Уйди из моих воспоминаний

      Русоволосый парень краем глаза увидел зеркало за своей спиной. После ураганной и лёгкой уборки Лили на зеркале больше не было пыльных разводов, или что там еще было из-за чего поверхность не отражала вообще. Теперь Ремус мог видеть собственное отражение. И ему не очень нравилось то, что он там увидел.       Невыспавшиеся, покрасневшие от слёз глаза, искусанные до крови губы и легкая помятость лица из-за похмелья. В новом доме, да и у него в вещах не оказалось зелья против похмелья. Поэтому в его голове стоял небольшой гул, когда парень начинал слишком резко двигаться. Может быть, это даже не лучший день и момент, чтобы идти устраиваться на работу, но больше Ремус не мог ждать. Как оказалось воспоминания, самые болезненные и свежие могут крутиться в голове даже в состоянии опьянения. Люпин больше не хотел надеяться на алкоголь, – он просто не помогал снимать напряжение и стресс. Если он хоть на минуту останется в этом доме, то воспоминания о вчерашнем дне будут протягивать к нему свои загребущие лапы, и тогда Ремус точно будет не в состоянии что-либо делать, учитывая, какая у него была первая реакция на предательство.       Лили еще утром отправила ему записку с эльфом домовиком, где указывалось куда можно пойти и с кем нужно договариваться. Оборотень был благодарен за это. Лишний раз сейчас с кем-то разговаривать не хотелось, но и заставлять беременную девушку тащиться в министерство и биться за рабочее место для него, вполне самостоятельного парня, тоже не хотелось. Все же, Ремус был хорошо воспитан по сравнению с теми проходимцами из Лютного. Место, где он работал у старика Фиша как раз располагалось на границе Косого и Лютного переулка, так что, он увидел достаточно.       Взгляд медовых глаз вновь уставился на пергамент, где красовался еще свежий почерк Лили.       «Отдел правопорядка магических животных и растений»       Ремус хмыкнул. Пусть его бывший парень и работал на министерство, но он впервые слышал о таком отделе. Отдел Тайн? Пожалуйста. Но отдел правопорядка магических животных и растений? Что это за отдел такой, что в нем происходит и как работает руководственный кабинет, всего этого Люпин не знал, и ему казалось, будто в нем разгорается маленький огонек любопытства. Разумеется он хотел узнать, хоть что-нибудь об этом отделе.. Нет, нужно назвать вещи своими именами. Он хотел узнать побольше о своём возможном рабочем месте, да. Именно так.       Ремус в последний раз поправил свое кофейное пальто и, удобнее перехватил палочку с хлопком транскрессировал. Для него каждый раз транскрессировать, это значит, испытывать лёгкое волнение, восторг и дрожь перед аппарацией, но парень не позволял этой смеси взять над собой вверх, ибо если он не будет сосредоточен на том, куда он хочет попасть, его просто расщипит на частицы. Нужно соблюдать все правила, иначе с ним случиться то же, что и с Хвостом на шестом курсе – он первый решил проверить заклинание аппарации, причем на курс раньше учебной программы, и ему расщепило ногу, когда он приземлился в конечной точке.       Рисковать Ремус не любил и не хотел лишний раз.       Раздался легкий хлопок аппарации, а затем в нос ударил легкий запах озона – запах при большой концентрации магии, запах при переносе на большие расстояния. Веснушчатый нос оборотня сморщился от неприятного запаха. Он не очень нравится Люпину с его чувствительным носом. Место, куда он аппарировал, был среди запутанных узких переулков западной части Лондона. Были две причины, по которой он остановился именно здесь. Во-первых, так его никто не заметит. Практика показывала, что практически никто здесь не ходит и через окна разглядеть что-то было невозможно – темень, хоть глаз выколи, а для его волчьих глаз это значило норму. И во-вторых, рядом с этим местом как раз находится вход в министерство.       Люпин не так уж часто ходил в это самое министерство по причине того, что оно не любит таких как он. Информацию о проходе в святая святых Магической Британии ему написала Лили в той же записке. И почему-то, не смотря на свое природное любопытство, он совершенно не хотел знать откуда она про него узнала, хотя жена аврора может и не такое вызнать.       Как и бывший парень аврора, но это не важно. Ремус помотал головой. Сегодня этот день он посвятит работе, но никак не придурку по фамилии Блэк. Вот уж нет! Но все же сердце предательски заколотилось, стоило только вспомнить родное лицо.       Русоволосый парень огляделся в темном переулке, кончиками пальцев ощущая как собираются маленькие капельки тумана. Было раннее утро, совсем неудивительно, что сейчас так сыро. Ремус перестал задерживаться на месте и стремительно зашагал в сторону выхода вдоль каменистых стен, попутно напрягая слух. Не хотелось быть обнаруженным в обычно безлюдном переулке. Вскоре Люпин вышел на более широкую и светлую улицу, однако там все еще никого не было из-за раннего утра. Может быть стоило придти устраиваться на работу чуть позже? В такую рань наверняка никто еще не собирался даже работать, но парень прогнал эти мысли, загнал в сознание куда поглубже. Ни минуты в том доме, ни минуты наедине с собой, иначе никто уже его оттуда не вытащит, он полностью погрузится в свое горе и будет топить себя в алкоголе.. И возможно перейдёт на наркотики!       Это может быть перебор конечно, русоволосый никогда не пробовал ничего такого, но ему никто не запрещал переходить из крайности в крайность. Однозначно вариант с наркотиками отпадал, иначе миссис Поттер придет и будет фильтровать его кровь до тех пор, пока она вновь не станет девственно чистой, как другие подобные вещества, только у более богатых лиц, ибо средств Лунатика хватит разве что хмурым закинуться да и только.       Но для себя Ремус давно наметил план действий, чтобы держать себя в форме и не попадать на каждодневные истерики с вопросом «почему именно я». Он выше этого, да. Поэтому ему просто нужно переждать бурю, просто занять себя чем-нибудь так, чтобы и мысли не было о том, кого он любил и любит до сих пор. Занять себя до такой степени, чтобы просто валиться с ног от переутомления. Тогда он не будет убиваться. Он искренне надеется, что поверит в свою ложь, иначе не будет в этом смысла.       Оборотень скрыл дрожь своих пальцев в кулаке, сжав его добела. Нужно занять мысли чем-нибудь другим.       Вот средного роста парень уже заходит в дешёвый и обшарпаный бар. Удивительно, что порядок был. Тихонько динькнул дверной колокольчик. На удивление тут открыто, посетителей разумеется нет, только сонный бармен покачивался на стуле, прикрыв глаза. И нет, он даже не сопел, значит дожидался посетителей. Таких как он. Немного нагловатых, чтобы приходить в такую рань, ну и маги пошли конечно.       Оборотень решил прокашляться, подходя к барной стойке, когда министерский рабочий под прикрытием решил не предпринимать никаких действий. Видимо он дожидался, пока гость сам о себе объявит или мысленно уверял себя, что это не по его душу пришли. Ему сегодня не везет.       — Доброе утро.       Хриплый голос неприятно резанул по чувствительным ушам. Да, ночная истерика дала о себе знать, и это не то, что ему нравится. Это будет лишним напоминанием о причине.. Совсем его неинтересующей, да. Это не из-за идиота Сириуса его голос едва способен говорить, это все.. Это все..       — И вам доброго утра. Что вам понадобилось?       Из мыслей его вывел голос средних лет бармена. Бледная кожа, скуластое лицо, шатенистые волосы. Нужно помнить для чего он здесь.       — Хочу заказать русалочью бухту.       Темная бровь мужчины дернулась вверх, будто ему в первый раз говорят пароль от камина министерства.       — Так рано утром?       — Я люблю выпивать по утрам.       И ему определённо нужно выпить что-то для горла.       — В какой пропорции смешать?       Цель назначения?       — Три к одному будте добры.       Люпин вглядывался в темные глаза министерского работника.       — Тогда пройдите в эту дверь.       Он махнул рукой на скрытую в стене за собой дверь. Дальше оборотень ни на что не обращал внимания. Пройти череду длинного коридора и лестницы, достичь мрачных рядов каминов, зачерпнуть зеленоватый песок и четко произнести пункт назначения. Он в министерстве. Парень без труда вспомнил содержание записки и то, куда ему в первую очередь нужно. Ноги понесли его в сторону регистратуры.       Сотрудница оказалась на удивление приятной, все объяснила, и напоследок обаятельно улыбнулась. Люпин попытался сделать то же самое, но не вышло. Видимо не его сегодня день. Русоволосый только успел отойти от стойки регистрации как вдруг на его глаза попалось нечто. По другому не назовёшь.       Надпись на стенде гласила: «Наша гордость», а снизу были колдографии отличившихся. Среди которых была колдография Джеймса Поттера, а рядом с ним.. Рядом с ним была колдография Сириуса. Он выглядел счастливым, довольно улыбаясь со взъерошенными волосами. Воспоминания были свежи как и сама колдография. Конечно, это он колдографировал его тогда. И знал куда этот снимок попадет..

***

      Сириус шёл домой с широкой улыбкой, с сумкой с колдокамерой в руке. Сегодня его попросили сделать фото для отличившихся на стенд. А благодаря их с Джеймсом навыкам они с лёгкостью туда попали. Не зря же они были Мародерами.       По пути он зашёл за шоколадкой для своего Лунни и заодно за книгой, на которую тот давно пялится, проходя мимо книжного магазина. Купив все нужное, Блэк направился домой. Шёл он достаточно быстро, ведь слишком сильно хотелось обнять его любимого. Он каждый раз скучал по нему, когда был на работе, хотя каждое утро и вечер они виделись.       Дойдя до нужного дома, он поднялся на их этаж и зашёл в квартиру,вдыхая привычный «домашний» аромат.       — Лунни, детка, я дома!       Позвал Сириус, убрав сумку с камерой на тумбочку, а наверх положил книгу и шоколад. Он быстро снял массивные ботинки, и прошёл в квартиру, не забыв взять подарки.       — У меня для тебя два сюрприза.       Он мягко улыбнулся, заходя в их общую спальню, в которой был Ремус.       — Если это то, о чем я думаю, то это будет просто замечательно.       Парень, что сидел на кресле промурлыкал и развернулся к любимому, завернутый в плед. Сегодня было холодно, а еще у него был выходной. Он любил проводить свое время так, дожидаясь любимого парня с работы. Еще с порога он почувствовал аромат его любимого шоколада и чего-то, что пахнет пылью и историей. Его волчья любопытная натура требовала ответов.       Сириус с любовью оглядел своего парня и подошёл ближе, присев рядом с ним. Широкая улыбка как всегда была на лице, ведь с Ремусом он по другому просто не мог.       — В последнее время ты на неё часто заглядывался, так что держи.       Блэк осторожно протянул парню книгу и шоколад. Книги были редким подарком, в отличие от шоколада, по этому про шоколад он ничего и говорить не стал, смысла не было.       Губы русоволосого растянулись в улыбке. Он радостно подпрыгнул и прижал к себе как раз тот справочник, который давно хотел.       — Спасибо, Сириус.       Его рука потянулась к щеке возлюбленного, и большой палец очертил линию губ.       —А теперь второй сюрприз…       С лукавой улыбкой протянул Сириус, обнимая парня и целуя его в щеку.       — Мы с Джеймсом неплохо поработали, поэтому нас попросили сделать фото на доску почёта. И я очень надеюсь, что ты мне с этим поможешь.       — Я очень рад, что мой бродяга оказался таким способным.       Ремус приблизился к покрасневшему от похвалы уху.       — Я горжусь тобой.       Он хихикнул.       — Пойдем сделаем колдографию, а потом уже будем заниматься чем хотим.       Люпин с вызовом прикусил нижнюю губу, намекая на замечательное завершение вечера. Сириус ухмыльнулся, прижимая Ремуса к себе ближе. На его щеках все ещё сохранялся еле заметный румянец.       — Мммр, ты настоящий искуситель, детка.       Блэк хихикнул, положив руку на щеку парня и притянул к себе для поцелуя. Сладкого и нежного, как всех их отношения. Отстранившись от возлюбленного, он мягко очертил форму его губ и улыбнулся.       — Пойдём в зал, у нас там как раз белая стена.       Хихикнув, Ремус повел Блэка в сторону зала, когда он вернулся из прихожей захватив камеру, попутно переплетая свои пальцы и пальцы Сириуса. Оборотень забрал к него колдокамеру, настроил объектив, и пристроившись рядом с объектом своего воздыхания щёлкнул аппаратом. Ремус повернулся к своему парню.       — Я люблю тебя.       Он быстренько поцеловал его рядом с ухом, прежде чем быстро отойти в другую сторону и встать в позе профессионального фотографа. Раздался щелчок камеры. Вылетела колдография.

***

      Именно эту колдографию Сириус отнес в министерство. Даже месяца не прошло. Неосознанно для себя, он сказал шёпотом:       — Я и забыл, что он тоже тут..       Ощутив на глазах влагу, парень поспешил вытереть слёзы. Он пообещал себе, что такого не будет, что он не будет думать о чертовом Блэке! Как тут можно не думать, если он тут везде? Ремус сделал глубокий вдох прежде чем продолжить свою мысль. Лучше бы он просто исчез из его головы!       Парень постарался очистить свой разум от навязчивых мыслей и зашел в лифт. Нажав на кнопку и вытянув вычаг, он отправился навстречу к своему будущему начальнику.       Мистер Крек сидел в своём излюбленном потертом от времени кресле и сосредоточенно изучал бумаги у себя на столе. Его очки все время сползали с носа, и он все время их поправлял. Седина выглянула у него из-под висков, когда он поправил свои блеклые от времени брюнетистые волосы. Сказывались годы напряжённой работы. Все же отдел правопорядка магических животных и растений требовал не меньшей отдачи, чем аврорат.       Мужчина усмехнулся. Его отдел часто недооценивают. Мол, ну какая там может быть работа? Цветочек полить или котика накормить? Может быть да, но когда один из работников отправился изучать дикую живность в Албанию и его проткнуло рогом единорога, (откуда только взялся? Он там быть не должен!) было не до смеха. Всем отделом пытались снять несчастного с рога мифического животного. Потом же это мифическое животное совершенно случайно сожрало бухгалтерские бумаги. Хотя были подозрения, что животинку подкармливали специально, чтобы отмыть необходимую сумму денег. Ну, единорог не жаловался. Проблем хватает. Даже стальные авторские нервы не могут выдержать недельных напряженных переговоров с диким плющом, который повадился разбивать окна на первом этаже. Теперь при входе на работу каждый сотрудник отдела должен принести дань в виде сушеных мошек. Желательно побольше, иначе плющ начинает бесноваться и бить окна уже на втором этаже. Мужчину пробрала дрожь. У них есть свои негласные правила, которые нужно соблюдать, но министерству о таких правилах знать не обязательно, иначе слягут бедные министерские в крыле Святого Мунго для душевнобольных. У них тонкая душевная организация. Да и работники в таких условиях надолго не остаются. Не от красивой ведь жизни тридцатипятилетний глава отдела обзавелся сединой.       Однажды к ним отправили зелёного совсем еще аврорчика. После недельной работы он уехал из страны.       И почему они вечно недооценивают их отдел, когда они самые стрессоустойчивые? Им хоть сейчас на клан вампиров нападать ей богу. Ну.. Только тем у кого стаж работы больше года. Все же они поболее бесстрашные.       Его размышления прервал стук в дверь. Его секретарь не мог пропустить кого-то из других отделов. Было два варианта событий. Либо секретарь будет биться насмерть, либо хотя бы предупредит о грядущем. Значит это было что-то другое, менее серьёзное.       — Войдите.       Дверь открылась и вошел худощавый, высокий человек замотанный в шарф. На лице мелкие шрамы, взгляд медовых глаз был спокойным и решительным, хотя и была в них некоторая тоска, которую мужчина не мог определить.       Крек отложил документы.       — Доброго утра, чем могу вам помочь?       Парень не по прежнему стоял у двери.       — Доброго утра. Хочу устроиться к вам на работу.       Бровь главы отдела дернулась. Новичок пожаловал. Ну что ж, он не в праве отказать человеку помотать себе нервы.       — Заполните бланк номер семнадцать.       Он выдал ему листок.       — Позже постучите в дверь номер восемьдесят восемь, вас ознакомят с отделом. Завтра в это же время зайдите ко мне за заданием.       Мужчина с интересом наблюдал за меняющимся лицом парня. Он мог отгадать его мысли. Почему так просто? Или. Вот это удача! Он не стал ему говорить, что к нему с таким запросом заходит каждый третий. Это уже стандартная процедура. Работает как швейцарские часы. Обычно такие быстро отсеиваются. Лучше не устраивать марафон для нервов с самого начала.       В то же время Ремус присел на предложенный ему стул и заполнял бланк. Он действительно не ожидал, что все будет так просто. Может он просто не ожидал подвоха?

***

      Беременность для Лили давалась легко. То ли организм хорошо перестроился, то ли постоянная забота Джеймса помогала. Хотя нет, это не забота, а скорее опека.       Лишний шаг – расстрел. Но, девушка со временем привыкла и научилась обходить эту опеку.       Все таки, это проявление любви от Поттера, и это приносило некое странное удовольствие.       Она была уже на восьмом месяце беременности, который приносил свои приколы. К примеру в рандомные моменты получать по печени, рёбрам или мочевому пузырю. Или резкие перепады настроения. А иногда и желание кого-то побить. С этим она старалась справляться настолько, насколько могла.       Сегодня, как она знала, Ремус собирался в Министерство, что бы устроиться там. С самого раннего утра она отправила ему небольшую записку, с местом куда идти, что сказать, кому показать и так далее. Она надеялась, что её друг сможет там работать. Всяко лучше пыльной лавки, в которую ещё и мог наведаться Блэк. К которому, она кстати, сейчас испытывала ненависть. Хотя и знала ситуацию не только со слов Люпина, но и со слов Джеймса. Её все равно знатно раздражал тот факт, что Сириус не заметил того, что ему что-то подмешали. Додумалась рыжая до этого сама, знала типичные схемы девчонок с Хогвартса.       Но, Мерлин с ним, с этим Блэком. Сейчас её больше волновало то, как все прошло у Ремуса. Лили ходила по дому, что-то тихонько убирала, переставляла с места на места, лишь бы скоротать время. Она прошлась по всему дому и остановилась в библиотеке. Пройдясь между стеллажей, она нашла какую-то книжку с магическими сказками и села читать этот ужас магической литературы.       Сказки были не то что бы странные, просто не привычные. Сильно отличались от привычной ей магловской литературы.       На середине книги её нервы сдали и она отбросила книгу подальше от себя.       «Как маги могут читать ЭТО детям?!» — единственная мысль, что крутилась в рыжей макушке.       Она снова пошла искать себе новое чтиво. Как же раздражает, что в министерстве в большинстве случаев все очень долго. Поттер нашла среди всех книг, книги про магические растения. Она взяла их и пошла в зал, ждать Ремуса и читать. И девушка настолько зачиталась, как и не заметила, как пролетело время. От чтения её оторвал домовик, который дёргал её за край платья.       — Хозяюшка, пришёл Мистер Люпин.       Хрипло сказал уродец.       Девушка ахнула и убрав книгу, пошла встречать долгожданного гостя, хотя ей и было несколько трудно передвигаться.       Ремус стоял в коридоре, куда его проводил домовик. Он внимательно прислушивался к звукам, пытаясь обнаружить кого-то лишнего для сегодняшнего разговора. Называть лишним Джеймса ужасно не хотелось, однако он уже сделал выбор в пользу Сириуса. Оборотень не хотел чтобы эта измена расколола их многолетнюю дружбу, но вышло так, как вышло. И вообще, сегодня Ремус пришел к Лили с хорошими новостями. Его взяли на работу! Он заполнил бланк, постучал в обозначенную дверь, сотрудник был вежлив и спокоен, все ему показал, что и как делать, рассказал про обязанности и саму работу. Как оказалось, этого человека временно приставили к нему, чтобы помочь с освоением работы. Люпин подумал и решил, что его все устраивает. Как ему объяснили, сначала он будет заполнять документы, затем ему будут давать лёгкие задания. Такие как проверить количество водяных бегоний и накормить их. Ничего сложного. Поэтому русоволосый с нетерпением ждал следующего дня, чтобы приступить к работе.       Все же, он обещал Лили сегодня зайти после того, как он сходит в министерство. Она наверное там изнывает от любопытства. Уголок его губ изогнулся в улыбке. Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу, ожидая, когда домовик представит его хозяйке дома.       — Ремус! Привет. Ну как все прошло?       — Привет, Лилс. Все прошло замечательно!       На его лице появилась полноценная улыбка, и оборотень поспешил снять пальто. Лили широко улыбнулась и пождав, пока оборотень снимет пальто, крепко обняла парня.       — Мерлин, Ремус! Как я за тебя счастлива! Ты не представляешь!       И это действительно было так, ведь это и возможность для неё. Но пока не об этом.       — Ты наверное и не завтракал, сразу с министерства пришёл. Пойдём на кухню.       Лили отстранилась и заботливо повела гостя в сторону кухни, параллельно отдав приказ домовым накрыть стол.       — Мне горячий шоколад сделайте, а Ремусу, кофе с небольшим количеством горячего шоколада, молоком и ложки четыре сахара.       Да, девушка идеально помнила предпочтения друга и всегда учитывала их.       Оборотень хихикнул, наблюдая, как рыжеволосая раздаёт указания домовику. Ему всегда нравилось, как Лили заботится о них всех. Помнит предпочтения каждого, заботится о них по своему. В этом была вся Лили, и за это он ее любил. Это была его классная старшая сестра.       Люпин поспешил вытащить из карман пространственный мешочек, который еще в школьное время зачаровал сам. Ему ужасно не нравилось, как большое количество вещей не помещалось в руках, поэтому пришлось немного попотеть, изучая волшебство старшего курса, но это стоило того.       — Я не знал, чего тебе захочется, поэтому взял все и понемногу.       Он начал энергично вытягивать из мешочка разные фрукты, сладости и напитки.       — Ой, Ремус, ну не стоило.       Девушка рассмеялась, садясь за стол и рассматривая вкусности, что принёс Ремус.       —Ты чудо, Рем!       Вскоре на столе появилась еда и две чашки, одна с горячим шоколадом, вторая с кофе.       — Кстати, чем именно ты будешь заниматься в этом отделе?       Янтарные глаза с теплотой смотрели на девушку. Оборотень уселся за стол, желая наконец вкусить напиток, что подал им эльф. Его чувствительный нос улавливал сладкий запах его кофе. Ремус был большим сладкоежкой.       — Ну, для начала поработаю с документами. Там не сложно.       Он махнул рукой, делая глоток живительного напитка.       — Естественно ко мне приставили временного куратора. Буду выполнять задания по мелочи. Животных проведать, растения накормить. Ни о чем таком не спрашивали даже.       Люпин намекнул на свою волчью сущность.       — Мне уже там нравится!       — Блин, это же супер, дорогой! Надеюсь ты там долго продержишься. До меня доходили слухи, что один аврор, которого туда направили, увехал из страны, через месяц, вроде бы сейчас в психологическом отделении то-ли Франции, то-ли Германии находится.       Задумчиво проговорила девушка, переводя шутливый взгляд на парня.       — Но это всего лишь слухи и байки.       Она отпила немного горячего шоколада, неосознанно погладив рукой живот. Это было уже чем-то привычным, так что не удивляло.       — Я надеюсь, что продержусь там достаточно долго.       Ремус хмыкнул, наблюдая за тем, как девушка отпивает горячий шоколад.       — Да и не верю я в эти байки. Слишком неправдоподобно. Ну что там может такого случиться, чтобы для этого нужно было уехать из страны?       Оборотень чувствовал, как его настроение меняется из спокойной гавани в игривый настрой. Почему-то смотря на Лили хотелось дурачиться и ни о чем не думать.       — Ну знаешь, разные ситуации бывают. Но, мне кажется, они ещё от тебя многие уедут в больницу святого мунго.       Девушка рассмеялась, подмигивая ему.       — У тебя всегда хватало ума на разные прикольные идеи.       Рыжая открыла одну из шоколадок, с удовольствием откусывая немного. Кажется, Гарри тоже будет сладкоежкой. Ведь раньше у Лили такой любви к этому виду сладости не особо наблюдалось.       — Лилс, ты явно меня переоцениваешь. Ну не способен я на такое.       Он прекрасно знал себя, и понимал, что просто не способен так бедокурить как Джеймс или Сириус. А насчёт идей она права, да. Идеи всегда были, возникали в его голове с настойчивым флером бесшабашности, но Люпин прекрасно держал себя в руках. Может дело было в воспитании, но он никогда, почти никогда не позволял себе таких выходок, какие проделывали его друзья. Может быть он был слишком зажат для этого и был способен здраво рассудить ситуацию, но его все устраивало. Оборотень был голосом разума, и ему это нравилось.       Русоволосый зыркнул на подругу, поедающую сладости и хихикнул. Вот с кем он будет поедать сладости, ну право слово, в их компании сладкоежкой был только он. Во всем должен быть баланс, даже в этих мелочах.       — Ну-ну, не способен он. А кто на шестом курсе, пока Джеймс и Сириус валялись в больничном крыле после матча, подкинул Мисис Лиам под стол таракана, который потом в крыссу трансфигурировал? И этим самым урок сорвал?       Лили лукаво улыбнулась. О том, кто создал этот маленький инцедент знала только она, и до сих пор хранила этот секрет. Мисис Лиам какое-то время вела у них магловеденье, правда выходки мародеров заставили женщину уйти. Лили вспоминала о тех временах всегда с улыбкой.       — Или кто Слизнорту подкинул вместо порошка зверобоя, взрывающийся порошок?       — Ну нет, Лили! Это был не я! Там был целый Хогвартс учеников, я уверен, что это кто-то из них. И вообще, что он за профессор такой, раз не может порошок зверобоя от взрывающегося отличить?       Ну-ну. Если его не поймали, значит это был и вправду он. Мародёры, если бы слушались его чаще, вообще не попадались бы! У него не было такого большого самомнения как у Джеймса. Его главным правилом было сначала выяснить к чему это приведёт, а потом уже делать так, чтобы никто не узнал, чтобы это был он. Немного странное конечно качество для Гриффиндора, но благодаря этому Люпин держался на плаву.       Оборотень скосил глаза на кафельный пол.       — И вообще.. Миссис Лиам тогда мне оценку несправедливо занизила.. Но в случае со Слизнортом это не я!       — Рем-и-и.       На протяг почти пропела Мисис Поттер. Она прекрасно знала, что это был оборотень. В конце концов, она единственная замечала за ним эту способность так тонко и незаметно всех подьебывать.       — Мне-то хотя бы не ври.       Девушка рассмеялась, откусывая ещё шоколада. На этот раз осталось где-то половина плитки. Ну, просто её организм требует сладкого!       —Я знаю, что это был ты!       — Неа, нет.       Оборотень помотал головой.       — Пока не доказано, не волнует, что сказано.       Все же при ребёнке он материться не хотел. Ремус отпил немного шоколада. Лили всегда видела больше, чем нужно. И теперь она этим пользуется!       — Ну ты и..       Девушка на секунду задумалась, как бы его назвать. А потом с широкой улыбкой выдала.       — .. таракан!       А потом она тихонько рассмеялась. В этот момент дверь в дом открылась. Кажется пришёл Джеймс, но почему так рано?       Ремус уже было хотел возмутиться, на высказывание подруги, но тут его носу уловил знакомый запах. Кедром и морозным утром мог пахнуть только Джеймс.       Реальность вернула ему память о недавних происшествиях, и лицо Люпина стремительно мрачнело. Где был Джеймс, там и до Сириуса недалеко. Сейчас Люпин совершенно не был готов столкнуться с ним, и не уверен, что сможет вообще.       Лили прекрасно заметила изменения в лице своего друга и по этому осторожно погладила того по руке. Затем она встала и выглянула в окно, проверяя, нет ли там Сириуса. Тот был, но направлялся от их дома прочь. Видимо просто прогуливался с Джеймсом.       — Не переживай, он уходит.       Тихо сказала женщина, идя на выход из кухни, что бы встретить мужа. Она обернулась на Ремуса и внимательно посмотрела в его глаза. Словно говоря: Не боись, я Джея постараюсь не пускать на кухню.       Оборотень кивнул Лили, поспешно пытаясь уловить взглядом может ли Джеймс из прихожей увидеть его тут, на кухне. Вдруг его глаза шокированно распахнулись, от ужасной мысли. Его пальто. Оно висело в прихожей. И Джеймс прекрасно знал чье оно, и ему не составит труда понять, что он тут. Парню захотелось хлопнуть себя по лбу. Иногда он бывает идиотом.       — Дорогой, ты сегодня рано.       Лили нежно улыбнулась целуя мужа в щеку. И в этот момент она тоже замечает пальто Люпина. В голове пробегает строчка мата и единственный вопрос: «Что делать?».       Рыжеволосая решает, что лучший способ, это просто пытаться отвлекать Джеймса, до тех пор, пока она не снимет пальто. Но куда его деть? Как много вопрос и так мало ответов.       — Как прошёл твой день?       Так же мягко интересуется женщина, помогая мужу снять шарф. Тем самым приковывая взгляд мужа к себе. А самым худшим в этой ситуации было то, что Лили оставила палочку на кухню. Вот же блятство.       — Да, любимая, сегодня не нашлось для нас важной работы, и нас отпустили.       Джеймс дарит жене ласковую улыбку, с нежностью и большой осторожностью касаясь ее животика.       — Сириус не стал к нам заглядывать, ему нужно побыть одному.       Парень грустно вздохнул. Все же, он не любил ссоры.       — Я просила тебя не говорить о нем при мне со вчерашнего дня без необходимости!       Фыркнула Лили, все её эмоции и чувства сейчас обостряла беременность, и чтобы, лишний раз не злиться и не ругаться с мужем она попросила о такой, казалось бы незначительной мелочи.       В этот момент, пока муж был занят ею, девушка смогла стащить у мужа палочку. Да, нагло, но, что поделать. С её помощью, она отправила пальто на кухню. Но вот не задача, оно упало прямо на проходе.       Лили едва сдержала чертыхания.       — Но я рада, что вас отпустили пораньше.       Уже мягче сказала она, погладив мужа по щёке.       — Ты устал наверное, почему бы тебе не пойти переодеться и сходить в душ? А я пока попрошу домовиков накрыть на стол.       — Прости, прости.       Он с грустной улыбкой похлопал ее по плечу.       — Конечно я устал да.. И не отказался бы поесть… Но перед этим я позову Сириуса.       Каким аврором он бы был, если бы не заметил как что-то шмякнулось на пол? Да и не что-то оказывается, а пальто Ремуса! Он решительно посмотрел в глаза супруги.       — Извини, Лили, но им действительно нужно поговорить.       Он поспешил развернуться и помчаться в сторону Сириуса, пока есть возможность!       — Блять! Джеймс, не смей!       Лили попыталась остановить мужа. Но силы беременной женщины и аврора явно не равны. Она насколько могла быстро пошла на кухню, по пути поднимая пальто.       — Извини, Рем… Я не хотела, чтобы так получилось…       Девушка тяжело вздохнула, а потом передала пальто другу. Затем она подошла к двери на кухне, что вела на задний двор.       — Джеймс пошёл за Сириусом, так что лучше тебе уйти.       Лили была явно не очень рада тому, что сейчас происходит. Но чувства Люпина для неё были на первом месте и лучшим вариантом, было помочь ему уйти.       Ремус чувствовал, как сердце бьётся слишком быстро, и как паника медленно захватывает его. Он не готов! Не готов предстать перед ним, когда еще даже не восстановился от предательства! Это было больно и обидно.       Люпин кивнул рыжеволосой, боясь, что если заговорит, то дрожь в голосе выдаст его страх. Ему просто нужно было уйти, чтобы Сириус этого не заметил. Легко и сложно одновременно.       Оборотень мягко коснулся животика девушки и поспешил надеть пальто, быстрым шагом выбегая через дверь на кухне. Позже он пришлет весточку Лили, что с ним все в порядке. Выйдя во двор, он сосредоточился и транскрессировал. Лили наблюдала за ним некоторое время, полными грусти глазами. Когда парень исчез, она закрыла дверь и села снова за стол, отпивая немного шоколада. Лишь бы успокоить собственную панику. Она сидела и молча смотрела на вход на кухню и ожидала Джеймса и Сириуса. Одному из них точно придётся пережить скандал. А именно её мужу.       — Сириус!       Джеймс даже не оделся потеплее, просто выбежал в чем был.       — Сириус!       — Джеймс, я же сказал, что не хочу, чтобы меня беспокоили.       Брюнет повернулся к нему со взглядом полным апатии. Просто оставьте его в покое. Сейчас он пойдёт зализывать свои раны и пытаться вернуть Ремуса. Сердце болело нещадно, в голове стоял гул. Жизнь без Лунатика не жизнь.       Джеймс посмотрел на него невпечатленным взглядом и быстро затараторил.       — У нас дома Ремус. Быстрее, пока он не ушёл!       Дальше он уже ничего не слышал и бежал, не боясь споткнулся. Он был готов на все, лишь бы сейчас увидеть своего парня. Мерлин, прошел всего день, а он уже соскучился. Хотелось прижаться к нему, встать на колени, умолять, но быть рядом. Блэк не помнил как забежал в дом. Не помнил как обшаривал комнаты. Никого он не нашел. Сириус зашел на кухню вместе с Джеймсом. Отчаянье медленно овладевало парнем, он едва держался, что бы не завыть от безысходности. Единственное, что он видит, это как Лили сидит за столом, рядом стоит недопитая кружка с шоколадом. Миссис Поттер как-то зло на него смотрит, руки она держит на своём достаточно большим животе. От этого взгляда пробивает в дрожь. Блеку показалось, что она была готова сейчас кинуть в него ложку или нож, что под руку попадётся. Он сглотнул и глубоко вздохнул… В нос тут же ударил запах его любимого Луни. Он был не повторим, как всегда. Он пах шоколадом, книгами и влагой.       Сириус перевёл взгляд на место рядом с Лили, там стояла пустая кружка, видимо он пил кофе. Как всегда с небольшим количеством горячего шоколада, самого кофе, с молоком и большим количеством сахара. Он даже ощутил этот вкус на языке и слегка поморшился. Так же на столе лежал любимый шоколад Ремуса.       Он тяжело задышал, в по щекам покатились слезы, от воспоминаний. Не выдержав он с трудом подтянул к себе стул и сел. Джеймс тут же подбежал к нему, пытаясь хоть как-то достучаться, но Сириусу было все равно, его поглотили счастливые воспоминания.

***

      В тот день Сириус наконец-то закончил свою стажировку и стал полноправным Аврором. Вечером, он сияя от счастья бежал скорее домой. Даже с Джеймсом толком не попрощался. Но тот не особо расстроился. Им обоим скорее хотелось разделить эту радостную весть со своими любимыми.       Блэк по пути забежал в магазин и от всей этой радости накупил Ремусу кучу шоколада, кофе, любимых конфет, да и много чего ещё. Вроде бы даже купил тому новый свитер и новые книги по артефактике. Забежав домой, он с порога прокричал:       — Лунни, мы с Джеймсом успешно прошли стажировку! Теперь, я официально работаю в аврорате!       Голос его был настолько счастливым, насколько это вообще возможно. И не просто так, ведь это значило, что он теперь мог не беспокоиться о том, что не сможет улучшить их с Ремусом жизнь.       Ремус, что сонно лежал на кровати, бодро повернул голову в сторону прихожей. У его был выходной, поэтому он решил сегодня просто лежать. Тем более, что три дня назад было полнолуние, и он все еще приходил в себя. Видеть такого радостного Сириуса было привычно, но в нем все же поднималась радость за любимого.       — Я рад за вас обоих!       Он поспешил встать с кровати и одеться.       Сириус заметив, что его парень был немного сонный, ласково улыбнулся. Быстро разувшись, он зашёл в комнату, кинув свою сумку на кресло и подошёл ближе к Ремусу, обнимая его.       — Я разбудил тебя, да?       Сириус как всегда переменился мгновенно. Он осторожно обхватил щеки возлюбленного руками, большими пальцами очерчивая линию скул.       Оборотень с нежностью смотрел ему в глаза.       — Я уже час как не сплю.       Он закрыл глаза, доверчиво ластясь к брюнету.       — Просто не могу себя заставить встать с кровати. Это так сложно.       Люпин стал канючить. Ему ужасно нравилось, как Сириус ухаживал за ним.       Сердце Сириуса забилось от такого доверия со стороны Лунатика. Он был слишком милым и нежным. Блэк ласково поцеловал его с лоб, смотря в глаза возлюбленного. Они манили своей красотой каждый раз, как он смотрел в них.       — И не нужно было вставать, у тебя же выходной. Тем более полнолуние закончилось всего три дня назад, детка.       Сириус не сдержался и подхватил парня на руки, плюхаясь с ним в кровать. Он прижимал к себе Ремуса, расцеловывая все его лицо. Парень пискнул от неожиданности, даже не пытаясь сопротивляться. Сам прижимался к нему. Он сам не замечал, как скучал по бродяге все это время. Этому прохвосту он позволит делать все. Люпин не сдержался и захихикал.       — Как на счёт того, что бы сходить на ужин к Поттерам? Они пригласили, а ночью поехать покататься на байке, мм, Лунни?       Сириус говорил это прерываясь на поцелуи. Блэк определённо испытывал слабость к такому нежном и ласковому оборотню. Казалось, что если сейчас Ремус попросит что-то, то брюнет без вопросов это тут же исполнит.       — Я не против.       Ремус подарил ему самую игривую улыбку, на которую только был способен.       — Но сначала вытащи меня из постели.       Он хихикнул прикрывая глаза. Сириус нехотя фыркнул и вместе с парнем поднялся с кровати.       — Я, кстати, тебе кое-что купил.       Сказал он, опуская русоволосого на пол. А после нежно целуя в уголок губ. Ему бы по хорошему сейчас переодеться. Все таки форма аврора хоть и шла ему, но ужасно бесила.       — Что же купил мне мой бродяга?       Волк внутри него совершенно не желал отпускать парня. Он обнял его за шею, млея от поцелуя Сириус ухмыльнулся, обнимая парня за талию и снова целуя в уголок губ.       — А ты посмотри в моей сумке, Лунатик.       Брюнет взглядом указал на кресло, в котором лежала сумка. Его руки тем временем сильнее стиснули талию парня, не особо желая отпускать. Но, надо было занять Ремуса, пока Блэк переодевался.       Люпин скорчил обиженное личико. Он тыкнул пальцем в грудь своему парню.       — Я посмотрю! Но потом ты от меня не отделаешься!       Русоволосый фыркнул и потопал к сумке. Любопытство съедало.       Сириус не смог сдержать своего смешка, наблюдая за таким лунатиком. Это было супер мило. И пока Ремус был занят, Сириус пошёл по быстрому переодеться в более удобную одежду. Он решил одеть один из свитеров, что дарил ему его Лунни и свободные джинсы.       В сумке парня лежал аккуратно упакованный синий свитер, похожий на тот, что год назад Ремус сам подарил Сириусу, пакет с конфетами, шоколалом, новым видом кофе и книжка осторожно перевязанная бантом.       Совершенно случайно получилось, что Сириус одел тот самый свитер. Он подошёл к парню со спины и нежно обнял за талию.       — Тебе нравится?       Прошептал Блэк ему на ушко, волнуюший его вопрос.       Медовые глаза заискрились от радости.       — Вау.       Он аккуратно выложил вещи на стол и повернулся к Сириусу лицом, всматриваясь в родные черты лица.       — Я в восторге, Сириус.       Щеки предательски запылали, когда он коснулся своими губами губ брюнета.       

***

      Губы Сириуса закололо, он расфокусированным взглядом посмотрел на Лили и Джеймса. Только сейчас он понял, что его щеки мокрые от слезы. Он глубоко вздохнул и потёр глаза.       — Джей, а есть выпить?       Хрипло спросил Блэк, посмотрев на друга. За это он конечно же получил осуждающий взгляд от Мисис Поттер, но сейчас было плевать. Если он сейчас не выпьет, есть шансы, что его накроет истерика.       Джеймс спорить не стал, осторожно увёл Лили с кухни, дабы не создавать лишних конфликтов, извинился перед ней и ушёл к Сириусу.

***

      День сегодня был пасмурный. Сырость стояла ужасная. Дождь не прекращал капать. Повсюду было какое-то незримое напряжение, и казалось, только он мог его ощутить. Из-за этого он не мог сосредоточиться на работе. Медовые глаза то и дело посматривали на часы. Обычно он заполнял эти чертовы отчеты быстрее, но сегодня что-то ему не давало этого делать.       Свою работу он любил, даже когда она приносила ему слишком много неожиданностей. Можно было даже подумать, что он никогда бы не справился с такой выматывающей работой, но для него это был словно глоток свежего воздуха. Местами даже напоминало об их школьной жизни, когда они были мародёрами. Это в некоторой степени успокаивало, и дарило чувство приятной ностальгии. Снова ощутить те времена было до головокружения необходимо. Это Ремус понял спустя полтора года работы тут. Хоть где-то была стабильность. Сначала, когда он только только начинал работать, он был очень обескуражен. Ну действительно, кто в здравом уме станет работать тут? Он даже не думал, что безобидная с виду розянка пожелает его сожрать. А из школьной программы он прекрасно знал, что цветочек этот весьма безобидный. Навязывается вопрос: что сделали сотрудники, что растение так вздыбилось? Люпин не спрашивал. Тут вообще спрашивать не стоит. Лучшее – враг хорошего. Нужно просто вбить себе в голову раз и навсегда как нужно поступать, а как не нужно. В отделе оказывается так и живут. Приспособились.       Когда он только только устроился на работу, ему поручали только что-то вроде архивной работы. Было бы скучно, вот только дикая пыль, что обитала там скучать не давала, то и дело пытаясь осесть на документы и растворить их. Откуда только она появилась оборотень не знал и знать не хотел, однако, когда уже в двенадцатый раз его архивные учеты испарились пришлось как-то изворачиваться.       Как оказалось, это была только первая стадия внедрения в работу. Следом ему поручили ухаживать за плющом, который повадился бить окна. Цветочек прекрасно прижился на первом этаже, слишком холодным для него по мнению Ремуса. Ему нужно было протирать листочки от скопившейся грязи. Даже если растение вредило отделу, они должны были заботиться о братьях своих зеленых. И кажется, оборотень знает, откуда взялась эта чертова пыль в архивах. Но как плющ запустил эту дрянь в архив, он не знал.       Как ему сказали, перед входом в отдел нужно было угостить зеленушку чем-нибудь, что приятно хрустит и противно жужжит. В отдел можно было попасть двумя способами: через главный вход в министерство, и через более легкий путь, который расположен прямо над главным зданием министерства. Тот путь ведет сразу в отдел правопорядка магических животных и растений, и не приходится стоять в очереди в главном зале министерства. Те, кто не хочет лишних контактов с другими сотрудниками из других отделов, пользуются вторым путём.       Однако, участь тех, кто очень спешил на работу, и не покормил плюща очень не завидна. Как оказалось, в его обязанности входит вытаскивание таких несчастных из листиков. Вот честно, Ремус даже думал его сжечь, потому что оно не давало ухаживать за собой, а активно пыталось своими лозами заграбастать его в крепкие и удушающие объятия. А учитывая, что парень предпочитал появляться на работе именно через этот короткий путь, чтобы не видеть фото Сириуса и его самого в большом зале, то цветочек стал ему почти как родной. В общем, тот кошмар он прошел.       Спустя два месяца таких мучений, его наконец-то допустили до настоящей работы. Отправили работать в паре с довольно опытным мужчиной. И Ремус понял-таки откуда берутся такие стальные нервы.       Все, что вы представляли, что может случиться, все то ужасное, что может вас сожрать, растворить или повесить, стоит ожидать. Это было первое правило, что он усвоил. В первом совместном рейде их просто обокрали. Пикси, черт бы их побрал. Его напарник даже глазом не повел. Сказал: а я думал, когда же они это сделают. И достал пространственную сумку. В которой было все и даже больше. А у него, Люпина, ничего такого не было.       На такие задания лучше собираться как на мировую войну, ибо не знаешь, что может тебе пригодиться. Даже к самым безумным идеям и неожиданным поворотам нужно быть готовым, потому что если готов и знаешь, что делать, то и нервничать не стоит.       Напарник ему понравился. Спокойный и слегка рассеянный. Говорит четко и по делу. Спустя три месяца наставлений, он слезно отпустил оборотня работать уже в одиночку, как и было положено в их отделе. Отпускать он его не хотел, мол, одному работать трудновато, а ты парень смышлёный, быстрый, однако в правила есть правила. Так у Ремуса появился первый, хороший друг. Это радовало.       Позже, когда он уже приноровился работать один, ему объяснили почему в отделе такая текучка кадров. И если раньше, он бы почувствовал как его выбивает из колеи, то тогда он просто понимающе кивнул. Он все понимал.       Он до сих пор поддерживал связь с Лили, даже подержал на руках маленького Гарри, когда тот только появился на свет. Сейчас он просто навещает их, гуляет с малышом. Недавно девушка предложила работать с ним вместе. Люпин пока ничего не ответил, но задумался. Он даст ответ после того как закончит с этим отчётами. Парень громко нашумел на своей последней миссии, и начальство требует подробностей. Хотя кажется, эти бумажки нужны, чтобы заткнуть главное министерство, их главе было на это все равно, главное, что задание выполнено. Хотя иногда он позволяет себе почитать эти почеркушки. Вместе с коньяком.       И все же было как-то напряжённо. Такого Ремус еще не испытывал. Как-то тоскливо, хотелось вернуться домой и напиться, хотя он никогда себе такого не позволял, потому что его мысли после этого вертятся «а что если бы» о Сириусе. В этом его проблема, он никак не может забыть его.       Из-за своей работы, парень много путешествует, постоянно в разъездах. Ему ничего не стоит завести роман на одну ночь, или погрузиться в новые отношения, однако это все не то. Новый роман не длился больше двух недель. Просыпаясь рядом со своими любовниками он чувствовал только опустошение. То, что давали партнёры было не тем, что требовала его душа. Прикосновения не те. От них хотелось избавиться. Они неприятно скребли кожу, пока Ремус пытался вытолкнуть эти ощущения из головы. Все это было слишком чуждо. Было слишком одиноко. Может из-за этого ему так тоскливо? Боль конечно притупилась, но также безумно не хотелось, чтобы все это повторилось снова. Не хотелось снова чувствовать боль предательства, ощущать себя ненужным. Пусть сейчас он живёт для себя, но ему очень не хватает тёплых объятий по вечерам. Такие, какие дарил только Сириус. Люпин так и не смог отпустить его.       Раньше, по ночам русоволосый часто задыхался от слез, когда картинка предательства вновь появлялась перед глазами. Не хватало сил даже на простейшие эмоции, которые выражать было до одури трудно. В груди был какой-то ком. И с каждым вдохом становилось все труднее дышать. Он даже не скоро понял, что ему почти все равно на все, что происходит вокруг него. Это было слишком незаметно. Но с ним была Лили. Ремус благодарен ей за это, потому что он закрылся ото всех, но она была рядом. А еще малыш Гарри. Милый и невинный мальчик.       Что-то внутри него безудержно плакало, когда он вставал по утрам один. Было сложно встать с кровати. Проще было просто смотреть в одну точку и позволить мыслям отключиться. Но была работа. Она отвлекала, однако даже это не могло полностью заглушить тоску. И стоя перед зеркалом, парень наблюдал как там живёт грусть, которая никак не могла выветрится из его головы. Потому что он до сих пор любит и помнит.       Оборотень тихонько выдохнул, кинув перо, которым писал, на стол. Вот почему он не любит писать отчёты. В голову могут залезть самые разные мысли, но чаще всего именно о прошлом и о тоске.       День уже все рано был испорчен, может действительно напиться? У него есть что выпить, но было бы желание. А оно есть. Ему нужно быстро закончить с документами и он свободен, но черт, как же медленно они пишутся.       Ремус прикрыл глаза, ощущая как обреченность сковывает его цепями. Дыхание зачастило от накатившей волны беспомощности и одиночества. Хотелось дать волю эмоциям и закричать, заплакать, сделать хоть что-нибудь. Но даже в своём кабинете он не мог себе этого позволить.       Парень резко встал немного пошатнувшись, и рывком подошел к шкафу. На такие случаи у него всегда была запрятанная в глубине шкафа бутылка огневиски. Руки непривычно дрожали, копаясь в вещах, но быстро выудили столь необходимую жидкость. Он не помнил как опустошил бутылку. В голове появился какой-то шум. И дальше он просто хотел забыть то, что с ним случилось. И да, лучше бы он не пил.