What has God ever done for the likes of us?/ Что Бог когда-либо делал для таких, как мы?

      Пробег четырех миль вместо двух нанес всем урон. Обычно все едва справлялись с двумя. К концу пробежки, которая была простой пыткой, многие начали спотыкаться или ползти по влажной лесной почве. Это определенно было одним из самых болезненных переживаний в его жизни. Хуже стало, когда он понял, что пробежка заняла вдвое больше времени, что означало, что его команда пропустила завтрак. Взгляды, которые ребята кидали на него, становились только раздраженнее Трой оглядывался на Уилла, готовый оторвать ему голову.         Единственным, кто, казалось, не ненавидел его сейчас, был Майк. Во время перерыва, когда им дали перевести дух, он подошел к Уиллу. «Было бы намного хуже, если бы ты не признался. Ты поступил правильно, Уилл. Я... Увидимся позже, хорошо?»         Уилл робко кивнул. Важным требованием тайм-аута было, что ему не разрешили говорить в течение дня, иначе он бы выразил свою благодарность лучше. Прежде чем были объявлены мероприятия на день, Генри отвел Уилла в сторону. «Итак, Уилл, твой тайм-аут. Следуй за мной».         Уилл уже видел табуреты, и он видел, как один или два ребенка проходили через это, так что он знал, что делать. Стояло три табурета, все они были зафиксированы на месте за пределами столовой. Он забрался на один и понял, что он слишком высок, чтобы его ноги доставали до земли.         «Сядь на свои руки. Ладони вниз». Мягко приказал Генри. Уилл сделал так, как ему сказали. «Ни говорить, ни двигаться, ни вставать. Это должен быть день для молчаливой молитвы, Уилл. Ты должен попросить Господа помочь тебе на твоём пути. Ты же знаешь, что он никогда не откажется от тебя, верно?"         Уилл кивнул. Конечно, он знал. Он был так полон сожалением и стыдом, но в то же время и благодарностью. Никто не накричал на него, никто не ударил его, и теперь Генри сказал ему, что все будет хорошо. Только сделало его день более терпимым.         В течение первого часа дня, изучения Библии, всё было относительно тихо, все мальчики сидели в общей каюте и читали друг другу библейские стихи. Но когда команды отправились на свою повседневную деятельность, стало до жути тихо. Один из консультантов, Джейсон Карвер, остался, чтобы проконтролировать исполнение наказания, но Уилл был вынужден смотреть на стену хижины, не получив ни малейшего представления о том, где на самом деле находится Джейсон.         Он сделал всё возможное, чтобы хорошо проанализировать свою ошибку. Он пытался поговорить с Богом в своих мыслях, умоляя его помочь Уиллу на его пути. Однако найти связную мысль становилось все труднее с каждым часом, так как руки Уилла начали болеть. Угол, под который были прижаты его запястья, был болезненным. Ладони и пальцы были сжаты между твердым сиденьем и его тощей задницей. Но у него не было другого выбора, кроме как вытерпеть это.         Затем дал о себе знать его наполненный мочевой пузырь. Уилл знал, что ему нужно скоро пописать, иначе случится несчастный случай. Он застрял между стеной и твердым табуретом; ему запретили говорить, ему запретили двигаться, он не мог никому сообщить о своем затруднительном положении. Но у него не было другого выбора, кроме как вытерпеть это.         В совокупности эти обстоятельства сделали его очень несчастным к тому времени, когда наступил обед. Его единственным утешением стало то, что ему дали сэндвич и разрешили сходить в туалет. Но после этого он снова вернулся на свой табурет. И Генри совершенно не был впечатлен его слезливым взглядом. «О нет, юноша, не смотри на меня так. Ты должен понести наказание за свои ошибки. Все должны, без каких-либо исключений».         Вторая половина дня оказалась намного хуже. В течение оставшейся части дня большинство участников лагеря были рядом, так что все могли видеть, как он принимает своё наказание. Трой был первым, кто воспользовался этим. «Знаешь, Байерс, сегодня ты лишил всю нашу команду завтрака». То, что мальчик разговаривал с ним, стоя сзади, было тревожно. «Было бы справедливо, если бы ты отдавал по одному своему завтраку каждому из нас. Так что я возьму твой завтра, верно?"         Уилл не ответил, продолжая смотреть в стену.         «Отвечай мне, когда я с тобой разговариваю».         Уиллу не разрешили отвечать. И он молчал, уставившись в стену. До тех пор пока не почувствовал острую боль на коже головы, когда Трой намотал его волосы и сжал их в кулаке, жёстко отдернув его голову назад. «Язык проглотил? Я сказал, что завтра заберу твой завтрак. Ты подчинишься и извинишься перед всеми за то, что доставил нам всем неприятности. Ты понял меня?"         Уилл принял и попытался кивнуть. Он думал, что это избавит его от сильной хватки на волосах, но Трой со злобной ухмылкой продолжал держать его, не ослабляя хватки. Он прополоскал горло густой слюной и смачно плюнул на лицо Уилла. Затем он отпустил его волосы и оставил Уилла наедине с собой.         Слюна Троя приземлилась прямо в глаз Уилла, и поскольку ему все еще приходилось сидеть на руках, он не мог стереть ее. Слюна просто стекала по его лицу, оставляя после себя мокрую полосу, и в конце концов осела склизким пятном на его щеке. Долгое время, полвечности, Уиллу не осталось ничего кроме тихонько рыдать внутри себя.         В следующий раз, когда он услышал, что кто-то приближается, все, о чем он мог думать, это «Что теперь?» В конце концов, ты изобьёшь меня до смерти, Трой?         Но голос, который он услышал, принадлежал Гарету. «Эй, чувак. Просто... хотел сказать тебе, что всё порядке. Я имею в виду, что ты хороший парень. Я знаю, что ты не хотел нарушать правила, и тебе потребовалось собрать яйца в кулак, чтобы просто признаться. Это... это все, что я хотел сказать. Сейчас, э-э, три часа дня, если тебе интересно».         Ещё четыре часа. Уилл вздохнул про себя. Это было не так уж плохо. И это также заставило его гордиться тем, что он справился с почти девятью часами без полного срыва.         Позже Майк тоже подошёл к нему. «Привет, приятель. Я... видел, как Трой доставил тебе неприятности до этого. Клянусь, я хотел что-то сделать с этим, но Джейсон остановил меня. Он сказал, что это поможет тебе научиться, но я думаю, что это чушь. Я уверен, что Генри позволил бы мне помочь тебе, но ему пришлось отвести Уайатта к медсестре. Я просто хочу...»         Уилл сначала дернулся, когда почувствовал новую влагу на своей щеке, но он быстро понял, что Майк просто вытирает с него высохшую слюну влажной тканью.         «Я думаю, что технически это неуместный физический контакт. Но никто не смотрит, и у тебя же нет никаких неправильных мыслей обо мне, да?"         Уилл покачал головой. Майк был немного груб, но это было хорошо. Как иметь настоящего друга. Правильного, заботливого друга.         «Это хорошо. Знаешь, Трой может быть злым на тебя, но большинство парней, которые находятся здесь дольше, вроде как гордятся тобой. Скоро ты будешь смеяться над этим, клянусь. Увидимся за ужином, хорошо?"