Законы притяжения

Когда я утром проснулась, Сергея рядом не было и это было необычно. Очевидно – собирался в дорогу. Я вздохнула. Не вставала. Просто лежала и смотрела в потолок. Слушала звуки квартиры. Шум воды в ванной. Потом тихий звон на кухне и привычный запах кофе. Он уезжает. По каким-то своим делам. Как странно все. Почему все повторяется? Не полностью, но основной смысл. Это что же получается… если всё продолжает повторяться, то в субботу мы должны ехать в чёртову Припять? От этой мысли по спине пробежал холодок. Да не дай бог! Нет, нельзя так лежать и ничего не делать. потому что ничего хорошего в голову не лезет. Я села на кровати. Провела руками по волосам, собирая их назад. Потянулась и встала. Накинула его рубашку, небрежно лежащую на  спинке кресла. Пошла на запах кофе. Он стоял у плиты в джинсах и рубашке, уже собранный, с чашкой в руке. Увидел меня - в глазах полыхнуло. Но он только спокойно сказал: - Доброе утро. Я подошла к нему, обняла его за шею, не обращая внимание на кружку в его руке. Он осторожно поставил кофе и прижал меня к себе. Я глубоко и прерывисто вздохнула. Сергей слегка отстранился, взял меня за подбородок, осторожно, двумя пальцами - и поднял мое расстроенное лицо. Смотрел на меня молча. Я смотрела на него. Видела – он все понимал. Без слов. - Три дня, сказал он. - Я знаю. – ответила я очевидное. -Лер. – в его голосе прозвучала редкая, едва уловимая обреченность. - Я знаю, Сережа,- повторила я тише. - Всё нормально. Езжай. Это смешно, в конце концов. Мы оба взрослые, занятые люди. Что я тут устраиваю плач Ярославны? Он не отпускал. Стоял близко, я чувствовала тепло его рук, запах кофе, запах его - сандал, корица, что-то своё, только его. Потом наклонился и поцеловал медленно, как вчера у машины. Как будто запоминал. Я сжала пальцы на его рубашке. Не хочу. Категорически. Это нечестно - мы только-только начали жить нормальной жизнью. Но вслух не сказала ничего. Просто стояла, пока он не отпустил. А потом он отстранился. Молча подал мне вторую чашку – чай с молоком. Все, как я люблю. Я взяла. Но не стала садится за стол. Прислонилась спиной к холодильнику. Мы пили молча. Он – свой кофе, я – чай. За окном было темно ещё - октябрь, утро приходило поздно. - Во сколько выезжаешь? - спросила я, чтобы разбавить тишину. - Через час. – спокойно ответил он. Я кивнула. Смотрела в чашку. Час -это немного. Это почти ничего. Старалась держать лицо. Отчаянно не хотелось его отпускать. И никак не получалось избавиться от ощущения, что три дня - слишком оптимистичный прогноз. Было стойкое неприятное предчувствие, что они легко превратятся в неделю.

***

На парковку мы спустились вместе. Две машины рядом – мой белый внедорожник и его черный «Тахо». Сергей закинул сумку на заднее сиденье своей машины. Захлопнул дверь и шагнул ко мне, притянул за талию и поцеловал крепко, молча зафиксировав права. Открыл мне  дверь. Я устроилась на водительском сидении, смотрела на него. Казалось, он вообще не нервничал. Его хладнокровие было абсолютным и железобетонным. Но перед тем как сесть за руль, он наклонился ко мне. -Телефон не выключай, - сказал он ровным, привычным тоном. - Если что-то пойдет не так — сразу звонишь. Лера, сразу. Я улыбнулась. Мог бы и не говорить. А вслух сказала: - Конечно. -Я буду звонить. - Буду ждать. Он смотрел на меня секунду, серьёзно, внимательно, тем самым взглядом, от которого я чувствовала себя насквозь прозрачной. - Пока, моя хорошая, - сказал он наконец и в голосе прозвучала необычная для него нежность. Он выпрямился. Я завела двигатель. Краем зеркала видела, как он идёт к своему «Тахо», прямо, не оглядываясь. Сел в машину. На Тахо включились габаритные огни. Я переключила передачу. Мы почти одновременно выехали с парковки. Он перестроился влево. Несколько секунд ехали рядом -две машины в одном потоке. Потом на первом перекрёстке он повернул в сторону выезда из города, я - к офису. Я ещё пару мгновений видела его чёрный внедорожник в боковом зеркале, а потом он растворился среди машин.

***

В офис я приехала раньше обычного. Переодела туфли, сделала чай с молоком, разложила бумаги. Сегодня приедет юрист «Global Fletchcore», надо подготовиться. Я открыла папку. Уставилась в первый абзац. Попыталась работать. Получалось так себе. В голове был Сергей. Его отъезд. Не трагедия, нет. Просто тихий дискомфорт фоном. Три дня.Может больше. Скорее всего больше. Может пять. Я провела ладонью по лицу. И вдруг поймала себя на совершенно неприятной мысли. А если с ним что-нибудь случится? Резко выпрямилась в кресле. Нет. Вот именно об этом думать точно не надо. Но мысль уже зацепилась. Род его деятельности предполагал определенные риски. В том числе и для здоровья. Наверное. Я ведь, если честно, понятия не имела, чем он занимается. Точнее - понимала достаточно, чтобы не задавать лишних вопросов. Судя, по купленному им кольцу – явно не ларьки харьковские крышует. Там чувствовался масштаб. Я отложила карандаш и вытянула руку с кольцом над столом. Смотрела на игру света в бриллиантах… Из Харькова с любовью, блин… И с запахом пороха, судя по всему. Надеюсь, что не крови. Интересно, сколько чужих бизнесов легло в основу огранки этих бриллиантов? Мои коллеги в банках месяцами проверяют происхождение каждого рубля, а я собираюсь замуж за человека, связанного с теневым бизнесом чужого города, даже другой страны. Про которого сознательно не хочу знать слишком много. Потому что некоторые ответы способны испортить жизнь. Я вздохнула. Плохо быть юристом. Профессиональная деформация. Привычка задавать вопросы лезла в голову сама собой. Откуда? Как? Почему? Я прекрасно понимала, что если начну искать ответы, однажды могу найти именно то, чего знать совсем не хочу. А жить с этим потом мне. Нет. Некоторые вопросы лучше не задавать вовсе. По крайней мере... пока. Потому что иногда незнание это единственный способ сохранить то, что тебе дорого. Я медленно выдохнула. Не сейчас. Не думать об этом. Просто не думать и все. Сейчас у меня есть работа. Я опустила руку, снова придвинула к себе документы и заставила себя читать первый абзац сначала.

***

Ровно в одиннадцать утра дверь в мой кабинет зашёл подтянутый мужчина лет сорока, в отличном костюме с кожаным портфелем в руке - американский юрист «Global Fletchcore» И Деррик Флетчер. Я едва не уронила ручку на документы. Охренеть. Этот то что здесь делает? - Good morning, Valeria, - спокойно произнёс Флетчер, пропуская юриста вперёд. - Good morning, Mr. Fletcher… - я поднялась из-за стола, и не удержалась. - I didn't expect you today. Флетчер лишь слегка наклонил голову, абсолютно проигнорировав моё тонкое замечание. Он молча прошёл к кожаному дивану в углу кабинета, снял пальто, сел аккуратно закинув ногу на ногу. Без папок. Без ноутбука. Без единой бумажки. Просто расположился, как у себя дома. Охренеть просто...И что это за перформанс? Я перевела взгляд на юриста. - Good morning, Ms. Vershinina. I’m Michael Harris, Senior Legal Counsel for Global Fletchcore, — он сделал шаг вперед, сдержанно кивнул и протянул руку, - Nice to meet you. Юрист, кажется, сам был слегка выбит из колеи присутствием шефа,  едва заметно покосился на Деррика, но быстро собрался, разложил документы и начал зачитывать правки к соглашению по проекту в Припяти. Харрис оказался сухим, деловым, говорил быстро и по существу, я оценила это сразу. С такими работать легко. Вопросы конкретные, документы подготовлены, юридическая логика понятна. Деррик внимательно наблюдал за происходящим. И молчал. Я покосилась на него один раз. Он смотрел на меня. Я вернулась к документам. На кой хрен он здесь? Харрис прекрасно справляется. Деррик тут, как памятник. Декоративный элемент интерьера. Очень дорогой и совершенно бессмысленный. - Valeria, regarding point four, - Харрис перевернул страницу, - We need to clarify the wording regarding the timeframe for obtaining permits from "Rosatom". -Yes, -я нашла нужный абзац.-The standard wording won't work here because the facility is located in a special zone. We need separate approval from the Ministry of Emergency Situations, which will add at least six weeks to the deadline. Я говорила машинально, точно, не теряя нити. Руки перекладывали бумаги, ручка делала пометки. На автомате вчитывалась в англо-саксонские юридические формулировки, машинально парировала правки, отвечала на вопросы, правила параграфы об ответственности сторон. Но боковым зрением я непрерывно фиксировала статую на диване. Какие черти его снова принесли?! Зачем он здесь? Его присутствие не требовалось вообще. Ни по одному регламенту, ни по одному протоколу сделки. Он сидел молча, словно монумент самому себе, и просто… пялился на нас. Точнее, на меня. Сидел памятником и смотрел своим спокойным, тяжеловесным взглядом, который выводил из равновесия сильнее, чем самые кабальные условия договора. Хотя бы телефон достал. Сделал вид, что занят. Но нет. Твою ж мать... Угрозу он не представлял. Я уже почти убедила себя в этом. Он -не Киняев. Дина жива, пожара не было, цепочки не было. Просто американский бизнесмен, которого занесло в наш офис по какой-то своей логике. Тогда какого черта он третий  день подряд маячит передо мной? Я снова быстро и незаметно покосилась на него. Он по-прежнему сидел на диване. Смотрел на меня. Не на Харриса, не на документы - на меня. Ну и что ты там высматриваешь. Что ты хочешь найти, Деррик Флетчер? Я качнула головой, возвращаясь к разговору: - Six weeks minimum, I said. That's if I submit it correctly and right away. I'll prepare a list of documents. - Great. - Харрис кивнул и что-то записал. Я поставила пометку в своей папке и опять почувствовала взгляд Деррика. Снова поймала себя на том, что думаю не о договоре. Потому что этот чертов американец продолжал молча смотреть в мою сторону. И это раздражало. Я механически поправила лацкан пиджака, а в голове крутилась дикая мешанина. Сергей сейчас где-то на трассе движется к Харькову… Пашка слышит в голове чёртова Сорокина… А этот американский миллиардер сидит у меня в кабинете, давит на мозги своим молчанием и откровенно мешает работать. Когда уже закончится этот день?!

***

Сам Деррик задавал себе примерно тот же вопрос. Какого чёрта он здесь делает? Его участие в обсуждении не требовалось. Вообще. Он это понимал ещё утром. И всё равно приехал. Деррик смотрел на неё и всё больше склонялся к мысли, что ведёт себя как полный идиот. Последние трое суток он принимает решения, которые сам не способен рационально объяснить. Харрис говорил - он слышал отдельные слова. Росатом. Согласование. Шесть недель. Харрис был хорошим юристом, знал своё дело, мог прекрасно справиться без него. Справлялся всегда. Деррик отменил встречу с инвестором из Сингапура. Перенёс. Инвестор был недоволен. Он это чувствовал по тону помощника, который передавал информацию. Инвестор из Сингапура стоил денег. Реальных, конкретных, с несколькими нулями. Вместо этого он сидел на диване у стены в кабинете московского юриста и смотрел, как она делает пометки в документах. Зачем? Чтобы сидеть вот тут, в чужом кабинете, и абсолютно ничего не делать? Валерия Вершинина уже стоила ему дороже, чем час работы всей юридической команды. И это был только третий день знакомства. Он перевёл взгляд на своего юриста. Он уже минут двадцать спорил с ней из-за одной фразы в английской версии договора. Она возражала спокойно. Без эмоций. Без желания победить. Просто добивалась точной формулировки. Через несколько минут Харрис кивнул. -You're right. Она коротко улыбнулась. Всего на секунду. И снова вернулась к документам. Деррик поймал себя на мысли, что последние десять минут вообще не слушал сути того, о чём они говорили. Хотя разговор шёл по проекту, ради которого он прилетел через полмира. Он смотрел на неё. Иногда на её руки. Иногда на лицо. Иногда на кольцо. Чёртово кольцо. Оно всё время попадалось ему на глаза. Она работала быстро, он наблюдал за этим с каким-то странным вниманием. Чёткие движения, никакой лишней суеты. Задавала вопросы коротко, отвечала точно. Харрис явно был доволен, а Харрис был человеком, которого сложно было чем-то удивить. Покосилась на него, быстро, почти незаметно. Он успел поймать. В её взгляде было то же, что и вчера. И позавчера. Это спокойное, устойчивое - зачем ты здесь и когда уйдёшь? Деррик Флетчер. Которого ждали везде, где он появлялся. Для которого не было закрытых дверей и неудобного времени. Она снова смотрела на него как на помеху. Как на человека, который мешал ей работать. Это было ,он подобрал слово, нестандартно. Не обидно. Не неприятно. Просто - выбивалось из его привычной логики. Как задача, в которой не работают привычные инструменты. Кольцо на её пальце поймало свет лампы. Он снова подумал: позавчера его не было. Сегодня - есть. Помолвлена. Значит, кто-то есть. Кто-то, ради кого она надела кольцо … или кто-то, кто надел его на неё. "Какое тебе дело?" - сказал он себе. Видимо, какое –то было. Именно это и раздражало. Он посмотрел на часы. Двадцать семь минут. Ради этого он отменил встречу, которую готовили почти месяц. Потрясающее управленческое решение. Если так пойдёт дальше, совет директоров однажды официально признает его идиотом. Он едва заметно усмехнулся собственной мысли. И всё равно не ушёл. Потому что почему-то казалось: если уйдёт сейчас, упустит что-то важное. Что именно - он не имел ни малейшего представления.

***

Харрис закрыл свою папку с тихим, аккуратным щелчком. Этот звук резко прозвучал  в кабинете. Рабочая часть встречи была окончена. - Excellent, Ms. Vershinina, - сказал он, поднимаясь и протягивая мне руку для рукопожатия. - I’ll have the draft updated by tomorrow morning. - Thank you, Mr. Harris, - я ответила на пожатие, поднявшись из-за стола. - I’ll be waiting for the draft. Харрис повернулся к Деррику, явно ожидая, что шеф поднимется вместе с ним. Но тот даже не шелохнулся. Он продолжал сидеть на диване, закинув ногу на ногу, и спокойно смотрел на меня. В воздухе зависла короткая, ощутимая пауза. Харрис, как истинный нью-йоркский профи, мгновенно считал густое напряжение, висевшее в комнате. Он не стал задавать лишних вопросов. - I’ll wait for you downstairs in the car, Mr. Fletcher, - дипломатично произнёс он, кашлянув. - Have a nice day, Miss Vershinina. It was nice meeting you. – он повернулся ко мне. Я кивнула. Юрист быстро вышел из кабинета, закрыв за собой дверь. Мы остались вдвоём с Дерриком. Тишина накрыла кабинет волной. Я стояла у стола, опираясь ладонями о полированную столешницу, и чувствовала, как внутри закипает глухое раздражение. Ну и? Долго мы будем играть в эту молчанку? Деррик медленно поднялся с дивана. Взял своё пальто, но надевать не стал, просто перекинул через руку. Сделать шаг к двери он тоже не спешил. Он стоял и смотрел на меня своим привычным, тяжеловесным, сбивающим с толку взглядом. Я решила не ждать, пока он соизволит заговорить первым. В конце концов, это мой кабинет. - Mr. Fletcher, - я скрестила руки на груди, включив максимальный уровень сухого профессионализма. — Was there something specific you wanted to discuss regarding the agreement? Or did you just come to supervise Mr. Harris? Деррик едва заметно качнул головой. В его глазах мелькнуло что-то похожее на тень иронии. Он сделал пару шагов к моему столу, не агрессивно, но достаточно, чтобы сократить дистанцию и вынудить меня поднять голову. - Harris doesn't need supervision, - ровным, низким голосом ответил он. - And you know that, Valeria. — Then I'm afraid I don't understand the purpose of your visit, — отрезала я. — My time is quite limited today. Деррик не ответил сразу. Вместо этого его взгляд медленно опустился на мои руки, сцепленные на груди. Точнее, на правую руку. Бриллианты на безымянном пальце вспыхнули под потолочной лампой. Он смотрел на кольцо секунды три. Долго. Не скрываясь. А потом снова поднял глаза к моему лицу. - Are you upset about something today, Valeria? - вдруг спросил он спокойно, словно между делом подмечая очевидный факт. - Like your mind is somewhere else. Not in this office. Not even in Moscow. У меня на секунду перехватило дыхание. Твою мать... Психолог хренов. Или решил, что имеет право лезть ко мне в голову? Мысль о Сергее, который сейчас мчался по трассе в Харьков, уколом отозвалась где-то под рёбрами. Но я и бровью не повела. Держать лицо я умела безупречно. - My personal thoughts are not part of the contract, Mr. Fletcher, - отчеканила я, глядя ему прямо в глаза. - Is there anything else? Деррик всматривался в меня ещё мгновение, словно пытался разглядеть за моей ледяной вежливостью хоть одну трещину. Проверить, отступлю ли, занервничаю ли. Я не занервничала. Я просто ждала, когда он уйдёт. Наконец он чуть наклонил голову, признавая моё право на эту стену. - No, - тихо сказал он. - Nothing else. Have a good day, Valeria. Он развернулся, подошёл к двери, открыл её и вышел, не оглядываясь. Дверь тихо защёлкнулась. Я простояла без движения ещё несколько секунд, слушая, как затихают его шаги в коридоре. Потом опустилась в кресло, выдохнула сквозь зубы и закрыла лицо ладонями. - И этот тоже с приветом, - пробормотала я в пустую комнату. - Только по-американски. Я посмотрела на телефон, лежащий на столе. Экране был чист - никаких сообщений. Сергей уехал всего пару часов назад, он ещё даже из области не выехал. Я снова взглянула на кольцо. Перевела взгляд на закрытую дверь. Этот день едва начался, а у меня уже было стойкое ощущение, что я пробежала марафон.