Неужели моя судьба состоит из лжи даже про свой пол?

Для кого-то, чтобы встать с кровати нужен луч солнца, кто-то очнется ото сна с помощью интуации, а сегодня Куникудзуси проснулся от бормотания своей соседки по комнате. Открыв глаза, парень все также не мог понять, что происходит, из-за занавешанной шторы, однако выяснять тот не спешил: не хотел рисковать раскрыть себя. Переодевшись в школьную форму, тот выглянул, чтобы посмотреть, что же происходит по другую сторону куска голубой ткани. Это была Фарузан, что неудивительно, ведь другой соседки нет. Она крутилась вокруг зеркала с прозрачной резинкой для волос, чтобы собрать второй хвост, который то и дело непослушно увертывался от симметрии в прическе. Если не знать, что это ученица, казалось, что это что-то бормочет бабка на скамейке, которой не сделали скидку на две моры, только голос молодой. — Да эти волосы! И когда еще они могли быть такими непослушными! На моем веку еще такого не было! — агрессивно бормотала та, пытаясь захватить рукой волосы, а другой обмотать их резинкой, да так, чтобы было идеально. — Как я вижу, два языка выучить вышло, а с прической работать — нет, — подшутил Куникудзуси, беря в руки расческу, чтобы уложить и свои волосы. — Будто у тебя что-то лучше выйдет! Небось, таких особ, как ты, не учили такому! — попыталась выкрутиться Фарузан, недовольная колкими словами. Поучать других веселее, нежели когда поучают тебя. — Показать на тебе или на личном примере? — только спросил Куникудзуси, уже представляя внутреннее возмущение соседки. — Ага! Еще чего! Подумала, что мои волосы сможешь получить! — доверять такой колкой особе казалось самоубийством. — А я думала, что прикоснуться к особе знатного рода — мечта любого простолюдина, — повисло странное молчание. Дальше слова от бывшего наследника не пошли, хотя, казалось, должно было идти продолжение. — Да как ты вообще смеешь так говорить! Милочка, как можно жаждать такого от невыносимой особы! — дальше ответа не последовало ни от кого. На такую дерзость послышалось хмыкание. Не было понятно, означало оно переосознание или же недоверие к словам. Все же схема сближения с человеком из-за статуса всегда легче ложилась в голову. Есть примеры из жизни, когда люди сразу пропадали, достигнув цели стать известными наследнику. И, может, не все поступали так из-за подобного желания, однако ничто не могло это доказать. Никому нет дела до него. Все предают. Люди — все они подлецы. Все также считал Куникудзуси и был уверен в своем мнении, сидя на кровати с опущенным лицом вниз и руками, сжатыми в кулаки, будто бы он желал кому-то глотку перерезать. Но все же его настрой был сбит воспоминанием о силуэте, который ему показался знакомым. В Инадзуме он точно его видел не раз, но вот вариантов, кто это мог быть, не приходило на ум. Нахмуренное личико стало более задумчивым, пока тот не почувствовал взгляд Фарузан, у которой наконец-таки получилась прическа. — Что за поколение пошло! Неужели принцессы не могут быть расторопными? — заладила та недовольным голосом, звучащим осуждающе, отчего напоминал бормотание злобной карги. — Как я вижу, той наглости, о которой ты говоришь, много и в тебе, — язвительно ответил парень, скрестив руки. — Думаю, ты так долго спала, что пытаешься нагнать упущенное? — То, что я не знала о том, что происходило у вас в Инадзуме по поводу наследства, не делает меня ни о чем не знающей! — Фарузан поняла, к чему тот клонил и на чем строилась эта злая шутка. — Могу заметить, что твоя реакция на высоте. Значит, оклемаешься, — Куникудзуси отлично злил Фарузан, видя, как легко это сделать. Посидев еще немного на кровати, парень встал и начал расчесывать свои волосы. Фиолетовая расческа с символом Электро быстро справилась со своей работой. Никаких причесок в планах не было, хоть и в случае чего он без проблем мог сделать шедевр на голове. В последние годы, когда статус наследника был снят с парнишки, обучение было совершенно другим. Его учили не тому, что пригодится для правления страной. А если точнее, то Куникудзуси закинули на остров Татарасуна, где он три года прожил почти как обычный простолюдин, хоть и до сих пор в глазах других был девушкой. Там его и обучили кузнечному делу, прическам и более практичным делам, так что сын Райдэн не пропадет в неизвестной обстановке без помощи, как и сейчас. Дальше сборы состояли из подготовления учебников, принадлежностей для письма и тетрадок с листами бумаги. Предметов не было много, но на каждый было уделено по полтора часа. Из дисциплин сегодня предлагалось прийти на историю Фонтейна, историю Инадзумы, изучение древнего языка, а также на часовую лекцию по астрономии в качестве всестороннего развития. Для дня в этой престижной академии расписание оказалось свободным, особенно, если сравнивать со следующим днем, где будет четыре дисциплины по полтора часа и две по сорок пять минут. Однако не всем день показался загруженным: Фарузан будто бы ожидала еще большей нагрузки. Куникудзуси же никак не отнесся к расписанию, не видя в этом что-то важное, сложное или легкое. Напольные часы пробили семь утра. До начала занятий оставалось двадцать минут, а соседки по комнате уже были готовы выходить. Несмотря на не самые лучшие отношения, они не спешили разделяться, будучи непривыкшими к новой обстановке. Поймав себя на такой мысли, парень под прикрытием явно не будет в восторге, что и произошло: бывший наследник подошел к двери и открыл ее, собираясь прогуляться, а не привязываться к кому-либо здесь. Все равно предадут. Куникудзуси вышел в коридор и пошел к кабинету, где должна будет проходить история Фонтейна. Конечно, уйдёт не двадцать минут на то, чтобы целенаправленно идти к месту начала занятий, но лучше прийти раньше, чем опоздать. Некоторые девушки уже ходили по зданию, мило беседуя, пока рабочие убирали инвентарь в кладовки, а охрана от Фонтейна и Фатуи мирно патрулировала закоулки. Однако прогулка в одиночестве была прервана шагами какой-то ученицы, приближающимися к носителю фамилии Райдэн. Предполагаю, читатель подумает о Фарузан, как и посчитал Куникудзуси, вспоминая ее поведение вчера, когда та не смогла его оставить разглядывать силуэт, однако это суждение не будет верным: парня пыталась догнать Лайла. — Прости, Куникудзуси Райдэн, остановись, пожалуйста! — девушка уже задыхалась так, будто пробежала марафон, а не пять метров. — Вы не знаете, где кабинет астрономии? — У вас что-ли не было экскурсии? — парень посмотрел в лицо одногодки, пытаясь понять, серьезно это она или нет. — Или все в Сумеру такие ветреные? — Я не хотела тебя беспокоить, я просто заснула на тот момент. Так подскажешь мне? — И какие же умозаключения привели к тому, что спрашивать надо не у работающих здесь, а у меня? — язвительно заметил Куникудзуси, до сих пор пытаясь найти подвох в словах, от чего Лайле стало некомфортно стоять, чувствуя пристальный взгляд. — Я просто больше никого не видела из знакомых, тем более у вас по расписанию будет астрономия, только позже и без подразделений. И вам, наверно, показали, где находится кабинет, так? — та пыталась удержаться за шанс получить помощь. Она не считала себя особенной или сильной ученицей, чтобы беспокоить незнакомцев. Однако, повернув голову назад, чтобы не чувствовать холодный взгляд, девушка заметила еще более родную фигуру, которая с большим удовольствием поможет. — Что тут творится? Здраствуй, Лайла! — в этот раз это была Фарузан. Той явно хотелось выделиться и показать себя более зрелой и мудрой, чем те двое. Куникудзуси же только усмехнулся, в мыслях веря, что они лишь изображают хорошее отношение друг к другу. — Кого я вижу! Думала, что ты уже заснула, — язвительно сказал парень. Только на его слова никто не отреагировал. — Здраствуйте, мадам Фарузан! — Лайла подошла ближе к давней знакомой. — Я просто хотела бы узнать, где находится кабинет астрономии. Какой все же ужас! Как я могла о таком забыть? — девушке было стыдно, что даже такую базовую информацию она не смогла запомнить. — Конечно я помогу! Сейчас покажу, где он! — бирюзоволосая, взяв за запястье нуждающуюся в помощи, повела ее в нужное место, оставляя Куникудзуси одного. Тот даже не был опечален: скорее, парень находил это занимательным. — Спасибо большое. Мне так не хотелось опоздать на свое первое занятие! Надеюсь, я справлюсь с программой, — планка постоянно сонливой как всегда была ниже некуда. — Да что ты такое говоришь? Почему ты так считаешь еще? — Фарузан была удивлена такой позиции, зная по слухам и по воспоминаниям, что у той всегда были отличные работы, однако Лайла не поняла смысл фраз. — Я знаю, мне тут нечего делать. Прости, мадам Фарузан... — Да за что ты извиняешься?! — ученица из Сумеру уже была разозленна низкой самооценкой знакомой. — Если ты сюда попала, то еще что-то стоишь! — Спасибо за поддержку, но не стоит: я вижу сама, что буду плавать в темах... Если бы не помощь наставницы, то я бы ничего не добилась! Похожий диалог продолжался практически до конца пути. Лайла говорила о своих ужасных навыках, а Фарузан пыталась доказать обратное. Но, как и все может надоесть, общаться на эту тему казалось бесполезно, так что обе перешли на другую. — Кстати, а у тебя какая соседка по комнате? — спросила ученица на историческом направлении. — У тебя только одна? — озадаченно спросила синеволоска. — У меня их две: Еимия и Ху Тао. Про Еимию ты слышала, а вот Ху Тао изучает искусство. Если честно, она немного жуткая, — девушка оглянулась так, будто описанный ею персонаж появится за ней. — Но при этом у нее еще хорошие познания в мифологии, чтобы сочинять всякие песни про тех же хиличурлов. А у тебя как дела обстоят? Я видела только Куникудзуси. Она твоя соседка по комнате, мадам Фарузан? — Да, все верно. Если честно, лучше бы у меня было пять соседок, чем она одна. Никого, кроме себя не уважает, так еще почти не переспорить ее: всегда выгодная позиция какая-то! — казалось, что Фарузан закончит реплику на пожелании всего плохого, как это делают стереотипные бабки на лавке, однако случилось другое: те дошли до кабинета по астрономии. — Кстати... Вот это время летит: уже дошли. Тебе же сюда надо? — та резко сменила тон на более спокойный. — О! Да, спасибо большое! Я даже не знаю, как бы сама дошла! — девушка была искренне благодарна. — Ну конечно! Всегда обращайся к мадам Фарузан, — с гордостью ответила та, собираясь идти к кабинету истории Фонтейна. В академии почти никто не преподавал два предмета сразу, так что ученики всегда ходили по разным кабинетам. Даже если тематики предметов похожи, чтобы их мог вести один человек, учебное заведение требует идеального знания и подачи того, о чем они говорят. Но это даже хорошо: все учителя лучше некуда. Пара минут, и Фарузан была у нужного кабинета. Рядом стоял Куникудзуси, смотревший в окно на внутренний двор. Кабинеты же имели окна на другую сторону. Больше знакомых лиц не было. Хоть на этаже они учились не одни, все были неизвестны бирюзоволосой. Чтобы не стоять, как дуб, девушка подошла к соседке по комнате. — И все же как ты могла не помочь Лайле? Не воспитали тебя хорошо! — решила начать та диалог, вспоминая сцену, отрезок которой ей вышло увидеть. — А тебя, как вижу, даже не учили хорошим манерам. Не забывай, кем я являюсь, — тот про говаривал сквозь зубы, пытаясь очень понятно намекнуть, что явно не был в восторге получить выговор от какой-то там одногодки неизвестного происхождения у всех на виду. — А то, как я понимаю, наша соня-засоня смогла успеть выучить языки и ничего более, раз даже не понимает, что не все могут иметь благородные намерения... — его небольшую пафосную реплику не дали закончить. — Ты хотела запугать Лайлу?! — девушка начала возмущаться так, что некоторые обернулись, ожидая продолжения. Какое их было удивление, что рядом с бирюзоволосой одноклассницей стояла бывшая наследница престола Райдэн. — Как я понимаю, ты видишь во мне только негатив. И когда ты вообще решила, что моей целью будет запугивать кого-то? — несмотря на всю интонацию, которая, казалось, дразнила Фарузан, в ней было что-то большее, чем шутка. — Неужели ты испугалась Лайлы? — соседка по комнате попыталась взять больший контроль над давлением. — Не думала, что когда-нибудь услышу такую глупость. Мне казалось, что для таких глупых предположений у тебя нет места в голове, — голос ответчика был холоден. Несмотря на точку в этом диалоге, Куникудзуси хотел добавить разъяснение своей фразы, но вместо этого улыбнулся, будто вспомнил шутку. Хотя, это уже было смешным для него, раз парень под прикрытием подумал, насколько это глупо – рассказать о том, о чем подумал тогда, более ясно. Ответ Фарузан не был громким. Та подняла голову вверх, не желая выглядеть озадаченно, и, развернувшись, зашла в кабинет, пока бывший наследник отвернулся к окну. В этот раз он решил разглядывать противоположные концы коридоров, раздумывая обо всем. "Какие же тут все доверчивые," — пробегала главная мысль в этом круговороте недолгих, но рассуждений. Для парня тут все были дурачками, которые хотят его подставить, и при этом слишком глупы, чтобы увидеть, что с ними поступают точно также. Но он не считал себя героем, чтобы их образумить, ведь наружности у них черствы и корыстны. Тратить на таких время нельзя: лучше стать одиночкой. Смотря в окно, Райдэн подмечал: все ученицы были такими разными даже с одинаковой формой. А на глаза пока попадалось несколько знакомых лиц: веселая Еимия, неловкая Лайла, замкнутая Линнет и скромная Аяка. Посмотрев на левую сторону, парень заметил огромный маятник с циферблатом на все этажи. Оказалось, что до урока осталась всего пара минут, и ученицы постепенно начали заходить в кабинеты, где будут учиться. А как же поживает наша Фарузан? Та бормотала себе под нос, пытаясь найти свою перьевую ручку, будто это ей поможет. Но, видимо, это рабочий способ найти предмет, ведь после пары копаний в сумке нужный прибор для письма уже лежал на столе. Теперь можно ждать начала урока. Уже сделав выводы о Куникудзуси как о трусе и параноике, та не сильно в этом копалась, ведь не придавала значения: кто знает этих дочерей правителей! "Я же буду в числе умных? Может, мне почитать учебник?" — такие мысли засели у жительницы Сумеру в голове. Девушку больше волновало то, насколько она будет умнее и мудрее остальных, что и сделает ее в глазах других старше. Ученицы уже расселись по местам, а Куникудзуси наконец-то вошел в кабинет. Рассадки никакой не было, но, видимо, судьба уже прямо говорила, что он с Фарузан будет всегда вместе, пока те будут учиться: свободное место было только рядом с соседкой по комнате. Бирюзоволосая, сидевшая у окна, быстро того заметила, и они оба почувствовали внутреннее недовольство, что им опять придется терпеть друг друга. — Опять ты, — нахмурилась сидевшая. — И, конечно же, я хотела постоянно быть рядом с тобой, — не понять, что это был сарказм, было невозможно. Продолжения не последовало. Куникудзуси быстро сел и за одно мгновение достал необходимые предметы для учебы. Как только это было сделано, прозвенел звонок, и, будто по расписанию, учительница появилась в кабинете. Урок начался. Парень был готов встать, чтобы поприветствовать вошедшую женщину, однако этого никто не просил. Тот сидел очень аккуратно, как подобает элегантной девушке, будто это было заданием, а Фарузан, заметив такое действие, сама пыталась выпрямиться и выглядеть лучше соседки по парте. Глаза у них показывали совершенно разное, несмотря на похожие позы: взгляд Куникудзуси выглядел наигранно или не-понастоящему незаинтересованным, словно не собирается вкладывать усилия, а бирюзоглазая девушка смотрела прямо на учителя, пытаясь впитать даже неначавшиеся слова. Но вместо обучения в класс пришла уже известное лицо: это была Сянь Юнь. Она явилась, чтобы записать рассадку и список пришедших, а затем также быстро ушла. Куникудзуси и Фарузан переглянулись, осознавая, что теперь их места прикреплены рядом друг с другом. Теперь этот план рассадки будет у каждого учителя на руках. Все это сделано, чтобы не было конфликтов с местами. Придется мириться с очередным соседством. А изучение истории Фонтейна началось.

***

Чем дальше шел урок, тем больше хотелось есть. С утра еще не было никакого завтрака, и он будет только после конца занятия. Для употребления пищи дается полчаса перемены, а затем тяжелый день до легкого обеда. Однако наша двоица не была соблазнена мыслями о еде и думала об учебе, записывая всякое в тетрадь. Несмотря на то, что Фарузан кажется более внимательной и вникающей, записывать в тетрадь первой начала не она, а только подхватила тему, чтобы не уступать Райдэн. Сама же учительница известной личностью не была, но подбор персонала в академии был на высоте. Рассказ начинался с древних легенд, что была Богиня Эгерия, что создала из существ Океанид человека. Это была красивая история со страшным пророчеством. И, хоть Эгерия существовала, но была просто правительницей, а пророчество было не настоящим. Хоть и потопы тогда были не редкостью, ничего настоящего в мифах не было. Далее была пара схем, и урок закончился. Без десяти десять послышались часы, громко бьющие один раз. Далее в каждом кабинете прозвучала фраза от директрисы Арлекино, объявившая, что сейчас время завтрака. Класс начал быстро пустеть. Все торопились в столовую. Однако некоторые не бежали со всех ног за едой. В их числе были пара учениц, а также Фарузан и Куникудзуси. Как несложно догадаться, у них были разные причины: одна не могла выйти, ведь парта у окна имела выход только со стороны Райдэн, а тот без спешки собирал вещи. Пока для наследника еда не играла большой ценности, то для нашей мадам поесть не было первостепенной задачей, но это не отменяло ее важности. — А ты можешь просто уступить и дать мне пройти? — недовольно говорила ученица, трогая мешающего за плечо, будто это придаст скорости действию. — Боишься не успеть, когда у нас столько времени? — язвительно ответил парень, показательно складывая принадлежности медленнее. — Не знаю, как вас в богатых семьях учат, что так относитесь к еде, но в чем проблема меня выпустить? — Фарузан все также негодовала. — Вижу, что тебя не кормили столько же, сколько ты и спала, — за такую дерзкую фразу Куникудзуси заслуженно получил пощечину. — Я понимаю, что слова закончились, — уже не так самодовольно проговорил парень, потирая щеку. — Сначала научись манерам. Я даже не заставляю называть меня мадам Фарузан, а ты все равно не можешь справиться с задачей, — девушка чуть ли не кричала. Продолжать эту перепалку ей не хватало терпения. — Вот и твое настоящее лицо без всяких масок, мадам Фарузан, — такая смена темы вызвала непонимание со стороны оппонента Райдэн. На лице у парня появилась ухмылка, и он почти мгновенно удалился, будто раскрыл тайну, оставив озадаченную соседку по комнате, у которой на лице был вопрос о здравости собседеника. "Что она о себе возомнила, что пытается придумать себе какую-то главную роль. И когда наследников начали воспитывать такими недоверчивыми и трусливыми?" — подумала ученица, поднимаясь со стула. Как только она вышла из кабинета, появилось уже знакомое лицо. Читателю будет ясно, что этот человек – Лайла. Однако сказать, что желтоглазая шла одна, будет неправильно: Еимия с удовольствием сопровождала свою соседку по комнате. Также стоит заметить еще одного персонажа, что шла сзади, рассматривая каждый угол коридора, перебегая от стороны в сторону. У нее было два длинных хвостика, а яркие глаза остановились на девушке с похожей прической. — Здраствуй, мадам Фарузан, — робко сказала Лайла, будто бы ее заставляли. А, может, ее что-то беспокоило. — Встретились три подружки около опушки. Девушка подошла и четвертой стала, — приветствие нового лица превратилось в стихотворение из четырех строк. — Как я понимаю, ты та самая, о которой так хорошо отзывалась Лайла и говорила Еимия. — Привет, мадам Фарузан! Это Ху Тао, наша соседка по комнате. Стихи классные сочиняет! — очень тепло и энергично отозвалась Еимия, как и всегда. — И, оказывается, у нее дедушка работает в похоронном бюро. У меня же тоже дедушка занимается бизнесом. А еще у него такая шляпа классная, и по наследству переходит! Интересно такую реликвию иметь! Только меня бы похороны угнетали, но Ху Тао у нас сильная духом! — казалось, что болтушку не остановить, однако все обошлось. — Все-все, хватит, я поняла, — замахала руками названная мадам. — Приятно познакомиться, Ху Тао. Как знаешь, я Фарузан. Прошу называть меня мадам Фарузан: я так лучше слышу, — та уже преисполнилась гордостью, рассказывая про себя. — Без проблем, мадам Фарузан, — беззаботно ответила девушка, качаясь взад и вперед. — Ты считаешь себя старше, но мы все одного возраста. Что-то за этим стоит. — она, будто возомнила себя детективом, прищурила глаза, дожидаясь ответа. — Тебе нравится считать себя старше других? Мне тоже! С детьми очень приятно общаться, я для них старшая сестра! — блондинка так была рада, что у них есть что-то схожее, однако предполагала, что приезжая из Сумеру имеет другие причины. — Она с детства такой была. Ее бабушка воспитывала, и от нее частенько были похожие словечки, — заговорила Лайла после своего долгого молчания. — Только это было как игра во взрослых. Не думала, что такое перерастет в характер, — златоглазая, начала закручивать на палец прядку волос, волнуясь так, будто сказала что-то не то, и такого вообще не было. А если не было, то как она будет делать работу и помогать Еимии? Та застыла, закрывшись в своей голове. — Да, все так. Я с ней и отправлялась на экспедицию в пустыню, — ответила Фарузан, положив свою руку на плечо Лайлы, чем оторвала ее от своих прогнозов по провалу. Однако теперь, отвлекая от дурных мыслей, сама погрузилась в не самые счастливые воспоминания. Пока выдающаяся ученица вновь начала перебирать варианты того, что сказала не так, Еимия, заметив это изменение, собиралась аккуратно спросить, однако Ху Тао была быстрее задала менее тактичный вопрос, чем могла блондинка. — Она умерла? — два простых слова так спокойно и практически беззаботно вырвались из рта, будто брюнетка спрашивала про погоду. Осталось дождаться ответа, который мгновенно последовал. — Нет-нет! — отвечающая сразу отдернулась, будто боялась, что то предположение будет исполнено. — Она жива... надеюсь... она пропала без вести, как и я шесть лет назад. Недавно я смогла найти выход, и меня нашел торговый караван, а она исчезла за пару дней до моего возвращения в Сумеру. Ее продолжают искать, однако храм, о котором я рассказывала, не могут даже найти... — Фарузан вздохнула, опуская глаза на пол. — Но я туда больше никогда не полезу! Я этими загадками по горло сыта! — ее друзья ничего не успели сказать, как та смогла прийти в более привычное для всех расположение духа. Пока Еимия и Ху Тао искренне сочувствовали ситуации, Лайла взяла себя за юбку, смотря из стороны в сторону неловко, ведь она могла рассказать своим соседкам по комнате. Девушка слышала эту историю, но даже не потрудилась ввести подружек в курс дела, и рассказать об этом было страшнее. — Мне очень жаль тебя. Надеюсь, бабушка скоро найдется. Если ты с ней столько времени провела в необычном месте, то, значит, вы сильные духом, и с ней все будет хорошо! — попыталась приободрить блондинка, посмотрев на огромные часы с маятником. — Ой, мы же торопились в столовую! Компания двинулась в сторону лестницы из мрамора, на которой красовался голубой ковер с золотистой окантовкой. Лайла пыталась успевать, что не давало сосредоточиться на негативных мыслях. Пока Еимия была лидером, активно всех подзывая не опаздывать, Фарузан спокойно шла посередине, явно наслаждаясь своим кругом общения, а также тем, что тему не заставили обсуждать дальше, а Ху Тао то отставала, то опережала, рассматривая все и вся, иногда останавливаясь. Таким разношерстным отрядом до столовой будет весело идти. А скоро можно набить свои животы едой.