Остров без сценария

Индонезия. Остров Киран. Океан слишком спокоен для того, что должно будет случиться. Гладкая, тяжёлая вода тянется до горизонта, будто кто-то специально выключил звук у этого мира. Вертолёт режет воздух низко над землёй, и внутри пахнет металлом, потом и влажной техникой. Чон Чонгук сидит у двери, вжавшись плечом в ремни. Чёрные волосы коротко острижены. Футболка прилипла к спине. Взгляд — прямой, неподвижный. Он смотрит не вниз, как остальные, а вперёд: туда, где начинается линия джунглей. Тёмно-зелёная, плотная, живая масса леса выглядит так, будто она дышит. Рядом кто-то нервно смеëтся. — Это же просто шоу… — бормочет один из участников. Чонгук даже не поворачивает голову. Мин Юнги выглядит так, будто его сюда привезли по ошибке. Чёрная футболка, каштановые волосы до кончиков ушей, бледное лицо, взгляд, буквально говорящий: «я ненавижу всё это». Он держит ремень одной рукой, а второй — телефон, который уже не ловит сеть. — Если я выживу, я убью менеджера, — спокойно говорит он. Чонгук усмехается: — Попробуй сначала не умереть. Юнги медленно поворачивает голову: — Ты всегда такой тупой или это специальная версия для шоу? Пак Чимин сидит между ними и явно пытается не взорваться. Он выглядит слишком «живым» для этой ситуации: тёплые глаза, напряжённая улыбка, руки, которые всё время двигаются. — Пожалуйста… давайте просто переживём посадку, — тихо говорит Пак. Чонгук хмыкает: — Он первый сломается. — Я тебя сейчас сломаю, — отвечает Юнги. Чимин закрывает лицо ладонью и вздыхает. Вертолёт начинает снижаться. И тогда что-то меняется. Сначала — звук. Рация начинает хрипеть, будто кто-то проводит ногтëм по металлу. — Подтвердите координаты, — голос пилота становится резким. Треск и тишина. Чонгук сразу напрягается. — Это ненормально, — шепчет он. Юнги фыркает: — Поздравляю, гений. Ты открыл физику. Приблизившись к окну, он смотрит вниз внимательнее, стараясь разглядеть там хоть что-то. Резкий удар о землю. Слишком резкий для шоу. Людей встряхивает, ремни впиваются в плечи. Пыль, влажный запах земли, зелень, которая буквально «вдавливает» воздух в лёгкие. Дверь открывается. И мир становится другим. Джунгли были некрасивыми — они были тяжёлыми. Плотные деревья стоят так близко, будто специально перекрывают выход. Листья — огромные, мокрые, блестящие. Всё шевелится даже без ветра. Где-то в глубине кричат птицы — слишком резко, слишком по-человечески. — «Добро пожаловать на ISLAND SURVIVAL!» — бодрый голос ведущего внезапно раздаëтся из шатра, разрезая воздух. Камеры на деревьях мигнули красным. Мин Юнги поднимает голову. — Они реально это снимают… — бормочет он. Ведущий оживает и довольно активно машет рукой: — Ваше первое испытание начинается тут. Вам нужно найти ваш лагерь до темноты, а подсказки вы увидите на деревьях. Главное — будьте осторожны, ведь там много диких животных! Чон Чонгук уже смотрит на камеры иначе. Не как на шоу. Что-то тут совсем не то, чем кажется на первый взгляд, и ему это совсем не нравится. Он идëт первым, не оборачиваясь, просто режет джунгли плечом, как будто они мешают ему жить. Пак Чимин бежит следом, дыша тяжело, но старается не отставать. Он всё время оглядывается, будто ожидая, что кто-то выскочит прямо из зелени. Чонгук, когда читал списки участников, не понял: для чего сюда приехал студент-медик? Чимин кажется ему слишком мягким. Мин Юнги держится ближе к центру: лицо его было напряжëнное, раздражённое, но взгляд уже не шутит — он считывает пространство как угрозу. Сзади слышится звук. Металл, чёткий, сухой. Не природа. Чонгук резко замирает, поднимая руку и жестом останавливая всех. Останавливаются. Джунгли вокруг выглядят слишком живыми. Листья двигаются без ветра. Где-то капает вода, но ритм не совпадает с дождём. Юнги медленно поворачивает голову в сторону звука. Лицо холодное. Чонгук делает шаг назад к Чимину, перехватывая его ближе к себе буквально за плечо, фиксируя рядом. И в этот момент звук повторяется. Уже ближе. Ровнее. Как механизм, который учится их находить. Чимин сбивается с дыхания, но молчит. Он впервые не пытается говорить. Юнги тихо, почти сквозь зубы, говорит, что это не люди из съёмочной группы. Чонгук не спорит. Он просто разворачивается и резко срывается вперёд. Теперь они бегут. Сразу меняется всё. Лес будто становится для них стеной. Ветки бьют по лицу, влажность режет лёгкие, земля под ногами так и скользит, угрожая падением. Чимин спотыкается, но Чонгук тут же тянет его обратно вверх, не замедляясь ни на секунду. Юнги не отстаëт, но по нему видно: он злится не на ситуацию, а на то, что их загнали. Сзади снова слышится металл. Уже ближе. Почти на расстоянии удара. Чонгук коротко бросает, что им нужно к воде: там меньше укрытий для засады. Юнги не соглашается, уверяя, что это может быть ловушкой. Чонгук не тормозит. Просто говорит, что сейчас всё вокруг — ловушка. И они продолжают бежать. — Почему ты себя главным возомнил? — Юнги, отдышавшись от быстрого бега, садится у берега реки, не отрывая взгляда от Чонгука. — А тебе тоже хочется? — язвит Чон и открывает бутылку с водой, сразу припав губами к горлышку. — Нет, просто мы не племя, чтобы слушаться вождя. Кажется, Мин Юнги понесло. — Да ладно, знаешь, ты похож на принцессу, которая максимум могла пол помыть, — усмехнувшись, произносит Чон, перестав пить. — И ты хочешь сказать, что можешь тут справиться? Юнги морщит нос и подносит руку к воде, слегка касаясь её поверхности: — А ты как пёс цепной, только и умеешь гавкать. Цербер. Первым из группы не выдерживает Чимин: — Так, всё, хватит! Вы уже клички друг другу придумываете. Не стоит тут кидаться друг на друга. Чимин приехал сюда заработать денег, а не чтобы умереть. Его мать больна, и когда он увидел рекламу о том, что новое реалити-шоу набирает людей, то не думал — выигрыш был слишком большим. — Ты это ему скажи, достал уже, — Юнги смотрит по сторонам, пытаясь понять, как они тут выживут. — Ой, да ты что! Ну, я могу оставить тебя тут — и пытайся дойти до финала сам. — Ты мне угрожаешь? Думаешь, никто не знает тебя? Это, между прочим, ты тот самый боец, что убил человека! Ну да, тебе же всё сошло с рук. Интересно, зачем тебя позвали? — Юнги подливает масла в огонь и видит, как глаза парня темнеют. — Вот урод, я убью тебя! — Чонгук срывается, но его перехватывает один из участников — крупный мужчина лет тридцати пяти. — Заткнулись оба! Нам нужно действовать вместе. Я Кристофер, если вам интересно. Чонгук вмиг остывает и отходит, затем поворачивается к дереву, заметив на нём листок бумаги. — Что это… Он разворачивает его и читает координаты. — Кто-нибудь знает, как по ним идти? — обернувшись к остальным, он обводит участников вопросительным взглядом. Юнги фыркает, встав с песка и подойдя к Чону, и, выхватив бумажку из его рук, идёт вперёд: не зря же он географию знает на отлично. Джунгли выглядят слишком чисто: есть тропы и даже фруктовые деревья. Это как-то странно для необитаемого острова. Они выходят к лагерю лишь через два часа, уже будучи на пределе. Джунгли внезапно будто расступаются перед ними, а впереди появляется освещённая территория: деревянная платформа, костёр, шесть бунгало с соломенными крышами и огромный баннер ISLAND SURVIVAL. Будто ничего и не произошло. Будто за ними никто не шёл. У нескольких участников сразу вырывается нервный смех. Кто-то даже начинает материться от облегчения. Над площадкой тихо потрескивают колонки, и вдруг раздаëтся голос ведущего — слишком бодрый для такой атмосферы: — Поздравляем участников с успешным прибытием на первую точку! Вы отлично справились с начальным этапом. Сегодня отдыхаете, а завтра вас ждёт первое испытание на выживание! Юнги останавливается посреди площадки и медленно поднимает взгляд на динамики: — Да вы издеваетесь… Чимин нервно улыбается: — Может… это реально была часть шоу? Чонгук молчит. Он оглядывает лагерь слишком внимательно. Ни операторов. Ни персонала. Только камеры по углам платформы и мигающие красные лампочки. Будто за ними наблюдают удалённо. Один из участников уже смеëтся у костра: — Вот уроды, я реально поверил, что за нами кто-то бежал! Несколько человек начинают расслабляться. Кто-то открывает ящики с едой, кто-то уходит проверять бунгало. Но Чонгук не двигается. Юнги замечает это первым: — Что опять? — Слишком тихо. — Ты можешь хотя бы пять минут не вести себя как серийный убийца? — А ты можешь хотя бы пять минут думать? Юнги закатывает глаза: — Вот поэтому я ненавижу тебя. — А я — людей, которые тормозят группу. — Пошёл ты. — После тебя, принцесса. Чимин между ними только тяжело выдыхает. Из колонок снова трещит голос: — Для сегодняшней ночёвки участники распределяются по парам. Номера бунгало указаны на браслетах. Все разом смотрят на свои браслеты. Чимин первым подносит руку к свету: — У меня третий домик. Рядом какая-то девушка радостно машет: — О, у меня тоже! — Ну хоть кто-то счастлив, — бормочет Юнги. Он смотрит на свой браслет. Номер шесть. Чонгук тоже опускает взгляд. Шесть. Юнги медленно поднимает глаза: — Нет. Чонгук уже усмехается: — Похоже, судьба тебя ненавидит. — Я лучше в джунглях посплю. — Отличная идея. Если тебя ночью сожрут, хоть тише станет. — Слушай сюда, Цербер… — Слушаю, принцесса. Чимин начинает ржать раньше, чем успевает услышать продолжение разговора. Юнги смотрит на него с убийственным лицом: — Не смей. — Я ничего не сказал… — Ты буквально ржёшь! Бунгало номер шесть оказался самым дальним. Деревянный домик стоял почти у самой линии джунглей. Темнота за ним выглядела слишком густой. Внутри него достаточно тесно: две кровати, стул, старый деревянный шкаф и лампа с жёлтым светом. Юнги подходит к домику первым. Дёргает ручку ещё раз, потом сильнее. Дверь со скрипом открывается сама. — Пиздец… Чонгук проходит мимо него внутрь, будто вообще не видя проблемы. Ставит рюкзак на пол и сразу начинает осматривать комнату: окна, второй выход, щели в стенах. Юнги смотрии на него с раздражением: — Ты можешь вести себя хоть немного нормально? — Могу. Но не хочу. — Долбоёб. Чонгук подходит к окну и выглядывает наружу. Уже совсем стемнело, и сейчас не разглядеть ничего. Джунгли почти вплотную подошли к домику. В темноте ничего не видно, кроме влажных листьев и редких бликов луны на мокрой земле. Юнги бросает рюкзак на кровать справа: — Я беру эту. — Мне всё равно. — Конечно, тебе всё равно. Ты, наверное, и на камнях спишь. — Сплю. Юнги молча смотрит на него пару секунд: — Ненавижу тебя. — Это взаимно. Снаружи слышатся голоса других участников. Кто-то смеётся, кто-то играет на гитаре. Будто всё реально возвращается в рамки шоу. Но внутри домика напряжение всё ещё не уходит. Воздух тяжёлый, влажный. Чонгук внезапно выключает лампу. Юнги сразу поворачивается: — Ты совсем больной?! — Свет делает нас видимыми. — Это лагерь, Цербер, а не война. — А мне кажется иначе. — Меня поселили с психом… Я не знаю, почему судьба так не любит меня, — Юнги шумно выдыхает и падает на кровать. — Ты невозможный. Несколько секунд — только звуки джунглей: насекомые, листья, далёкая вода. Потом снаружи проходит Чимин. Он останавливается у двери: — Вы ещё не убили друг друга? — Дай минут десять, — смеётся Юнги. Чонгук впервые тихо усмехается. Чимин заглядывает внутрь: — У вас тут жутко. — Спасибо, мы заметили, — отвечает Юнги. Чимин переводит взгляд, смотря теперь куда-то в пространство между ними, и вдруг щурится: — Вы реально как разведённая пара. — Исчезни, — одновременно отвечают оба. Чимин начинает смеяться и уходит дальше, к остальным, к костру. Тишина снова возвращается. Юнги переворачивается на бок: — Если ты ночью начнёшь меня душить, предупреждай заранее. — Не льсти себе. — Значит, всё-таки думал об этом? Чонгук уже хочет ответить… И в этот момент снаружи что-то резко шуршит в кустах за домиком. Оба мгновенно замолкают. Чонгук поднимается первым. Юнги тоже уже сидит. Шорох повторяется где-то совсем рядом. Прямо за стеной. Чон мгновенно поднимает голову. Всё лицо его меняется — расслабленность исчезает, остаëтся лишь напряжение. Мин тоже умолкает. Теперь слышно чётче. Что-то движется в кустах. Медленно. Будто специально. Чонгук бесшумно подходит к двери. Юнги тут же шипит: — Ты серьёзно собрался выйти?! — А ты собрался ждать, пока оно войдёт? — Это может быть оператор. — Тогда это какой-то очень тупой оператор. Чонгук открывает замок. Юнги резко хватает его за запястье. На секунду оба замирают. Юнги смотрит прямо ему в глаза, злой и напряжённый: — Не геройствуй. Чонгук переводит взгляд на его руку: — Боишься за меня, принцесса? — Боюсь, что ты, идиот, сдохнешь, и мы реально умрём без такого дебила. Снаружи снова движение. На этот раз быстрее. Чонгук аккуратно убирает руку Юнги и открывает дверь. Влажный ночной воздух сразу вваливается внутрь вместе со стрекочущими звуками насекомых. Джунгли выглядят почти чёрными. Только фонари лагеря дают немного света, но и тот теряется среди листьев. Чонгук выходит первым. Юнги матерится себе под нос, но идëт следом. Под ногами лишь мокрая земля. Где-то капает вода. Насекомые орут так громко, будто лес вообще не спит. Чонгук медленно осматривается. Пусто. Только листья двигаются. И вдруг справа снова шорох. Юнги дёргается: — Да блять… Из кустов вылетает какой-то зверёк и уносится в темноту. Тишина. Чонгук начинает смеяться. Негромко, хрипло. Юнги смотрит на него с таким лицом, будто сейчас убьёт: — Ты реально конченый. — А ты чуть душу не отдал белке. — Это не белка. — Конечно, принцесса. Это очень страшный монстр. Юнги толкает его плечом и уже поворачивается обратно к домику. И именно в этот момент Чонгук замечает следы у стены бунгало. Не звериные. Человеческие. Свежие. Чон резко перестаëт улыбаться. Его взгляд опускается на землю возле стены. Следы чёткие, глубокие, будто кто-то стоял тут совсем недавно и долго смотрел на домик. Мин Юнги замечает, как меняется его лицо: — Что? Чонгук молча указывает вниз. Юнги подходит ближе и тоже замирает: — Это не наши? — Нет. Слишком большие. И босые. Юнги сглатывает и быстро оглядывается на джунгли. Темнота там кажется уже не просто лесом, а чем-то живым. — Скажи мне, что это часть шоу. — Принцесса, если это часть шоу, то у них очень больные сценаристы. Юнги пихает его локтём: — Не называй меня так. — А то что? — Я тебя утоплю. — В луже максимум. Юнги уже хочет ответить, но внезапно в лагере раздаëтся крик. Оба одновременно поворачиваются. Кто-то орал возле центральной платформы. Чонгук сразу срывается с места. Юнги матерится и бежит за ним. Когда они выбегают к костру, остальные участники уже толпятся вокруг одного из парней. Тот, бледный как смерть, трясущимися руками показывает куда-то в сторону джунглей. Пак Чимин стоит рядом, пытаясь успокоить его: — Эй, всё нормально, дыши, просто дыши… — Там кто-то был! — парень почти срывается. — Я видел человека между деревьями! Несколько участников начинают спорить: — Это оператор! — Нет там никого! — Нас специально пугают! Юнги скрещивает руки на груди и тихо говории Чонгуку: — Сейчас начнётся паника. Чонгук не отвечает. Он смотрит не на людей. В лес. И там, между деревьями, на секунду мелькает что-то светлое. Человек. Высокий силуэт, который сразу исчезает в темноте. Чонгук делает шаг вперёд. Юнги тут же хватает его за футболку сзади: — Даже не думай. — Он смотрел прямо на нас. — И что? Хочешь побежать за маньяком в джунгли ночью? Чонгук поворачивает голову к нему: — Отпусти. — Нет. Пару секунд они просто смотрели друг на друга. Напряжённо. Зло. А потом где-то в глубине острова послышался выстрел. Все замирают на несколько секунд, а потом один из участников нервно смеëтся: — Это спецэффекты, да? Господи, они реально перегибают. Несколько человек сразу подхватывают эту мысль, будто хватаясь за возможность не паниковать: — Конечно, это шоу. — Нас специально пугают. — Тут камеры на каждом дереве. Пак Чимин тоже пытается зацепиться за это: — Может, правда звук из колонок? Но Чон Чонгук всё ещё смотрит в лес. Челюсть напряжена. Мин замечает это и тихо говорит: — Даже не начинай. — Я ничего не сказал. — Но у тебя лицо человека, который сейчас пойдёт убивать кусты. Чимин не выдерживает, коротко и нервно посмеявшись: — Пожалуйста, не надо никого убивать в первый день. — Дай ему время, — Юнги открывает бутылку с водой и отпивает немного. Чонгук наконец отводит взгляд от джунглей: — Идите спать. — О, он ещё и командует, — бурчит Юнги. — Принцесса, ты можешь спорить со мной утром. — Не называй меня так при людях. — Значит, наедине можно? — Я тебя ненавижу. — Я заметил. Постепенно лагерь снова затихает. Люди расходятся по бунгало, хотя уже без прежнего веселья. Даже костёр кажется каким-то тусклым. Когда они возвращались в свой домик, влажность внутри стала ещё сильнее. Воздух тяжёлый, липкий. Где-то за стенами стрекотали насекомые. Юнги падает на кровать и утыкается лицом в подушку: — Если завтра мне скажут прыгать с водопада ради рейтингов, я убью менеджера. Чонгук снимает с себя мокрую футболку и бросает её на стул: — Ты не доживёшь до водопада. Юнги поднимает голову: — Слушай, Цербер, ты вообще умеешь разговаривать не как мудак? — Нет. — Потрясающе. Чонгук ложится на свою кровать, закидывая руки за голову: — Спи уже, принцесса. — Иди к чёрту. — После тебя. Несколько секунд тишины. Потом Юнги тихо бормочет в темноту: — Но следы были стрёмные. Чонгук отвечает не сразу: — Я знаю. И после этого в комнате становится тихо по-настоящему. Только вентилятор медленно скрипит под потолком, а за окнами джунгли будто вообще не спят… Утром Юнги просыпается первым. Жара липнет к коже даже сильнее, чем ночью. Вентилятор над потолком всё ещё медленно крутится, раздражающе поскрипывая. Юнги несколько секунд просто смотрит на него. Потом хмурится: — Цербер. С соседней кровати слышится сонное: — Мм? — На острове откуда электричество? Чон открывает глаза не сразу. Потом переводит взгляд на потолок: — Генераторы. — Тогда почему мы их не слышим? И вот тут Чонгук окончательно просыпается. Потому что Юнги прав. Для такого лагеря — камеры, свет, вентиляторы, техника — должен быть источник питания. Но ночью они не слышали вообще ничего. Ни одного генератора. Снаружи уже слышны голоса участников. Кто-то смеëтся, кто-то жалуется на влажность. Когда они вышли из бунгало, лагерь выглядел почти нормально. Слишком нормально. На платформе стояли ящики с едой, бутылками воды, и даже новые полотенца. Будто кто-то принёс всё это ночью. Но никто не видел никого. Пак Чимин уже машет им рукой от костра: — Доброе утро! Вы выглядите ужасно. — Спасибо, Чимин, — бурчит Юнги. Чонгук уже осматривает лагерь. Камеры всё ещё мигают красным. Но теперь он замечает другое. Одна из них повёрнута не на лагерь, а на джунгли. Будто она следит не за участниками, а за лесом. И тут из колонок снова раздаëтся голос ведущего: — Доброе утро, участники ISLAND SURVIVAL! Сегодня вас ждёт первое испытание. Ваша задача — добраться до старой смотровой станции во второй части острова. Там вы получите дальнейшие инструкции. Юнги сразу щурится: — Старой станции? — Звучит как хоррор, — тихо говорит Чимин. Участники собираются у центральной платформы: сонные, липкие от жары и всё ещё слегка напряжённые после вчерашней ночи. Над костром уже висит котелок с чем-то похожим на лапшу, в воздухе витает запах дыма и мокрой древесины. Мин садится на край ящика и сразу морщится: — Если это опять часть шоу, то у организаторов очень странный фетиш на стресс. — Ты живой, значит, всё нормально, — бросает Чонгук, проходя мимо. — Спасибо за поддержку, Цербер. — Всегда пожалуйста, принцесса. Юнги уже открывает рот, чтобы огрызнуться, но рядом раздаëтся смешок. Высокий парень с мокрыми светлыми волосами поднимает руки: — Нет, нет, продолжайте! Это лучшее, что было на этом шоу, — у него английский акцент и расслабленная улыбка человека, который вообще не чувствует опасности. — Кристофер, вот только ты не начинай. — О, это тот самый псих, — весело проговаривает Кристофер. — Я видел, как ты вчера чуть не пошёл в джунгли ночью. — А я видел, как ты спрятался за девушку, — спокойно отвечает Чонгук. Чимин давится смехом. Кристофер прикладывает руку к груди: — Это было стратегическое отступление! Рядом начинают подтягиваться остальные участники. Две девушки спорят из-за воды. Кто-то роется в ящиках с едой. Атмосфера становится чуть живее — люди начинают знакомиться, будто пытаясь убедить себя, что всё нормально. Одна из девушек, Сора, садится рядом с Юнги: — Ты правда продюсер? — К сожалению. — Ты выглядишь так, будто ненавидишь всё вокруг. — Потому что я ненавижу всё вокруг. Чонгук хмыкает, проходя мимо с бутылкой воды: — Не всё. Меня ты ненавидишь особенно сильно. — О да, как ты понял? — Юнги усмехается. Из колонок снова трещит голос ведущего: — Участники, через двадцать минут начинается ваше первое испытание! Вам нужно пройти маршрут через центральную часть острова и добраться до смотровой станции. Команда-победитель получит дополнительные припасы. Кристофер вскидывает брови: — О, наконец-то нормальное движение! — Карты где? — сразу спрашивает Чонгук. Голос отвечает: — Используйте ориентиры острова. Юнги медленно смотрит наверх: — Я начинаю понимать, почему у них нет нормальных рейтингов. Но Чонгук уже снова напрягается, потому что краем глаза замечает движение у деревьев. Кто-то стоит между стволами, смотря прямо на лагерь, и исчезает раньше, чем он успел хоть что-то сказать. Чон Чонгук ещё несколько секунд смотрит в сторону джунглей. Пусто. Только листья шелестят от влажного ветра. — Цербер? — голос Юнги рядом звучит уже раздражённо. — Ты опять завис. — Там кто-то был. — Конечно был. Это остров. Тут, возможно, живут люди. — Он смотрел на лагерь. И да, если что, нам говорили, что остров безлюдный. Юнги вздыхает и поднимается с ящика: — Ты сейчас доведёшь меня до инфаркта раньше всех маньяков. Через двадцать минут участников выстроили у начала тропы. Точнее, их «выстроил» голос из колонок, потому что живых организаторов всё ещё никто не видел. Влажная жара становится почти невыносимой. У некоторых одежда уже мокрая, хотя они ещё даже не начали маршрут. Чимин вытирает шею полотенцем: — Я чувствую себя пельменем на пару. Кристофер ржёт: — Это самая точная фраза за сегодня. Перед ними — узкая тропа в джунгли. На деревьях висят красные ленточки-маркеры, уходящие в глубь острова. Голос ведущего снова слышится из динамиков: — Вам нужно добраться до смотровой станции. На месте вы найдёте новые инструкции. Не сходите с маршрута! — О, это точно закончится прекрасно, — бормочет Юнги. Они начинают идти группой. На каждом участнике браслеты; у Чонгука и Юнги один номер, поэтому они в одной команде. Сначала всё выглядит почти даже нормально: разговоры, смех, кто-то спорит. Кристофер постоянно шутит. Но чем дальше они заходят, тем неприятнее становится атмосфера. Джунгли будто закрываются вокруг них. Воздух тяжёлый, мокрый. Листья огромные, липкие, цепляются за руки. Земля под ногами местами проваливается в грязь. Чонгук идёт впереди почти автоматически. Юнги замечает это: — Ты чего опять строишь из себя лидера? — Потому что никто, кроме меня, не смотрит по сторонам. — Мы literally на шоу. — Ага. Это «ага» звучит так, что Юнги замолкает. Позади кто-то вскрикивает. Одна из девушек резко останавливается: — Тут кровь! Все сразу напрягаются. На одном из деревьев действительно заметно тёмное пятно. Старое, уже почти коричневое. Кристофер подходит ближе: — Может, животное? Чонгук смотрит на ствол: — Слишком высоко. Юнги чувствует, как по спине проходит холодок: — Мне это не нравится. — Тебе тут вообще ничего не нравится, принцесса. — И пока что я прав. Они продолжают путь, но теперь уже никто не смеëтся. Только Чимин пытается хоть как-то разрядить обстановку: — Когда вернёмся домой, я неделю буду лежать в ванной. — Если вернёмся, — автоматически говорит Чонгук. Юнги сразу пихает его локтем: — Ты можешь хоть иногда фильтровать то, что говоришь? — Нет. — Удивительно стабильный человек. Через полчаса тропа выводит их к старой смотровой станции. Только станция оказывается не частью шоу. Это — старая военная вышка, почти разваленная, заросшая лианами. И самое странное — на двери висит свежий замок.