Двуликие: Miraculous Goth-AU

Вечерний свет проникал сквозь окна, пока Маринетт и Адриан работали бок о бок, упаковывая её вещи. Пальцы девушки методично двигались, обёртывая хрупкие вещи в пузырчатую плёнку и сосредоточенно хмуря брови. — Глупая, глупая, глупая, — бормотала она себе под нос, слова были сплошным потоком разочарования и сожаления. Адриан, сидевший рядом с ней, сосредоточенно раскладывал книги по аккуратно подписанным коробкам. Его близость успокаивала, но также напоминала о неразрешённом напряжении между ними. Аккуратно кладя особенно толстый том на другой, он услышал бормотание Маринетт. — Ты чего? — спросил он тихо, с беспокойством. Взгляд девушки на мгновение задержался на его лице, прежде чем отвернуться, её щёки вспыхнули. — Просто устала, — сказала она почти шёпотом. Однако правда оставалась невысказанной между ними — давние вопросы, неразделенные чувства, секреты, которые они оба таили. Движения Маринетт были точны, её сборы свидетельствовали о её скрупулезной натуре. Она аккуратно сложила блузку в коробку рядом с джинсами. — Надеюсь, машина завтра приедет пораньше, — сказала она, и её голос заглушала ткань. — хочу поскорее с этим покончить. Адриан оторвался от своего занятия, обеспокоенно нахмурившись. — Нино со всеми договорится, не переживай. — сказал он, кладя книгу на дно коробки. Маринетт пожала плечами, её плечи напряглись. — Наверное. Просто не хочу никаких задержек или проблем. День и так был тяжёлым. — она помолчала, с лёгкой уязвимостью взглянув на Адриана. — И дело не только в переезде, понимаешь? Это... это столько перемен сразу. Её слова повисли в воздухе, безмолвная мольба о понимании и поддержке. Выражение лица Адриана смягчилось. Она подняла на него взгляд. — Ты всё ещё будешь беспокоить меня каждый день, а? Голос Адриана был дразнящим, в глазах мелькнул игривый блеск. — Конечно, ты во мне сомневаешься? Маринетт закатила глаза, и на её губах заиграла лёгкая улыбка. — Иногда ты такая заноза, Бэйтс, — сказала она лёгким тоном, несмотря на тяжесть в воздухе. Адриан тихо и непринуждённо усмехнулся. — Эй, кто-то же должен держать тебя в тонусе. — он встал, потянувшись руками над головой. Маринетт кивнула, задержавшись на нём взглядом, пока он шёл к другому книжному стеллажу. В дверях появилась Алья. — Хорошие новости! — воскликнула она, подходя к ним. Дюпен-Чен оторвалась от своих вещей, в её глазах мелькнула надежда. — Что случилось? — парень поднял бровь. — Машина прибудет завтра ровно в 10 утра! Нино всё организовал, так что тебе не о чем беспокоиться. Плечи Маринетт слегка расслабились, бремя ответственности свалилось с её плеч. — О-о, спасибо, Алья. Какое облегчение! Парень согласно кивнул, слегка улыбнувшись. Алья приободрилась, услышав благодарность, явно гордясь своими организаторскими способностями. Взгляд Маринетт метнулся в окно, впитывая яркое солнце, которое в ближайшее время должно скрыться. Её глаза расширились, когда она осознала. — Адриан, завтра ты останешься дома, — заявила она твёрдым голосом. Он резко повернулся, раздраженно нахмурившись. — Чё это? А кто понесёт коробки? — проворчал он, явно недовольный предложением подруги. Глаза девушки вспыхнули от раздражения, и она вскочила на ноги. — Ты сгоришь, идиот! — громко воскликнула она, размахивая руками для пущей убедительности. — Солнце знаешь какое будет!? Ты хочешь превратиться в рака? Она сердито посмотрела на вампира, в её тоне слышались беспокойство и раздражение. Парень нахмурился ещё сильнее, его раздражение росло от громкой вспышки Маринетт. — Эй, осторожнее! — рявкнул он, повышая голос. — Я справлюсь с солнцем, большое спасибо. Маринетт покраснела от смущения из-за собственной вспышки. Она знала, что была резка, но мысль о том, что Адриан может пострадать, сводила её с ума. — Прости, ладно? — сказала она, уже тише. — Просто... я волнуюсь за тебя. Выражение лица Адриана слегка смягчилось после её извинений. Он скрестил руки, его челюсть была упрямо сжата. Дюпен-Чен вздохнула, потирая виски. Именно поэтому она ненавидела спорить с Адрианом — эмоции всегда брали верх. Она знала, что ей нужно успокоиться, найти способ объяснить ему всё, не разозлив его. Но пока её разочарование всё ещё тлело где-то на поверхности, готовясь выплеснуться наружу. Взгляд Адриана смягчился, когда он увидел явно огорченное выражение лица Маринетт. Он видел разочарование и тревогу, отразившиеся на ее лице. Не говоря ни слова, он подошел к ней ближе, обнял за плечи в утешающем объятии. Девушка сначала напряглась, удивленная внезапным физическим контактом, но через время она расслабилась в его объятиях. Он наклонился, нежно поцеловав ее в щеку, его губы мягко коснулись ее кожи. — Всё будет хорошо, ангел мой, — пробормотал он тихим, успокаивающим голосом. — обещаю. У Маринетт перехватило дыхание от этого жеста, от мягкости слов Адриана. Его обещание, произнесенное с такой уверенностью, начало успокаивать ее напряженные чувства. Она прерывисто вздохнула, на мгновение прикрыв глаза. Медленно выдыхая, она все больше расслаблялась в объятиях. — Хорошо... хорошо. — тихо повторила она, едва слышно шёпотом. Он знал, что она переживает за него, и не мог её в этом винить. Но он также знал, что он сильнее солнца и сделает всё возможное, чтобы ей не пришлось беспокоиться о нём. С последним лёгким сжатием Адриан отпустил Маринетт, отступив назад, чтобы дать ей немного пространства. Она открыла глаза, встретив его взгляд лёгкой, благодарной улыбкой. Он улыбнулся ей в ответ, но в уголках его глаз появились морщинки. — Итак, возвращаемся к сбору вещей. Он хлопнул в ладоши, и этот звук развеял напряжение, охватившее комнату. Маринетт кивнула, чувствуя, как её охватывает облегчение. Минуты шли, полки в комнате медленно пустели, набитых коробок становилось больше. Мысли девушки начали успокаиваться. Она ощущала присутствие Адриана рядом, то, как его взгляд иногда встречался с её, то, как он помогал ей с тяжёлыми вещами. Это было горько-сладкое осознание, которое она не могла объяснить. Резкий голос Альи прорезал тишину, когда она влетела в комнату. Её глаза расширились при виде почти пустого пространства. — Ух ты, Маринетт! Здесь словно город-призрак! — игриво воскликнула она. Девушка тихо и устало рассмеялась. — Да, почти, — согласилась она, проводя рукой по волосам. Алья присела на пустой стол, весело болтая ногами. — Итак, какие планы на вечер? Киномарафон перед завтрашним большим переездом? — она выжидающе посмотрела на ребят, и её улыбка подбадривала их присоединиться к веселью. Девушка на мгновение задумалась, сопоставляя усталость дня с соблазном спокойного вечера с друзьями. Она взглянула на вампира, заметив игривость в его глазах. — Звучит заманчиво, — сказал он тихо и непринуждённо. Он тихонько усмехнулся, когда подмигнул Алье. — но, увы, Мар сегодня со мной, — сказал он лёгким, поддразнивающим тоном. У Маринетт отвисла челюсть в притворном возмущении, глаза расширились от удивления. — Ты решил это без меня, да? Идиот. — пробормотала она себе под нос, пихнув Адриана локтем с лёгким упреком. Алья расхохоталась. — Ладно, голубки, ладно, оставим вас наедине. Развлекайтесь! — воскликнула она, всё ещё посмеиваясь и вставая. С нахальной улыбкой и помахав рукой, она повернулась к выходу, оставив их одних. Маринетт смотрела вслед удаляющейся Алье, и, несмотря на первоначальное раздражение, на её губах играла лёгкая улыбка. Она повернулась к Адриану, и её взгляд смягчился. — Ты действительно ничего не упускаешь, правда? — спросила она, покачав головой с лёгким раздражением. Блондин лишь пожал плечами, и на его лице расплылась улыбка. — А я могу себя в этом винить? — он скрестил руки на груди, осматривая пустые полки в комнате. — Итак, какой фильм мы будем смотреть сегодня вечером? — спросил он небрежным тоном. Маринетт скрестила руки в ответ, в её голосе слышалось раздражение. — Нино и Алья предлагают то же самое, так почему ты им отказал? — спросила она, недоуменно нахмурившись. Адриан пожал плечами, на его лице появилась смущённая улыбка. — Ну, я подумал, что нам не помешало бы провести время вместе, подальше от хаоса переезда, — сказал он, и в его глазах заиграл озорной огонёк. — Просто... чтобы побыть вдвоём? — сдавленно спросила Маринетт, чувствуя, как тепло разливается по щекам. Адриан посмотрел в сторону, его улыбка стала немного смущённой. — Ну... может быть. Не самое плохое времяпровождение, правда? Он осторожно, почти нерешительно, обнял её за талию сзади и не отпускал. Его щека едва коснулась её виска. — Просто ты вечно занята. Приходится искать окна в твоём расписании, — тихо добавил он, и в его голосе послышалась затаённая нежность. Маринетт застыла, сердце застучало где-то в горле. — Дурак... — выдохнула она, но в голосе не было раздражения, только смущённая мягкость. Она накрыла его ладони своими, и её прикосновение тоже было осторожным. Она не пыталась высвободиться. — У тебя самого-то дел полно. Он рассмеялся, и смех его, тихий и тёплый, отозвался у неё за спиной. Его объятия стали чуть увереннее, но всё ещё оставались вопрошающими. — И что? — он чуть склонил голову, его дыхание снова коснулось её уха. — Мне с тобой... интереснее. Маринетт прижалась затылком к его плечу, чувствуя, как он осторожно держит её. Ей было тепло и спокойно. Но внутри закралась мысль: «Это слишком хорошо, чтобы быть просто дружбой». — Нам, наверное, стоит остановиться, — тихо сказала она, но не отстранилась. — Почему? — спросил он так же тихо. — Потому что я не знаю, что это, — честно ответила она. — И боюсь, что если мы не остановимся сейчас, то потом будет сложнее. Он помолчал. Потом его руки слегка расслабились, но он не отпустил её. — Хорошо, — сказал он. — Тогда просто дай мне знать, когда будешь готова. — К чему? — К тому, чтобы перестать бояться того, что это может быть. Она не ответила. Но внутри, где-то глубоко, она почувствовала, что он прав. — Маринетт, дорогая, ты закончила? — раздался голос Сабин из коридора. Девушка отступила от Адриана, делая вид, что поправляет стопку книг на полу. — Почти, мам. Мы заканчиваем упаковывать. Сабин заглянула в комнату, окинув взглядом почти пустые полки. — Отлично. Том уже готовит ужин, так что не задерживайтесь. Она улыбнулась им обоим и вышла. Маринетт перевела дух. Она взглянула на Адриана, и он понимающе кивнул. — У тебя отличная мама, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Знаю, — ответила она, чувствуя, как внутри разливается тепло. Она хотела добавить что-то ещё, но в этот момент в дверях появилась Сабин. — Маринетт, пойдём-ка на кухню. Том просил помочь с ужином, а я хочу с тобой кое-что обсудить. Ненадолго. Маринетт взглянула на Адриана. Он кивнул, давая понять, что всё в порядке. — Я сейчас, — сказала она, выходя за матерью. Они вышли на кухню. Сабин уже стояла у стола, нарезая овощи для салата, и кивнула на стул, приглашая дочь сесть. — Присаживайся. Поможешь мне с ужином. Маринетт села, взяла в руки нож и принялась за помидоры. Несколько минут они работали молча, но тишина не была неловкой — скорее, она давала пространство для мыслей. Сабин первой нарушила молчание: — Он хороший парень, Маринетт. Я не слепая. — Я знаю, мам, — ответила Маринетт, не поднимая глаз. — Но ты выглядишь так, будто не знаешь, что с этим делать. Маринетт замерла на мгновение. Нож застыл в воздухе. — Я не знаю, — тихо сказала она. — Он — мой друг. Он помогает мне. Мы много времени проводим вместе, и мне с ним хорошо. Но я не понимаю, что это значит. Это просто дружба? Или что-то большее? Я боюсь спутать одно с другим. Сабин отложила нож и посмотрела на дочь. — А что ты чувствуешь, когда он рядом? Маринетт задумалась. — Спокойствие, — сказала она после паузы. — Я чувствую, что могу быть собой. Что я не должна притворяться или быть сильной всё время. — А когда он уходит? — Я скучаю, — призналась она почти шёпотом. — Я не хочу, чтобы он уходил. Но я не знаю, имею ли я право это чувствовать. Сабин мягко улыбнулась. — Маринетт, чувства не спрашивают разрешения. Они просто есть. И если ты скучаешь по нему, когда его нет — это уже о чём-то говорит. — Но что, если я ошибаюсь? — спросила Маринетт, поднимая глаза на мать. — Что, если я приму его дружбу за что-то большее, а он не чувствует того же? Я не хочу всё испортить. — А что, если он чувствует? — парировала Сабин. — Что тогда? Маринетт замолчала. — Я не знаю, — тихо сказала она. — Я боюсь даже думать об этом. Боюсь, что если признаю это себе, то уже не сможу делать вид, что всё иначе. Сабин подошла к ней и положила руку на плечо. — Ты не обязана знать всё прямо сейчас. Но позволь себе хотя бы не убегать от этого. Иногда страх — это просто страх. А не знак того, что ты делаешь что-то неправильно. Маринетт кивнула, чувствуя, как слова матери оседают где-то внутри, медленно прорастая теплом. — Спасибо, мам, — тихо сказала она. — Всегда пожалуйста, — Сабин улыбнулась и вернулась к нарезке. — А теперь давай закончим с ужином. Маринетт усмехнулась и снова взялась за нож. Когда она вернулась в комнату, Адриан стоял у окна, спиной к ней. Он говорил по телефону, его голос был спокоен, но в нём чувствовалось напряжение. — Я знаю, Габриэль, — сказал он. — Просто... уверен, всё будет в порядке. Он помолчал, глубоко вздохнув, прежде чем продолжить. — Да, я скоро буду. Мне нужно дела с Маринетт закончить сначала. Через час приеду. Не издав ни звука, она подошла ближе, пока не оказалась прямо перед ним. Нежным движением она обняла его, крепко прижимая к себе. Свободная рука Адриана легла ей на плечо, безмолвно утешая, пока он продолжал разговор. Через минуту он повесил трубку, рефлекторно сжав плечо Маринетт. Его глаза, обычно яркие и тёплые, теперь были затуманены. Руки девушки продолжали обнимать его, ища утешения в его объятиях. — Что случилось? — прошептала она, её голос звучал приглушённо. Адриан глубоко вздохнул, и, наконец, его голос прозвучал едва слышно. — Габриэль просто... Эмили умерла. Слова повисли в воздухе, они оба замолчали. Адриан глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Он слегка отстранил Маринетт, встретив её обеспокоенный взгляд. — Давай не будем сейчас об этом думать, — мягко сказал он, смягчив голос. — нам нужно сосредоточиться на том, чтобы закончить дела здесь, прежде чем я уеду к Габриэлю. Девушка кивнула, понимая невысказанные слова, стоящие за его просьбой. Она отступила назад, выпуская его из своих объятий. — Конечно, — тихо ответила она. — я могу помочь чем-нибудь? Губы Адриана изогнулись в лёгкой, ободряющей улыбке. — Просто составь мне компанию, хорошо? Это облегчит задачу. Маринетт посмотрела на него какое-то время, затем кивнула про себя. Она знала, что иногда всё, что нужно человеку посреди горя, — это утешение близкого присутствия. С новой решимостью они работали вместе. Они отнесли полные коробки в комнату Маринетт, аккуратно расставив их у шкафа. Закончив последнюю погрузку, они оба рухнули на диван, измученные физическим трудом и эмоциональным напряжением этого дня. В комнате было тихо, если не считать изредка скрепящий диван, когда они ёрзали во время отдыха. Веки Адриана затрепетали, мысли кружились от новости об Эмили. Эта женщина на протяжении двадцати лет заменяла его настоящую мать. Хоть он и называл приёмных родителей по именам, рядом с Эмили из его уст иногда проскальзывало «мама». Она не просто называла его сыном при людях, она полностью приняла его прошлое и вампирскую натуру. Она гордилась им каждый раз, когда он смог остановить себя во время жажды, когда смог обойтись без настоящей крови более месяца, пил только заменители. Переживала, когда он пропадал из дома на более, чем сутки, когда узнавала вместе с ним от Джеймса о местоположении Рене. И теперь ее не стало. Не стало ещё одного дорогого для Адриана человека. Маринетт, чувствуя его беспокойство, нежно протянула руку и переплела свои пальцы с его, молчаливо выражая поддержку и утешение. Она взглянула на настенные часы. — Эй, помнишь, мы хотели фильм посмотреть сегодня вечером? — спросила она, повернув голову к Адриану. Он кивнул, поглядев на девушку. — Да, но не уверен, что у меня ещё есть на это силы, — признался он, потирая глаза. Маринетт улыбнулась. — Тогда просто посидим, — она сделала паузу. — Мне просто не хочется, чтобы ты уходил. Он посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое. — Хорошо. Я посижу. Он откинулся на спинку дивана, прикрыв глаза. Она смотрела на него — на то, как расслабились его плечи, как медленно поднималась и опускалась его грудь. Он выглядел уставшим. Не только от помощи, а от всего, что было за последние недели. — Адриан, — тихо позвала она. — М-м? — Ты в порядке? Он открыл глаза, повернул голову к ней. Несколько секунд просто смотрел. — Не знаю, — ответил он честно. Она понятия не имела, что сказать на это. Просто кивнула и отвела взгляд. В комнате стало тихо. Не напряжённо, а тепло — как после долгого разговора, когда слова уже не нужны. Где-то за окном проехала машина. Тикали часы. Маринетт чувствовала, как веки тяжелеют, но не хотела закрывать их. Она знала, что если уснёт — он уйдёт. — Если я усну, разбуди меня, когда будешь уходить, — пробормотала она, уже проваливаясь в сон. — Не разбужу, — тихо ответил он. — Ты слишком устала. Она хотела возразить, сказать, что ей не нужен сон, что ей нужно, чтобы он остался. Но слова уже не слушались. Она чувствовала, как он сидит рядом, как его дыхание ровно вплетается в тишину. Чувствовала, что он есть. И этого было достаточно. — Я здесь, — услышала она его голос сквозь сон. — Я никуда не уйду. Спи. И она заснула. Проснулась она из-за шума на улице. Маринетт моргнула, привыкая к темноте. Глаза нашли часы на тумбочке — половина второго. Она повернула голову. Рядом никого не было. Диван пустовал. Она села, чувствуя, как одеяло сползает с плеч. В комнате было прохладно, но не холодно. Кто-то, видимо, заботливо прикрыл окно. На подушке лежал сложенный листок. Она взяла его, развернула. Его почерк — ровный, чуть небрежный, но аккуратный. «Ты крепко спала, я не решился тебя будить. Я вернусь завтра утром — помогу с оставшимися вещами.                      Адри.» Маринетт усмехнулась, покачала головой. Она знала, что он не разбудит её. Знала ещё тогда, когда просила. Она улыбнулась. Потом аккуратно сложила её и убрала под подушку. Она снова легла, натянула одеяло до подбородка и закрыла глаза. Он вернётся завтра. Она знала это. И, улыбнувшись своим мыслям, она снова провалилась в сон.

***

Маринетт медленно выплывала из глубокого, тёплого сна. Голоса и смех постепенно проникали в её сознание, мягко возвращая в реальность. Она чувствовала, как кто-то касается её плеча. — Маринетт, просыпайся, соня, — услышала она голос Альи. Девушка моргнула, пытаясь сфокусироваться. Над ней стояла Алья, улыбаясь и держа в руках чашку кофе. Рядом маячил Нино, который уже что-то подтаскивал к двери. Сабин стояла в дверях, с лёгкой улыбкой наблюдая за происходящим. — Ой, — выдохнула Маринетт, садясь и оглядываясь. — Вы тут уже... — Ещё как, — засмеялась Алья. — Мы уже подумали, что ты до вечера проспишь. Маринетт улыбнулась. — Машина уже едет? — спросила она, прогоняя остатки сна. — Через полчаса будет, — сказала Сабин из двери. — Так что успеешь даже позавтракать. — Кофе уже ждёт, — добавила Алья, протягивая ей чашку. Маринетт благодарно приняла её, чувствуя, как тепло разливается по телу. Вчерашний день был длинным, но сегодня всё казалось правильным. — А где Адриан? — спросил Нино, оглядываясь. — Он же вроде оставался? — Он ушёл ночью, — ответила Маринетт, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Оставил записку, что вернётся сегодня помочь. Алья и Нино переглянулись. — Ну, ещё один помощник нам не помешает, — сказал Нино, пожимая плечами. — Главное, чтобы он не опоздал. Маринетт усмехнулась и сделала глоток кофе. Она знала, что он вернётся. Он обещал. Всего через несколько минут Адриан и Нино уже несли коробки из квартиры на первый этаж, их смех и шутки наполняли коридор. Маринетт тем временем бегала между группами, проверяя, что всё правильно упаковано и подписано. По мере приближения времени до прибытия машины комната опустела, оставив лишь голые стены и чувство выполненного долга. Адриан и Нино сели, чтобы перевести дух, откинувшись на диванные подушки в комнате девушки. — Надо было сделать это раньше, — сказал брюнет, вытирая пот со лба. Вампир ухмыльнулся, хлопнув друга по спине. — Эй, мы всё сделали, ладно? Маринетт переезжает в новую квартиру со своим парнем-супергероем... Ну, почти. Он подмигнул, заслужив игривый толчок в руку. Нино обеспокоенно нахмурился, оглядывая почти пустую комнату. — Она уже знает? — спросил он тихим и серьёзным голосом. Лицо Адриана стало задумчивым, взгляд на мгновение стал отстранённым. — Нет, — ответил он коротко. — И, наверное, не узнает. Пока что. Нино нахмурился. — То есть ты не планируешь ей говорить? Адриан пожал плечами, но в этом жесте не было безразличия. — Не сейчас. Я не знаю, как она отреагирует. И я не хочу, чтобы наш первый разговор о правде был случайным. — Ты боишься её реакции? — спросил Нино. — Боюсь, — честно признался Адриан. — Она уже видела меня в масках. Сначала я был для неё просто странным студентом. Потом — вампиром, которого она боялась. А теперь... теперь я не знаю, кто я для неё. И я боюсь, что если она узнает всё — она не сможет принять это. Нино смотрел на него, и в его взгляде читалось понимание. — Ты сам решаешь за неё, что ей нужно, а что нет. Может, ей и не нужен «идеальный» ты. Может, ей нужен просто ты — со всей твоей тьмой и опасностями. Адриан сжал челюсть, но не ответил. — Пока не время, — тихо сказал он. Нино закатил глаза. — Вечно у тебя «не время». Она уже догадывается, Адриан. Я вижу, как она на тебя смотрит. — Значит, тем более не время, — ответил Адриан. — Если она узнает сейчас, она может испугаться. Или разозлиться. — Ты слишком много об этом думаешь, — сказал Нино. — Ты боишься, что она не примет тебя. А что, если примет? Что тогда? — Тогда я не буду знать, что делать, — тихо сказал Адриан. — Потому что если она примет меня, я... Я не знаю, что страшнее: потерять её или рискнуть всем ради того, чтобы быть настоящим. Нино тяжело вздохнул и похлопал друга по плечу. — Чёрт вас побери, у нас с Альяй было всё намного легче! Взгляд парня опустился, плечи поникли под тяжестью слов Нино. — Ну, предположим, мы начнём встречаться, — начал он. — Думаешь, не будет опасностей? Конечно, будут. Я уже нарушил закон, влюбившись в человека, а мне это запрещено. Ты прекрасно знаешь, что случилось с моим отцом, когда они с мамой... Нарушили закон. Нино сжал плечо Адриана крепче. — Ты хочешь сказать, что это невозможно? Адриан опустил взгляд, его плечи сникли. — Если у нас всё получится, то она тоже будет в опасности, — продолжил он едва громче шёпота. — Я не могу вынести мысли о том, чтобы подвергнуть её опасности, Нино. Это слишком рискованно. С Кагами была та же опасность. Нино не стал спорить. Только ещё раз похлопал его по плечу и встал, потягиваясь. — Ладно. Сейчас ещё раз пригодится твоя вампирская сила. Пошли, пока Алья не начала командовать. Адриан усмехнулся и поднялся следом. Маринетт застыла у двери, пока она переваривала признание Адриана. Она молча слушала, сердце колотилось в груди, пока она случайно подслушала разговор. Серьёзность ситуации накрыла её, оставив ошеломлённой. Время, казалось, тянулось бесконечно, каждая секунда казалась вечностью. Но прошла минута, и Дюпен-Чен нашла в себе силы двигаться, ноги несли её на кухню. Она открыла дверцу холодильника, делая вид, что что-то ищет, но на самом деле искала момент, чтобы собраться с мыслями, прежде чем снова встретиться с Адрианом. Алья, почувствовав неладное, проследила за взглядом подруги и увидела бледное лицо подруги. — Мари, что случилось? — тихо спросила она, и в её чертах отразилось беспокойство. Голос девушки дрогнул, когда она ответила: — Ничего, все в порядке. Алья не поверила. — Врешь. Это из-за Адриана? Что он натворил? — Ничего такого, правда. Просто нервничаю из-за переезда. — Ладно. Но не меняй тему, — протянула через пару секунд она, и Маринетт поняла, о чём сейчас будет спрашивать рыжая. — что у вас с Адрианом? — Ну... — девушка смутилась и довольно улыбнулась. Она перевела взгляд на подругу, зная, что та поймёт все лишь по ее выражению лица. — Я ему поддаюсь. Иногда. — Днём друг — ночью супруг, а? — пошутила Алья, прищуривая взор. — Нева-ажно. — протянула довольно Маринетт, а потом сменила тему: — Можешь попросить мальчиков отнести коробки дальше? Мне нужна минутка. Алья кивнула, понимая невысказанную мольбу в глазах подруги. Она быстро пошла к парням, поручив им продолжать загрузку машины, пока Дюпен-Чен будет собираться в одиночестве. За следующие 15 минут Маринетт удалось отодвинуть признание Бэйтса на задний план, сосредоточившись на текущей задаче — погрузке последних коробок в машину. Пока группа стояла снаружи, в тёплом свете утреннего солнца, Дюпен-Чен начала кружить вокруг Адриана, обеспокоенно нахмурившись. — Ты уверен, что не обгоришь? Уже долго на солнце стоишь. — спросила она, и в её голосе слышалось беспокойство. — А вдруг что-нибудь случится, пока мы будем таскать все эти тяжёлые коробки? — она огляделась, её взгляд метался между парнями, потом снова на Адриана. — Может, тебе лучше остаться внутри, там прохладнее? Вампир усмехнулся, и тёплая улыбка расплылась по его лицу, когда он заметил беспокойство Маринетт. — Эй, я не собираюсь самовоспламеняться, Мар, — поддразнил он, прищурившись. Маринетт нахмурилась ещё сильнее, её взгляд стал скептическим, несмотря на заверения Адриана. — Ты уверен? Потому что если с тобой что-то случится... — она позволила фразе затихнуть, её голос смягчился, когда она посмотрела на него. — Я уверен. Не переживай. — с этими словами он ободряюще сжал её плечо, прежде чем вернуться к делу, готовый загрузить последние коробки в машину. Голос Нино прорезал болтовню, и его объявление поразило остальных. — Ладно, всё. Я закинул последние коробки в машину, — он повернулся к Маринетт с озорным блеском в глазах. — надеюсь, ты готова к следующему этапу переезда. Дюпен-Чен добродушно закатила глаза, расслабив плечи после того, как физическая работа была закончена. — Просто здорово, теперь ты заставишь меня нести тебя на руках, правда? Нино кивнул. Она сделал вид, что ворчит, но на его губах играла улыбка. Алья захлопала в ладоши, глаза её заблестели от волнения. — Это будет круто! — воскликнула она, подпрыгивая на цыпочках. Сабин кивнула в знак согласия. — Ну, по крайней мере, самое сложное позади. Теперь мы можем сосредоточиться на том, чтобы новое место стало как дома. Группа обменялись многозначительными взглядами, в воздухе витало чувство товарищества и предвкушения.

***

Когда двери лифта закрылись, четверо друзей оказались в тесном пространстве, их смех и болтовня эхом отдавались от металлических стен. Нино съязвил: — Что ж, похоже, нас ждёт марафон лифтовых поездок! Алья игриво ткнула его в руку. Адриан усмехнулся, прислонившись к стене, пока лифт поднимался. Маринетт, стоявшая напротив них, бросила на Нино многозначительный взгляд, изогнув бровь в притворном негодовании. — Эй, я думала, что ты с радостью помогаешь мне переехать! — её слова звучали с ноткой раздражения, но лёгкая улыбка на губах выдавала её веселье. Когда лифт достиг верхнего этажа, двери разъехались, открывая короткий коридор, ведущий в новую квартиру. Друзья вышли, нагруженные коробками, и начали складывать их в комнатах. Десять минут пролетели в суматохе: Адриан, Нино, Алья и Маринетт по очереди носили коробки в квартиру. Смех и болтовня друзей создавали оживлённую атмосферу, делая переезд ещё приятнее. Адриан вышел из здания, чтобы забрать из машины ещё одну коробку. В этот момент он заметил Маринетт, болтающую с Лукой в углу. Вампир прищурился, стиснув зубы при виде этого зрелища. Он не мог выносить самодовольное, самоуверенное выражение, которое, казалось, всегда было на лице Луки. Словно почувствовав присутствие друга, Маринетт обернулась, встретившись с ним взглядом. Она лучезарно улыбнулась, не замечая бури, закипающей в глазах парня. Адриан выдавил из себя кивок, его движения были скованными, когда он подошёл к ним. — Привет, — коротко сказал музыкант довольным голосом. — помочь с коробкой? Маринетт посмотрела на Луку, а затем снова на вампира. — О, нет, спасибо. Ангел мой, можешь нас оставить на пару минут разговора? — сказал Адриан, посмотрев на девушку. Маринетт кивнула, принимая коробку у Адриана. — Конечно, — сказала она, прежде чем направиться ко входу. Лука презрительно посмотрел на неё, его голос был полон игривости, когда он повернулся к Адриану. — Хорошенькая, да? — усмехнулся Лука. — Думаю, мне стоит забрать у тебя и эту, Агрест. Похоже, она питает слабость к красивым мальчикам. Глаза Адриана вспыхнули злостью от укола Луки, кулаки сжались. — Только попробуй, ублюдок, — прошептал он сквозь стиснутые зубы низким голосом, схватив Луку за воротник футболки и притянув его ближе. Музыкант ухмыльнулся, явно наслаждаясь его реакцией. — О, не знаю, — протянул он. — думаю, Маринетт заслуживает чего-то большего, чем ревнивого, властного парень. Голос Адриана оставался спокойным, но угроза в его словах была очевидна. — Идиот, если я снова увижу тебя рядом с ней, я убью тебя сразу же, — прошептал он. — я предупреждаю тебя один раз. И можешь спокойно забрать Кагами, мне всё равно. Ухмылка Луки на мгновение дрогнула, проблеск страха пробежал по его лицу, прежде чем он взял себя в руки. — Ох, я трясусь от страха, Агрест, — усмехнулся он. — но, думаю, ты найдешь Кагами весьма... обаятельной, когда дело касается удовлетворения настоящего мужчины. Адриан сжал воротник Луки ещё крепче. — Слушай внимательно, высокомерный ублюдок, — прошептал он. — Маринетт со мной, и я никому, особенно такому мелкому музыканту, как ты, не позволю забрать у меня очередную девушку. У тебя есть один шанс уйти и не оглядываться. Если я снова увижу тебя рядом с ней, я позабочусь о том, чтобы ты превратился в горстку пепла в неглубокой могиле. Ухмылка Луки скривилась, но теперь она больше походила на гримасу, уверенность в его глазах дрогнула. — Эй, ты не посмеешь, ты же не хочешь сидеть за то, что убил медийную личность. — сказал он, но в его голосе не было обычной уверенности. Адриан отпустил воротник Луки, но не отошёл. — Прекрати, Куффен. Тебе не понравится результат. Музыкант снова ухмыльнулся, отступив назад, и его голос сочился сарказмом. — Вау, Адриан, ты и правда умеешь эффектно выглядеть. Надеюсь, Маринетт оценит твой тупизм и поймёт, с каким ублюдком связалась. Терпение лопнуло. Он не мог выносить снисходительный тон Луки. Не говоря ни слова, парень рванулся вперёд, его кулак врезался ему в челюсть. Голова музыканта мотнулась в сторону, он отшатнулся назад и поднял руку, чтобы коснуться место удара. — Какого чёрта, Агрест? — выплюнул он, и в его голосе теперь слышались искреннее удивление и боль. — Ты совсем голову потерял? Едва он оправился от первого удара, как кулак Адриана снова взлетел, на этот раз попав музыканту в нос. Голова Луки откинулась назад, с губ сорвался пронзительный стон, и он рухнул на землю, схватившись за сломанный нос. Звук удара разнесся по улице, за которым последовали потрясённые вздохи прохожих. Из подъезда вышли Нино, Алья и Маринетт, широко раскрыв глаза от открывшегося им зрелища. Взгляд девушки метнулся между Адрианом, всё ещё сжимающим кулаки, и Лукой, корчившимся от боли на асфальте. Не раздумывая, она бросилась к блондину, схватив его за руки, чтобы успокоить. — Адриан, остановись! Пожалуйста, хватит! — взмолилась она. Он медленно отпустил Луку и отступил назад, не отрывая взгляда от человека у своих ног. Музыкант застонал, прижимая руки к кровоточащему носу, пытаясь сесть. Его взгляд метался между Адрианом, Маринетт и обеспокоенными лицами Нино и Альи. Его охватила смесь страха и стыда, его гордость померкла под натиском жестокой реальности. — Маринетт, скажи ему остановиться, — взмолился Лука, его голос заглушали его руки. Она посмотрела на Адриана, её глаза были полны сложной смеси чувств: страха, отвращения и лёгкого чувства вины. — Адри, пожалуйста, — повторила она мягче. — давай просто оставим его здесь и пойдём внутрь. Мы не можем рисковать, чтобы ты попал из-за этого в беду. Адриан не отрывал взгляда от Луки, стиснув зубы, пытаясь взять себя в руки. После долгой, напряжённой паузы он кивнул, ослабив хватку на руках Маринетт. — Хорошо. — выплюнул он тихим, сдержанным голосом. Подойдя к Луке, он присел перед ним на корточки, тихо прошептав: — Я тебя предупредил, ублюдок. Вали к своим фанаткам и не появляйся у меня на глазах. С этими словами он развернулся и пошёл в здание, оставив остальных. Маринетт осторожно подошла к Луке, на её лице отражались злость и разочарование. Она опустилась на корточки рядом с ним, и её голос был полон недовольства. — Лука, ты идиот! Что ты ему сказал, что он так сорвался? Музыкант поморщился. — Я просто пошутил, он сам это сделал! — слабо возразил он. Маринетт сузила глаза, сжав кулак. — Чтобы разозлить Адриана, нужно постараться, а ты сделал это за две минуты! — обвинила она, повышая тон. — Что ты ему сказал? Лука сглотнул, его кадык дрогнул, когда он отвернулся, не в силах выдержать её взгляд. — Забудь, Маринетт, — рявкнул он, его голос взволнованно повысился. — знаешь, ты не единственная, кто умеет строить из себя недотрогу. Может, Адриан заслуживает девушку получше, которая не станет терпеть его вспыльчивость. С этими словами Лука вскочил на ноги, не обращая внимания на потрясённый вздох Маринетт. Он бросил на неё последний взгляд, прежде чем развернуться и умчаться прочь. Уязвлённая гордость и самолюбие гнали его прочь от места унижения. Девушка смотрела ему вслед. Она поднялась, мысли были об Адриане, о том, в какой беде они все сейчас оказались. Тяжело вздохнув, Маринетт подошла к Алье, которая наблюдала за происходящим широко раскрытыми глазами. Она горько усмехнулась, покачав головой. — Честно говоря, я бы тоже врезала ему за эти слова, — призналась она с отвращением в голосе. Алья понимающе кивнула, сочувственно улыбнувшись. — Я рада, что Адриан разобрался с этим придурком, — сказала она твёрдым тоном. Маринетт едва заметно улыбнулась в ответ, всё ещё переживая за Адриана. Она взглянула на вход как раз в тот момент, когда появился Нино с последней коробкой в руках. Она поймала его взгляд и искренне улыбнулась. — Спасибо, Нино. Вы с Альей — лучшие ребята, о которых только можно мечтать. Когда двери лифта открылись, Маринетт вышла, её сердце бешено колотилось от беспокойства. Она оглядела коридор, высматривая Адриана. Кивнув Алье и Нино, когда они вышли следом, Дюпен-Чен быстро направилась к входу в квартиру. Она распахнула дверь и позвала: — Адриан? Её голос разнёсся по пустым комнатам, и в нём закралась нотка тревоги. Переходя из одной комнаты в другую, Маринетт затаила дыхание, наконец заметив его.