Кризис доверия

1 Закатное солнце золотило металлическую обшивку маленького задрипанного космического кораблика. Джейн не разбирался в марках и классах, но он даже издалека видел, что модель старая, потускневшая от времени, с пятнами ржавчины на стыках и с помятым крылом, основательно покорёженным то ли метеоритным дождём, то ли стадом бешеных буйволов. — Зои, как ты думаешь, который из них нас выследил? Пижонистый вихрастый лох в засаленном коричневом плаще держался так беспечно и расслабленно, словно выпивал с приятелями за барной стойкой, а не стоял, подняв руки, под прицелом у Джейна и ещё двух джейновых дружков-бандитов. — Вон тот уродливый, сэр! Напарница лоха, рослая фигуристая тёлка, была одета в такую же потрёпанную конфедератскую одежонку, и когда она подняла руки, вылинявшая форменная рубашка вызывающе подчеркнула округлую грудь. Крупные губы тёлки искривились в спокойной усмешке, а её карие, влажные и огромные словно у лошади, глаза смерили Джейна презрительным взглядом — Ты не могла бы указать поточнее, Зои? Взгляд этой самой Зои опять остановился на Джейне — теперь уже спокойный, оценивающий, жёсткий, словно прищур профессионального снайпера сквозь оптический прицел винтовки. Коричневый лох держался всё так же расслабленно, даже поднятые руки слегка приопустил, беспечно жестикулируя и делая вид, будто не замечает трёх стволов, направленных прямо ему в живот. Ну точно идиот. Если не самоубийца. Джейн знал, что выглядит охрененно, особенно — на фоне своих обтрёпанных, вечно вонючих дружков, особенно — с модифицированной репликой старинного ковбойского револьвера «Colt Walker» в руке и в тесноватой футболке, обтягивающей мускулы, словно вторая кожа. Да любая баба с этой задрипанной луны дала бы ему, не задумываясь, прямо здесь и сейчас, в зарослях койотника и верблюжьей колючки! Поэтому он лишь ухмыльнулся во весь рот, прикусывая крепкими белыми зубами изрядно обмусоленный огрызок дешёвой сигары. Тот давно погас, но Джейн продолжал держать его во рту исключительно ради небрежного понта, с которым курят все по-настоящему «плохие парни». И даже перекатывал этот огрызок по своей нижней губе с той же залихватской ловкостью, с какой обычно катают соломинку или спичку. Сигара была старая, очень старая, и воняла хуже, чем потные носки соседа по каюте. Но что не сделаешь ради имиджа? Коричневый лох вон тоже явно старался изо всех сил, источая лёгкость и дружелюбие, словно заискивал перед голодной стаей бродячих койотов. Ещё не хватало, чтобы сел на корточки, присвистнул, причмокнул, кинул лакомство. Хорошие, мол, собачки, только не стреляйте в меня. Джейн не был дураком и быстро сообразил, к чему Коричневый ведёт этот разговор. Перевербовка прямо во время задания — обычное дело для наёмника. Джейн уже несколько раз менял «хозяев», спокойно предлагая свои услуги тому, кто больше заплатит, и предавая новых работодателей так же легко, как и поступал к ним на службу. Коричневый между тем разошёлся не на шутку, обещая отдельную каюту на корабле и процент от общей выручки. Что ж, Джейн никогда не был против повышения зарплаты. Да и работёнка-то, в сущности, намечалась плёвая, не сильно пыльная, никакого космического гоп-стопа или выбивания бабла из должников. Просто летай себе от планетки к планетке, вози контрабанду, спи в собственной койке, жри от пуза, получай постоянное жалованье, и под шумок можно даже попытаться подкатить к этой сисястой Зои. А если выдастся случай, и кто-нибудь предложит более выгодные условия, то всегда можно переиграть и передоговориться. Вот как сейчас. Вонючего напарника Джейн с удовольствием и тайным злорадством пристрелил первым. В целях борьбы с антисанитарией так сказать. Второго в короткой перестрелке убил уже сам Коричневый. Тоже на удивление метким выстрелом, словно бизона на охоте. Новый контракт скрепили рукопожатием. И Джейн официально поменял работу. Его слегка, на уровне подсознательных инстинктов, напрягало лишь то, с каким презрением Зои наблюдала за ним: будто бы каждая расчётливая мысль о новом предательстве была клеймом выжжена у Джейна на лбу. Это было похоже на ту личную неприязнь, которую испытывали к наёмникам солдаты регулярной армии, воевавшие за идею, а не за награду. Надо бы получше притворяться, что ли, мимоходом подумал Джейн. И в случае возможного конфликта с новой командой первой обезвредить именно её, а не капитана. Поэтому всё время, пока они втроём грузили на корабль спрятанный товар, Джейн, спиной чувствуя её внимательный, цепкий взгляд, старался ничем не выдавать своего напряжения. Улыбался. И даже небрежно шутил, стараясь поддержать лёгкий тон разговора. Будто бы и не было ничего, будто бы просто три старых партнёра занимаются общим делом. Огрызок сигары нестерпимо сушил губы, и очень хотелось пить. Было бы лучше, чёрт возьми, если бы эта красивая и смертельно опасная тёлка просто запала на него. Но так, отстранённо и бесстрастно, смотрят не для того, чтобы оценить возможного любовника. Так смотрят на потенциальную проблему, заранее продумывая способы, как её избежать. Так смотрят на дикого пса, охраняющего хозяйское добро за миску похлёбки, прикидывая, как без особых потерь его пристрелить, если тот взбесится и попытается вцепиться хозяину в горло. — Сэр, — тихо сказала Зои, обращаясь к Коричневому, когда думала, что Джейн её не слышит. — На вашем месте я обзавелась бы полезной привычкой запирать на ночь двери своей каюты. — Вот ещё! Мне так нравится космический сквознячок, который нежно обдувает моё расслабленное, сонное и абсолютно беспомощное тело, — нарочито громко ответил тот, явно рисуясь перед Джейном. — И я очень надеюсь, что у нашего нового напарника хватит совести не убивать меня во сне. А если он всё-таки решится, то пусть хотя бы принесёт горячий кофе в постель перед тем, как выстрелить мне в голову. Джейн притворился глухим. Если Коричневый надеется расположить его к себе своим показушным доверием и тупыми шутками, то и хрен бы с ним. Закидывая ветками и камнями ещё не успевшие остыть трупы прежних дружков, Джейн мысленно пообещал себе: когда придёт время, то даже из этой ситуации он выпутается с наибольшей выгодой. Или хотя бы — с наименьшим ущербом. И никто ему в этом не сможет помешать. 2 Коричневого плаща звали Малькольм. Тупое претенциозное имечко. Капитан Рейнольдс, бывший военный сержант, ветеран войны, мать его дери взводом серопузых птенчиков Альянса. И в жизни он оказался совсем не тем беззаботным лохом, каким был под прицелом. И свод правил поведения на корабле выкатил немалый, почти как в солдатском взводе. Не бухать, не курить нигде, кроме собственной каюты, и даже не пердеть за общим обеденным столом. Ну и соблюдать субординацию. Жизнерадостная девчонка-механик Кейли мило звала Коричневого «капитаном», слащавый блондинчик-пилот — Мэлом. А Зои обращалась к нему коротко и по-деловому — «сэр». Двери в свои личные каюты никто из четвёрки демонстративно не запирал (Джейн, конечно же, не удержался и втихаря проверил), но вахты как-то сами собой распределились таким образом, что дежурили попарно: Мэл и Джейн, Зои и Уош. Кейли от вахт была освобождена, но добровольно взяла на себя обязанность по приготовлению (точнее — по разогреванию) пайков. *** Впрочем Джейн даже не пытался переть на рожон и быстро притворился, будто подчиняется негласному уставу. На самом деле ему просто было всё равно. Третий по счёту боец, пятый член маленького экипажа, пятое колесо в телеге, но — единственный наёмник с опытом выживания на диких планетах, с умением идти по следу и прятать этот самый след от врагов. В открытом космосе от Джейна было мало толку: управлять кораблём или прокладывать сложные маршруты он тоже не умел. Поэтому как-то так само получилось, что Джейн, пользуясь случаем, ел, пил, курил свои вонючие сигары в воздухоприёмник, без возражений выполнял бытовую тяжёлую и грязную работу и… по большей части молчал. Присматривался. Изучал. Хотя по его виду вообще не скажешь, что он мог бы что-то изучать. *** Когда Джейн впервые заметил, как рука Уоша под столом машинально, но вполне целенаправленно, огладила бедро Зои, то вначале решил, что ошибся. Или что ему примерещилось. Ведь у них обоих при этом были такие невозмутимые лица. Зои даже не взглянула на Уоша, доедая остатки ужина, а потом с тем же спокойствием ушла в кухонный отсек, чтобы налить себе растворимого кофе. Не дала по морде, не вздрогнула, не дёрнулась от неожиданности. Просто отошла. И даже, кажется, слегка улыбнулась. А наглец Уош, тоже как ни в чём не бывало, продолжил травить Джейну очередную байку о своей учёбе в пилотской академии, легко мешая зубодробительные технические термины с откровенным вымыслом и бахвальством. Только Пожирателей на хвосте в качестве полётных инструкторов не хватало. И лишь, поймав демонстративно развязный вопросительный взгляд Джейна, Уош вдруг заткнулся и, рассмеявшись, покаянно развёл руками: — Жена. — Кто? — Замкэпа. Зои. Моя жена. Законная. Уже пару месяцев как. Кольцо не носит, говорит, что стрелять мешает. А я не ношу в знак солидарности. И чтоб уж совсем не выглядеть идиотом. И так усы сбрить пришлось. — Понятно, — чуть опешив, вполголоса протянул Джейн, хотя ему ничего не было понятно. — Я был уверен, что она с кэпом шашни крутит. — Я первое время тоже так думал. Иначе подкатил бы к ней сразу же после знакомства. — И как наш замкэпа… ну… в койке? Горячая штучка? — Женщина, мой друг, она как двигатель на корабле: до какой температуры предварительно прогреешь, с такой скоростью и полетишь… — начал было Уош с видом заправского бабника, но тут же весело окликнул Зои: — Булочка моя, ты же не против, если я признаюсь Джейну в любви? — Джейну? — в голосе Зои впервые за то время, которое Джейн её знал, вдруг послышался низкий смешок. — Ну и трепло ты… муж. — Ты меня не так поняла, дорогая! Я ему признаюсь исключительно в любви к тебе! Он на корабле единственный, кто пока не в курсе. — И, похоже, единственный, кто отделался от необходимости дарить подарок и толкать речь, — нагло ухмыльнулся Джейн. — Зажали, значит, свадебку-то? — Ну, Мэл вообще нам целый медовый месяц зажал, хотя и пил со мной на правах единственного шафера, — расхохотался Уош. — Обещал увольнительную на Борос на пару дней, да вот всё с нормальными заказами туговато. И денег нет. — Не ной, муж. Зато с продуктами хорошо. И двигатель Кейли починила. И нового члена экипажа… наняли. — Наняли, ага, — начал было Джейн. — Прям по объявлению в местной газетёнке нашли. «Требуется специалист по связям с общественностью, мастер на все руки»! — Встретили в… баре. Выпили вместе и пригласили работать на нас, — Зои вдруг запнулась на полуслове и бросила на Джейна быстрый предупреждающий взгляд. И до него внезапно дошёл весь идиотизм ситуации: ни она, ни Мэл ни словом не обмолвились Уошу и Кейли о том, при каких обстоятельствах произошло их настоящее знакомство. Про то, как он держал их обоих на мушке. Про угрозы. Про перевербовку. Не посчитали важным? Побоялись уронить свой авторитет перед пилотом и девчонкой? Или просто… Джейн хотел сказать что-нибудь едкое, пошутить, но под взглядом Зои вдруг замолк и сделал вид, будто крайне заинтересовался едой у себя в тарелке. Даже логичный возглас «Báichī!» («Идиоты!») и пошлые подколы на тему свадьбы проглотил вместе с белковой массой. Потому что он наконец-то понял причину крайне беспечного поведения пилота и механика. Кейли дружелюбно улыбалась ему, и Уош не боялся повернуться к нему спиной просто потому, что они оба не знали, на какие поступки на самом деле способен Джейн. Они считали его безопасным: мрачным, пошлым, грубым, туповатым, но в доску своим парнем, кем-то вроде заматеревшего и одичавшего на периферии Мэла. Со стороны кэпа и Зои это был какой-то новый уровень идиотизма и беспечности, который никак нельзя было объяснить. Поэтому когда Уош, уже не скрываясь, чмокнул Зои в щёку, и вышел из кают-компании, унося с собой жестяную кружку с кофе, Джейн всё-таки не выдержал. — Почему? — мрачно процедил он сквозь зубы. — Вы оба видели, как я хладнокровно убил своего напарника. Я мог бы и вам перерезать глотки во сне. Вам всем, не только тебе и кэпу. А корабль продал бы за бесценок на металлолом. И плевать на договор. Зои остановилась в дверном проёме, спиной к Джейну. Она молчала так долго, что тот уже решил: не ответит, уйдёт, сделает вид, что не услышала. Но Зои вдруг заговорила. — Ты бы не смог убить сразу обоих. Мы спим очень чутко. Старая военная привычка. Второй обязательно убил бы тебя. К тому же сержант… — она запнулась и моментально исправила оговорку, — капитан предпочитает доверять тем, кого допускает на борт «Серенити». До тех пор, пока они не докажут обратного. — А ты? Своя-то голова у тебя на плечах есть? — Я верю капитану. Но если что… Не договорив, Зои вышла. Однако Джейн прекрасно помнил тот самый первый, оценивающий взгляд. «Если что» эта пристрелит, не задумываясь — сразу же, как только почувствует непосредственную угрозу. Даже до того, как кэп успеет отдать ей такой приказ. На долю секунды Джейн пожалел, что ему не повезло так, как повезло идиоту Мэлу. Что кто-то, вроде Зои, никогда не прикрывал ему спину. 3 В прикрывании спины Зои действительно была хороша: всегда справа от Мэла, не так близко, чтобы мешать ему выхватить револьвер из кобуры, но и не так далеко, чтобы в случае чего не успеть вмешаться. Джейн невольно любовался этой парочкой. Оба двигались практически синхронно, свободно, как дышали, даже не задумываясь об этом. Видимо, сказывался военный опыт. И во всём этом не было ни капли напряжения, которое возникает между мужчиной и женщиной на таком уровне понимания друг друга. Джейн не напрягал себе мозги мыслями, почему Зои до сих пор не дала капитану. С этими бабами иногда всё сложно: муж там или не муж, а надумает себе чего и хрен уговоришь, хоть башкой о стену бейся. У Джейна уже была такая, давно, ещё на родной луне. Вынесла ему мозг напрочь, чуть не женила на себе сгоряча. С тех пор он и предпочитал шлюх — весёлых, открытых, с которыми сразу понятно: сколько стоит и за какие именно услуги. И уйти можно не прощаясь. Короче, с Зои типа всё было ясно. Замужняя. Блюдёт честь. Кэп не в её вкусе. Тараканы в башке размером с китайскую белую обезьяну. Да к тому же ещё — ветеран войны с Альянсом. Короче, гремучая смесь, к которой лучше не приближаться без необходимости. Джейн и не пытался. Но почему Мэл, уже находясь так близко, не попытался к ней подкатить, понять не мог. До того случая на грёбанном Уайтфилде, когда всё пошло кувырком. *** Диспозиция, вроде, была ясна сразу: местной бандерше Пейшенс нужен товар, Мэлу нужны деньги. У обоих сложное прошлое, кто-то в кого-то стрелял, но оба выжили, а клеймо Альянса на товаре не давало возможности сбыть его кому-либо ещё. Даже мелкий криминальный шкет Бэджер в своём обмусоленном котелке в последний момент слился, отказавшись от сделки. Джейн сильно психовал. Денег у Мэла не было. Новыми заказами даже не пахло, а значит, зарплата задерживалась на неопределённый срок. Мать в последнем письме безыскусно жаловалась на то, как сложно сводить концы с концами, писала, что собирается выставить ферму на торги: после смерти отца ни она, ни обе младшие сестры Джейна не могли нормально содержать большое хозяйство, надрываясь и работая себе в убыток. Поэтому в данной ситуации Джейну было глубоко похрен, пристрелит ли Пейшенс Мэла. Главное, чтобы деньги за товар в результате оказались у него в руках. А там, если кэпа действительно порешат, можно будет подумать над тем, как поделикатнее предложить старушке свои услуги в качестве наёмника. Не всё же на корыте среди планет болтаться, а Уайлтфилд, по слухам, хорошее местечно для тех, кто не боится стрельбы. И даже рабочее почтовое отделение есть, Джейн специально вошёл в новостную сеть и проверил. *** — Не стоит. Мэл, кажется, был полностью сосредоточен на проверке того, легко ли оба револьвера выскальзывают из поясной кобуры. Поэтому Джейн не сразу понял, что тот обращается именно к нему, а не говорит сам с собой. — Чего не стоит? — Того, что ты задумал. Не стоит. Не сегодня. Я видел цифровой след. Кто-то из экипажа искал информацию про Уайлдфилд. — Мэл стал возиться уже с самой кобурой, почти до миллиметра выверяя положение ремня на бёдрах. Он выглядел смертельно спокойным. — У красавчика доктора нет доступа к корабельной сети. У Инары свой личный канал. Уош или Зои стёрли бы следы. Кейли ранена и лежит в медотсеке. Остаёшься лишь ты. — Проспись, кэп, — мрачно буркнул Джейн. — А то скоро барабашку в космосе увидишь. Не собираюсь я… — Неважно, сам ты пристрелишь меня, или дашь банде Пейшенс меня пристрелить, но Кейли в любом случае не выживет, — всё с тем же смертельным спокойствием прервал Мэл. — Она ранена. Ей нужны лекарства. А у нас шпион Альянса в заложниках и два беглых преступника на борту. Сам понимаешь, это всё усложняет. Джейн молчал. — Даже если ты просто уйдёшь, Кейли не выживет. Потому что без твоей помощи убьют меня и, возможно, Зои. Уош обязательно захочет отомстить, наделает глупостей, а у нас на борту… — Сраный шпион сраного Альянса и траханный доктор с полоумной сестричкой, — закончил за кэпа Джейн. — Но я не подписывался прикрывать твою задницу за спасибо, кэп. Десять процентов от нихрена это тоже нихрена. — Я найду тебе деньги. У меня и у Зои есть небольшие сбережения, — Мэл усмехнулся. — Капля в море нашей финансовой жопы, на полный бак топлива для «Серенити» едва хватит. Но это вполне весомые пятнадцать процентов вместо десяти. И мы расстанемся с миром. Идёт? — Зассал? — с быстрым прищуром уточнил Джейн. — Решил откупиться? — Допустим, — вроде бы не обиделся Мэл. — Ну так что? Спустя годы Джейну хотелось бы помнить о том, как он в ответ на этот вопрос послал кэпа — тройным загибом, по-китайски. Или благородно согласился подождать, отказавшись от денег. Но тогда, в тот самый момент Джейн просто кивнул. Всё было по-честному, как со шлюхой в борделе: он не даст убить кэпа, Кейли выздоровеет, остальное как-то утрясётся, а ему по-любому заплатят за хорошую работу. В полтора раза больше, чем договаривались изначально. И если кэп думал, что Джейн откажется, что ему эти пятнадцать процентов встанут в глотке костью, как библейские тридцать серебренников, то кэп просто очень плохо знал Джейна. И совсем не знал о том, как тяжело выживать без мужской помощи одинокой пожилой вдове с двумя несовершеннолетними девчонками на руках. *** Кэпа не убили. Хотя некоторое время Джейн, сидящий в засаде, откровенно развлекался тем, что ловил его вихрастую голову в прицел снайперской винтовки. Даже палец на курок положил, будто и в самом деле собирался пальнуть. Ощущения, надо сказать, были шикарные. Чуть ли не круче, чем с красоткой в койке. Можно сказать, Джейн буквально по краешку от соблазна прошёл, чтобы не пристрелить, да и не выйти потом к Пейшенс со своей фирменной ухмылочкой и огрызком сигары в зубах. Мол, прими меня, старушка, я в печали, помер напарничек-то, скончался скоропостижно от моей же пули в голову, и я открыт к любым предложениям. Да, это было бы по меньшей мере забавно. Но, к счастью для кэпа, потом всё как-то слишком быстро закрутилось. Перестрелка с ребятками Пейшенс. Зои, падающая навзничь от выстрела в упор. Истеричные вопли Уоша по радиосвязи. Пожиратели на хвосте. Как говаривала маменька Джейна, если жопа должна случиться, она берёт и случается. Как когда-то ржал, разбрызгивая кровь из разбитой о приборную панель губы, один из старых напарников Джейна: «На адреналин тоже можно подсесть, lǎogē!» Хороший, кстати, был чувак, весёлый, отчаянный, жаль только, пропал без вести над глиняными болотами Кантона. Ну так маленький шаттл и не скаковая лошадь, чтобы выдержать двоих. Зато Джейн выжил. Джейн Кобб всегда выживает. Но накал адреналиновой жопы, случившейся на Уайлдфилде, едва не убил даже Джейна. И где-то между бешеной скачкой на лошади по степи и таким же бешеным удиранием от Пожирателей, где-то между обмиранием сердца и инстинктивным желанием обмочиться от ужаса, где-то между отчаяньем и вскипающей, бьющей в голову, огненной яростью Джейн впервые поймал себя на мысли: он живёт. Не выживает, не выжидает, не приценивается, не болтается бесцельно, просто живёт. И от его действий, от его решений зависит жизнь каждого на этом маленьком ведре с болтами под названием «светлячок». Чувство было странным, неосознаваемым, словно лихорадочный жар раненой Кейли, обжигающий руки даже свозь слои её одежды, когда Джейн бегом нёс девчонку в машинное отделение. Чувство было сложным и запутанным, как переплетение проводов в консоли управления, которую надо было отключить по указанию Кейли. Чувство рывком переворачивало всё с ног на голову, выбивая из-под ног почву, меняя местами полюса «плюс» и «минус» — почти как этот безумный Уош, который смог заставить металл ожить под его руками и совершил невозможное: увёл «Серенити» от мощного корабля Пожирателей, прошёлся по краешку от гибели, в последние мгновенья сменив курс. Чувство было странное, неназываемое, зыбкое — как бледное лицо Кейли в бисеринках мелкого пота, как её сияющие то ли от температуры, то ли от восторга глаза, когда она коснулась металлической обшивки корабля, похвалив его с той же нежностью, с которой хвалят живое существо. *** Когда всё закончилось, Джейн всё-таки послал кэпа. Тройным загибом, по-китайски и потом ещё разок, для верности, повторил свою тираду на местном английском, который использовался на его родной луне. — Ты уверен? — насмешливо переспросил Мэл. — Или ты разучился считать? Десять процентов меньше пятнадцати. В убыток себе работаешь. Продолжая свой экспрессивный монолог, Джейн крайне живописно обрисовал, куда конкретно и насколько глубоко кэп может засунуть разницу в пять процентов, утрамбовав их для плотности обрывками коричневого плаща и конфедератской чести. — Впечатляет. Надиктуй потом на аудиноситель в рубке, мне может пригодиться для переговоров с Бэджером. — Сегодня я нажрусь, — с мрачным спокойствием предупредил Джейн. — Нахрен Бэджера, Пожирателей, Альянс, тебя и твою субординацию. Завтра разберёмся. — А есть чем? Джейн пожал плечами. Поток его красноречия иссяк уже на второй матерной тираде, и он уж точно не собирался оправдываться за то, что пронёс на судно несколько бутылей крепкого кукурузного самогона и спрятал у себя в каюте. Контрабандный алкоголь на судёнышке контрабандистов. Уржаться можно, как иронично. — Поделишься? — переформулировал свой вопрос Мэл. — Я через пару часов сдаю вахту Уошу. — Перебьёшься. В следующий раз проноси свой. Или в устав впиши пункт о том, что надо делиться бухлом с комсоставом. — Джейн помолчал, подвигав челюстью туда-сюда, словно пытаясь не дать словам выйти наружу или наоборот, подбирая выражения. — И ты лучше это… Проследи, чтобы замкэп проверилась у нашего смазливого докторишки. Насчёт раны. Броник хороший, раз пулю выдержал, но так ведь и стреляли не из револьвера, а из крупнокалиберки. Сильный выстрел, раз с ног сбил. От такого внутри потом разное дерьмо может быть. С кишками. С кровью. Даже если адреналин и не заметил сразу. Я знаю. Сам кровью месяц харкал, когда в пузо прилетело. — Я тоже видел. Но я прослежу. Мэл старался не подать виду, но по тому, как он быстро отвернулся к приборной панели, было заметно, что этот неумелый монолог удивил его едва ли не больше, чем предшествующий высокохудожественный мат. Джейн и сам себе удивлялся. Зачем, спрашивается полез с непрошенным советом? Чего ждал? Что кэп хлопнет по плечу как равного? Или поблагодарит? Руки слегка дрожали от приступа отходняка, постепенно накрывающего тело, в горле стоял предательский комок. После сильного выброса адреналина с Джейном всю жизнь было так. Чтобы отпустило, нужно было или набить кому-нибудь морду, или снять шлюху, или напиться до чертей. Иначе результат мог быть непредсказуем. Например, после того случая на Кантоне, когда Джейну каким-то чудом удалось ускользнуть от местной полиции, он рыдал и трясся как ребёнок, лишившийся леденцового петушка на палочке. Но тогда он был один. А рыдать, когда ты в космосе на маленьком кораблике, и к тому же окружён благодушными идиотами, просто опасно. Ещё не так поймут. Но, надо отметить, в растрёпанных чувствах Джейн находился ровно до того момента, пока за ним не захлопнулся люк личной, отдельной каюты, где его с нетерпением ждали самогон, несколько фривольных, слегка потрёпанных жизнью, глянцевых журналов и — любимая, блестящая от оружейной смазки Вера, один вид которой успокаивал любую истерику. 4 Джейн любил оказываться правым. Но сейчас он был прав, и это приносило ему одни проблемы. Все вокруг него будто бы с ума посходили. Саймон, конечно, столичный пижон в чистеньких штанишках, и малышка Кейли на него конкретно запала, но, похоже он своё дело знает: у Зои под огромным, на полтуловища, багровым синяком обнаружилось внутреннее кровотечение. — Ещё бы сутки, и могло быть поздно! — взволнованный Уош, улучив минутку, вцепился в руку Джейна и тряс её так сильно, что та грозила вот-вот оторваться. — Мэл сказал, это ты заметил и предупредил. Джейн, ты спас меня от участи безутешного вдовца! Спасибо! — Иди в… — попытался отмахнуться Джейн, мысленно кляня болтливость кэпа. Зои было хорошо, она спала в медотсеке и счастливо улыбалась во сне от остаточного эффекта сильных обезболивающих. — А наш Джейн вообще душка! — внезапно вставила Кейли за ужином. — Хоть с виду по нему и не скажешь! И умница! Не каждый сможет разобраться в консоли управления «Серенити», а он смог. И даже проводок выдернул нужный. Хоть и с пятого раза. Будто бы не она этим же звонким жизнерадостным голоском пару часов назад на все лады честила Джейна за то, как тот раскурочил эту самую консоль в лихорадочной попытке найти злосчастный провод. — Доктору своему это скажи! — вяло отбрехался Джейн, с тихим злорадством наблюдая, как щёки малышки Кейли заливает густой румянец. Саймон сделал вид, будто происходящее его не касается. Он до сих пор не мог поверить, что его не выгнали с корабля и не сдали Альянсу. И при любой возможности старался исчезнуть в каюте, ухаживая за полоумной сестрой. — «Делая добро, да не унываем, ибо в своё время пожнём, если не ослабеем», — глубокомысленно процитировал пастор Бук, словно ни к кому не обращаясь. Джейн не нашёл, что ответить. Честно говоря, он даже притворяться не стал, будто понял: проповеди всегда нагоняли на него тоску. *** — Мстишь, — констатировал Джейн, без приглашения проходя на капитанский мостик. — Или издеваешься. Расписал меня, как какого-то… героя… И нафига? — Мстю, — легко согласился Мэл. — После Уайлдфилда я тоже хотел нажраться, а ты не поделился. Терпи. Джейн поморщился. — Тромб был совсем маленький. Под гематомой и не заметишь, — добавил Мэл уже серьёзным тоном. — На войне мы на такие мелочи не обращали внимания. Это была не наша головная боль. Потому что обычно вторая и третья пуля успевали догнать первую раньше, чем… — Я никогда не откажусь от жалования, — перебил его Джейн. — Мне нужны деньги. Мне всегда нужны деньги. Я не один из твоих. Не Уош. Не дурочка Кейли. Не эта твоя… Зои. — Ну что ж, тогда капитанским произволом придётся поставить в кают-компании железную банку с табличкой «В фонд зарплаты Джейна Кобба», — развёл руками Мэл. — И взымать штраф за каждый произнесённый мат. Или за мерзкую шутку, вроде той, твоей, про «гинеколога для Кейли». — Когда я учился в школе, то всегда отбирал монетки у сопливых пацанов, так что ставьте хоть банку, хоть бочку. Хоть сразу мне в рождественский носок складывайте, — чуть напрягся от очевидного подкола Джейн. Кэп, судя по всему, это заметил и развивать тему вопросом «ты учился в школе?» не стал. Потыкал в какие-то лампочки на приборной панели, крутанулся в капитанском кресле. — Надо было тебе поделиться со мной спиртным. Когда я пьяный, я болтливый. Рассказал бы тебе чего-нибудь про себя. Про Зои. Возможно, даже слезу бы пустил, если бы твой самогон оказался нормальной крепости. Но… — Но? — Ты должен знать про меня одно, Джейн. Пока ты прикрываешь мне спину, я тоже никому не позволю тебя убить, — спокойно закончил Мэл. — И неважно, по какой причине ты это делаешь, из симпатии к моей человеческой харизме, или из-за нездорового интереса к моему кошельку. А Зои другая. Она терпеть не может вашего брата наёмника. Но она тоже прикроет тебя, хотя бы из чувства долга, — он ещё раз крутанулся на кресле. — Или потому, что я так сказал. Джейн молчал. Весь его запас слов закончился пару дней назад, в тот день, когда они все выжили на Уайлдфилде.  А повторяться он не хотел.