Снег на ресницах

Глава десятая. Запах дома

Чимин проснулся от того, что кто-то ходил по избе. Он открыл глаза и увидел Юнги. Альфа стоял у печи, и в руках у него было что-то тёмное. Чимин сел, протирая глаза, и не сразу понял, что это. Светлые волосы рассыпались по плечам, и он заправил их за уши, прислушиваясь. Юнги стоял к нему спиной, и его плечи двигались размеренно, спокойно. Он что-то делал — Чимин не видел, что именно. Он поднялся и подошёл ближе, чувствуя, как его ноги затекли после сна. — Что ты делаешь? — спросил он сонно. Юнги обернулся. В его руках была старая, грязная одежда — та самая, в которой его нашли. Он держал её и смотрел на Чимина, и в его глазах была усмешка. — Решил избавиться от этого, — сказал он. — Ты прав. Это грязно и тонко. Я больше не буду носить это. Чимин замер. Он смотрел на Юнги, на его руки, которые держали старую одежду, и чувствовал, как в груди разливается тепло. — Ты уверен? — спросил он. — Уверен, — сказал Юнги. — У меня теперь есть тулуп. И я нашёл ещё кое-что. Он указал на лавку. Там лежала стопка одежды — несколько рубах, штаны, тёплый жилет. Чимин подошёл и провёл пальцами по ткани. Она была старой, но крепкой. И, судя по размеру, она должна была подойти Юнги. — Где ты взял это? — спросил Чимин. — На чердаке, — сказал Юнги. — Там был сундук. Ты говорил о нём. Я поднялся и посмотрел. Там ещё много вещей. Чимин улыбнулся. Он чувствовал, как в груди разливается что-то тёплое. Юнги не просто принял его заботу — он начал заботиться о себе сам. — Мы постираем их, — сказал Чимин. — И ты сможешь носить. Юнги кивнул. Он посмотрел на Чимина, и в его глазах мелькнуло что-то, что Чимин не мог назвать — не благодарность, не тепло. Что-то другое. — Спасибо, — сказал он. — За всё. Чимин почувствовал, как его сердце пропустило удар. Он смотрел на Юнги, на его бледное лицо, на его чёрные волосы, и чувствовал, как его собственный зверь внутри мурлычет от удовольствия. — Пожалуйста, — сказал он тихо. Они стояли друг напротив друга, и Чимин чувствовал, как воздух между ними становится плотнее. Он смотрел в глаза Юнги и чувствовал, как его сердце бьётся быстрее. — Ты тоже пахнешь... — начал он, но замолчал. — Тоже? Чем? — спросил Юнги. Чимин принюхался. Он чувствовал запах Юнги — тот самый, к которому уже привык. Но теперь он чувствовал больше. Он чувствовал нотки чего-то тёплого, мягкого, даже немного кислого. И под этим — что-то другое. Что-то, что заставляло его зверя внутри успокаиваться. Это был запах силы, но не подавляющей — защищающей. Запах, который говорил: "Я здесь. Я рядом. Ты в безопасности". — Ты пахнешь... домом, — сказал он. — И ещё чем-то. Я не знаю, как назвать это. Ты пахнешь... надёжностью. Юнги смотрел на него долго. Потом его губы дрогнули — почти улыбка. — Ты тоже, — сказал он. — Ты пахнешь мёдом. Сладко. Это успокаивает меня. Когда я чувствую твой запах, я перестаю беспокоиться. Чимин почувствовал, как его щёки заливаются румянцем. Он опустил голову, пряча глаза. — Правда? — спросил он. — Да, — сказал Юнги. — В твоём запахе есть что-то, что говорит мне, что всё будет хорошо. Даже когда я злюсь или боюсь. Чимин поднял голову. Он смотрел на Юнги, и его сердце билось быстрее. — Я тоже, — сказал он. — Когда я чувствую твой запах, я чувствую, что я в безопасности. Что ты защитишь меня. Юнги протянул руку и коснулся его плеча. Его пальцы были тёплыми. — Хорошо, — сказал он. — Значит, мы чувствуем одно и то же. Они стояли так долгую секунду, глядя друг на друга. И Чимин чувствовал, как его зверь внутри успокаивается, чувствуя присутствие альфы.

***

Они постирали всю одежду. Вместе. Чимин стоял на коленях у таза с водой, а Юнги сидел рядом и помогал ему. Они работали молча, но их плечи касались друг друга, и Чимин чувствовал, как тепло разливается по его телу. — Ты когда-нибудь стирал? — спросил он, когда Юнги неуклюже взял мокрую рубаху. — Нет, — сказал Юнги. — В стае это делали омеги. — А ты не пытался? — Я не умел, — сказал Юнги. — И не хотел. Чимин улыбнулся. — Теперь научишься, — сказал он. — Я покажу тебе. Он взял рубаху из рук Юнги и начал тереть её о доску, показывая, как правильно. Юнги смотрел на его руки, на его маленькие пальцы, на его лицо, долго задерживая на нем взгляд, и Чимин чувствовал это. — Ты смотришь не туда, — сказал он, не оборачиваясь. — Смотрю, — ответил Юнги. — Ты умеешь делать это красиво. Чимин покраснел. Он опустил голову, продолжая тереть ткань. — Это просто стирка, — сказал он. — Ничего красивого. — Есть, — сказал Юнги. — Ты умеешь заботиться. Это красиво. Чимин почувствовал, как его сердце пропустило удар. Он поднял голову и посмотрел на Юнги. — Ты говоришь странные вещи, — сказал он. — Правду, — ответил Юнги. — Я говорю правду. Они смотрели друг на друга, и Чимин чувствовал, как воздух между ними становится гуще. — Давай закончим стирку, — сказал он, отводя взгляд. Юнги кивнул. Он взял другую рубаху и начал тереть её, копируя движения Чимина. У него получалось неловко, но он старался. Чимин смотрел на его руки и улыбался. — Ты быстро учишься, — сказал он. — Я учусь, когда мне интересно, — сказал Юнги. — Тебе интересно? — Да, — сказал Юнги. — Мне интересно всё, что связано с тобой. Чимин почувствовал, как его щёки заливаются румянцем. Он отвернулся, продолжая стирать. — Ты слишком много говоришь сегодня, — сказал он. — Я хочу говорить, — сказал Юнги. — С тобой. Я хочу говорить с тобой. Чимин смотрел на воду, на свои руки, и чувствовал, как его сердце бьётся быстрее. Это было странно. Но в то же время это было приятно.

***

Когда одежда высохла, Чимин сложил её и отдал Юнги. — Вот, — сказал он. — Теперь у тебя есть чистая одежда. Старую можешь выкинуть. Юнги взял стопку и посмотрел на неё. Его лицо было серьёзным. — Ты сделал это для меня, — сказал он. — Я сделал это для нас, — поправил его Чимин. — Чтобы тебе было тепло и удобно. Чтобы ты мог работать по дому и не замерзать. Юнги кивнул. Он положил одежду на лавку и повернулся к Чимину. — Спасибо, — сказал он. — Я не знаю, как отблагодарить тебя. — Ты уже благодаришь, — сказал Чимин. — Ты делаешь это. Ты остаёшься. Ты помогаешь. Этого достаточно. Юнги смотрел на него долгую секунду. Потом шагнул ближе и обнял его. Медленно, осторожно. Чимин почувствовал, как его руки смыкаются вокруг его спины, как его тело прижимается к его телу. — Спасибо, — прошептал Юнги в его макушку. Чимин закрыл глаза и уткнулся носом в его грудь. Он чувствовал запах Юнги — чистый, тёплый, родной. И под ним — что-то ещё. Что-то, что заставляло его зверя внутри мурлыкать от удовольствия. Он чувствовал феромоны альфы — сильные, статные, но не подавляющие. В них была забота. Беспокойство. Желание защитить. Он чувствовал, как его сердце бьётся в такт с сердцем Юнги. И знал — это правильно.

***

На следующее утро Чимин проснулся раньше Юнги. Он лежал в своём углу и смотрел на альфу, который спал на лавке. Юнги был в новом тулупе, и его лицо было спокойным. Чимин смотрел на него и чувствовал, как в груди разливается тепло. Он подумал о том, как Юнги заботится о нём. Как он чистит снег, чинит вещи, рубит дрова. Как он стал частью их дома. И он понял, что хочет сделать что-то для Юнги. Что-то, что покажет ему, что он тоже заботится о нём. Он тихо поднялся, стараясь не шуметь. Надел свой старый тулуп, замотал шарф, надвинул шапку. Светлые волосы он заплёл в тугую косу, чтобы не мешали. Он взял нож и вышел из избы. Снег скрипел под ногами, ветер кусал лицо. Чимин шёл в лес, туда, где они охотились с Юнги. Он помнил, как альфа учил его читать следы, выслеживать добычу. Он помнил каждое его слово. Он нашёл заячьи следы у старого дуба. Они были свежими — края ещё не запорошились. Чимин пошёл по ним, ступая тихо, как учил его Юнги. Он чувствовал, как его тело двигается уверенно, как его зверь внутри просыпается. Он нашёл зайца в густых кустах. Тот сидел под корнями, прижав уши к голове. Чимин замер. Он смотрел на него и чувствовал, как его сердце бьётся быстрее. Он вспомнил, как Юнги учил его убивать быстро, безболезненно. Он сделал это. Быстро, резко. Когда он открыл глаза, заяц был мёртв. Чимин поднял его и пошёл обратно к избе. Он чувствовал, как его руки дрожат, но не от страха — от холода и напряжения. Он сделал это. Он поймал добычу. Сам. Он вернулся в избу, когда Юнги ещё спал. Чимин тихо разделал зайца, поставил мясо вариться и сел у печи, глядя на огонь. Он чувствовал, как усталость разливается по его телу, но внутри было тепло. Юнги проснулся от запаха варёного мяса. Он сел на лавке, протирая глаза, и увидел Чимина, который сидел у печи. — Что это? — спросил он сонно. — Завтрак, — сказал Чимин, не оборачиваясь. — Я сходил на охоту. Пока ты спал. Юнги замер. Он смотрел на Чимина, на его спину, на его светлые волосы, заплетённые в косу. Он не верил своим ушам. — Ты сходил на охоту? — переспросил он. — Сам? — Да, — сказал Чимин. — Я хотел сделать что-то для тебя. Удивить. Юнги встал и подошёл к нему. Он стоял рядом, глядя на него сверху вниз. — Ты сделал это, — сказал он. — Ты поймал зайца. Сам. — Ты научил меня, — сказал Чимин, поднимая на него глаза. — Ты показал мне, как это делать. Я просто повторил. Юнги смотрел на него долгую секунду. Потом его губы дрогнули. — Молодец, — сказал он. — Ты хорошо научился. Чимин улыбнулся. Он чувствовал, как в груди разливается тепло. — Садись, — сказал он. — Бульон готов. Они сели у печи, и Чимин налил им по плошке горячего бульона. Пар поднимался над тарелками, и в избе стало тепло и уютно. — Ты знаешь, — сказал Юнги, отпивая бульон. — Ты стал сильнее. — Раньше я так боялся… — сказал Чимин. — Но ты показал мне, что я могу. Что я не слабый. Юнги кивнул. Он смотрел на Чимина, и его глаза были тёплыми. — Ты не слабый, — сказал он. — Ты сильный. Ты просто не знал этого. Чимин опустил голову. Он чувствовал, как его щёки заливаются румянцем. — Спасибо, — сказал он. — За то, что научил меня. — Спасибо тебе, — сказал Юнги. — За то, что ты есть. Чимин поднял голову. Он смотрел на Юнги, и его сердце билось быстрее. — Что ты сказал? — переспросил он. — Я сказал, спасибо, что ты есть, — повторил Юнги. — Без тебя я бы замёрз в лесу. Без тебя я бы умер. Ты дал мне шанс выжить. Извини, что я тебя пугал и кричал на тебя, я тоже был напуган. Чимин смотрел на него, и чувствовал, как слёзы подступают к глазам. Но он не дал им пролиться. Он просто улыбнулся. — Все хорошо, я рад, что ты здесь, — сказал он. — Я рад, что ты остался. Юнги кивнул. Он протянул руку и коснулся руки Чимина. Его пальцы были тёплыми. — Я тоже рад, — сказал он. — Я рад, что остался. Они сидели у печи, глядя на огонь, и пили горячий бульон. Вокруг был холод, но внутри них было тепло.