Становление неизлечимо больного злодея, мучающего своих учеников

Возможно, его феромоны просто оказались еще более отвратительными, чем можно было вообразить. Пахло недокуренной сигаретой, которую зачем-то окунули в воду. Нет, скорее это был удушающий смрад сотен окурков, плавающих в грязной луже. — Я все думал, что за ублюдок тут давится моими феромонами. А это, оказывается, ты? Эли, который только что пинал раненого, подошел ближе с издевательской ухмылкой. И чем ближе он подступал, тем невыносимее становился этот смрад. — Сиело. Райан поспешно перехватил Сиело за руку. Казалось, одно лишь его прикосновение немного ослабляло действие отвратительных феромонов принца. — Нехорошо так себя вести, Эстебан. Особенно по отношению к человеку, который станет твоим мужем. Я ведь предупреждал: тебе лучше поскорее привыкнуть к моему запаху. Сиело яростно нахмурился. — Не говори о вещах, которые еще даже не подтверждены. Резкие слова сорвались с его губ прежде, чем он успел подумать о последствиях. Но Эли лишь лениво усмехнулся в ответ, будто подобный отпор со стороны Сиело был для него самым обычным делом. — Да-да, ты всегда так говоришь. Но знаешь что? Герцог Эстебан лично пообещал: если я вернусь с войны победителем, он без лишних слов одобрит наш брак. — …Что ты сказал? Любой человек, у которого были уши, прекрасно знал, по какому сценарию развивалась эта кампания. Победа была гарантирована изначально и без его участия. На самом деле, война могла бы закончиться гораздо раньше, если бы Илай не вмешался. И все же человек, которого Сиело называл «отцом», отправил принца на передовую, прекрасно зная, что тот из себя представляет. Да и Император закрыл на это глаза. Это был чистой воды фарс. Семье Эстебан позарез нужен был зять со звучным титулом «наследный принц, принесший победу в войне». Неужели они не понимали, как это отразится на их собственном сыне? Понимали. Герцог Эстебан, с которым Сиело виделся в день совершеннолетия, определенно знал обо всем, что произошло между молодыми людьми, но все равно продолжал настаивать на этом браке. — …Мне ничего об этом не сообщали. — Ну и что с того? Ты всерьез думаешь, будто твое мнение способно на что-то повлиять? — Да. И даже если это ничего не изменит, я все равно скажу. Я отказываюсь. Я категорически отвергаю этот брак и любые отношения с Вашим Высочеством, выходящие за рамки банальной вежливости. В их прошлую встречу Сиело потерял контроль над собой из-за нахлынувших воспоминаний и удушливых феромонов. Но с таким ничтожеством, как Эли, нужно было говорить твердо и жестко. Дать четко понять: он ему отвратителен. И держаться нужно как можно дальше. — В таком случае я просто проигнорирую твой отказ. — … — На предстоящем банкете будет официально объявлено о нашей помолвке. А свою следующую течку ты проведешь исключительно со мной, Сиело. Разве тебе самому не любопытно, какое дитя родится от слияния наших генов? — … — Но для начала нам придется поработать над твоим скверным поведением. Пока Сиело сверлил его яростным взглядом, Эли резко сократил дистанцию и обрушил на его голову сокрушительную волну своих феромонов. Сиело рефлекторно зажал рот ладонью, сдерживая подступившую тошноту. Но в то же мгновение Райан решительно рванулся вперед, утягивая юношу за спину и накрывая комнату собственным мощным присутствием. — Ты…! Из-за вмешательства Райана принц осекся и попятился. Феромоны рецессивного Альфы никогда не смогут одолеть силу доминантного. Смрад Эли был мгновенно поглощен и рассеян без следа. Однако Райан на этом не остановился. Он сконцентрировал свой запах, превратив его в острое, карающее лезвие, и направил этот ментальный удар прямо на Эли. — Гхк… Лицо принца мертвенно побледнело. Он крупно задрожал и судорожно заскрежетал зубами, напоминая трусливого щенка, забившегося в угол перед матерым хищником. — Да как ты смеешь… Кем ты себя возомнил… — Закатай губу, братец, — с обманчиво мягкой улыбкой произнес Райан. — Мне плевать на все остальное, что ты захапал, но Сиело тебе не достанется. — …Ха! — Раз уж ты и так отобрал у меня абсолютно все, оставь мне хотя бы это. Райан продолжал дружелюбно улыбаться, но вздувшиеся на его висках вены наглядно показывали, каких титанических усилий ему стоило сдерживать бушевавшую внутри ярость. — А что, если я его не оставлю? — … — Что ты мне сделаешь? Я наследный принц этой страны! Император — мой отец! Эли залился безумным хохотом. Однако его тело инстинктивно продолжало пятиться от Райана. Стоило феромонам доминантного Альфы обрушиться на него с новой силой, как первобытный страх окончательно взял верх, заставляя принца отступать шаг за шагом. Райан вплотную приблизился к нему и тихо, но отчетливо произнес прямо на ухо: — Тебе бы лучше сделать правильный выбор, братец. — … — Я ведь, знаешь ли, хорошими манерами не отличаюсь. И если надо — кусаю насмерть.