Пособие Живоглота «как заполучить Грейнджер» || A Familiar's Guidance

Драко потратил всю следующую неделю на эмоциональные качели. В некоторые дни он следовал своему плану, подкалывая Грейнджер в (безуспешной) попытке разрушить её чары над ним. В другие он поддавался своему соблазну: пренебрегая планом, он бесстыдно следовал за ней по всей гостиной, чтобы завязать разговор. Этим утром он проснулся с неимоверными желанием присутствия Грейнджер. Но, естественно, она уже ушла. Её отсутствие было особенно обескураживающим, потому что Драко и без того беспокоился о предстоящем матче по квиддичу. Они играли против Гриффиндора (фактически, против Поттера), поэтому на кону стояло мужское достоинство Драко. Ему было бы легче настроиться на игру, если бы он смог вызвать улыбку у Грейнджер. Увы, он был брошен на произвол судьбы. Драко натянул свою форму для квиддича, сразу же начиная потеть под её тяжестью. Только он начал успокаиваться, как услышал шорох, доносившийся из угла гостиной. Живоглот. — Если ты притащил очередную мёртвую птицу, я выселю тебя, — предупредил Драко. Шорох прекратился. Драко закончил одеваться и убедился, что его защитные перчатки и нарукавники в сумке. Шорох возобновился. Драко высунул голову в коридор, держа палочку наготове. Как он и предполагал, Живоглот притащил что-то запрещённое. К счастью, это был не очередной труп в качестве «подарка» Грейнджер. — Это вообще-то моё, — заворчал Драко, увидев в острой пасти Живоглота свой шарф в цветах Слизерина. Жёлтые глаза дважды моргнули. Драко подался вперёд. — А теперь отдай-ка сюда, — спросил он, медленно продвигаясь прямо, как будто приближался к нунду. (Справедливости ради, Живоглот был таким же пугающим.) Кот и не собирался отпускать шарф. Вместо этого он сильнее впился клыками в ткань и побежал по коридору, остановившись только перед дверью Грейнджер. — Ты не посмеешь испортить вышивку! — недовольно воскликнул Драко. Живоглот не выглядел обеспокоенным. Он начал скрести когтями по двери Грейнджер, пытаясь мяукнуть с шарфом во рту. — Она ушла, — заметил Драко. — Ты сто процентов знаешь об этом. Недовольное рычание кота дало Драко понять, что ему всё равно на его слова. Кот снова забарабанил лапой в дверь Грейнджер. Непрошеные прощальные слова Дамблдора промелькнули в голове Драко. Казалось, он намекал на то, что Драко неправильно истолковал подсказки Живоглота. Он перевёл взгляд с кота на свой шарф в его зубах, затем посмотрел на дверь Грейнджер. — Я в замешательстве, — признался Драко, в своё поражение поднимая руки. Живоглот снова не выглядел удивлённым его словам. — Я не знаю, что ты пытаешься получить от меня, но сейчас мне нужно подумать о предстоящей игре, которую я обязан выиграть. Он ощущал на себе недовольный взгляд Живоглота всю дорогу до входной двери.

***

Драко чувствовал себя паршиво. Шёл дождь, счёт был 50:20 в пользу Гриффиндора, а он всё ещё ни разу не заметил снитч. Что ещё хуже, Луна Лавгуд в сопровождении приглашённого Ли Джордана комментировала происходящее. Рассказ Лавгуд поначалу казался забавным, пока она на одном дыхании не прокомментировала новую метлу Драко и тот факт, что она провела значительное время в подземельях его семьи. — Хотя он уже извинялся, — беспечно добавила она, после чего у Драко появилось острое желание спрыгнуть с собственной метлы. Он стёр капли дождя с очков, пытаясь разглядеть поле. Но видел лишь пляшущие зелёные и красные пятна. Сильно напрягая зрение, он в конце концов заметил Поттера, парящего рядом с необычайно рыжим пятном. Он предположил, что это Уизли. Ему было приятно осознавать, что Поттер был так же растерян, как и он сам. Он подумывал о том, чтобы полетать кругами по полю, но по опыту знал, что это неэффективно, как из-за усталости, так и из-за того, что так труднее обнаружить снитч. И вот, с большим сожалением, смешанным с сильной скукой, он переключился на комментаторов. — Уизли, нет, Джинни, она только что вернула контроль над квоффлом! — орал Джордан. — Гарри очень повезло. (Драко бы поспорил.) — Джинни такая милая, — добавила Лавгуд. — Её волосы почти идеально сочетаются с шерстью Живоглота. — Живоглота? — переспросил Джордан. Драко чувствовал себя так же растерянно, как и Джордан. Он понятия не имел, почему все считали Живоглота легендарным. — Это же фамильяр Гермионы Грейнджер! — воскликнула Луна, как будто Джордан был единственным, кто не в теме. — Ты разве его не видишь? Не видишь Живоглота? Драко был в замешательстве. О чём говорил Лавгуд? Драко не был в замешательстве слишком долго, потому что спустя мгновение Джордан рассмеялся. — Чёрт возьми! Гермиона Грейнджер, твой кот только что присоединился к матчу! — Похоже, он за чем-то гонится! Наверное, за мозгошмыгами. Известно, что фамильяры их видят, — сказала Лавгуд. В очередной раз сняв защитные очки, Драко вылетел в центр поля. Несомненно, там было оранжевое пятно, которое бесновалось. Это была одна из самых удивительных вещей, которые когда-либо происходили во время игры в квиддич, подумал он, поскольку в этом году узнал, что Живоглот терпеть не может сырость. — Живоглот! Немедленно вернись сюда! Глотик! — похоже, что уши Драко были настроены на голос Грейнджер, хотя, возможно, она кричала так громко, что её слышали все, несмотря на дождь. Кто-то — скорее всего, мадам Трюк — не позволил Гермионе выбежать на поле. Если бы Драко не был по уши влюблён в Грейнджер, он бы остался искать снитч. Но ему очень нравилась Грейнджер, и сейчас было очевидно, что она — и её вредный фамильяр — нуждались в нём. Несмотря на протесты его команды, Драко спустился вниз и начал выкрикивать свои указания неугомонному зверю. — Живоглот! Твоя ведьма очень сердита на тебя! Живоглот бросил на Драко лишь один упрямый взгляд и больше не удостоил его никаким вниманием, продолжая кружить по полю. Драко ускорился на своей метле и, когда решил, что оказался достаточно близко, протянул руку, чтобы схватить кота. Учитывая, что он был волшебным существом — и к тому же быстрым, — Живоглот легко увернулся от попытки Драко. — Если это не свидетельство способностей Малфоя в преследовании, то я не знаю, что это! — завопил Джордан. Стиснув зубы, Драко взял себя в руки и проигнорировал взрыв смеха, доносившийся с трибун; чёртова фамильяра Грейнджер было гораздо труднее поймать, чем снитч, и он хотел, чтобы они это знали. И снова он попытался поймать кота, но безуспешно. Игнорировать крики Грейнджер становилось всё труднее, как и удары по его гордости. В довершение всего к нему вскоре присоединились ещё трое гриффиндорцев: Поттер (худшее), Уизли (почти так же плохо) и девчонка Уизли (наименее терпимая, но всё равно ужасно раздражающая). — Глотик! — закричала девочка Уизли. — Иди сюда, Глотик! Поттер и Уизли внесли свой вклад в поиски, крикнув нескольких своих «Живоглот!». Драко, однако, не горел желанием делиться с кем-либо своими отважными попытками спасения и поэтому удвоил усилия. — Живоглот! Если ты пойдёшь со мной, я позволю тебе, — он сделал паузу после очередной неудачной попытки, — царапать столбик моей кровати в любое время, когда захочешь! — предложил Драко. Предложение, по-видимому, его не прельстило. Драко предположил, что это из-за того, что Живоглот не думал, что ему нужно разрешение, чтобы что-то поцарапать в их спальне. Осознав, что на метле у него ничего не выйдет, Драко опустился на землю и отбросил бесполезную деревяшку в сторону. Гриффиндорцы зависли в воздухе, не желая присоединяться к нему на земле. Живоглот всё ещё бегал по полю, за чем-то гоняясь. Что именно было объектом его внимания, Драко не мог разобрать из-за дождя. Он бежал за существом изо всех сил, несколько раз теряя равновесие, поскальзываясь на грязи. В тот момент защитные очки приносили больше вреда, чем пользы, и он сбросил их. Применив довольно впечатляющую стратегию, он перехватил Живоглота сбоку и бросился на землю, обхватив руками — мягко, но крепко — туловище кота. Живоглот тихо мяукнул, выражая приглушённый протест, но подчинился. — Ты доведёшь Грейнджер до сердечного приступа, — проворчал Драко. — А потом доведёшь до сердечного приступа меня! Драко почти ждал, что Живоглот ударит его за такое замечание, но вместо этого он вытянул свои (мокрые, грязные, вонючие) конечности и уткнулся носом в изгиб шеи Драко. — Что за, — пробормотал Драко, решая придержать все комментарии при себе. Было ясно, что, какие бы отношения ни связывали его с Живоглотом, они были очень деликатными. Драко неуверенно протянул руку и неловко погладил его по голове. Живоглот вознаградил его, мяукнув прямо ему в ухо. Затем он мяукнул ещё раз, затем ещё и ещё. Издавая непрерывный хор мяуканья и воя, он смотрел куда-то вдаль. — Что ты хочешь? Что не так? — решительно спросил Драко. Впервые за этот семестр он постарался правильно истолковать намерения кота. Вспомнив загадочный совет Дамблдора, Драко проследил за взглядом Живоглота, направленным на предмет, за которым тот, очевидно, охотился. Золотой снитч. Ну конечно. Он летел прямо над землёй, сверкая золотом среди моря грязи. Драко собирался наградить этого кота всей рыбой, которую тот смог бы переварить. — Ты великолепен! — воскликнул он. — Сейчас я собираюсь опустить тебя на землю, но тебе лучше вести себя прилично. Живоглот не стал плохо себя вести, как только его лапы коснулись земли, но он повёл себя не совсем прилично. Волшебник и кот бросились к золотому снитчу, поскользнувшись на особенно глубокой луже. Неудивительно, что кот оказался победителем; совершив впечатляющий, пружинистый прыжок, он сбил снитч на землю и зажал его грязными лапами, его жёлтые глаза торжествующе расширились. — Живоглот поймал снитч! — провозгласила Лавгуд. Чувствуя себя победителем, Драко подхватил кота, а вместе с ним и снитч. Живоглот снова положил голову на шею Драко, и тот несколько раз неуверенно похлопал его по плечу. На заднем плане началась потасовка из-за выбора победителя матча. — Ты чертовски права! Гриффиндор победил! — крикнул Джордан. До его слуха донеслись смешанные звуки: свист и одобрительные возгласы. — Но снитч сейчас у Драко Малфоя, — возразила Лавгуд. — Он слизеринец, если ты не знал. — Я знаю, кто такой Драко Малфой, — сухо сказал Джордан. — Но Живоглот — гриффиндорец по происхождению, и, таким образом, он обеспечил себе победу! Драко вполне поверил, что позиция Джордана была нелепой, и поклялся полететь к трибуне диктора и сказать об этом лично. Сразу после того, как он разберётся со своей проблемой с Грейнджер. Он и Живоглот — оба перепачканные грязью и прижавшиеся друг к другу — подошли к успокоившейся Грейнджер. Драко предполагал, что она сейчас была выбила из колеи. Хотя и определённо была спокойнее, чем он думал. Как только Драко вышёл за пределы поля, Грейнджер выхватила кота у него из рук. — Живоглот! — воскликнула она. — Ты непослушный мальчик! Это было так опасно! Несмотря на её предостережения, кот был счастлив получить дюжину поцелуев Грейнджер. Поттер и Уизли пролетели мимо, чтобы убедиться, что с Грейнджер и существом всё в порядке, и вернулись к своей команде. (Но только после того, как они смерили Драко взглядами, выражающими полную враждебность (Уизли), скептическую враждебность (Поттер) и скупое одобрение (девочонка Уизли).) Блейз и Грег, лишённые всякой деликатности, тоже пролетели мимо, смущённо подмигнув Драко и подняв вверх большие пальцы. Несмотря на вторжение, Драко чувствовал себя довольно хорошо. Дождь перешёл в туман, и из-за серых облаков выглянуло солнце. Большая часть волос Грейнджер выбилась из-под заколки и сильно завилась после того, как она побывала под дождём и ветром. Её карие глаза блестели от непролитых слёз, губы дрожали, когда она то читала нотации, то целовала Живоглота. Она была самой красивой ведьмой, которую Драко когда-либо видел в своей жизни. Словно только что вспомнив, что он здесь, Грейнджер посмотрела ему в глаза. — Малфой! Спасибо, спасибо, спасибо тебе, — сказала она восхитительно пронзительным голосом. Когда она бросилась к нему, он, не теряя времени, заключил её — и извивающегося Живоглота — в крепкие объятия. Кот немедленно вырвался из вышеупомянутых объятий, но удовлетворил всё ещё обеспокоенную Грейнджер, оставшись поблизости. Драко бросил ему снитч, и он развлёк себя тем, что зажал его между лапами. Без постороннего вмешательства Грейнджер ещё крепче прижалась к Драко, крепко обхватив его руками за талию. — Ты мог проиграть, — прошептала она в его форму. — Меня не волнует игра так сильно, как меня волнуешь ты. Именно тогда, когда правда, не задумываясь, сорвалась с его губ, Драко понял, что, с какими бы трудностями он ни столкнулся, он просто не мог избавиться от своих чувств к Грейнджер. Было глупо даже пытаться. И тогда он слегка отстранился от неё, крепко держа одну руку на её талии, а другой обхватив её подбородок, как он уже сделал это всего несколько дней назад. Хотя его кожаные перчатки были жёсткими и неудобными, а открытые пальцы — грязными, Грейнджер не вздрогнула от его прикосновения. Её губы приоткрылись совсем чуть-чуть, но она всё равно не отстранилась. Это было единственное приглашение, в котором он нуждался. Он прижался к её губам своими; простое мягкое касание их губ. Ему нужно было больше. Забыв о зрителях, Драко углубил поцелуй, запрокинув её голову назад. На вкус она была как клубника и дождь. Грейнджер ответила тем же, проведя рукой по его бицепсу и прижимаясь к нему. Он весь дрожал, его тело горело от ее прикосновений. Ничто не могло испортить этот момент. Даже магически усиленный голос Макгонагалл, сурово разносящийся над толпой и приказывающий: — Немедленно разошлись! (Однако это значительно сократило момент.) Грейнджер отстранилась первой, её губы припухли, а блеск стёрся. Это зрелище вызвало у Драко желание поцеловать её ещё раз. — Я хочу тебе кое в чём признаться, — сказал Драко. — Так получилось, что ты мне нравишься. На самом деле, даже очень. Она очаровательно хихикнула. Он поддался порыву поцеловать её, но ограничился коротким, целомудренным поцелуем в губы из уважения к Макгонагалл (и некоторой доли страха перед ней). — Я вроде как поняла это сегодня утром, — ответила Гермиона. — Сегодня утром? — Твой шарф, — подсказала Грейнджер. — Ты оставил его у моей двери сегодня утром, перед игрой. Я надела его для тебя, — она распахнула свою мантию, обнажив зелёные и серые полоски на шее. Он сделал мысленную пометку потребовать, чтобы она носила его шарф всю зиму. Драко взглянул на существо, к которому начинал испытывать большую привязанность. Кот посмотрел на него, и они обменялись весёлыми заговорщицкими взглядами. — Конечно, — пробормотал он. Возможно, Дамблдор что-то заподозрил. Возможно, Живоглот на самом деле одобрял его чувства к Грейнджер. Если так, то ему наверняка будет гарантирован пожизненный запас свежайшей рыбы до конца его дней. — И, — продолжила Грейнджер, не обращая внимания на то, что Драко обдумывал тот факт, что он в долгу перед её фамильяром, — мне показалось, что ты собирался поцеловать меня. Той ночью. — Я почти это сделал, — согласился Драко. Решив, что это стоит потери ещё нескольких очков, он снова поцеловал её. Позже тем же вечером, после того, как Драко и Грейнджер приняли душ, а Живоглот был (невольно) помыт (в результате чего руки Драко были изодраны в клочья), Драко и кот поговорили как волшебник с фамильяром. С помощью шипения, воя и мяуканья Живоглот сообщил Драко, что тот должен относиться к Грейнджер с максимальным уважением. За невыполнение этого требования ему грозит смертельная казнь от царапин. Драко поверил ему безоговорочно. Точно так же, с помощью тщательно подобранных слов и обещаний, Драко сообщил Живоглоту, что всегда будет ставить Грейнджер выше себя, поддерживать и заботиться о ней. Придя к взаимопониманию, они присоединились к своей ведьме на диване и начали соревнование за внимание Грейнджер, которое должно было продлиться всю жизнь.