Брошенные дельты𓂃ෆ˚

Тишина затягивалась. Силуэты в масках не двигались, только мерцание синих факелов отбрасывало танцующие тени на их одежды. Главный — тот, что поднял руку — опустил её и сделал ещё один шаг. Медленный, без угрозы. — Я выйду, — сказала вдруг Жуча. — Ты с ума сошла? — Келс схватил её за локоть. — Мы не знаем, кто они! — Зато я знаю, что мы выглядим как кучка раненых идиотов на разбитом корыте, — ответила она, вырывая руку. — Кто-то должен показать, что мы не собираемся воевать. Воробушек, ты писатель. Ты умеешь рассказывать истории без слов. Иди со мной. Воробушек, сидевший на обломке корабля и записывающий что-то в свой блокнот, поднял голову. В его глазах мелькнуло удивление, но он быстро кивнул и спрятал блокнот. — Хорошая идея, — сказал он, вставая. — Язык жестов универсален. — Это не язык жестов, это ты будешь махать руками как мельница, — фыркнул Некро, но в голосе не было злобы. Он выглядел вымотанным. — Лучше, чем ты предложишь им покурить, — парировал Воробушек и шагнул вперёд. Жуча пошла рядом с ним. Она чувствовала, как её руки тянутся к ушам, хотя наушников всё ещё не было. Она одёрнула себя и подняла ладони вверх — жест, означающий «мы без оружия». Главный абориген замер. Его голова слегка наклонилась вбок — он явно изучал их. — Мир, — сказала Жуча громко и чётко. — Мы не хотим воевать. Нам нужна помощь. Она показала на корабль, потом на свои руки, развела их в стороны, изображая «взрыв». Абориген переглянулся с теми, кто стоял позади. Потом он медленно поднял руку и снял маску. Под маской оказалось лицо, которое поразило всех. Не человеческое, но близкое. Кожа имела лёгкий перламутровый оттенок, глаза — большие, без выраженных белков, тёмно-синие, как ночное небо. На скулах проступали тонкие линии, похожие на светящиеся татуировки. Он улыбнулся. Улыбка была тёплой, почти человеческой. И заговорил снова. На этот раз медленнее, сопровождая слова жестами. Он коснулся своей груди, потом указал на землю, потом поднял руки к небу. — Я думаю, он говорит, что они живут здесь, — тихо сказал Воробушек. — И что они видели, как мы падали. — Ты понимаешь его? — удивилась Жуча. — Нет, но я понимаю нарратив, — пожал плечами Воробушек. — Это хороший рассказчик. Даже без слов. Абориген кивнул, словно услышал похвалу. Он сделал шаг к Жуче и протянул руку — ладонью вверх. На ладони лежал небольшой камень, светящийся изнутри мягким голубым светом. — Дар, — сказал он отчётливо, на странно искажённом общем языке. — Мир. — Охренеть, — выдохнул Келс сзади. — Он знает наш язык! — Плохо знает, — заметила Рада, выходя из корабля и вытирая руки о комбинезон. — Но это уже что-то. Она подошла к Жуче и тоже подняла ладони. — У нас раненый, — сказала она медленно, показывая на себя, потом на корабль. — Очень плохо. Ему нужна помощь. Лекарства. Чистое место. Абориген посмотрел на неё, потом перевёл взгляд на корабль. Его глаза сузились. Он повернулся к своим и что-то быстро сказал на их языке. Двое отделились от группы и побежали вглубь леса с удивительной скоростью. — Они послали за подмогой, — предположил Антоша, подходя ближе. Он держал на руках Аэро, которая наконец пришла в сознание и слабо улыбалась. — Аэро, ты жива, — Рада подбежала к ней и схватила за руку. — Ты как? — Голова... болит, — прошептала Аэро, начиная трясти ногой — инстинктивно, от стресса. — Но... я в порядке. — Мы все в порядке, — сказал Рэд, выходя из корабля. Он держался за вывихнутую руку, но выглядел собранным. — Пока что. Некро незаметно оказался рядом с ним. Он взял Рэда за локоть — за здоровый — и тихо спросил: — Ты как? Не геройствуй. — Я не геройствую, — ответил Рэд, но не убрал руку. — Просто... он мой брат. Я должен быть сильным. — Ты должен быть живым, — ответил Некро. — Это важнее. Рэд посмотрел на него. Некро снова косил под крутого, но в его глазах плескалась тревога, которую невозможно было скрыть. — Даже если я живой, а его нет — это хуже смерти, — сказал Рэд тихо. Некро не нашёлся с ответом. Он просто сжал локоть Рэда чуть крепче. Пока они разгов