Грязная кровь

      — Долетели быстро, ветер был попутным. Сейчас быстро со всем разберемся, поедим, отдохнём и обратно.        В отличие от Годжо, Джун не выглядела такой же веселой и довольной. Её постоянно начинает тошнить в самолёте. Вот и сейчас едва на ногах стоит от усталости и боли в животе. Даже таблетка не помогла пережить полёт. Не подействовала. Один плюс — быстро добрались. Сатору проспал весь перелёт, пока она сдерживалась, чтобы не заблевать всё вокруг.       — Годжо-сан, помогите. Я умираю!        Было безумно стыдно, но ничего со своим организмом Джун поделать не могла. Её всё-таки вырвало, к счастью, в одну из мусорок. Во рту так неприятно и горько, а ещё хочется провалиться сквозь землю.        Казалось, что Годжо просто ушёл, бросив её здесь одну, но через пару минут он вернулся и повел за собой из аэропорта на улицу, усаживая на одну из лавок.        — Ох, Джун, у тебя что, непереносимость полетов?        Оказалось, он ходил за водой, открыл бутылку и подал ей, чтобы она прополоскала рот и попила. Ещё и мятный леденец для неё купил. Какая забота.        — Простите. Обычно лекарство помогает, но не сегодня.        — Плохо спала?       — Ну, это тоже.        После вчерашнего всплеска энергии она и не ела, не то, что не спала. Да ещё и мутило весь вечер после той телепортации. Что за силы вообще у Годжо?        — Мне уже лучше.       — Хорошо, тогда пойдём поймаем такси.       Джун согласно кивнула и поднялась с лавки, шагая за Годжо. В отличие от неё, он знает, куда нужно ехать, так что ей остаётся только следовать за ним.        На такси они ехали около двух часов куда-то за город. Джун часто бывала в Фукусиме, но в место, куда они приехали, попала впервые. Везде были горы, а на склоне одной из них виднелся небольшой дом. Похоже им туда. Но как туда добраться? Ведь между ними и скалами пропасть.        Заметила фуникулёр она, только когда к нему направился Годжо. А ещё она заметила Хоши. Он стоял прямо у фуникулёра и выглядел крайне недовольным, глядя на них. Захотелось его столкнуть в пропасть.        — Это просто маразм какой-то. Почему здесь вы? — никакого приветствия. Разговор начался сразу с криков.        — Ну, наверное, чтобы твои нервные клетки порадовать. Ты счастлив?       — Это явно ошибка…        — Ты о себе? Согласен. Твои родители явно недоработали, когда тебя делали.        — Мразь!        Джун решила не встревать в перепалку двоих мужчин, предпочитая рассмотреть скалистую породу внизу. Высоко. Если упасть, то точно насмерть.        — Угомонись, Хоши, — к ним вышел ещё один мужчина, но явно старше, чем все они, смерил взглядом парня и наконец-то взглянул на них. — Приехали расследовать?        — Ага. И вообще бы не хотелось здесь задерживаться. Так что, может, скорее переправите нас на другую сторону? Быстрее закончим, быстрее уйдем.       — Хорошо.       — Идём, Джун, прокатимся.        Согласно кивнув, девушка последовала за Годжо, но тут же ей путь преградил Хоши.       — Это будет к лучшему.        Он толкнул её слишком быстро. Она, не успев среагировать, попятилась назад и уже спустя секунду полетела вниз, прямо в обрыв.        Умирать не хотелось. Не так и не сейчас. Такого раньше не происходило, но сейчас, возможно, из-за того, что она вскрыла весь свой запас энергии, некоторые техники стали для неё более доступны. Джун даже не заметила, когда перестала падать. Ноги упёрлись в воздух, словно она стояла на чем-то твердом и осязаемом. Впрочем, так и было. Ничего бы не вышло, если бы раньше, возможно, сотни лет назад, здесь не было обрыва. Стоило только представить, как под ней была твердая поверхность, чтобы она появилась. Магия времени невероятна. Джун знала, что может так делать, но раньше не всегда получалось.        — Джун!       — Я в порядке! — крикнула она, подняв голову вверх.        — Точно?        Вероятно то, что видели её глаза, было невидимо для других. Ведь её глаза видели прошлое, а её силы позволяли идти вне времени. Это так захватывает дух.        — Да всё нормально. Увидимся на другой стороне?       — Ты уверена? Как ты там вообще… Ладно, я скоро.        Судя по голосу, она снова удивила Годжо. Он даже не смог подобрать нужных слов. Впрочем, как и остальные, когда она, словно по дороге, зашагала по воздуху в сторону гор.       — Да что за чёрт? Она вообще человек? — недоуменно и даже немного испуганно, пробормотал Хоши.       — Кстати, — резко остановившись, Сатору обернулся к парню, одаривая его злобным взглядом. — Подумаешь, выкинуть ещё что-то подобное хоть раз от тебя даже мокрого места не останется. Понял?       — Да идите вы к чёрту!        Джун довольно быстро добралась до другой стороны пропасти и забралась на каменную дорожку, ведущую к дому. Здесь было ещё двое магов, но они оказались более дружелюбны и даже предложили ей чай, пока не прибудет фуникулёр. Ехал он медленно. Но зато чай был вкусным, и она успела его выпить.        — Как добралась? — тут же спросил Годжо, приближаясь к ней.        Хотя он прекрасно видел, как она добралась, да ещё и так быстро. Но он не мог понять, как.       — Нормально. Только вот… хочу вернуться и сломать шею Хоши. Можно?        — Нет. Идём.       Маги за ними не пошли, только открыли дверь хижины и вновь вернулись на свой пост. Джун ожидала, что хижина лишь прикрытие для отвода глаз, но того, что было внутри, не предвидела. Никакой хижины, лишь длинная каменная лестница, ведущая вниз. Коридор освещён фонарями, но даже так сложно было увидеть конец прохода. Спускались они довольно глубоко под землю, пока наконец-то не упёрлись в массивную дверь с кучей иероглифов.        Годжо долго возился с дверью, пока она наконец-то не открылась, открывая вход в огромное хранилище. Внутри всё походило на древний храм. Всё такое величественное и яркое. Высокие стеллажи с книгами и свитками, полки с артефактами и оружием. Здесь было так много всего. Но они ведь здесь не для того, чтобы любоваться и восхищаться, а понять, как и кто мог сюда проникнуть. Собственно, Джун уже думала об этом.        — Это место ведь скрыто от взора непосвящённых, да?        — Да, если не знать, где искать и как выглядит это место, его никогда не смогут найти даже маги.       — Я заметила кое-что, пока шла сюда, но сначала хочу осмотреться здесь.        Годжо не стал спорить и молча пропустил её в хранилище.       — По этому тоннелю точно никто не пытался проникнуть сюда. Очевидно, здесь сложная система на входе, да и охрана бы заметила. Других ходов нет?        — Нет.        В этот момент Джун пыталась вспомнить всё, чему её учил Мамору-сан. На что обратить внимание, что искать и как почувствовать след чужой энергии. Это было сложно и требовало концентрации, но так хотелось быть полезной и сделать хоть что-то хорошее. Приходилось стараться изо всех сил.        Сперва ничего не привлекало внимания, а затем глаз резко зацепился за маленькую блестяшку, застрявшую между плиток у одного из стеллажей с книгами. Джун тут же поспешила взять её. Это оказалась серьга с мелким камешком. От неё исходила проклятая энергия, но ощущаться начала только когда девушка взяла её в руки. Как-то раз Джун уже видела этот проклятый предмет в одной из книг Мамору, поэтому сразу его узнала.        Это особые серьги, позволяющие владельцу проникать сквозь предметы, просто надев их. Но действуют они только в паре. Одна осталась здесь, но даже если так, техника позволяет ещё около минуты проходить через предметы. Если её кто-то обронил здесь, а надо было срочно уходить, то понятно, что за ней никто не вернулся. Но кто это был и как нашел это место?       — Годжо-сан, похитили только свитки с информацией о хронометре?        — Да, полагаю, только это им было и нужно. При проникновении сюда сразу включается сигнал тревоги, и пока охрана прибудет сюда, пройдет около минуты. Очень мало времени, чтобы обыскать здесь всё и найти нужный свиток.        — Здесь был один человек. Возможно, женщина… нужно проверить, — спрятав серьгу в карман, Джун под удивленный взгляд Годжо поспешила подняться по лестнице обратно наверх.        — Джун, что это ты удумала? — Годжо схватил её за руку, когда она уже собиралась прыгнуть вниз с обрыва. — И что ты там нашла?       — Я всё расскажу, но сначала нужно проверить. Подождите здесь.        Сатору в этот момент совершенно не понимал её, но всё-таки решил довериться и отпустил руку. Джун тут же спрыгнула вниз, приземляясь на небольшой выступ, а затем прошла немного вперёд и скрылась из виду.        Потребовалось некоторое время, чтобы найти залаз в пещеру. Он был узким, но лишь сначала. Проползая пару метром стало просторнее, и девушка смогла выпрямиться. Очевидно, что должен быть ещё путь, как попасть в хранилище. И, похоже, это путь к нему. Джун освещала себе путь фонариком на телефоне. Здесь кругом была паутина, но некоторая оборвана, причем совсем недавно, а на многовековом слое пыли виднелись следы от обуви.        Добравшись до резкого спуска вниз, Джун, не раздумывая, съехала по нему и едва не врезалась в каменную стену. Похоже, за стеной и находится хранилище. Но толщина каменной стены огромная — около двадцати метров точно. Разбить её, чтобы пробраться в хранилище, непросто. Но имея волшебный предмет, это кажется легко.        Выключив фонарик, Джун снова сосредоточилась, пытаясь почувствовать чью-то энергию. Это было непросто, но спустя пару минут она смогла уловить слабый, едва уловимый след энергии и даже лёгкие нотки женского парфюма. В пыльной пещере они ещё не успели рассеяться. К сожалению, личность по этим данным не вычислить, но зато она поняла, как было совершено проникновение. Скорее всего, похититель забрался сюда с самого дна пропасти. Это единственный вариант.        Не желая здесь больше находиться, Джун поспешила выбраться. Это оказалось сложнее и заняло больше времени, но всё-таки получилось. Вскарабкавшись обратно на дорожку, Джун поспешила себя отряхнуть от пыли. Годжо терпеливо ждал, когда она объяснит, почему выглядит так, будто вылезла из ящика с пылью.        — Я не знаю, кто это был, как узнал об этом месте и знал, где искать нужный свиток. Но я уверена в том, что это была женщина и знаю, как она пробралась в хранилище. Там внизу есть небольшой залаз, я сама в него еле протиснулась. Он ведёт в небольшую пещеру, и там есть спуск вниз, прямо к стенам хранилища. Внизу точно кто-то был недавно. Видны следы и оборвана паутина, — не удержавшись, Джун громко чихнула, доставая из кармана серьгу и отдавая её Годжо. — Это особый предмет, позволяющий проходить через стены. Я нашла её внутри хранилища. Думаю, так внутрь и проникли. Через стену.        — Хм… как ты поняла, что есть ещё проход?        — Это было очевидно. Он должен был быть. Ведь даже с этими серьгами пройти через все эти огромные горы и добраться четко к хранилищу невозможно.       — Значит, кто-то знал и об этом залазе. Очевидно, всё планировалось очень долго, и кто-то был здесь неоднократно. Предатель среди посвященных?       Очевидно, так и было. Либо один из стражей сам проник в хранилище, либо передал нужную информацию другим лицам.       — Может, это Хоши?        — Я тоже был бы не против, чтобы это был он, — Сатору лукаво улыбнулся. Этот парень не нравился им обоим. — Ладно, пойдем, заберём ещё один экземпляр свитка и пойдем отсюда.        — Что? Экземпляра было два?        — Ага. И теперь, когда украден один, очевидно, что мы должны забрать второй.       — Чтобы расшифровать его и найти загадочный хронометр раньше, чем те, кто его уже ищет? Звучит круто, но это вообще реально, если учесть, что этого не смог никто сделать за сотни лет?        — Много чего изменилось за эти сотни лет, Джун. Сейчас есть в мире то, чего не было тогда.       — Что, например?        — Ты и я.        Первый маг времени за тысячу лет и единственный Шестиглазый маг с бесконечностью. И всё в одно время. В одно столетие. И правда, если появились на свет они, то, возможно и шанс расшифровать подсказки и найти хронометр теперь есть. Мир здорово изменился.        — Годжо-сан, думаете, хронометр реально отыскать?        — Ну, если кто и сможет его найти, то, наверное, только ты, Джун.       — Почему я?        Это слишком ответственная миссия, чтобы доверять её ей. Да и вряд ли кто-то рискнёт доверить.        — Извини, я не силен в головоломках. Так, — остановившись возле одного из стеллажей, Годжо придвинул лестницу поближе, — нам нужен черный свиток. Он где-то наверху. Достань его.        — Почему я?       — А почему нет?        Вздохнув, не желая дальше спорить, Джун полезла вверх по лестнице. Она явно была старой и шаталась, и скрипела от каждого шага. Хорошо, что Годжо придерживает, хотя это и не сильно спасает.        Забравшись на самый верх, Джун начала копаться в свитках. Так много всего. Интересно, что там? Возможно, она никогда не узнает.        Никакого черного свитка Джун не видела, но заметила черный тубус у стены. Пришлось повозиться, чтобы открыть его. К счастью, внутри был черный свиток.        — Нашла.        — Отлично, спускайся.        Перебросив ремешок тубусе через плечо, Джун медленно начала спускаться, но лестница не выдержала даже её хрупкого тела, и ступенька отвалилась прямо под её ногой. Джун только успела пискнуть, как уже полетела вниз. В ожидании жёсткого приземления она даже закрыла глаза, но удар так и не случился. Её поймал Годжо, и у него даже ноги не дрогнули. Сильный.       — Вот поэтому я и не полез сам.       — Я бы вас точно не поймала.       — Как так? А хотя бы предпринять попытку? Всё! Я обиделся, — он даже поджал губы ставя её на пол, но быстро снова натянул улыбку. — Что ж, свиток у нас, ты хорошо тут поработала. Вечером напишешь детальный отчёт, а сейчас… нас ждёт ещё одно важное задание.        — Какое?        — Объесться здешних моти. Участие обязательно. Идём. Какой вкус твой любимый?        — Как можно выбрать какой-то один? Я люблю абсолютно все вкусы. Но…возможно, моти с мятным мороженым, с шоколадной крошкой я люблю немного больше чем другие.        — Что за извращение? Ты странная. Клубничные самые вкусные.        — А вот и нет! Просто не каждому дано оценить истинный вкус мятных моти.        Сатору лишь хмыкнул на её замечание, но ничего не сказал.        — И что за отчёт? Я не хочу ничего писать.        — А придётся.       Обратные билеты в Токио были только на завтра и только в обед, так что по приезде в город пришлось заселиться в отель. А после Годжо повёл её по местным кондитерским устраивать рейды за моти.        За то, что она сегодня хорошо постаралась, ещё и утерла нос Киотским магам, Годжо великодушно платил за всё сам. Джун даже понравилось объедаться моти. Ела всё, со всеми вкусами, до тех пор, пока уже ничего не влезало. Давненько она так не обжиралась сладким. Но было круто.        — Смотри, какая прелесть, Джун!        На рынке было полно всяких вещей, за которые цеплялся глаз, но Годжо заметил плюшевую игрушки в виде улыбающегося шарика моти. Он долго не думал и купил игрушку. Мужик в двадцать семь лет купил себе игрушку в виде моти. Стоит ли удивляться? Ещё и пушистый ремешок к ней попросил. Носить с собой будет, что ли?        — Годжо-сан…        — Это для тебя. Смотри, не потеряй.        Девушка даже перестала дышать от удивления, когда Сатору приблизился к ней и перекинул ей через плечо тот самый пушистый ремешок. А затем, поправив её волосы, отошёл назад. Удивительно было понять, что игрушку он купил для неё. Ей сделали подарок. Пусть это и просто игрушка, но всё-таки. Было приятно. И так смущающе. Годжо так добр к ней.        — И вот как с таким милым и невинным личиком можно нести разрушение? Смотришь своими глазками, и единственное, что хочется сделать, это спрятать тебя от всего этого жестокого мира, но никак не оборвать твою жизнь. Как у кого-то только рука подымается?        Подобные слова прежде не звучали в её адрес. Услышать подобное казалось нереальным. Нет такого человека, кто мог бы такое сказать ей. Не было. Пока не появился Годжо Сатору. Сильнейший маг не видит в ней угрозу, даже несмотря на то, что она может его ранить. Он хочет ей помочь. Хочет защитить?       Сдержаться не получилось. Сначала глаза начали блестеть, наполнились влагой, а затем горячие слезы полились по щекам. Она заплакала. Громко и надрывисто. Давно не плакала. Уже и забыла, какого это.       — Ну что же ты. Все теперь смотрят на тебя. Мне становится неловко стоять рядом с тобой. — говорил так, будто собирался отойти от неё, а сам взял и обнял. Так тепло и нежно.        В его объятиях было уютно как дома. От этой мысли Джун зарыдала только сильнее.       Сатору обнимал её пока она не успокоилась, перестала вздрагивать от слёз, а дыхание пришло в норму. И пусть его рубашка была теперь мокрой от слёз, это не имело значения.        Джун даже не знала, что сказать и как оправдать свои рыдания. И, к счастью, Годжо не пытался узнать. Наверняка всё сам понял. Поэтому она продолжала молчать, потягивая сок из трубочки.       — Сводить тебя в кино на мультик?       Такая резкая смена темы рассмешила девушку.       — Обойдусь. Я что-то устала.       — Уверена? Вдруг будут показывать мультфильм о принцессе.        — Принцессы глупые. Они все влюбляются в первого встречного, а затем живут в надежде на счастливую жизнь. В мультиках о принцессах нет реализма. Не люблю такое.       — Какой же сложный механизм у тебя внутри: ничего не понять и не предвидеть. Сложно! А ведь раньше ты была другой: такая тихая, улыбчивая и со всеми учтивая. Выглядела так, будто веришь в сказки. Как всё быстро поменялось. Как быстро у тебя всё забрали.        — Что?        — Помню тебя ещё с программы обмена в Киото. Это ведь был первый и последний раз, когда тебе разрешили участвовать.        — Откуда… вы знаете? Я…       — Ну, я был там и всё видел. Всё видел.       Джун сжалась от неприятных воспоминаний о том дне на программе обмена. Это был ужасный день. Один из самых ужасных. Из-за того, что случилось тогда, даже пришлось отменить всё.       — Тебе правда нужно было уйти из Киото.       Джун хотела, но тогда у неё были свои причины там остаться. Правильным было её решение или нет, уже не важно. Ничего не изменить. Всё так, как есть сейчас.        — Джун?       Обернувшись на чей-то удивленный зов, девушка увидела перед собой невысокую женщину и мужчину. Сначала она даже не поняла, кто эти люди и почему так смотрят на неё. Но уже спустя несколько секунд в памяти всплыли знакомые образы этих людей, но немного моложе.        — Джун, это ведь ты? Эти глаза я везде узнаю.        Джун потеряла дар речи. Мама. Папа. Перед ней стояли её родители. Родители, которых она не видела уже почти семнадцать лет. Джун мечтала об этом дне когда-то в детстве. Представляла, как родители вот так придут и заберут её домой. Но этого не случилось. Мечты разбились о жестокую реальность. Странно было встретить их здесь и сейчас. Почему? Лучше бы этого не происходило совсем.        Стоят совсем рядом, смотрят на неё с таким виноватым выражением лица. Мама едва сдерживает слёзы, а ей даже говорить не хочется. Внутри нет ничего, кроме детской обиды.       — Скажи хоть что-то, Джун? — отец молил её сказать хоть слово, заговорить с ними, а ей вообще не хотелось. — Ты нас не помнишь?        — Отец, чего вы здесь застряли… — к ним подошли ещё двое людей: парень чуть старше её, и совсем маленький мальчик. Года четыре, может. Парень сначала выглядел недовольным, пока не увидел её. — Сестра?        — Джун, это что, твоя семья? — голос Годжо выдернул её из оцепенения от встречи с людьми из прошлого.        — Нет… у меня нет семьи. Я… я пойду, — не в силах больше находиться здесь, Джун поспешила уйти прочь. Подальше отсюда.        Хотелось побыть одной. Она слышала, как Годжо что-то ей говорил вслед, но она не остановилась, а лишь ускорилась и побежала прочь.        Не хотелось ничего вспоминать, ничего говорить. Хотелось просто побыть одной и в очередной раз осознать свою ничтожность. Так Джун добежала до парка, к самой его дальней части и просто села под деревом. Нужно было прийти в себя. У неё больше нет семьи, нет родителей, нет старшего брата, а теперь ещё и, похоже, младшего брата. Она больше не имеет к ним отношения. Теперь она сама по себе. Нужно просто снова вспомнить это и осознать, что ничего не изменилось.        Тем не менее хотелось плакать. Как маленькой девочке устроить истерику, вернуться и спросить, как они могли выбросить её и оставить одну. Да, она унаследовала древнюю технику клана, но разве в этом была её вина? Разве это достойная причина избавиться от ребенка? Ещё и смотрели на неё так, будто скучали. Как они вообще посмели подойти к ней и заговорить? Почему это должно было произойти сегодня? Хотя она в любом случае отреагировала бы так же. Она больше не ребёнок, который готов был поверить всему, что скажут. Она выросла и потеряла доверие к окружающим. Как можно доверять кому-то, когда самые близкие люди предали?        Джун просидела в парке до самого вечера, в очередной раз проклиная себя и свою силу. Но вечность жалеть себя было нельзя, поэтому она направилась обратно в отель. Всю дорогу она вертела в руках плюшевое моти. Такое мягкое, приятно пахнет клубникой и хорошо успокаивает. Оказывается, не только приятный, но и полезный подарок.        — Проголодалась? — Годжо возник будто из неоткуда, коснулся её плеча, заставляя вздрогнуть.       Удивительно, что его волнует именно это, а не где она шлялась. Возможно, он знал, где она, или решил не спрашивать. Может, понял, почему ушла. Всё может быть.       — Не особо.       — А я да. Пойдем поедим. Ещё не поздно для ужина.        Сопротивляться было бесполезно, да и сил не было. Внутри моральное опустошение. Пришли они в небольшой ресторанчик недалеко от отеля. Есть особо не хотелось, но Джун всё-таки сделала заказ. Годжо долго молчал, но всё-таки решил поговорить. Правда, не о том, о чём она думала.       — Почему ты выбрала фамилию именно Маэда? — этот вопрос был неожиданным, но вовсе не удивительным.        Все знали, что её настоящая фамилия совсем другая. Так было проще не только Джун, но и другим лишний раз не хотелось слышать ненавистную фамилию.       — Уже не помню. Кажется, увидела в каком-то журнале. Подумала, что мне подойдёт.        — Почему же тогда в паспорте другая фамилия?        — С документами сложно всё. Однажды мне сказали старейшины, что если я изменю фамилию и сделаю новые документы, они будут считаться фальшивыми. Угрожали натравить полицию и прочие органы. Все не против называть меня Маэда, но эта фамилия не может стать моей настоящей. Мне не избавиться никогда от тяжести носить фамилию Фудживара.       — Почему же никогда? Выйди замуж и носи фамилию мужа.       Джун лишь скривилась на это предложение. Она пошла работать учителем, лишь бы как раз не выйти замуж. Это совсем не то, чего она хочет.        — Я не хочу замуж. Да и кому нужна такая жена, как я?       — В мире много отчаянных мужчин. Кто-то да найдется подходящий.        — Даже если есть кто-то подходящий, не факт, что я доживу до этой встречи. Тут бы хотя бы до весны дожить, чтобы увидеть цветение персика. Моя жизнь не принадлежит мне.        Не может изменить фамилию. Не может уехать, куда захочет, чтобы никто не отслеживал перемещение, не полететь за пределы Японии. Да что там! Даже детей ей нельзя иметь. Даже это ей запретили. Ведь есть риск, что её техники передадутся по наследству, а это никому не надо. Всё решалось за неё всю жизнь. А те решения, которые она принимала сама, никто не одобрял и наказывал её.       — Но если всё-таки так случится, хочу вместо обручального кольца — Кольцо Всевластия с какой-то красивой гравировкой. Только так.       — Ах, ну если так, то если ещё и готовить умеешь, то я сам женюсь на тебе однажды.        — Вот уж не стоит.       Непонятно, существует ли вообще такая девушка, способная сладить с Годжо, да и унять в нем его разгульный образ жизни? Сёко однажды сказала, что он дамский угодник и ценит личную свободу. Да чтобы он добровольно женился или даже влюбился, должен мир перевернуться. Такого Джун точно не хочет.       — Ты задела мою гордость.        — Так будет лучше для всех.        — Ох уж эти твои разговоры о смерти!       Проигнорировав недовольный взгляд, Джун решила доесть свою еду. Ей всё-таки ещё отчёт писать. Не хотелось бы делать это ночью. В планах было поесть и уйти в отель, но, очевидно, только в её планах.        — Идём, нужно сделать ещё кое-что.       Кое-что. Когда они выходили из кафе и шли в сторону парка, Джун думала обо всём. Снова есть сладкое, снова работа или ещё какая-то глупость. Впрочем, насчёт глупости она не ошиблась.        — Нужно прокатиться на велосипеде. Велопрогулки полезны перед сном. Какой хочешь: розовый или жёлтый?        Когда они подошли к прокату велосипедов, Джун даже почувствовала себя неловко, а видя восторг Годжо, ещё больше расстроилась. Хотелось бы покататься. Это правда, казалось хорошей идеей, вот только…       — Годжо-сан, может, вы сами прокатитесь?        — Одному скучно. Так розовый или жёлтый?        — Никакой. Я не умею кататься на велосипеде.        Какой позор! Ей скоро двадцать один стукнет, а она ни плавать, ни на велике кататься не умеет. Машину водить научилась, и то только потому, что Мамору-сан настоял.        Конечно, Годжо делал это ненамеренно, но Джун снова ощутила себя никчёмной личностью, лишённой детства. Обычно родители учат своих детей и плавать, и кататься на велике, роликах, коньках и прочей ерунде с самого детства. Сейчас уже поздно начинать что-то.        — Тогда возьмём этот, — Сатору задумался всего на секунду, после чего взял в аренду велосипед для двоих. Это смутило ещё больше, чем её неумение кататься.        — Это плохая идея.        — Нет, хорошая.        — Как она может быть хорошей? Если на обычном не умею ездить, как я должна делать это на этом? И сама убьюсь, и вас заодно…        — Что это за угрозы такие? Садись, давай, нормально всё будет. Это просто. Нужно только педали крутить.       Ужасно. Кошмарно. Хуже быть не могло. По-сути, ей ничего не мешало взять и уйти, наотрез отказаться, бросить здесь Годжо. Ничего, кроме совести. Этот человек помогает ей с техниками… и не только. Отказать ему не позволила совесть. И пусть она не умела, но всё-таки села на этот чёртов велосипед.        Прошло минут десять, прежде чем начало хоть что-то получаться. Такого стыда Джун давно не испытывала. Хочется стереть этот момент из жизни навсегда.       Годжо был очень терпелив. Не давил на неё, и, наверное, поэтому Джун старалась усерднее, пока они наконец-то не двинулись с места. Держать равновесие было сложно. Она уже бы упала, если бы на передней части велосипеда не сидел Годжо. Он был доволен. А вот она дрожала от страха, боясь взглянуть перед собой, но, тем не менее, крутила педали. Ездить на велике оказалось страшнее, чем бороться с проклятиями. Здесь шанс навредить себе был больше.        Было уже довольно темно, солнце давно село, но уличные фонари хорошо освещали дорогу. Подул ветерок, и Джун наконец-то решила посмотреть по сторонам. Так красиво. И легко. Это не на машине гонять, здесь ветер дует прямо в лицо, навевая слабый аромат цветов под нос. Было всё ещё страшно, но уже не так, как в начале. Но уверенность внушали не её навыки, а мужчина впереди. Она доверилась ему. И не зря. Кататься на велике приятно.        Но стоило только расслабиться, как велосипед на что-то наехал, и их резко повело в сторону. Не успела она вскрикнуть, как уже выпала из сидения и покатилась вниз с невысокого холмика, свалившись прямо в клумбу с цветами. Рядом упал велосипед, а чуть дальше и Годжо. Вот тебе и покатались. В конце оказалось всё неприятно и больно, но поездка точно запомнится надолго.       — Ох уж этот камешек, испортил всё, — забурчал Годжо, приподнимаясь. Велик его опрокинул. Даже неловко. Он ведь сильнейший. — Но было весело, да?        — Похоже на то. Вот только… с моей ногой что-то не так, — смотреть, что там произошло, Джун не решилась.        Не хотелось испортить хороший момент. Хорошее воспоминание. Если не считать падения, то было правда весело и хорошо. Джун даже засмеялась.        — Вывих… сейчас исправлю.       — Что… — и понять ничего не успела, как резкая боль в ступне заставила замолчать. Джун даже не вскрикнула, когда Сатору вернул её ступню в нормальное положение. — Было больно.       — Но ты ведь себя вылечишь?       — Да, но не сразу, — вздохнув, Джун присела, устало потирая ушибленную спину.       Цветы жалко смяла их своим телом, а они ведь так хорошо пахнут.        Собиралась посмотреть, что же случилось с велосипедом, но зрелище прямо перед ней полностью завладело всем вниманием. Видимо, во время падения Годжо потерял свои очки. И сейчас Джун наконец-то смогла увидеть то, что он прятал за своей повязкой и темными очками. В мыслях было разное: от шрамов до косоглазия, но никак не такое. Слишком красиво, чтобы быть настоящим. Взрыв Вселенной, самый незабываемый рассвет или чистейшая гладь океана. Невероятной красоты глаза. Они нереальны. Из другой вселенной, не иначе. Ничего более красивого и захватывающего Джун прежде не видела.        Или видела? Когда-то давно. Словно дежавю. Словно это уже было. Но было ли? Могла ли она раньше встречать Годжо где-то? А если да, почему забыла? А может, она сошла с ума от его красоты?       Резко закружилась голова, и Джун упала обратно в цветы. Это последствие падения или результат лицезрения Бога?        — Ты уже влюбилась? Ммм, — посмеиваясь, Годжо склонился к ней, глядя прямо в глаза.       — Я думала, вы косоглазый.        — Это не тот ответ, которого я ждал.       — Это и есть отражение шести глаз? А что это вообще значит? Вы видите в темноте или сквозь предметы? А что насчёт будущего?        — Хм! У тебя, похоже, сотрясение, — нахмурившись, мужчина отвёл взгляд в сторону.        — Думаете? Голова, конечно, болит, но не настолько. Или вы можете сканировать даже людей? А что насчёт лазеров из глаз как Супермен?       — А ты всегда была такой болтливой, — со вздохом Годжо снова посмотрел на неё и неожиданно улыбнулся. Так очаровательно. Без повязки он выглядел так молодо и мило. — Сказать честно, то мои глаза видят даже сквозь одежду. И раз уж мы настолько теперь близки, то может, будешь называть меня по имени?