Брошенные дельты𓂃ෆ˚

Корабль «Мироходец — ζ» (или просто «Зетта», как его называла команда) плыл сквозь безмолвную черноту сектора Гидры-9 уже седьмые сутки. Задание было рутинным: доставить партию модифицированных семян на научную станцию «Аурум». Никаких пиратов, никаких аномалий — только мерный гул генераторов и тишина. В рубке управления царил привычный полумрак. Единственным источником яркого света был голографический экран, где Жуча, специалист полета, прокладывала очередной курс. Она сидела, поджав под себя ноги в удобных бриджах, и с задумчивым видом тыкала стилусом в карту звездного неба. — Эй, Жуча, у тебя там чай не остыл? — раздался бодрый голос Келса, бортинженера, который буквально влетел в рубку с трубой в одной руке и отверткой в другой. — Я тут проходил мимо технического отсека, слышал, как ты там булькаешь. Опять пять ложек сыпанула? Жуча, не оборачиваясь, поднесла к губам огромную кружку и сделала глоток. — Шесть, — поправила она с довольной улыбкой, на секунду отрываясь от карты. — Сегодня особенный день. Сахарный. И не отвлекай меня, Келс, я слышала, что ты опять прикручивал что-то к кондиционеру в моей каюте. У меня там климат-контроль, а не полигон для твоих экспериментов. Келс широко улыбнулся, сверкнув глазами: — Это был сюрприз! Я сделал тебе систему «Утренний бриз», чтобы ты просыпалась от запаха мяты, а не от рева двигателей. — Я просыпаюсь от рева двигателей, потому что это значит, что мы еще не упали, — фыркнула Жуча, отмахнувшись. — Иди, чини свои трубы. Пока Келс, весело насвистывая, рылся в панели управления, на мостик вошел Эхо. Командир двигался бесшумно, как тень. Его перчатки с массивными кольцами тускло блеснули в свете приборов, когда он достал из кармана куртки стилус. Черные волосы, стянутые в тугой пучок, ни один волосок не выбивался. За его спиной виднелся силуэт Рэда. — Ну, как у нас дела, пилот? — спросил Эхо, прикуривая. Дым тонкой струйкой потянулся к вентиляции. Рэд молча взял из пачки вторую сигарету, пристроившись рядом с братом. Свои томатные волосы он сегодня не убирал, и они падали на глаза, придавая ему слегка рассеянный вид. На самом деле Рэд был собран как пружина. — Скука, — коротко бросил Рэд, кивая на лобовое стекло. — Сплошной вакуум и никаких признаков жизни. Даже радиоволны мертвы. — Он мельком глянул на Жучу, которая быстро отвела взгляд, сделав вид, что увлечена картой. — Плохо, — заметил Эхо, затягиваясь. — Скука — это когда мозги начинают гнить. — Он перевел взгляд на Жучу. — Жуча, какие у нас новости по курсу? — Четырнадцать часов до «Аурума», — отчиталась Жуча, наконец отрываясь от карты. Она потянулась, зевнула и потерла ухо, проверяя, на месте ли наушники. — Но, босс, есть одна странность… Граффити на карте. Точнее, небольшая зона помех в секторе 7-B. Может, просто пылевое облако, а может… — А может, мы туда и не полетим, — перебил ее резкий голос сзади. В проходе стоял Некро, специалист по выходу. На нем была поношенная куртка с самодельными нашивками, а на шее висела цепочка с каким-то мутным камнем. Он выглядел расслабленным, почти сонным, но в глазах горел холодный расчет. Он скрестил руки на груди, пытаясь казаться шире, чем был на самом деле. — Некро, ты чего встал как истукан? — фыркнул Эхо, выпуская колечко дыма. — Мы тут работаем. — А я тут слежу за работой, командир, — парировал Некро, сладко улыбнувшись. Его взгляд случайно встретился с Рэдом. Рэд хмыкнул и отвернулся к иллюминатору, пряча усмешку. Некро почувствовал этот жест, и его «альфа-поза» на мгновение дала трещину — он дернул плечом, поправляя воротник. — Мальчики, тихо, — раздался нежный, но властный голос. Из медотсека вышла Рада, мед-офицер. На ее лицо постоянно падала длинная челка, и она то и дело сдувала ее, но волосы упрямо возвращались на место. — У меня в лазарете Аэро успокаивает контейнеры с биоматериалом, а вы тут дымите как паровозы. Эхо, убери сигарету. Эхо скептически поднял бровь, но сигарету все же погасил о специальный карманный гаджет. Рэд последовал его примеру. — Рада, ты как всегда, спасаешь наши легкие, — усмехнулся Келс, выглядывая из-за панели. — Я спасаю вас от меня самой, — ответила она спокойно, поправляя свои длинные волосы. — Если вы мне тут все с кашлем сляжете, кто будет пилотировать эту рухлядь? — Она бросила взгляд на Рэда. — А ты, старший, смотри, чтобы мелкого не довел. — Она намекнула на Некро, но сделала это так мягко, что Некро даже не обиделся, а лишь скривился. В этот момент в рубку, пошатываясь, вбежал Антоша — помощник Некро. Он держал в руках огромный ящик. — Ребята! Там… там Воробушек с Писей что-то нашли в грузовом отсеке! — запыхался он. — Кажется, там какой-то посторонний предмет… Он светится! Все напряглись. Эхо моментально изменился в лице, став холодным и жестким. — Что значит «светится»? — спросил он, на ходу застегивая перчатки. — Келс, встань с пола. Жуча, переведи систему в «Боевой режим-2». Рэд, за штурвал. — А я? — обиженно спросил Некро, но его никто не слушал. Вся команда, оставив посты, двинулась в грузовой отсек. По пути к ним присоединилась Чива, помощник Келса, которая нервно поправляла свои длинные волосы, обеспокоенно глядя на показания планшета. — Командир, — тихо сказала Чива, — там действительно странная частота. Это не похоже на наш борт. В грузовом отсеке их ждала странная картина. Воробушек — командир полезной нагрузки — стоял с блокнотом в руках, что-то быстро записывая. Его глаза горели вдохновением. Рядом с ним, подбоченившись, стояла Пися — помощник Эхо. Она была невозмутима, но ее пальцы сжимали бластер. — Смотрите, — сказала Пися, указывая на контейнер. — Он просто… появился здесь. Три минуты назад. В сканерах груза его не было. Посреди отсека, на сером металлическом полу, лежал небольшой шар серо-голубого оттенка. Он пульсировал, испуская мягкое свечение. Эхо шагнул вперед, прищурившись. — Все, — отрезал он. — За борт его. Я не хочу никаких сюрпризов в моем корабле. Но шар, будто услышав его, вдруг дернулся. Он резко поднялся в воздух, издавая низкий, вибрирующий звук. — Ох, бля, — выдохнул Рэд, хватая Некро за плечо и оттаскивая его за спину. — Эй! Я сам могу… — начал было Некро, но Рэд цыкнул на него, и тот неожиданно замолчал. Шар завис на уровне груди Рады, которая стояла рядом с Аэро. Аэро вздрогнула и крепче схватила Раду за руку, одновременно с этим начиная трясти ногой — старая привычка при стрессе. — Это… маяк, — прошептал Воробушек, не отрывая взгляда от сферы. — Или оружие. Или зов. Слушайте. В отсеке повисла тишина, нарушаемая лишь гудением двигателей. И тут шар раскололся. Яркая вспышка ослепила всех. Корабль тряхануло с такой силой, что Жуча, стоявшая у двери, врезалась головой в переборку, а кружка с чаем вылетела у нее из рук. «Мироходец — ζ» жалобно застонал металлом. Аварийная сигнализация завыла, заливая все красным светом. — Корпус поврежден! — заорал Келс, падая на колени. — У нас пробоина в секторе «Г»! Атмосфера уходит! — Рэд! Жуча! К штурвалу! — крикнул Эхо, хватая Писю за руку. — Некро, тащи Антошу и Раду в спасательную капсулу! Живо! Корабль накренился, входя в смертельное пике. Гравитация отключилась, и все, кто был без фиксации, повисли в воздухе, хватаясь за поручни. Рада успела схватить Аэро за талию, прижимая к себе, пока Чива, ойкая, цеплялась за воротник Келса. — Мы падаем! — заорал Рэд, вцепившись в штурвал. — Я не могу удержать! Некро, который пару минут назад пытался косить под крутого парня, теперь сломался. Он смотрел на Рэда, который пытался спасти всех, и его дыхание сбилось. — Рэд… — выдохнул он. — Заткнись, Некро! — прорычал пилот. — Будем жить — обнимешь! Земля (или то, что было под ними) неумолимо приближалась. Треск металла смешивался с истошным визгом сирен и криками команды «Брошенных Δ». Жуча из последних сил врубила аварийные подушки, но корабль уже вошел в плотные слои атмосферы неизвестной планеты. — Держитесь! — был последний крик Эхо. И мир взорвался черным и красным.