Волчьи тропы

      - Нет! Это не козий рог! - гаркнула Метея.       Рена вздохнула и разжала пальцы, обреченно проводив взглядом кривой желтоватый корень, с тихим всплеском скрывшийся в мутной воде.       Ноябрь выдался погожим, но от летнего тепла не осталось и следа. В затянутом ряской озере, в котором Рена стояла по колено, вода была ледяная. Снова тяжело вздохнув, она переступила с ноги на ногу - высокие сапоги больно натирали бёдра - и снова опустила в воду руки, пытаясь нащупать среди водорослей нужное растение.       Тем утром Метея разбудила её едва начало светать, и вдвоём они отправились к берегу поросшего камышом и рогозом лесного озера, где, как говорила знахарка, рос козий рог – целебное растение, собирать которое следовало как раз перед первым снегом.       Последние несколько недель Метея учила Рену знахарству: различать травы и варить отвары, делать мази, вправлять кости, обрабатывать раны. Рена не возражала: Метея давно присматривала себе ученицу, а самой Рене хотелось быть полезной стае и хоть немного отплатить им за то, что они для неё сделали. Впрочем, сейчас, дрожа в ледяной воде, она мечтала только о том, чтобы вернуться домой, к тёплой ещё печке и залезть до самого носа под заячьи шкуры.       Увлеченная своими мыслями Рена вздрогнула, когда тишину предрассветного леса разорвал вой. Женщины настороженно переглянулись – голос, доносившийся откуда-то издалека, был им не знаком.       Вой раздался снова, на этот раз в нём отчетливо слышался зов о помощи. Рена дернулась было туда, откуда шел звук, но Метея опередила её, схватив за ворот куртки.       - Не лети!       Из логова зазвучали голоса стаи.       - Слышала? В логове тоже слышали, значит, стережь скоро придёт. А пока держись рядом со мной и делай, что я скажу - кто знает, кого ветром принесло. Поняла?       Рена кивнула - при мысли о стережи ей стало спокойнее.       Они успели преодолеть едва ли пару километров по заваленному буреломом лесу, когда ветер донёс до них густой, тяжелый запах. Втянув носом воздух, Рена почуяла кровь – медвежью и волчью.       Впереди между деревьев забрезжил просвет. Стоило им выйти на укрытую сизым туманом опушку, как взгляд Рены тут же метнулся к мужчине, сгорбившемуся у стены заброшенной старой часовни. Метея подняла руку, жестом велев ей держаться позади.       - Кто такой?       Чужак поднял на неё мутный от боли взгляд. Его правый бок был испачкан кровью, в длинных рваных ранах виднелись мышцы. Проигнорировав вопрос, он мотнул головой в сторону часовни:       - Там волчонок.       В этот момент до них глухо, как из бочки донесся писк. Встревоженно оглядевшись, Рена заметила у стены часовни, огромный, криво лежавший камень, некогда бывший частью кладки. Писк повторился и сомнений не осталось – он шел из-под камня.

***

      В небе за окном ещё ярко горели звезды, когда Тия бесшумно выскользнула из постели. Другие щенки ещё крепко спали, из соседней комнаты доносилось посапывание Креты. Тия подошла к приоткрытому окну и юрко забралась на подоконник. Не прошло и пары секунд, как её босые ноги коснулись мокрой от росы травы. Поежившись, девочка перекинулась и, воровато оглядевшись по сторонам, потрусила в сторону леса.       Путь предстоял не близкий, но Крета всегда говорила, что у Тии быстрые лапы. Когда небо начало светлеть на востоке, девочка вышла на лесную опушку к заброшенной часовне у реки. Она дважды обошла её кругом, пока не заприметила у северной стены огромный камень с выбитой на нём головой льва. Пушистый серый хвост Тии возбужденно заходил из стороны в сторону. Найдя удачное, по её мнению, место она принялась копать.       Чем глубже становилась яма, тем больше Тию охватывал азарт. Комья земли летели в разные стороны и вскоре из ямы торчал только кончик её хвоста.       А потом её накрыла тень. Прежде, чем Тия успела понять, что происходит, что-то большое упало сверху, оставив её в кромешной темноте.       Тия застыла, боясь пошевелиться: было душно и тесно, запах мокрой земли забивал нос. Звуки леса и быстрой горной реки теперь доносились будто откуда-то издалека. Внутри Тии нарастала паника. Заметив тоненький лучик света, пробивавшийся откуда-то сверху, она подползла к нему и, попытавшись выглянуть наружу, уперлась лбом во что-то холодное и твердое. Медленно приходило осознание – камень, под которым она копала, упал, и Тия оказалась в ловушке.       Скуля, она принялась лихорадочно загребать лапами землю, пытаясь вырыть себе проход. Какое-то время дело спорилось, но, когда лаз расширился настолько, что она могла просунуть в него обе лапы, камень снова накренился и сполз ниже. Тия вжалась животом в землю – места в яме теперь почти не осталось.       Её обуял ужас. Высунув нос в узкий лаз, она завыла, зовя на помощь, но никто не отзывался. Обезумев от страха, Тия кричала, скулила и вопила до тех пор, пока не охрипла. Тогда она свернулась калачиком и тоненько заскулила, и так и лежала до тех пор, пока вдруг не услышала снаружи шум.       В первое мгновение её охватило ликование – нашли! – но стоило ей снова высунуть нос в лаз, как вся её радость мигом улетучилась: сквозь запах мокрой земли и гниющих листьев пробивался другой – терпкий и тяжелый. Этот запах был Тие знаком: однажды Крета показала им в лесу длинные глубокие следы и строго-настрого запретила ходить по ним. На опушке у старой часовни был медведь.       Едва Тия успела засунуть нос обратно, как возле лаза мелькнули острые когти. Девочка взвизгнула от ужаса и вжалась в землю. Медведь, предвкушая лёгкую добычу, принялся копать. Камень снова зашатался.       Двигаться Тие больше было некуда. Зажмурившись, она дрожала от страха, как вдруг медведь, издав утробный рёв, отпрянул. Вокруг снова стало тихо, только откуда-то издалека, приглушенные землей, доносились до Тии звуки борьбы и разъяренный рык зверя.       Набравшись храбрости, она осторожно подползла к лазу и увидела незнакомого бурого волка, кружащего вокруг медведя. Раздосадованный тем, что ему помешали, зверь кидался на волка, но тот с удивительной ловкостью уворачивался от ударов. Держась позади медведя, он кусал его за задние лапы и отскакивал в сторону, избегая зубов и когтей. Медведь ревел в бессильной ярости, а волк мало-помалу теснил его к реке.       Всего лишь раз уже на берегу волк замешкался, споткнувшись о торчавшую среди камней корягу, и зверь воспользовался его оплошностью. Брызнула кровь. Тия тоненько вскрикнула. Волк пошатнулся, но сумел увернуться прежде, чем второй взмах медвежьей лапы вспорол бы ему шею. Несмотря на густые капли крови, падающие на камни, он оскалился, снова готовясь к атаке.       Рассудив, что лёгкая добыча перестала быть таковой, медведь попятился и, зайдя в воду, потрусил на другую сторону реки. Какое-то время волк стоял на берегу, провожая взглядом удаляющегося зверя, а после, убедившись, что тот не собирается возвращаться, развернулся и, с трудом волоча ноги, подошёл к камню, под которым сидела Тия.       Перекинувшись, он тяжело опустился на землю и хрипло спросил:       - Цела?       - Да, - пискнула девочка.       - Стая рядом?       - Нет, - шмыгнула носом Тия. – Я звала, но они не услышали…       - Меня услышат, - хмыкнул он, искоса взглянув на её перепуганное лицо, виднеющееся в яме под камнем.       Запрокинув голову, он завыл. Гулкий голос взрослого волка разнесся далеко в горах и не прошло и пары минут, как ему ответили. Чужак, тяжело дыша, привалился плечом к стене часовни.       - Я тебя оттуда не вытащу – мишка меня здорово потрепал. Твои скоро будут здесь – они и достанут.       Сказав это, он закрыл глаза.

***

      - Тия! Ты в порядке? Ты ранена? – на одном дыхании выпалила Рена, пытаясь заглянуть в узкий лаз под камнем.       - Я не могу вылезти, - шмыгнув носом, пожаловалась девочка. – Тут тесно и страшно…       - Нечего было туда лезть, - отрезала Метея. Шмыганье усилилось. - Болит что?       - Нет, - отозвался из-под камня дрожащий голосок. – Я в порядке.       - Ну и хорошо. Мы с Реной надорвемся камни ворочать – жди теперь пока остальные придут. А ты, - Метея перевела взгляд на Рену. – Иди сюда и помоги мне.       Рена послушно вскочила на ноги.       Чужак, сгорбившись, сидел у стены и молча наблюдал за ними. Он не двигался, не пытался сбежать или напасть – впрочем, он и сидел-то с трудом. В необъятной сумке, с которой Метея, казалось, никогда не расставалась, нашлось все необходимое и под руководством знахарки Рена остановила кровь и обработала раны. За все это время чужак не издал ни звука, только глядел исподлобья. Метея тоже не спешила заводить разговор. Не выдержав этого напряженного молчания, Рена обратилась к чужаку:       - Меня зовут Рена, а тебя?       Он долго молчал, и Рена уже думала, что он не ответит, когда, разомкнув пересохшие губы, чужак хрипло выдохнул:       - Ликой.       Закончив обрабатывать раны, Рена достала из сумки Метеи чистые бинты и начала накладывать повязку. В этот момент из-под камня раздались тихие всхлипы. Бросив туда встревоженный взгляд, Рена снова заговорила, стараясь придать голосу веселья: о блинчиках, которые обещала приготовить Ирая на завтрак, о поездке в город, о гнезде, которое свили над крыльцом сойки. Постепенно всхлипы утихли, и Тия, повеселев, присоединилась к разговору.       Чужак, прикрыв глаза, полулежал, привалившись к стене. Время от времени Рена с беспокойством поглядывала на него – она не знала спал ли он или потерял сознание, но здесь, посреди леса, они с Метеей больше ничем не могли ему помочь.       - Что здесь происходит? – вдруг раздался от леса знакомый бас Айгаса. На поляну вышли трое – он, Илгар и Галъяр. – Кто это?       Заслышав голоса, чужак распахнул глаза и подобрался, но было очевидно, что самостоятельно подняться он уже не смог бы.       - Его зовут Ликой - он спас Тию, - поторопилась объяснить Рена. – Она застряла под камнем.       Не прошло и пары минут, как перепачканная землей, но абсолютно невредимая Тия сидела на руках у Илгара.       - Ты на землях стаи, - ровным голосом обратился к Ликою Галъяр, присев перед ним на корточки.       - Я в курсе.       - Что ты здесь забыл?       - Шёл на север – собирался перейти горы. Думал, проскочу незаметно, - чужак криво усмехнулся. – Не вышло.       Галъяр вперил в него внимательный, оценивающий взгляд. Некоторое время оба молчали. Наконец, Галъяр произнёс:       - Ты спас нашего щенка. Можешь остаться, пока не заживут раны - стережь отвезёт тебя в убежище. Потом - уйдешь.       В глазах Ликоя мелькнуло удивление. Хмурясь, он подобрался, будто ожидая подвоха, но лицо Галъяра оставалась бесстрастным. Наконец, едва заметно кивнув, Ликой выдавил:       - Спасибо… вожак.       Айгас передал Тию Метее и вместе с Илгаром подошёл к чужаку. Вдвоем они подняли его на ноги и повели в противоположную от логова сторону.       - Куда они? – спросила Рена, провожая их взглядом.       - Отвезут его на одну из квартир в Поти - ближе к границе, которую он собирался перейти и подальше от логова.       - Ты думаешь, что он опасен?       - Он – изгой.       - Что это значит?       Галъяр почесал бороду.       - Ты заметила шрам у него на лице?       Рена кивнула.       - Это - метка. Шрам оставил его вожак, как знак того, что он никогда не сможет вернуться в стаю.       - Что он сделал?       - Кто знает? Может быть, он - предатель. А может, его вожак был слишком жесток. Как бы то ни было, он лишился своей стаи и едва ли найдется другая, которая его примет. Многие считают смерть предпочтительнее такой судьбы.       Рена притихла, разглядывая листья под ногами. Когда они уже подходили к логову, она тихо позвала:       - Галъяр?       - М-м?       - Почему ты принял меня в стаю?       Галъяр остановился и, поскольку его рука лежала у неё на плечах, ей тоже пришлось. Она подняла на него глаза и увидела, что он смотрел на неё со странным выражением на лице.       - Я бываю очень жадным, зяблик.

***

      - Что ты там делала? – устало всплеснув руками, спросила Крета.       Чистая, завёрнутая в шерстяной плед Тия сидела на кровати, обхватив ладошками большую глиняную кружку с отваром из трав. Крета сидела на стуле возле её постели, остальные щенки толпились рядом.       Галъяр стоял у двери, опершись плечом о косяк, за его спиной маячила Рена. Метея отправила её передать отвар для Тии, и Рена могла бы уже уйти, но её любопытство удержало.       - Ты была на самой границе наших земель - ты хоть представляешь, насколько это опасно? Зачем ты пошла туда, Тия?       Девочка упрямо молчала.       - Ты что-то искала, верно?       Услышав голос Галъяра, Тия встрепенулась, её глаза предательски забегали из стороны в сторону. Галъяр с усмешкой приподнял брови:       - Ты ведь сама выкопала ту яму. Что ты пыталась найти?        Тихонько вздохнув, Тия выдавила:       - Клад…       - Какой ещё клад? – нахмурилась Крета.       Тия в смятении закусила губу: было видно, как сильно ей не хотелось отвечать.       - Тия? – Галъяр приподнял бровь.       - Это я ей сказал, - нарушил молчание стоявший у окна мальчишка, Маяр. Нервно переступив с ноги на ногу, он торопливо добавил. – Но это была просто шутка!       - Что ты ей сказал? – настойчиво спросила Крета.       - Она прочитала сказку о чинках и все талдычила, что на наших землях точно есть их клад.       Приставала ко мне, чтобы я помог ей искать. Вот я и сказал, что он в той церкви, под камнем с головой льва. Я же не думал, что она и вправду туда пойдет, да ещё додумается рыть яму под камнем! – оправдываясь, воскликнул Маяр.       - Обманщик! – гневно выкрикнула Тия.       - Это была шутка! - огрызнулся он. – Только такая дурочка, как ты могла поверить!       Тия обиженно надула губы, её подбородок предательски задрожал. Крета со вздохом потёрла переносицу.       - Твоя шутка могла дорого стоить, Маяр, - сказала она, смерив мальчика строгим взглядом, и посмотрела на Тию. – Как и твоя беспечность.       Маяр стушевался, ковыряя носком ботинка пол.       - Прости, - выдавил он.       - Я больше, не буду, - поддакнула Тия и виновато покосилась на Галъяра.- …Ты сердишься? Маяр тоже украдкой взглянул на вожака – кажется, этот вопрос волновал и его. Галъяр хмыкнул:       - Нет. Но Крета права - вы оба поступили безрассудно. Ты - старший, Маяр. Щенки доверяют тебе – недостойно использовать их доверие ради развлечения.       Маяр пристыженно опустил глаза.       - Тия, - Галъяр перевёл взгляд на девочку. – Когда ты ушла одна, ты подвергла опасности не только себя. За тобой стоит стая. Даже когда тебе чего-то очень хочется – не забывай об этом.       Сосредоточенно нахмурившись, Тия кивнула.       Уже снаружи, когда Рена с Галъяром неспешно шли по усыпанной разноцветными листьями тропинке, Рена задумчиво заметила:       - Они так внимательно тебя слушали...       - Кто?       - Маяр и Тия.       Галъяр издал короткий смешок.       - Неважный был бы из меня вожак, если бы даже щенки меня не слушали. Ты могла бы у них поучиться…       Рена вопросительно посмотрела на него, склонив голову набок.       - Разве я не говорил тебе не сближаться с людьми? Зария сказал, что у тебя появился поклонник…       Она нахмурилась.       - Какой поклонник?       - Мальчишка, который выступает с тобой и Нитой.       - Леван?.. Глупости!       - Думала о нём смолчать? – теперь в голосе Галъяра явственно звучало веселье.       - Я вообще о нём не думала, - честно призналась Рена.       Галъяр рассмеялся – легко и по-мальчишески искренне. Они подошли к стоянке, и Рена с ноткой грусти спросила:       - Ты в город поедешь?       Галъяр взглянул на солнце, которое уже медленно поползло к горизонту и, переведя взгляд на Рену, улыбнулся:       - Поехали со мной?       В глазах Рены вспыхнула радость.       - А куда?       - Куда захотим.