Музыка по радио

Весь предыдущий день Марк хотел написать Виктору, но так и не придумал ничего, что не выглядело бы навязчиво. Потому что даже сам факт, что он напишет — уже достаточно навязчиво. И наверняка неприятно, ведь Виктор, очевидно, в отношениях и вряд ли интересуется интрижками (опцию с обычной дружбой Марк (почему-то) не рассматривал). Да и Марк не хотел стать тем, с кем изменяют. Правда, существовала и другая сторона этих размышлений: Виктор определённо не счастлив с тем человеком. Он ревнует его к работе, ругается, должно быть, без повода, и вообще, кажется, не вызывает у Виктора никаких положительных эмоций. Марк вспомнил парня, с которым в один из дней ехал Виктор, но ничего примечательно в его внешности не нашёл. Обыкновенный молодой человек, успевший вступить в отношения с Виктором, на которого теперь были планы у Марка. Правда, они могли познакомиться много лет назад — в те времена, когда Марк даже не подозревал, что когда-то станет таксистом. Или нет. Окончательно запутавшись, Марк решил, что напишет первым, только если придумает действительно достойный повод для этого. Но Виктор снова проявил инициативу, правда, лишь деловую. «Завтра к десяти мне нужно будет такси. Я могу на Вас рассчитывать?» «А если нет?» «Придётся искать другого разговорчивого таксиста)» «А это довольно обидно! Я-то надеялся, что хоть как-то выделяюсь на фоне остальных». «Занимательная ситуация: у меня давно не было таких плодотворных бесед, как с Вами. Наверное, потому что все мои знакомые в основном журналисты, и говорим мы обычно о работе. С Вами тоже, но это абсолютно другое. А ещё у меня никогда не было знакомых по имени Марк». «И мне, кстати, очень интересно продолжение Вашей истории», — пришло вдогонку, и Марк снова оказался в шаге от того, чтобы пригласить Виктора на свидание. Может, это трусость, а может, осторожность и здравый смысл, который держался в пределах уже с трудом, но пока Марк предпочитал иметь просто клиента и немного друга, ведь если он выскажет свою заинтересованность, а Виктор её не примет — из-за отношений, другой ориентации (а вдруг) или просто несимпатичности смуглого кареглазого Марка — их общению конец, а пока Марк не был готов от него отказываться. «А это ведь одна из многих историй…» «Не дразните меня, иначе я разорюсь, заказывая Вас, даже если мне не особо надо». После этого сообщения Марк, до этого сидевший у окна ровно, словно готовится к экзамену, расслабился и лёг в кресле. Это определённо знак. «Трудно поверить, но…» — он только начал вводить сообщение, выбирая, в какое кафе они пойдут, но потом представил того самого ревнивого парня, из-за истерик которого страдал Виктор, и понял, что он вряд ли согласится, и это приглашение просто добавит их разговорам неловкость. «Кстати, мы договаривались на меньшую сумму, чем Вы переводите. Перестаньте так делать, иначе Вам точно придётся искать нового водителя». «Какая чудовищная серьёзность. И жестокость. Ладно, ладно, не надо угроз. Буду платить меньше». Можно было бы написать что-нибудь ещё, но в голове Марка была лишь одна фраза, и он не сомневался: если беседа продолжится, он непременно её напишет. «А можно не платить вообще: может, сходим куда-нибудь?» Это могло бы быть простое дружеское общение, в котором нет ничего криминального, ведь в обычном мире люди общаются, и никто не считает, что общение непременно должно привести к сексу. Даже сам Марк не особо размышлял в эту сторону, но невинность возможных бесед портил флирт. Скорее всего, взаимные провокации так взбудоражат его, что простое дружеское общение пострадает. — Вот это меня повело… — вслух пожаловался Марк, глядя на затихший чат. — И всё почему? Потому что он улыбается симпатично? Потому что доброжелательный? Примерно ровесник? Какого чёрта… Естественно, не найдя никаких ответов, Марк отложил телефон (чтобы точно ничего не написать), но от мыслей это не избавило. Может, всё-таки стоит позвать Виктора на свидание, чтобы спастись от этой навязчивости? Марк решил, что сделает так, если от Виктора поступит ещё хоть один очевидный намёк. А пока он будет просто ждать, что случится дальше.