А теперь о погоде…

Лекса позволила увлечь себя в бар, но её бросало то в жар, то в холод от неуклюжего поведения Кларк. Она решительно не понимала, что творится в голове у этой девушки. Ей казалось, за последнее время они стали гораздо ближе и открылись друг другу. Но сейчас Кларк вдруг сделалась загадочнее, чем при их первой встрече — ещё до того, как Лекса узнала все её тайны. Лекса покачала головой и позволила Кларк вести себя. Вскоре они подошли к столику, где сидела одинокая девушка. Она была хорошенькой - явно пошла в мать больше, чем в своего вечно хмурого отца, и когда она увидела Кларк, на её лице расцвела красивая, искренняя улыбка. Она тут же встала и обняла Кларк, та, казалось, была удивлена такой тёплой встрече. Девушка представила Лексу, и Лекса с удивлением обнаружила, что её тоже обнимают. По выражению лица Кларк было ясно: энтузиазм Гайи она ожидала, но не такого тепла. - Приятно познакомиться с с тобой, - сказала Гайя Лексе, практически сияя от волнения. Как только Гайя отвернулась, чтобы вернуться на своё место, Кларк удивлённо подняла брови и глянула на Лексу. Лекса не знала, как на это реагировать, и просто решила плыть по течению: она пропустила Кларк в вперед и села следом. - Ты хорошо выглядишь, Кларк, - сказала Гайя, оглядывая ее с головы до ног, ее взгляд задержался на волосах. “Тебе идут длинные волосы”. Кларк застенчиво улыбнулась, и Лекса чуть не упала в обморок, потому что ей нравилось видеть, как скромная Кларк получает комплименты и не знает, что с ними делать. - Ты изменилась, - выпалила Кларк. ”Ты такая..." - Счастливая? - невозмутимо спросила Гайя, и это было так неожиданно, что Кларк расхохоталась. - Я не хочу быть грубой, но… да. Гайя рассмеялась вместе с Кларк, и Лекса с восхищенным трепетом наблюдала, пытаясь сравнить манеры Гайи и Индры. - В последнюю нашу личную встречу я была угрюмым подростком. Боже, как мне стыдно. - Это было всего полтора года назад, - пробормотала Кларк. - Три года вообще-то, - поправила ее Гайя. “Я стала чуть взрослее. Знаешь, какое-то время жизнь не баловала.” Затем она быстро опустила глаза, словно смутившись, что пожаловалась, но Кларк быстро заговорила. - Эй, помнишь, что я говорила тебе давным-давно. То, что мне больно, не делает твою боль менее значимой. Это не соревнование. Лекса умела читать между строк, и она сразу поняла: Гайе, должно быть, нелегко жаловаться на развод родителей перед Кларк, которая потеряла и мать, и отца. От ответа Кларк у неё потеплело на душе. Кларк не пыталась перетянуть одеяло на себя - она давала другим чувствовать, что они важны, что их переживания имеют значение. «Словно мне нужна была ещё одна причина, чтобы влюбиться в неё без памяти…» - Спасибо, Кларк, - сказала Гайя, словно они возвращались к старой, знакомой теме. “Ты всегда учила меня, что испытывать чувства — не стыдно. Прости, что раньше я этого не ценила”. Лекса ещё некоторое время наблюдала за тем, как Кларк уютно чувствует себя рядом с новой, гораздо более открытой Гайей, а потом решила вмешаться сама. - Итак, Гайя, - начала Лекса после того, как они заказали напитки у официанта. “Чем ты занимаешься?” - О, - сказала Гайя. “Я учусь в колледже. Изучаю медиа и коммуникации. Осталось еще полтора года. Потом посмотрим.” - Погоди, а как же зоология? - спросила Кларк, смущенно нахмурившись, что заставило Лексу покраснеть, потому что Кларк была такой милой, когда смущалась. Она перевела взгляд на Гайю. - Не понимаю, о чём я тогда думала. Выбрала зоологию - и что дальше? Стать специалистом по гиенам и жить с ними в саванне? Нет, спасибо. Люди мне всё же ближе, чем животные. Кларк усмехнулась. Лекса промолчала, хотя подумала: не Индра ли повлияла на решение Гайи сменить специальность? Переключать беседу к матери сейчас было бы не лучшей идеей - особенно если между ними сохранялась напряжённость. - Ну и как тебе работается с моей мамой? Поразительно, но Гайя сама упомянула Индру. Кларк искренне посмотрела на нее. - Она хорошая начальница, - сказала Кларк. “И, кстати, передавала привет. Хотела поехать с нами, но, увы, работа не ждёт.” - Это да, никогда не ждет, - задумчиво произнесла Гайя, когда официант принес пиво. Они чокнулись и сделали по глотку. - А вы двое? Это было несколько неожиданно. Я понимаю, мы давно не разговаривали по-настоящему, но… ты помолвлена? - спросила Гайя с живым интересом. Кларк улыбнулась и положила руку на руку Лексы, и та опустила лицо в кружку с пивом, медленно потягивая его, пока ей не понадобилось опустить ее, чтобы сделать вдох. - Послушай, когда ты находишь кого-то такого же умного и красивого, как Лекса, ты не можешь сказать ”нет". Гайя посмотрела на Лексу, ожидая ее реакции, но та только пожала плечами. - Возможно, она просто так ловко вскружила мне голову, что я предложила ей выйти за меня в прямом эфире. Но вот мы здесь. Гайя рассмеялась, а Кларк и Лекса обменялись взглядами. Похоже, ложь сработала. Они едва заметно кивнули друг другу, и Кларк сняла руку с ладони Лексы, положив её на стол — но всё ещё рядом. Вечер только начинался. Первые полчаса Кларк и Гайя говорили о себе — о том, что с ними случилось за эти годы. Гайя не скрывала: несколько лет она была в чёрной полосе, ненавидела и мать, и отца за то, что они сделали её статисткой в их разводе. Но потом она переломила себя, ушла в учёбу с головой, нашла друзей, которым было плевать на то, что её детство прошло в семье известного бейсболиста и телепродюсера. После двух кружек пива Гайя явно повеселела. Она сидела, откинувшись на спинку диванчика, и не сводила глаз с Кларк. - Ты знаешь… Я скучаю по ней. По маме. Я знаю, что ей было нелегко, и она делала все возможное для себя и для меня. В то время я просто не понимала этого. Кларк, тоже ударившаяся в философию после второго бокала, склонила голову набок и пронзила Гайю честным взглядом, Лекса различала его лишь отчасти. - Она так тебя любит. Я думаю, что ты даже не представляешь как сильно. Она говорила тихо, почти благоговейно. Гайя опустила взгляд на пустой бокал, затем подозвала официанта и заказала ещё по пиву для себя и Кларк. Лекса всё ещё допивала своё второе, но решила добавить к заказу картошку фри - нужно было съесть хоть что-то, чтобы алкоголь не ударил в голову. - Кажется, теперь я понимаю. Правда, - тихо пробормотала Гайя. Они сидели в тишине, пока не принесли их напитки. Гайя сделала глоток и неуверенно заговорила: - Как Маркус? Сердце Лексы замерло. Они, наконец, добрались до нужной темы. Она случайно взглянула на Кларк, поймала ее взгляд и успокаивающе, медленно моргнула. Кларк отвела взгляд от нее и посмотрела на Гайю. - Заперт в металлической клетке, - сказала она бесстрастно, без тени эмоций на лице. Появилась тарелка с картошкой фри, и Гайя потянулась за ней, медленно прожевывая. - Ты когда-нибудь навещала его? Кларк медленно кивнула. - Каждое воскресенье с тех пор, как я вернулась. - Зачем? Кларк глубоко вздохнула, посмотрела на Лексу, словно ища в ней силы, а затем снова перевела взгляд на Гайю. - Потому что он единственный отец, который у меня остался. Гайя кивнула - ответ её устроил, и взяла ещё картошки. Лекса так сосредоточенно разглядывала её, что, когда Кларк неожиданно подала голос, её плечи дёрнулись от неожиданности. - И я не думаю, что он виновен. Лекса, не сводившая глаз с Гайи, успела заметить её искреннее изумление, когда Кларк заговорила. И то, как Гайя застыла, переваривая услышанное. - Да, - сказала Кларк, словно подбадривая себя, убеждая в правдивости собственных слов. “Ты можешь представить? Маркус. Из всех людей. Этот ворчливый папаша, разве он мог сделать это с моей мамой?” Она сказала это с ноткой юмора, и Гайя усмехнулась. - Ты права , - согласилась она. “Ну типа я скорее поверю, что это сделал мой отец”. У Лексы внутри всё сжалось. По лицу Кларк она поняла: та чувствует то же самое. Над столом повисло потрясённое молчание. - Что? - спросила Гайя, заметив, что эти двое выглядят так, словно увидели привидение. Кларк приоткрыла рот и замерла, не в силах выдавить ни звука. Лекса секунду смотрела на её молчаливую борьбу, а потом протянула руку и уверенно накрыла ладонь Кларк. - Гайя, скажи… тебе что-нибудь известно о том, где находился твой отец в ночь седьмой игры? И вот так план рухнул. Их тщательно продуманный список вопросов вдруг потерял всякий смысл, они просто вгрызлись в суть проблемы, прямо здесь и сейчас. Когда Кларк закончила объяснять, почему ей кажется, что Маркус ни при чём, а Титус явно имеет зуб на её семью, Гайя перевела взгляд с неё на Лексу. Тепло исчезло с её лица, глаза сузились. Лекса ощутила, как всё внутри сжалось в тугой узел. Она почти машинально съёжилась, когда Гайя открыла рот. – Ты думаешь, мой отец убил твою маму? В глазах Кларк Лекса читала борьбу - та изо всех сил пыталась не вскочить и не выпалить всё, что накипело. Она видела, как Кларк глубоко вздохнула, беря себя в руки. И поняла: Кларк не хотела ни оправдываться, ни пугать Гайю. Она кивнула. - Это просто мое чувство. Гайя посмотрела на стол, изучая следы конденсата на их напитках, провела по ним пальцем, прежде чем остановиться и опустить руку в лужицу воды. - А моя мама что думает об этом? - спросила она, пронзая Кларк тяжелым взглядом, а затем тут же добавила: “И даже не пытайся вешать мне лапшу на уши, что ты не обсуждала это с ней. Я знаю, что вы двое близки”. Лекса ощутила в словах Гайи какой-то неприятный привкус - не совсем ревность, скорее намёк на то, что Индра относилась к Кларк как к дочери куда больше, чем к Гайе. Неожиданный вопрос заставил Кларк вздрогнуть. Она ничего не сказала в ответ, вероятно, не желая говорить от имени Индры, поэтому Гайя продолжила. - И ты говоришь мне все это только потому что у тебя какое-то там чувство? Лекса видела, как Кларк ушла в себя - совсем не та приветливая, открытая девушка, какой она притворялась. Кларк было страшно. Страшно обидеть Гайю. Страшно, что та позвонит отцу и перескажет каждое слово. И, если Титус действительно убийца, страшно, что он придёт за ней. Лекса решила взять инициативу в свои руки. Она спокойно положила ладони на стол и заговорила негромко, но так, чтобы приковать к себе внимание. - Гайя. Мы изучили всё, что касается отношений твоего отца и отца Кларк. Совершенно ясно: Титус никогда не любил Джейка. И после его смерти эта вражда, похоже, не угасла. Возможно, он попытался отомстить Джейку через Маркуса. А затем через Эбби, подставив Маркуса в отместку за то, как, по его мнению, Джейк с ним обошёлся. Нам просто нужно что-то более весомое, чем взгляды на поле и случайные фразы в интервью. - Ты работаешь с моей матерью уже несколько лет, верно? Итак, скажи мне, что она думает обо всем этом? Если Гайя не собиралась получить ответ от Кларк, она собиралась вытянуть его из Лексы. Лекса секунду смотрела на Кларк, затем снова на Гайю. - Она тоже так считает, - просто сказала она. Гайя серьезно кивнула, ее лицо не изменилось. - Ты, наверное, знаешь, что у меня не самые лучшие отношения с моей матерью, - начала Гайя, и Лекса просто кивнула. “Она об этом, наверное, не говорит. Но за последние два года я стала гораздо больше ценить её за то, что она сделала для меня, чем пожертвовала и чем не стала жертвовать. Я вижу в ней пример сильной женщины: она сказала «да» семье, но не отказалась от собственной жизни, карьеры, удовольствий. И что бы я к ней лично ни чувствовала, моя мать самый умный человек из всех, кого я знаю.” Лекса видела, как Кларк подняла голову и вслушалась в слова Гайи так, будто слышала новый, только что выученный язык и пыталась уловить каждое слово. Гайя перехватила её взгляд и теперь смотрела только на Кларк, словно Лексы здесь не было. – Итак. Если моя мать говорит, что у неё дурное предчувствие насчёт моего отца, значит, я при всём моём гневе, при том, что я сижу здесь и слушаю обвинения в адрес моей семьи в чудовищном преступлении, обязана дойти до сути. Почему она так считает? Что привело её к этому выводу? И чем я могу помочь — оправдать ли отца, или невиновного человека, который уже сидит в тюрьме? Лекса нетерпеливо подалась вперед на своем месте. Вот и ее выход. - Ты можешь помочь нам доказательствами. У тебя есть что-нибудь из вещей Титуса с того вечера, когда «Маринерс» выиграли Мировую серию? - спросила она, почти умоляя, не давая Гайе шанса отказаться от собственных слов. “Старые вещи? Дневники, письма, фотографии? Всё, что покажет, кем он был на самом деле?” Она заметила, как Кларк повернула голову, чтобы посмотреть на нее, но проигнорировала это, устремив взгляд исключительно на Гайю. Гайя уставилась на нее в ответ. "Она хочет сказать "нет"”, - подумала Лекса. “Я вижу это по ее глазам”. Гайя слегка вздернула подбородок. - У меня где-то валялись кое-какие вещи, - призналась она. - Можем ли мы взглянуть на них? - спросила Кларк. Гайя вздохнула и откинулась назад, наконец-то сломавшись. - Мне действительно не по себе... Лекса поняла: пора отступать. Она бросила на Кларк умоляющий взгляд, который говорил: помолчи минуту, дай мне самой с этим справиться. Гайя была на пределе. Она не говорила «нет», но ещё чуть больше давления и она могла закрыться, отгородиться от всего, от чего только что сама не отказалась. Лекса уже проходила через такое: собеседник пугается, и нужно его успокоить, посеять зерно, которое прорастёт позже, когда схлынет первая эмоция. Кларк прочитала её взгляд и чуть отодвинулась, уступая место профессионалу. - Все в порядке, - быстро сказала Лекса. “Мы не хотим заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь. Это твое решение. Ты услышала наше предложение. Обдумай его.” Гайя кивнула и осушила бокал. Она нервно допивала третье пиво, пока Кларк и Лекса разговаривали, пары глотков хватило, чтобы покончить с ним. - Кларк, - произнесла Гайя, и её лицо приняло то самое старое, непроницаемое выражение, которое Кларк уже знала. “Было очень приятно тебя увидеть”. Когда Гайя дала понять, что встреча окончена, Кларк выглядела встревоженной. Но Лекса инстинктивно положила руку ей на ногу успокаивающе, нежно. Этот жест никто не видел. Только они. Он не был частью шоу, не был для зрителей. Кларк просто хотела, чтобы Лекса её утешила. Кларк посмотрела на Гайю и выдавила из себя легкую улыбку. - Я так рада, что нам удалось это сделать. Лекса едва не рассмеялась. Чему, спрашивается? Тому, что они заставили дочь Индры сесть и выслушать, как они называют её отца убийцей, а потом ещё и просят помочь им с доказательствами? Но она сдержалась и, увидев, что Гайя полезла в сумку за кошельком, решила вмешаться. - Пиво за наш счет, - быстро сказала Лекса, бросив на Гайю твердый взгляд. “Вообще-то, за счет 7-го канала. Рабочие расходы.” Гайя посмотрела на нее, затем вынула руку из сумочки и вместо этого накинула куртку. - Простите, что вот так вот резко заканчиваю разговор. Мне нужно идти. Спасибо за пиво. Кларк покачала головой. - Не нужно ничего объяснять. Прости меня, Гайя. И, пожалуйста, если ты все таки решишь обдумать это... - Я так и сделаю, - резко оборвала ее Гайя. “Я обдумаю то, что вы сказали”. Гайя уже почти выскользнула и ушла от столика, но на секунду замерла, передумала, повернулась и обняла Кларк, которая сидела рядом. Потом кивнула Лексе на прощание, и Лекса кивнула в ответ. Лекса и Кларк провожали Гайю глазами — она скользнула к двери и вышла. Обе думали об одном: увидят ли они её снова или только что всё испортили? Кларк вдруг потянулась к своей почти полной третьей кружке, поднесла её к губам и жадно отпила. Лекса смотрела на неё с каким-то изумлением. - Возможно, тебе стоит притормозить, - предупредила ее Лекса. Кларк проигнорировала ее, прикончив весь бокал, и сделала несколько глубоких вдохов, как будто она бежала наперегонки. Затем она подняла голову и жестом подозвала официанта. - Еще один, пожалуйста, - попросила она, и официант посмотрел на недопитый бокал Лексы, не потрудившись спросить, хочет ли она еще. Кларк, наконец, взглянула на Лексу. - Боже, я чувствую себя ужасным человеком, - простонала Кларк, опуская голову на руки. “Мы только что обвинили отца Гайи в ужасном преступлении и попросили ее помочь нам посадить его за решетку. Мы больше никогда о ней не услышим”. Лекса успокаивающе погладила Кларк по спине. Они просидели так несколько минут, пока официант не принёс Кларк четвёртое пиво. Лекса смотрела, как та делает несколько глотков и останавливается ровно на половине кружки. Как будто этого было достаточно. Как будто жажда утолилась. Лекса тоже отпила, съела картошку и молча пододвинула тарелку к Кларк. - Ну, не знаю. Мне показалось, она говорила достаточно убеждённо. Ты заметила, она ни слова не сказала в защиту Титуса? По-моему, она допускает, что это правда. И видит то же, что и Индра. А они знают его лучше кого бы то ни было. Лекса и раньше видела, как люди, которых страх сковывал сильнее, в конце концов сдавались и начинали говорить. Она не сомневалась: Гайя будет с ними. Вопрос только - успеет ли Маркус подать апелляцию? - Ладно, давай прекратим говорить об этом, - сказала Кларк, взяв кусочек картошки фри и слегка помахивая им в воздухе. “Я больше не могу думать об этом сегодня. Я просто хочу забыть, что произошло, и поговорить о... Я не знаю, о чем угодно, кроме Гайи, Титуса, бейсбола и Маркуса.” Сердце Лексы заколотилось чаще. Она могла говорить с Кларк о чём угодно, целый мир лежал перед ними, полный тысяч тем. Но она выбрала ту, что заставит Кларк улыбнуться. Кларк доела картошку, которую держала как указку, и снова отпила пиво. - Черничная начинка в блинчиках: за или против? Обсудим, - предложила Лекса. Кларк слабо улыбнулась, и вскоре они уже спорили о том, кто ел лучшие блинчики. Разговор свернул на поздние завтраки и закончился приглашением на следующих выходных. В любимое место Лексы. Там, где яйца всегда всмятку, фрукты свежие, а бекон аппетитно хрустит. К концу ужина Кларк была уже заметно подвыпившей - пятая кружка за последние полчаса давала о себе знать. Встав из-за стола, она едва заметно пошатнулась. - Кларк, ты что, пьяна? - Лекса упрекнула ее, глядя на тарелку с картошкой фри, которую они так и не доели. - Нет, - рассмеялась Кларк, и Лекса заглянула в ее покрасневшие глаза. “Просто… немного навеселе. И это хорошо, потому что это снимает остроту моего дискомфорта”. Лекса решила поверить. Кларк вышла из бара, сохраняя удивительно прямую походку. На улице было прохладно, и до отеля оставалось четыре квартала. Они шли, тесно прижавшись друг к другу. Когда Лекса нагнулась завязать шнурок, Кларк остановилась рядом. Видимо, она слегка наклонилась может, от усталости, может, от выпитого, потому что, когда Лекса выпрямилась, Кларк тут же врезалась в неё. - Извини, - быстро сказала она. Кларк ничего не сказала, но схватила Лексу за бедра, чтобы удержаться на ногах и не отпускала, глядя Лексе в глаза. - Ты в порядке? - спросила Лекса. "Поцелуйтесь", - услышала она в голове крики группы туристов, которые они слышали ранее. “Поцелуйтесь!” - Ага, - сказала Кларк с кривой улыбкой, и, возможно, Лексе показалось, но глаза Кларк на секунду опустились к губам, а затем снова поднялись. - Ладно, пошли, - сказала Лекса. Она попыталась развернуться и продолжить идти, но Кларк отказалась отпускать ее. Она крепче обняла Лексу и наклонилась, глядя ей в глаза. - У тебя красивые глаза. Сейчас трудно разглядеть в темноте, но я знаю, что они у тебя правда красивые. Лекса медленно моргнула и положила свои руки на ладони Кларк, готовая оторвать их от своих бедер, но заколебалась. "Я могу подождать еще всего несколько секунд", - подумала она. - Твои глаза тоже красивые, - сказала Лекса, начиная нервничать. "И нос. Мне нравится твой нос. И рот”. “Боже мой, заткнись. Не сходи с ума, Лекса", - отругала она себя. Кларк только рассмеялась, и Лексе показалось (или ей не показалось?), что на секунду взгляд Кларк жадно впился в её губы. А потом их глаза снова встретились. - Ты же хочешь этого, не так ли? Лекса притворилась, что не поняла вопроса. - Хочу чего? Стоять здесь всю ночь на холоде? Нет. Пойдем. Она сказала это игриво, потянув Кларк за руки и убрав их со своих бедер. Она не была дурой. Девяносто три процента — именно с такой уверенностью она понимала: Кларк спрашивала, хочет ли Лекса её поцеловать. И хотя обычный ответ был «да», сейчас — с подвыпившей Кларк, которая уже ясно дала понять, что выбирает дружбу, ответ мог быть только «нет». Лекса мягко, но решительно отодвинула её, улыбаясь, играя роль, но твёрдо держа ситуацию под контролем. - Давай, глупышка, - сказала она, нечаянно назвав Кларк так, как она называла своего брата, когда он нуждался в заботе. ”Давай вернемся в отель". Она взяла Кларк за руку, и так они прошли весь путь до отеля. "Мы просто друзья", - мысленно повторила Лекса. Приходилось напоминать себе об этом снова и снова, пока Кларк подбиралась всё ближе, заполнила собой всё пространство, практически повиснув у неё на руке и плече. Они зашли в лифт. На пятом этаже Кларк не отпускала её, и Лекса, вздохнув, вышла вместе с ней — проводить до номера. Кларк открыла дверь, и они замерли на пороге. Лекса ждала «спокойной ночи» и щелчка замка. Кларк ждала чего-то ещё — чего Лекса не могла разгадать. - Мы можем поспать завтра подольше? - спросила Кларк. Лекса кивнула, желая прижать Кларк к себе, потому что ее голос звучал так мило прямо сейчас. - Да, мы можем. Я напишу тебе в девять, и мы можем пойти позавтракать вместе, хорошо? Кларк лучезарно улыбнулась. - Знаешь, ты могла бы зайти ко мне. У меня тоже две кровати. Она выпалила это чуть ли не с торжеством, как будто внезапно поняла: её номер в точности копирует номер Лексы. “Да, да, да, скажи "да"”, - подумала Лекса. - Нет, все нормально, - вежливо отказалась она. “Все мои вещи наверху. Мне нужно надеть пижаму и зарядить телефон.” Кларк надулась так мило, что Лексе безумно захотелось прикусить её нижнюю губу и поцеловать. Как тогда, в переулке. Но она взяла себя в руки. - Можно тогда я пойду к тебе в комнату? Лекса снова хотела ответить «да». Но это было опасно. Не только потому, что этого не должно было случиться, но и потому, что Кларк была пьяна — последнее пиво ударило в голову по дороге к отелю. Трезвая она таких слов не сказала бы. Или всё-таки сказала бы? Иногда Лекса всё ещё не понимала, что происходит в голове у Кларк. - Нет, - произнесла она тихо, шагнув вперёд и положив руки на плечи Кларк, удерживая её на месте и глядя прямо в глаза. “Тебе нужно отдохнуть. И все твои вещи здесь: пижама, носки, зарядка.” Кларк хихикнула, её особенно позабавила зарядка в списке причин оставаться в своей комнате. Но тут её лицо вдруг стало настороженным. Она отступила, и руки Лексы соскользнули с её плеч. - Ты просто пытаешься избавиться от меня, чтобы позвонить... Потом снова приблизилась, сунула руку в карман куртки Лексы. И через секунду извлекла визитку той девушки из проката велосипедов, которую Лекса засунула туда ещё вечером. Кларк уставилась на карточку, щуря затуманенные глаза. - Нэйл Файл? Лекса нахмурилась и перехватила карточку, её рука легла поверх руки Кларк, и она осторожно потянула визитку к себе, чтобы разглядеть как следует. - Найле вообще-то, - прочитала она вслух, поправляя Кларк. - Неважно, - пробормотала Кларк. Лекса рассматривала сердитое выражение лица Кларк и вздохнула. - Кларк, она сама мне её дала. Что я должна была сделать — отказаться? - Именно, - раздражённо бросила Кларк. “Зачем тебе намеренно вводить кого-то в заблуждение?“ У Лексы отвисла челюсть. - Что ты имеешь в виду? - недоверчиво спросила она. “Я не просила у нее номер телефона. Я даже не знала, что она написала его на визитке”. Кларк просто упрямо вздернула подбородок, отказываясь согласиться с очень правильной точкой зрения Лексы. - Кроме того, почему тебя заботит то, что кто-то приглашает меня на свидание? Кларк замерла, и в этом застывшем лице Лекса прочла смущение - такое сильное, что его не скрыли даже выпитые кружки пива. - Меня не... мне все равно... - заикаясь, произнесла она. - Хорошо, - быстро сказала Лекса. “Тогда, может быть, мне стоит позвонить Нэйле Фи, тьфу ты, то есть Найле, когда я вернусь к себе.” - Может быть и стоит, - фыркнула Кларк. Лекса вдруг осознала, как бессмысленно пререкаться с пьяным человеком. Перепалка сошла на нет. Она сделала глубокий вдох и посмотрела на Кларк прямо, открыто в её покрасневшие глаза, в ее взгляде читалось будто она вот-вот заплачет. Лекса вдруг осознала, как бессмысленно пререкаться с пьяным человеком. Перепалка сошла на нет. Она сделала глубокий вдох и посмотрела на Кларк прямо, открыто в её покрасневшие глаза, в ее взгляде читалось будто она вот-вот заплачет. - Я не вернусь в свою комнату только ради того, чтобы ей позвонить. Я иду спать, - твёрдо заявила она. Она взяла визитку, сжала её пальцами и разорвала пополам. Сложив обрывки вместе, она засунула их в карман куртки Кларк. Кларк глянула в свой карман, затем на Лексу. Её глаза расширились, став невероятно большими, казалось, они заняли пол-лица. Лекса уже ждала слёз, но в последнее мгновение лицо Кларк перекосило в ухмылке. - Я говорила тебе, что Нэйла Файл - отстой, - произнесла она уверенным, певучим голосом. Лекса рассмеялась. - Ага, - согласилась она. “Нэйла Файл - отстой.” Они замерли в коридоре, глядя друг на друга. Несколько секунд никто не двигался. Потом Лекса наконец кивнула. - А теперь ложись спать. Увидимся утром, хорошо? Она сказала это тихо — с той осторожной, почти робкой любовью, на которую только осмеливалась. На случай, если Кларк сейчас больше всего нужно было услышать, что она небезразлична. Лекса почти знала, что будет дальше, но это не сделало момент менее сладким: Кларк шагнула вперёд, обхватила её за плечи и прижала к себе. Крепко. Лекса обняла в ответ. - Спокойной ночи, Лекса. Голос Кларк был приглушен ее плечом. - Спокойной ночи, Кларк. Лекса мягко отодвинула Кларк, освобождаясь, и сделала шаг назад. Улыбнувшись ей на прощание, она развернулась и пошла к лифту. Через несколько секунд за спиной закрылась дверь. Лекса держалась прямо, не опуская головы, пока не дошла до лифта. Но как только двери открылись и она осталась одна, она выдохнула, словно всё это время не дышала, зажмурилась, закрыла лицо руками и издала сдавленный стон. Что эта девушка с ней делала? О чем она думала? Чего она хотела? Лекса не могла понять этого. Вернувшись на одиннадцатый этаж, она почистила зубы, переоделась и легла. Какое-то время Лекса смотрела на экран телефона, будто ждала: вот-вот Кларк напишет, что скучает. Но тишина затягивалась. В конце концов она отложила телефон, уронила голову на подушку и попыталась уснуть.

******

Следующее утро стёрло вчерашнюю ночь — ни единого упоминания о том, что Кларк вытворяла. Она сама, кстати, чувствовала себя превосходно, будто и не пила пять кружек пива подряд. Лекса молча радовалась, что Кларк в порядке. Они позавтракали в отеле и вернулись к разговору о Гайе теперь уже спокойно, без лишних эмоций. - Я рада, что ты поехала со мной, Лекса, — сказала Кларк, отправив в рот ложку йогурта. “Я в тот момент просто оцепенела. Если бы не ты, я бы, наверное, ушла оттуда опозоренная и так ничего от неё и не добилась.” Лекса ободряюще улыбнулась ей и отпила кофе. - Ты бы прекрасно справилась и без меня, - заверила она ее. Кларк недовольно поморщилась, но йогурт доела и отодвинула тарелку. Затем она уставилась на Лексу в ожидании — будто та непременно должна была что-то сказать. Лекса торопливо отпила ещё кофе и поставила кружку на стол. - По-моему, всё прошло неплохо. Я сталкивалась и с худшими вариантами, когда дело касалось потенциальных источников. Уверена, она согласится помочь. Кларк неуверенно посмотрела на нее, но взяла нож и вилку и начала есть три вафли с ягодами и кленовым сиропом. - Я не понимаю, как в тебя столько влезает, ты только что съела йогурт, пол тарелки яичницы, бекон и тосты, а теперь ешь вафли, - прокомментировала Лекса, глядя на количество тарелок вокруг Кларк. Кларк рассмеялась. - Со мной всегда так на следующий день после пяти кружек пива на голодный желудок. Ты ведь вчера не накормила меня нормальным ужином. Лекса наигранно усмехнулась, мол, ещё чего, не моя забота, ужинала ты или нет. Но на душе у неё разлилось приятное тепло. Потому что да, она действительно чувствовала ответственность. Заботиться о Кларк на работе стало её негласным долгом. Она была и наставником, и другом может, больше другом, чем наставником. - Между прочим, это я заказала картошку и следила, чтобы ты хоть что-то съела. Но тебя куда больше интересовало пиво. Под конец вечера ты вела себя довольно забавно. Кларк сначала непонимающе посмотрела на нее, затем на ее лице появилось извиняющееся выражение. - Извини. Я не была такой уж пьяной, - торопливо проговорила она. “Просто я очень волновалась перед этим разговором и мне нужно было немного пива, чтобы успокоиться. Ты, наверное, заметила я ужасно нервничала.” Лекса успокаивающе улыбнулась. - Да нет, я все понимаю. Я тоже постоянно волнуюсь по любому поводу. - Ага, да, я почти поверила, - фыркнула Кларк. Лекса, защищаясь, покачала головой, широко раскрыв глаза, чтобы показать свою искренность. - Нет, правда. Это так. Просто у меня лучше получается это скрывать. Меня много что беспокоит. - Да? Назови хоть что-то, - сказала Кларк, снова беря вилку и откусывая еще немного вафли. “Ты.” - Например, каждый раз, когда мы начинаем шоу. Я всегда боюсь, что что-то пойдет не так, и я не смогу это контролировать. Кларк на секунду перестала жевать и изучающе посмотрела на Лексу, прежде чем продолжить. - Серьезно? - спросила она после того, как проглотила. ”Ты каждый день переживаешь из-за работы?” Лекса кивнула, опустив взгляд. Ей было немного стыдно. Она никому не рассказывала об этом по-настоящему даже Ане, которая знала лишь общие очертания проблемы, без подробностей и долгих обсуждений. - Я перфекционистка, - тихо сказала она. “Люблю, когда всё под контролем. Но я научилась отпускать и доверять другим их работу. Однако часть меня всё равно всегда просчитывает, что может пойти не так, и готовит запасные варианты.” Она наблюдала, как Кларк изучает ее, и заметила, как уголки губ Кларк приподнялись в одобрительной улыбке. - Я такая же, - тихо ответила она, кивая. “Ты права. У нас действительно больше общего, чем я предполагала.“ Лекса тихо улыбнулась, испытывая глубочайшее облегчение. Кларк поверила ей, не стала спорить, не обесценила её чувства. Точно так же, как она отнеслась к Гайе. “Черт возьми, она слишком совершенна.” - За нашу общую тревожность, - сказала Кларк, поднимая кофе. “Может, я когда-нибудь научусь твоим профессиональным секретам и смогу это скрывать лучше.” Лекса фыркнула и чокнулась. Секунду они смотрели друг на друга, и Лекса унеслась в прошлый вечер — Кларк вцепилась в неё, не отпускала, расстроенная, что Лекса собиралась позвать кого-то другого. Помнит ли она? Помнит, как не хотела, чтобы Лекса уходила, как приглашала остаться? Но лицо Кларк не выдавало ни следа воспоминаний. Лекса допила кофе, схватила вилку, украла с её тарелки малину и половину вафли. Кларк возмущённо фыркнула, но промолчала. Жуя, Лекса поняла, что голодна. Но не тем, что лежало на тарелке. Она жаждала другого — глубокого, телесного, того, что только Кларк могла дать. Но вместо этого она ела украденную вафлю. Еду они доели вместе, потом ещё полчаса болтали, а после вернулись в комнату Кларк поработать перед отъездом. Каждая заняла свою кровать: ноутбуки, телефоны, газеты заполонили одеяла. Лекса читала интервью Маркуса в GQ, оно вышло несколько лет назад, о его тренировках. Забавная деталь: фотографии подчёркивали рельеф мышц, в тексте это называли «телом папочки». Кларк тем временем просматривала видео в телефоне. А затем наступила тишина. Поначалу Лекса не придала этому значения, но пауза затянулась, и она машинально взглянула на Кларк. Та пристально смотрела в телефон, водя пальцем по экрану, словно что-то обдумывая. - Что случилось? - спросила Лекса, увидев выражение лица Кларк и легкую тревогу на ее лице. - Гайя прислала мне кое-что. Лекса соскочила с кровати и запрыгнула к Кларк, чуть не опрокинув её в своём порыве увидеть экран телефона. - Это видео, которое она сняла со своими родителями на благотворительном вечере лиги в 2028 году. Год до прихода Титуса в «Маринерс», год до его знакомства с Маркусом, год до его развода с Индрой, год до убийства Эбби Гриффин. На видео был стол, за которым сидели люди - среди них Индра, Титус, Эбби и Маркус. Кларк, видимо, уже смотрела его, но нажала «Воспроизвести» снова. Лекса смотрела. Большой зал, приглушённое освещение, красиво сервированный стол с едой и серебром. Ракурс не меняется — это один непрерывный кадр с места Гайи. Её наверняка заставили прийти родители, и теперь она откровенно скучала, безучастно глядя, как взрослые ведут свои бесконечные разговоры. В кадре было так много людей, что момент почти невозможно было разглядеть. Но Кларк успела нажать паузу. И указала на Титуса. - Взгляни на него, — сказала Кларк, и в её глазах застыло отвращение. “Он откровенно разглядывает мою мать.” Она снова нажала «Воспроизвести», и Лекса перевела взгляд на Титуса. Видео продолжалось еще минуту, и он не сводил глаз с лица Эбби. Она даже не произнесла ни слова, но он наблюдал за ней. Лекса пересмотрела столько игр и интервью, что выучила два лица Титуса. Первое — холодно-нейтральное, неизменно недовольное. Второе — злое, с каменным выражением, которое появлялось, когда что-то шло не так на поле. Но в этом видео он был другим. Взгляд у него смягчился, рот оставался прямой линией, но челюсть была сжата не так сильно. Он выглядел почти нежным — Лекса никогда не видела его таким. Она заметила, как он провожал Эбби взглядом, когда та встала, чтобы выйти. Как он вытягивал шею, пытаясь разглядеть её за углом. Видео оборвалось. Лекса задавалась вопросом: заметил ли кто-нибудь за столом его взгляд? Хотя бы Гайя, которая держала камеру? - Он выглядит так, будто влюблен в нее, - прямо сказала Лекса. Это было настолько очевидно, что если бы ей показали этот кадр без контекста, она решила бы, что Титус — преданный, любящий муж Эбби. Кларк выглядела плохо. - То есть он ненавидел моего отца годами, а потом встретил его вдову и влюбился? Это звучит странно, — проговорила Кларк почти шёпотом. - Тогда зачем убивать ее? - тихо спросила Лекса. “Он любил ее так сильно, что не хотел, чтобы она досталась кому-то другому?” - Я не знаю, - пробормотала Кларк, глядя в пол, экран выключился. “Не знаю.” Ее телефон снова засветился. На этот раз Гайя отправила сообщение. Гайя [11:40]: На этой неделе я переберу свои вещи и отправлю тебе все, что найду. Лекса и Кларк переглянулись. В их глазах читался оптимизм и одновременно отвращение к тому, что они только что увидели. Но, возможно, Гайя всё же наткнулась на веский мотив. И, что важнее, она, похоже, доверяла им. Может быть, даже верила. Кларк ответила коротким «спасибо». После этого они разошлись: Лекса отправилась за своими вещами, чтобы успеть к выезду. По дороге в аэропорт они молчали. Кларк, видимо, была в шоке. Одно дело — узнать о чувствах Титуса к её матери. И совсем другое — увидеть кадры, которых она никогда раньше не видела. Сцену из жизни матери, о которой она не знала. Лекса не знала, что делать. Сначала она подумала обнять Кларк, но та сидела, прижавшись к окну, отвернувшись, вжавшись в дверцу, всем телом показывая: «Не надо». Лекса осталась на своём месте, глядя вперёд и лишь изредка поглядывая направо. Она думала. Поездка в Сан-Франциско многое ей открыла. Но она же окутала мраком сокровенные мысли Кларк. И Лекса всё меньше понимала, где правда, а где только её собственные надежды. Порой, думала она, люди оказывались совсем не теми, кем казались. Но иногда — удивительно точно соответствовали своему образу.