар работал, он бы пошёл туда, пить и надеяться на неловкую встречу с Даниэлем. Ну вот опять он, это сводит с ума. Терроризирует сознание и выматывает, порождая новый огонек ненависти. Клэй итак ненавидит себя за слишком многое, теперь к этому огню инквизиции прибавился ещё и Даниэль который, вот урод, отверг его признание! Признание произнесенное на глазах жены и детей! Да что он черт возьми о себе возомнил? Клэй сидел в кресле в своём кабинете, пил и смотрел на своё отражение в стакане. Именно. Что он о себе вообще думает? Вот так взял, отказал и разом убил всякую возможность их будущего? И черт возьми, как он посмел это сделать? Капля по капле, как стакан наполняется алкоголем, так и Клэй оказался сосудом капля по капле наполняющимся острой ненавистью. На самом деле, это была неуверенность, она надевала личину ненависти и под воздействием алкоголя ранила всех, но как только градус снижался, а алкоголь выводился из крови, ненависть терзала самого Клэя. Порочный круг, попытка спрятаться от голоса собственной совести, неуверенности и вины, нацепив на них алкогольные латы, заставив воевать с окружающим миром. Впрочем, теперь Клэй набрался храбрости. Храбрости, чтобы восстановить вселенский баланс и набить Даниэлю морду. Ну, а что? Он опозорил Клэя перед семьёй, задел самолюбие и растоптал. Теперь голос Даниэля в голове звучал насмешливо, в нём не было былой грусти, напротив, он исказился до неузнаваемости и травил, травил, травил, пока Клэй не вскочил с кресла, бросил стакан в стену и не накинул на себя пальто. Он поедет к Даниэлю и окончательно во всем разберется. Уверенность Клэя подбадривал обжигающий виски. Чуть не врезавшись в столб Клэй все-таки сумел припарковаться где-то на обочине и побрел к дому Даниэля. Даниэль тихо и мирно спал в своей кровати, проведя вечер за перевариванием произошедшего он наконец уснул и проспал бы до самого утра, если бы кто-то не начал усердно долбиться в дверь. Настойчивый нахал пинал её ногами, отчего даже Даниэль разозлился. Даниэль распахнул дверь. Ну конечно, кто же ещё мог прийти к нему среди ночи? Какой нахал позволил бы себе так бесцеремонно отряхивать снег с обуви ударами о дверь? Разумеется никто иной как мэр этого тщедушного городка. —Клэй? Что ты здесь делаешь? —Нет, послушай, послушай меня! Ты обязан меня впустить и мы поговорим! Ты... — Клэй пошатываясь отпил из бутылки, — Ты не имел никакого права так поступать со мной! Ты... —Да ты охренеть как нажрался, — Даниэль тяжело вздохнул, оперевшись плечом о дверной косяк, — Тебе бы поспать... —Нет, нет, нет, нет! Я не позволю всему завершится вот... Вот так! — Клэй развел руками, — Ты не дал мне шанса объясниться, о-обсудить это все! Ты... Ты просто обиделся и послал меня! Даниэль нахмурился, Клэй совершенно по идиотски выворачивал ситуацию в свою пользу и если бы вся эта тема не была для Даниэля такой животрепещущей, он бы, скорее всего, даже поддержал Клэя в этом, пользуясь редким случаем без стеснения рассматривая его лицо. Однако сейчас Клэй откровенно раздражал, пошатывался рискуя упасть и замолкал только в редких случаях, когда его губы вновь находили горлышко бутылки, а не нечто «другое» Даниэль мог бы рассуждать об этом мысленно чуть дольше, заменяя бутылку например собственным членом, но решил прекратить самого себя доставать этими мыслями. В конце концов, он решил добровольно отказаться даже от возможности думать об этих губах и видеть их владельца чуть чаще положенного. —С тебя достаточно, Клэй. Уходи, мы уже все завершили. Даниэль удивился тому как спокойно произнёс эти слова, ведь еще совсем недавно он мечтал о том, что они напротив, станут ближе друг к другу. Клэй же, напротив, кажется разозлился сильнее, не то от алкоголя, не то от злости его щеки покраснели, он сделал несколько шагов навстречу и пьяно фыркнул: —Мы не закончили. Ты не дал мне возможности! Ты мой должник. Даниэль удивленно приподнял бровь, но заметил как руки Клэя легли на его плечи, сжали их, а в глазах мелькнула горечь. Как самый драматичный человек в мире он сложил бровки домиком и считал, что это искупит все его грехи. Даниэль нервно сглотнул, златая рыбка кажется наконец в его руках, но что если все это просто пьяный бред Клэя? Что если любой шаг навстречу сейчас обернется стократной болью в будущем? Логично оставить его, завершить эти недоотношения и прекратить мечтать, но чувства не остывают за один миг. —Аргх, ну и чего ты хочешь от меня, Клэй? Клэй неожиданно замялся, тут же потянулся к бутылке которая выглядывала из его кармана, но она оказалась предательски пустой. Клэй нервно сглотнул и вновь перевёл взгляд на Даниэлч. Тот казался неожиданно суровым и кажется с каждым мгновением наполнялся обидой и гневом. —Секс. — теряя храбрость отчеканил Клэй —Секс? — бровь Даниэля вновь заметно вздернулась вверх, — Ты должно быть шутишь. Клэй нахмурился, вновь вцепился в плечи Даниэля, словно боясь, что тот в какой-то момент рискнет сбежать. —Ты не дал мне должного завершения. Если этот вечер единственное что у меня есть, я хочу секса, а потом можешь посылать меня сколько хочешь. Будет обидно не попробовать. Последнюю мысль Даниэль разделял, обидно сохнуть по человеку столько лет и ни разу не затащить его в койку. Однако и Клэй не то чтобы сейчас в состоянии управлять собой и принимать такие решения. Впрочем и протрезветь его не отправить, устроит скандал, или вовсе бесперспективное это занятие, ну когда Клэй бывает трезвым? Да он с утра накатывать начинает. —Хорошо, но утром не жалуйтесь на боль в заднице, господин мэр. Сказав это, Даниэль втащил Клэя в квартиру, захлопнул дверь и тут же прижался носом Клэю в шею, вдыхая запах кожи. Он так отчаянно, так страстно, так безумно желал его, ради его внимания был готов молиться что Богу, что Сатане, любому из тех, кто приведет Клэя к нему в объятия. Безумная одержимость заставившая его переспать с Блобертой, лишь бы стать ближе к Клэю. Теперь Клэй у него в руках, мечты требуют исполнения, однако в груди все еще щемит осознание того как же все это поздно. Приди Клэй к нему этим утром с признанием, Даниэль принял бы его в крепкие объятия и увековечил этот день в календаре как судьбоносный, однако осознал свои чувства Клэй поздно ночью и было уже слишком поздно. Ну правда, Орел спрашивал, за что же Даниэль любит Клэя? Теперь уже и сам Даниэль этого не помнит или не знает вовсе. Он может только украшать чужую шею поцелуями, прикусывать кожу, бесстыдно лапать задницу и прислушиваться к тихим возгласам Клэя. К слову Клэй стоящий на пороге казался более храбрым разбрасываясь словами, нежели сейчас, не знающий куда себя деть. Это замешательство, отсутствие ответа и оцепенение заставило Даниэля оторваться от его кожи и вновь взглянуть Клэю в лицо. —Ты больше не выглядишь таким уверенным. Что скажешь, хватит с тебя? Клэй зарделся, фыркнул и взяв лицо Даниэля в свои руки поцеловал его в губы. Целовался жадно, пытался что-то кому-то доказать, вероятнее всего Даниэлю, а может и себе. Он словно отдавал долг, за все те годы игнорирования, когда Даниэль тянулся за поцелуем и не получал его. От недостатка кислорода голова шла кругом, поцелуй прервался сам собой, когда Клэй неожиданно ступил не так и опьяненный, не то коньяком не то поцелуем, свалился на пол. Даниэль стоял, возвышаясь над ним, дыша полной грудью, провёл пальцами по губам. Он не верил, что это только что произошло вживую, не в той выдуманной реальности которую он себе вообразил когда-то. Вот он, Клэй Паппингтон, нещадно динамивший его несколько лет, сидит на полу и так же тяжело дышит пытаясь вернуться в чувства. —Ну что, хватит с тебя? — промурлыкал Даниэль не в силах стереть с лица улыбку. —Н-нет, — голос сбился, Клэй не без помощи поднялся и вытянул из кармана трубку, закурил, — У тебя есть что выпить? Даниэль фыркнул, но и без должной проверки знал, что нет. Он сам пьет то немного, а в бар ходил ради компании Клэя, пока тот поглощал половину продукции, Даниэль лишь кончиком пальца обводил дужку своего бокала. —Нет, и если ты собрался напиться тут заместо того что предложил сделать, то ради Бога, Клэй, иди домой. Клэй недовольно буркнул что-то себе под нос об отсутствии алкоголя, но сейчас он нужен был лишь чтобы притупить смущение и перейти к намеченному плану. Впрочем, как было и с его женой Блобертой, тогда он тоже напился и совершенно не помнил их первую брачную ночь. Даниэль же, подлец, совершенно не помогал скрасить смущение, подошел сзади, положил голову на плечо, а руки на бедра и прошептал на ухо, своим вкрадчивым голосом: —Ты глупец, Клэйтон. Красивый, самовлюбленный, глупец. Отступись, эта ночь тебе ничего не даст. Ты только ещё больше ранишь себя и близких. Клэй хотел возразить, но Даниэль согревал его своим теплом и мурчал на ухо свою праву. Он не может возражать, даже если ему обидно и есть тысяча аргументов объясниться, Клэй просто не может прервать это сладкое, ядовитое мурчание. Прервать его, тепло и руки, которые вопреки словам хозяина об отступлении, залезли под пиджак и ласкали кожу на боках. —Пожалуйста, я хочу сделать это. Иначе я буду жалеть о том, что не сделал, до конца жизни... — едва слышно прошептал Клэй, но Даниэль услышал его и обнял. Даниэль закрыл глаза, прижался к плечу Клэя и мысленно взвесил собственные ощущения, мучительное желание и страх, страх того, что в будущем Клэй на него больше не взглянет. Он такой человек, позорно спрячется в свою раковину, любую встречу переведет в шутку и заявит, что ничего не помнит, так как был пьян. Однако как можно отпустить человека которым так долго был одержим? Прощальный секс звучит довольно завершающе, ведь без него Клэй завтра снова позовет в бар, они выпьют и ничего не произойдет. Весь этот эмоциональный бардак так и останется неразобранным хламом, но сегодня у них есть шанс, либо избавиться от него, выбросить на мусорку или сжечь на парковке, либо наконец расставить все по полочкам. —Хорошо, Клэй, я услышал тебя, пойдем. Не бойся, я не кусаюсь... Если ты сам этого не захочешь. Последнее было произнесено намеренно ласковым тоном, едва едва прикусив ушную раковину. Клэй нервно сглотнул. Щеки горят, руки дрожат, а Даниэль... Ну, он искуситель от Бога. Клэй хотел потратить время на рассматривание комнаты Даниэля, но в темноте тот привёл его только к кровати, по пути успел стянуть пиджак и теперь бесстыдно расправлялся с рубашкой. Клэй искренне пытался помочь, занялся ремнем, но тот до победного сжимал бедра в своих объятиях, отказываясь выныривать из шлëвок. Клэй раздражался все сильнее с каждой секундой пока ремешок не отпускал его и он сам как пубертатный подросток путался в штанах. Даниэль наблюдал за этим ровно до момента пока Клэй психуя не ударился головой о стену и не лёг. —Не могу справится, с гребанным ремнем. — вынес свой вердикт Клэй, а затем чуть тише добавил, — это унизительно... Дэвид не сдержал улыбки, прошелся рукой по животу Клэя и найдя галстук потянул его на себя, словно поводок. —Расслабься, Клэй, с этим мы как-нибудь справимся... Даниэль продвинулся ближе, вновь осторожно целуя и теперь Клэй отвечал на это чуть более спокойно, позволяя Даниэлю вести и вместе с этим, освободить господина мэра от ремня и штанов. Целуясь они перебрались на середину кровати, не без потерь, Клэй все-таки столкнулся головой со спинкой кровати. Даниэль навис над Клэем который в один момент стал выглядеть до безумия растерянным. Глаза бегали в разные стороны, он мялся как запуганный олень, отчаянно ища, что же сказать. Как разбавить натянутую обстановку? Даниэль с шумом выдохнул и просто лёг рядом, обняв Клэя покрепче. —Клэй... Мы можем не делать этого. Мы можем просто обнимать друг друга всю ночь и этого будет более чем достаточно. Я хочу сказать что ты... Не обязан. Именно это, хотел сказать Даниэль. Они не обязаны двигаться дальше, разом пересечь все базы и перейти к кульминации если Клэй не готов к этому, а пришёл лишь из гордости и желания восстановить баланс. Даниэль был готов любить его так нежно и осторожно, что не заметил, как угодил в эту ловушку, из страха навредить, сделать больно, да даже банально не понравится. Слишком это сентиментально для ловеласа вроде Даниэля. Даниэль лежал на боку рядом, одну руку подставил под голову, второй мягко выводил узоры на теле Клэя, наконец прикасался к желанному человеку и иногда, невзначай, украдкой, целовал его в плечо. Ему хватит и этой близости, возможности целомудренно целовать и обнимать, хватит разговоров до утра и ни о чем. Без планов о будущем, признаний и вечной любви. Их контакт медленно сойдет на нет, но эта душевная ночь разделённая на двоих станет приятным, ласковым завершением всего. Клэй счёл это очередной насмешкой, ну конечно, Даниэль подлец видит, что ему тяжело, и намеренно провоцирует, хочет чтобы он сам сказал все пошлые глупости которые вертелись у него на языке и выставил себя дураком. —Нет, я уверен в своём решении, так что давай, без этого сентиментального мусора. Используй уже своей хер! Даниэль мог бы расстроиться, однако он слишком хорошо знает Клэя, это лишь способ спрятаться от волнения которым он заражён. Отгородиться от смущения которое красит щеки в красный. —Ну ладно, ковбой, прокачу тебя на своем хере как следует, — хмыкнул Даниэль, перебираясь чуть ближе к прикроватной тумбочке, там среди всякого нужного и ненужного барахла стоит заветная баночка смазки, которую он использует, когда думает о Клэе по вечерам. Клэй зажмурился, услышав заветный «чпок» открывшейся крышки. От трусов Даниэль избавился ещё когда стягивал штаны, а потому сейчас его рука нырнула под одеяло и прижалась к паху. Холод смазки обжег кожу, по спине прошлись мурашки, но Клэй наконец открыл глаза, ощутив как Даниэль, вновь подложив вторую руку себе под голову, второй продолжил ласкать его член. Горячие руки Даниэля возбудили Клэя почти мгновенно, слишком уж хорошо он с этим справляется. Клэй отвернул голову в сторону, просто чтобы не пересекаться с Даниэлем взглядом и не увидеть на его лице ухмылку. О, он имеет право ухмыляться, одной только рукой, за пару мгновений может сделать больше, чем за годы брака сумела жена Клэя. Трогательное ощупывание владений скоро переросло в ритмичные движения в унисон вздохам Клэя, Даниэль не выдержал, прижался ближе, целовал в плечо, шептал комплименты и продолжал двигать рукой. Клэй сбился когда почувствовал чужой член подле своих ягодиц, он пытался сосредоточиться на ладони, которая продолжала ласкать его под одеялом, но мысли путались. Смущение накатывало волнами, фантазия рисовала позы из камасутры, а разум стонал “Какого черта?” Даниэль подгодал момент и вовремя приложил руку к головке члена Клэя, когда тот неожиданно громко простонал. Горячая, липкая жидкость вылилась в руку. Даниэль подумал о том, каким безумцем покажется если прямо сейчас слижет её с пальцев, но решив не смущать Клэя слишком сильно, он обтер руки салфетками. —И... Что это было? — нечётко проговорил Клэй, наконец сумев поднять глаза на Даниэля. —Это? Дрочка, дурачок. —Это то я понял, но мы говорили не о дрочке, а... Даниэль прильнул ближе, чмокнул в губы. —Я помню, Клэй. Просто хотел чтобы ты расслабился. Ты так напряжен, просто... Доверься мне, ладно? Клэй сглотнул и тихо угукнул, заслужив ещё один поцелуй. Даниэль зацеловывал щеки Клэя, шею и грудь, оставляя на бледной коже засос за засосом, возможно этими действиями он и вовсе разрушит брак Клэя, но уже плевать. Вряд ли Блоберта наберется храбрости уйти от него, так же как и Клэй, вряд ли наберется храбрости сделать это. Они словно две змеи сплелись друг с другом и совсем перепутались. Раз за разом целуя Клэя, Даниэль ощущал нечто новое. Прикусывая кожу, осавляя яркие засосы, он ощущал холодную руку Клэя на своей голове, он едва ощутимо перебирал волосы, вызывая у Даниэля мурашки по спине. Прикусив сосок, Даниэль услышал сдавленный стон, а рука в волосах неожиданно сжала их. Даниэль так и не разобрался, понравилось ли это Клэю или нет. —Пожалуйста, Даниэль, я хочу продолжить. Я... Готов, честно. Даниэль улыбнулся, чмокнул в уголок губ и вновь потянулся за смазкой, в этот раз забрав к себе весь бутылек, чтобы в будущем далеко не тянуться. Клэй закрыв глаза ожидал проникновения, а ощутил пальцы смазанные смазкой. Даниэль не торопился, растирал, не проникая внутрь, скорее дразнясь. —Что... Что ты делаешь? — наконец не выдержал Клэй, открывая глаза, косясь себе за спину, надеясь, что ему удастся, не столкнутся взглядом с Даниэлем. —Клэй, во всем нужна подготовка, ты же не хочешь правда, чтобы утром было больно? Я... Не желаю тебе зла. Этот ответ в каком-то смысле удовлетворил Клэя, он вновь отвернулся, обнял подушку, стараясь сосредоточиться на том, чтобы расслабиться как ранее советовал Даниэль. Но как тут расслабиться когда алкоголь наконец начал отпускать и ему срочно требовалось запить тот огонек жалости к себе, что возрастал с каждой минутой. Стоило ему закрыть глаза как он снова и снова проживал этот треклятый день и то как они плохо расстались с Даниэлем, а теперь эту глупую встречу где Даниэль... Даниэль не оказался мстительным, не выставил за дверь, не вызвал копов, а просто... Есть рядом... С этими мыслями Клэй совсем не заметил как Даниэль игриво проник одним пальцем почти на половину. Не сразу, не смело, едва-едва и тут же вытащил обратно, подобными действиями раз за разом позволяя себе все больше и больше. Терзаясь морально, Клэй замечал не так уж и много из того что происходило в реальности, он ахнул когда вновь ощутил прикосновение к своему члену и то, как Даниэль прижался чуть теснее сзади. —Взгляни на меня, Клэй, ты совсем в осадок выпал, уже засыпаешь? —Я? Да никогда! — убедительно солгал Клэй, хотя обычно, в это время он давно спит, так или иначе алкоголь желает своё дело, вынуждая поскорее заснуть. Впрочем, точно не сейчас, когда он наконец задумался о том, что происходит вокруг, — Просто... Просто будь... Мне страшно, я никогда раньше не... —Это я понял, расслабься, это не страшно. Клэй пискнул когда Даниэль проник внутрь, но тот сгладил негативные ощущения тем, что тут же прикоснулся к члену Клэя. Спустя пару толчков он обнаружил простату, намеренно медленно продолжая движения, давая возможность привыкнуть. Клэй тяжело дышал в подушку, одновременно с этим слушая вкрадчивый, мурчащий голос Даниэля сзади, о спокойствии, правильности и о том, какой Клэй хороший мальчик. На секунду Клэй даже задумался, что это блин значит, но Даниэль уперся в простату и прервал это размышление, вырвав из Клэя первый осознанный стон. —Умница, ты хорошо справляешься для первого раза, Клэй. И снова, стон и игривая похвала, Клэй подумал, что к этому легко привыкнуть, удовольствие развивающееся внутри тёплым бутоном, Даниэль, прижимабщийся близко близко и мурчащий свои сладкие слова прямо на ухо, его горячие руки обвивающие тело и само тело, которому впервые за долгое время так приятно. Ритмичные шлепки участились, Клэй отвёл руку назад, левая сжимала простынь, а правая, нашла за собой Даниэля, ткнулась ему в волосы и сжимала всякий раз, когда Клэй достигал вершины блаженства. Всякий раз когда упорные толчки попадали в цель и мурчащий на ухо Даниэль говорил о надвигающейся лавине экстаза. Он ловко поймал момент когда Клэй напрягся, сжался всем телом, готовясь кончить, и в момент кульминации прикусил его за плечо, оставляя след, изливаясь внутрь. Даниэль отстранился, сел ближе к стене, позволил Клэю лечь на спину и сложить руки на животе. Он тяжело дышал, смотрел в потолок и иногда выдавал сдавленный смешок, вероятно о чем-то думал. Даниэль же, вновь взглянул на перепачканную руку, без зазрения совести слизал белесую жидкость. Всегда хотел попробовать сперму Клэя на вкус, так что... Не пропадать же добру? Клэй этого момента кажется не заметил, но и вставать не торопился, лежал, переводил дух и лишь через некоторое время обернулся к Даниэлю. —Ты... Ты простишь меня? За все... За все что я так долго... —Не сейчас, Клэй. Не порти эту ночь, ты же сам сказал, без ментального мусора. — проворковал Даниэль, все еще смотря на свою руку. Кажется, его одержимость никуда не делась, хотя и завлеклась пеленой обиды на Клэя. —Я... Д-да ты прав. Это... Теперь уже неважно, — Клэй мечтал уйти от неловкости, но сбился, оргазм ошеломил неискушенное ласками тело, оно отказывалось двигаться. Даниэль подсел ближе, навис над Клэем, хитро улыбнулся. —Не спеши расстраиваться, ночь ещё впереди, кто знает, что мы успеем обсудить за это время, — ухмыльнувшись, Даниэль поцеловал Клэя, сомневаясь, что после этой ночи сможет отпустить его так просто.