the face of death.

Говорят, что у смерти нет лица. Одни уверяют, что она приходит в облике чудовища, другие - что это всего лишь тень. А кто-то уверен, что перед концом своей жизни увидит давно умерших близких. Но никто не знает правды, потому что никто из живых не может её рассказать. В мире богов не существовало рассветов. Высоко над облаками, где не менялись времена года, не шёл дождь и не дул ветер, возвышался Дворец Небес. Белые колонны уходили так высоко, что их вершины терялись в золотом свете. Здесь не было ни шума, ни смеха. Лишь размеренный звон колоколов, отсчитывающих человеческие жизни. Каждый удар означал чью-то смерть. Для богов этот звук давно стал таким же привычным, как дыхание для смертных. В длинном коридоре, устланном белым камнем, неторопливо шёл альфа в чёрных одеждах, его лицо скрывала маска из белого божественного сплава, инкрустированная звёздным алмазом и с золотыми элементами. Это был Пак Чонсон – Бог Смерти. Он не смотрел по сторонам. Ему не было интересно, кто идёт навстречу, да и остальные боги предпочитали не задерживать на нём взгляд. Даже бессмертные испытывали странный холод рядом с тем, кто воплощал конец. - Чонсон. - спокойный голос остановил его. У широкого окна стоял высокий мужчина в серебристом одеянии. Пак Сонхун. Его ладони были испачканы золотыми нитями, вероятно он только что закончил переплетать человеческие судьбы. - ты снова не отдыхал? - Чонсон перевёл взгляд на брата. - знаешь же, что мне это не нужно. - иногда я забываю, насколько ты упрямый. Ответа не последовало. - сегодня много? – спросил Сонхун после короткой тишины. - двести сорок семь. - Чонсон произнёс это так же спокойно, как кто-то сказал бы о погоде. Для него цифры давно перестали быть людьми. Они были обязанностью. - Среди них был ребёнок. – уточнил Бог Судьбы, задумчиво смотря, как за окнами бесконечно текли звёзды. - да, я знаю. - маска Бога Смерти даже не дрогнула. Когда сегодня он забирал душу одной женщины-омеги, он уже знал, что она беременна и Чонсон забирает две души. Ничего больше не сказав, альфа развернулся и пошёл дальше. Внезапно в другом конце коридора медленно распахнулись двери Зала Богов. Все присутствующие во дворце боги одновременно склонили головы. По ступеням неспешно спустился Ким Сону. На нём не было ни короны, ни оружия. Только белоснежные одежды и взгляд, в котором отражалось небо. - Чонсон. – негромко позвал Ким, останавливаясь. Бог Смерти повернулся и поклонился высшему божеству. - приветствую Вас. - сегодня тебе предстоит ещё одна душа. - Сону протянул свиток. Чон даже не стал читать имя, написанное золотыми чернилами. Он никогда не смотрел на имена заранее. Да и зачем, если это всё равно не изменит человеческую судьбу. Пак убрал свиток, поклонился ещё раз и отправился на выход. Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом человеческого мира, на город опустилась холодная ноябрьская ночь. Чонсон бесшумно появился на крыше одной из больниц и медленно развернул свиток. «Ян Чонвон. Двадцать три года. Причина смерти: потеря крови.» Чонсон посмотрел на часы. Осталось два часа. Ноябрьский ветер пробирался под воротник пальто. Чонвон поёжился, глубже засунул руки в карманы и прибавил шаг. До дома оставалось минут десять. В одном ухе тихо играл плейлист, в другой наушник он так и не вставил - привычка, появившаяся после того, как однажды едва не попал под машину. Город почти опустел. Редкие машины проносились по мокрому асфальту, отражая в лужах холодный свет фонарей. Ян остановился у круглосуточного магазина, купил бутылку воды и шоколадный батончик. Уже собирался идти дальше, когда услышал чей-то крик. - отпусти! Голос был совсем рядом. Из узкого переулка между домами. Омега замер. На несколько секунд ему показалось, что ему послышалось. Но раздался глухой звук удара, а затем тихий всхлип. Чонвон медленно подошёл ближе. В глубине переулка, освещённого лишь одним мигающим фонарём, высокий мужчина прижал девушку к кирпичной стене. Одной рукой он держал её за запястье, другой пытался сорвать с плеча сумку. - помогите... - почти шёпотом произнесла девушка, заметив омегу. Чонвон почувствовал, как внутри всё неприятно сжалось. Он не был сильным, не умел драться и прекрасно понимал, что должен вызвать полицию. Пальцы уже нащупали телефон, но мужчина резко ударил девушку по лицу. Она вскрикнула и осела на землю. Ян сорвался с места раньше, чем успел подумать. - эй! Нападавший обернулся. - отойди от неё. - в героя решил поиграть? – усмехнулся мужчина. Омега сделал ещё шаг. Сердце колотилось так громко, что заглушало все остальные звуки. - я вызвал полицию, она уже едет. Это была ложь, но парень надеялся, что она сработает. На мгновение показалось, что мужчина действительно засомневался, но затем его лицо исказилось раздражением. - не лезь не в своё дело. - мужчина сделал шаг навстречу. Чонвон невольно отступил. Страшно. Очень страшно. Но позади сидела девушка, которая не могла даже подняться, так что он не мог так просто уйти. - уходи, — повторил Ян уже менее уверенно. - даю тебе последний шанс. Мужчина неожиданно рассмеялся. - это ты сейчас мне угрожаешь? Он резко бросился вперёд. Чонвон едва успел увернуться от первого удара. Они столкнулись. Это было похоже не на драку, а скорее на хаотичную борьбу. Ян пытался только удержать его и выиграть время. - беги! — крикнул он девушке. Она, шатаясь, поднялась и бросилась к выходу из переулка. Мужчина выругался, поняв, что добыча уходит. В ярости резко оттолкнул Чонвона, отчего тот ударился спиной о стену и на мгновение потерял равновесие. Именно в этот момент нападавший выхватил из кармана складной нож. Металл холодно блеснул под светом фонаря. Омега успел увидеть лишь короткое движение, прежде чем резкая, обжигающая боль пронзила бок. Воздух словно выбило из лёгких. Он опустил взгляд. На светлой ткани пальто медленно расползалось тёмное пятно. Нападавший будто сам испугался того, что сделал. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Затем мужчина развернулся и бросился бежать и его шаги быстро растворились в ночной тишине. Чонвон остался один. Он осторожно прижал ладонь к ране. Тёплая кровь мгновенно просочилась сквозь пальцы. Омега медленно опустился на колени, голова начинала кружиться. Где-то далеко слышались крики той самой девушки. Кажется, она звала на помощь. Ян хотел ответить, сказать, что всё в порядке. Но голос не слушался. Перед глазами постепенно темнело. Спасённая девушка смогла найти помочь, и уже через пару минут, несколько прохожих пытались помочь Чонвону. Кто-то уложил его на холодный асфальт, подложив что-то мягкое. А кто-то звонил в скорую. Однако в следующую секунду мир перед глазами исчез, ибо омега потерял сознание. Холод. Это было первое, что почувствовал Чонвон. Не боль, не страх. Только пронизывающий холод. Он медленно открыл глаза. Вокруг не было ни больничных стен, ни яркого света операционной. Только бесконечная темнота, в которой невозможно было понять, где заканчивается земля и начинается небо. Где-то вдалеке мерцали тысячи крошечных огней, похожих на звёзды. Омега сделал шаг, но вдруг услышал приглушённые голоса. - давление падает! - быстрее, кровь четвёртой группы! - пульс нестабильный! Голоса звучали будто из-под воды. Ян обернулся. Перед ним стоял человек в белой маске. Неподвижный, безмолвный и абсолютно спокойный. Чонвон долго смотрел на него. - значит... - он слабо улыбнулся. - я всё-таки умер. Чтож, надеюсь, та девушка в целости добралась до дома.. Чонсон молчал. По законам мироздания сейчас он должен был протянуть руку и коснуться души смертного, чтобы проводить её туда, откуда никто не возвращается. Он делал это бессчётное количество раз. Тысячи лет. Миллионы душ. Ни одной ошибки. Ни одного сомнения. Альфа поднял руку. Белые кончики пальцев почти коснулись запястья Чонвона. И в тот же миг... - остановка сердца! Резкий писк аппарата прорезал тишину операционной. На мониторе вытянулась ровная зелёная линия. - начинаем реанимацию! - адреналин! - разряд! Тело Чонвона вздрогнуло от электрического импульса. Никакой реакции. - ещё раз! Впервые за вечность рука Бога Смерти дрогнула. Совсем незаметно. Он смотрел в глаза смертному. В них не было ни ненависти, ни мольбы, ни даже страха. Только странное спокойствие. Будто этот парень принял свою судьбу ещё до того, как она настигла его. Чонсон не понимал. Почему этот человек не пытается цепляться за жизнь? Почему не кричит? Почему не проклинает смерть? Он не знал ответа. И именно это незнание оказалось сильнее долга. Его ладонь так и не коснулась души. - мы его теряем! - разряд! Тело снова дёрнулось. Монитор продолжал молчать. Несколько секунд. Слишком долгих. В операционной никто не произносил ни слова. Только тяжёлое дыхание врачей, и ровный, безжалостный писк. Чонсон медленно опустил руку. Впервые за тысячи лет он сделал шаг назад, потом ещё один, а затем просто исчез, оставив душу там, где она не должна была остаться. Монитор внезапно издал резкий сигнал. На экране появилась первая неровная линия. Потом ещё одна. Сердце вновь забилось. - пульс восстановился! - продолжаем операцию! Врачи переглянулись с облегчением. Никто из них ещё не знал, что только что произошло невозможное. Они были уверены, что спасли очередного пациента, но в эту ночь произошло чудо, которому не было места ни в человеческом мире, ни среди богов. В тот же миг, далеко за пределами мира смертных, в Небесном дворце вспыхнули сотни золотых печатей, а затем одна из них покрылась тонкой чёрной трещиной. Звон колокола, отсчитывающего человеческие жизни, неожиданно оборвался на середине удара. Все боги одновременно подняли головы. Ким Сону, медленно закрыл книгу судеб и молча посмотрел в сторону человеческого мира. И впервые за многие тысячелетия в его глазах промелькнуло беспокойство. - Бог Смерти не забрал душу... В тронном зале воцарилась такая тишина, какой Небеса ещё никогда не знали.