Химия наших тел

      В тот день у Су Гана было хорошее настроение. Он не мог пройти мимо Кван Джуна, которому дал прозвище Ушастик из-за оттопыренный ушей. Этот идиот думал, что стрижка его спасет. Мун Ги решил затолкать придурка в ближайший класс или лучше женскую раздевалку, но засранцу крупно повезло. Они находились на втором этаже, а тут есть кладовка.       Будучи избалованный чеболем, Хан Су Гану с детства доставалось все, о чем бы ни попросил. Сначала была эйфория, стремившаяся за все большими и большими искушениями. Пока через несколько лет Су Гану не наскучили дорогие игрушки, люксовая одежда и путешествия, а наемные работники превратились в обычных слуг. Все законное в жизни перестало приносить удовольствие. С детства он занимался единоборствами. Поэтому впервые подрался еще в начальной школе, когда сопливый одноклассник посмел назвать его уродом из-за отсутствия двойного века. Тогда Су Гану чертовски понравилось причинять людям боль и ломать им носы. Это давало нужный адреналин. Плюсом все больше убеждало в собственном превосходстве.       Родители еще с детства дали ему понять — чем больше денег и связей, тем выше положение в обществе и больше уважения.       С тех пор никто не посмел даже пальцем пошевелить в сторону Су Гана неправильно. За ним тянулся кровавый след из предыдущих школ, который семья всячески пыталась замести. Там он нарывался на таких же сыночков богатых родителей, уже занявших местный трон. В следствии чего Су Гана исключали раз за разом. Поэтому, когда мать наконец подмяла под себя здешнюю администрацию, он был в восторге.       Потому что теперь он здесь король.       На него не смотрят.       Его боятся.       Власть и деньги делают его особенным, совершенным и исключительным. Именно так говорил отец, когда в очередной раз опрокидывал в себя дорогой алкоголь за ужином. Мать безоговорочно вторила, что бы муж не говорил. Люди делятся на два типа: элита и мусор. Те, кого бьют, и те, кто заносит кулак. Су Ган буквально вырос на жестокой корпоративной культуре, преследовавшей домочадцев его отца даже вне работы. Су Ган редко испытывал сострадание к чужим людям, даже к своим прихвостням, которым позволил находиться рядом.       Мун Ги схватил Кван Джуна за шею, изобразив удушающий. Этот тупоголовый весельчак всегда забавлял Су Гана. В нем были паскудство и жестокость, с которыми он превращался в гораздо более отмороженного мудака, чем сам чеболь. Веселый настрой помогал колотить соперника без капли жалости с улыбкой на лице, будто Мун Ги каждый раз совершал прыжок с парашютом. Такой же адреналиновый наркоман, охочий до чужих страданий. Полностью подконтрольный, потому что идиот без стремлений и амбиций.       Хорошая собачка, лающая по команде. Ведь Су Ган никому не позволит быть наравне с собой.       Ушастик едва стоит на ногах, пока Мун Ги, подобно быку на корриде, тащит того по коридору. Остальные ученики шарахаются в стороны, завидев их, и опускают головы, когда Су Ган со свитой проходит мимо. Внезапно Кван Джун получает пинок и, как тряпичная кукла, летит прямо в закрытую дверь одного из кабинетов. Он ударяется о нее с такой силой, что пластик дрожит под напором. Мун Ги весело посмеивается, лицо вытянуто в довольной улыбке. Поворачивается с вопросительным взглядом к остальным в ожидании безмолвной похвалы. Су Ган лишь слегка усмехается в то время, как остальные заходятся едким, поддерживающим смехом.       Дверь открывается и показывается администраторша. Она начинает охать, но замолкает, замечая Су Гана. Эта старая сука ничего не сделает, потому что слишком слабая и зависимая. Следом выходит другая девушка, как Су Гану показалось со спины. Она сразу замечает Ушастика, который преклонил перед ней колени, схватив за каблук. Мун Ги, естественно, не смог удержаться от громкого комментария на всю школу.       — Кван Джун такой извращенец. Знал бы — снял ему комнату.       Девушка разворачивается в сторону звука, и Су Ган в удивлении замирает на секунду.       Не азиатка, а европейка. Симпатичная, стройная и высокая по сравнению со сжатой фигурой администраторши.       По возрасту похожа на ученицу. С длинными, каштановыми волосами, светлой кожей. Ее внимание сразу перешло от Мун Ги, который неожиданно запнулся, к остальным, но остановилось именно на Су Гане. Девушка безошибочно определила виновника беспорядка, открыто вонзаясь в него внимательным взглядом, словно была опытна в таких делах.       Прямым, черт возьми, взглядом.       Никто не смеет смотреть Хан Су Гану даже в лицо, а эта школьница своим поведением почти бросает вызов.       Это что-то новенькое. Кто она?       Администраторша невнятно лопочет в ответ, пока та с улыбкой поднимает Кван Джуна, который, кажется, только что поверил в существование ангелов. А Су Ган продолжает неотрывно разглядывать девушку. Одета дорого и со вкусом: деловой костюм, юбка выше колена. Единственное, что удивило — каблуки и красная подошва. Такую никто не носит среди современных, корейских богачей и иностранцев. Предпочтение отдают сдержанности, минимализму, а эта милашка явно любит шмотки и умеет их сочетать. Видимо, их школа поменяла статус на интернациональную, раз принимает «белых лошадок». Су Ган не успел более подробно рассмотреть новенькую, потому что все трое скрылись в кабинете.       — Ахуеть, почему он, а не я? — На лице Мун Ги отразилось сожаление.       Похоже он теперь отыграется на Кван Джуне еще сильнее.       Какого же было удивление Су Гана, когда они встретились на крыше. Сначала он удивился — все в школе знали, чья это территория, и зайти сюда- означало подписать себе смертный приговор. Остальные члены шайки принялись улюлюкать, кто-то недовольно высказался о том, что эту идиотку нужно наказать, раз сюда приперлась. Однако стоило Су Гану опустить глаза вниз и увидеть знакомые туфли с красной подошвой, как он понял — это новенькая иностранка.       По телу прошла дрожь в предвкушении — он не ожидал, что они так скоро встретятся. Чеболь протянул руку и дотронулся до плеча, потому что девчонка никак не отреагировала на их появление и даже его собственное обращение к ней. Ветер донес до него слабый аромат пряной вишни.       — Эй, ты что, глух…       Когда девушка обернулась, то у Су Гана совершенно внезапно остаток слов замер в горле, а сердце слишком сильно стукнулось о грудную клетку. Если в коридоре на расстоянии он не смог разглядеть иностранку детальнее, то теперь, когда они столкнулись взглядами, оказался слегка обезоружен.       Ее серые глаза, на которые он тогда даже не обратил внимания, сейчас смотрели прямо на него. Они оказались яркие и такие пронзительно светлые, будто два прожектора. Новенькая глянула на Су Гана так, что ему сначала показалось, будто она хочет его послать, однако потом на ее губах появилась вежливая улыбка, и пока девушка вытаскивала из ушей наушники, чеболь уже более заинтересованно принялся ее разглядывать, сцепив руки на груди.       В ее лице не было ни капли азиатских черт — подбородок с ярко выраженной челюстью, считавшейся у корейцев далеко не идеалом красоты, как бы странно не звучало, гармонично смягчался наличием круглых, милых щечек, маленьким, слегка вздернутым носом кнопкой и пухлыми губами.       В детстве в зоопарке Су Ган видел кролика. Такого красивого с блестящей, шоколадной шерстью и серо голубыми глазами. Он настолько понравился мальчику, что тот стал слезно просить маму его купить. Но это был городской, а не частный зоопарк. Так кролик с серыми глазами остался ярким воспоминанием в памяти, одним из немногих несбывшихся желаний. Смотря в глаза новенькой, Су Ган подумал, что не может быть в жизни таких совпадений.       Внезапно, девушка непонимающе подняла густые брови, и ее нос смешно шмыгнул, дергаясь вверх точь-в-точь, как у кролика, что внутренне привело Су Гана в какой-то восторг.       — Привет, крольчонок, заблудилась? — Сам от себя не ожидая, проворковал парень.       Она действительно не говорила по-корейски, но смотрела на Су Гана с таким живым интересом, что он отослал банду, чтобы те ему не мешали пообщаться наедине. У нее было какое-то странное имя, которое оказалось тяжело произнести, но парень смаковал его на языке каждый раз при очередной попытке, на которую школьница лишь мило улыбалась и хихикала.       Потом она начала рассказывать о своем страхе не найти здесь друзей, и чеболь оказался совсем не против, чтобы та к ним присоединилась. Л-и-с-а оказалась достаточно смелой, и первая пошла на физический контакт, протягивая руку для пожатия уже во второй раз, на тот момент прощаясь.       Су Ган облизнул губы, не сводя взгляда с двери, где скрылась иностранка, уже воображая, как возьмет эту лошадку за гриву и хорошенько объездит. Найти ее потом не составит труда, ведь среди остальных учеников та будет выделяться ярким пятном. Очаровать иностранку будет довольно легко, они все падки на галантность, стоит Су Гану надеть маску белого рыцаря из романтических дорам.       — Да босс сегодня в ударе! — Мун Ги облокотил руку на свою девушку и сделал неприличный жест. — Телочка что надо, ой!       — Ты совсем страх потерял? Я рядом стою вообще-то, — подружка нарочито притворно надулась и пихнула того в бок, обидевшись.       — Да че я не так сказал-то? — Удивился Мун Ги, когда школьница направилась к стулу, и последовал за ней. — Эй, ты куда, Ен Ге?       — Ну вы даете, — прокомментировал устроенную драму лысый парень, вертя в руке баскетбольный мяч, который передал Су Гану, повинуясь его молчаливому кивку. — Че будем делать с этой новенькой?       — Да, — полноватый школьник с челкой до бровей оторвался от телефона. — Ен Ге голосует за то, чтобы сначала ей выдрать волосы.       Послышались и другие нелестные комментарии в адрес иностранки, новые идеи, как позабавиться с ней и превратить жизнь в Ад, раз та оказалась такой «везучей» и привлекла внимание. Один из парней даже предложил поспорить на деньги, сколько хватит времени, чтобы завалить дурочку в постель, и кто первый в этом добьется успеха. В конце концов, все ждали решения главаря.       — Телка моя, — отрезал он, зажигая сигарету. — Никому к ней не соваться, пока я не разрешу.       Эти слова прозвучали как невидимый щелчок хлыста перед запретной территорией, которому парни в компании сразу вняли. Ен Ге, к тому моменту уже пожаловавшаяся Мин Джи на потенциальную конкурентку, оказалась расстроена и проела несчастному Мун Ги всю плешь по дороге вниз с крыши.       Но никто в здравом уме не посмел бы нарушить прямой приказ Су Гана, особенно, если он помечал для себя новую цель, которую сильно хотел. Обычно, пассия потом все равно доставалась остальным, когда чеболю становилось скучно. Ее, конечно, имеющую статус бывшей самого Су Гана, — все зависело и от его настроения — могли оставить в покое, но к несчастью новенькой, та привлекла слишком много ненужного внимания. Поэтому уж тогда, когда придет время, Ен Ге с Мин Джи с удовольствием повыдирают белой шлюшке патлы.       Естественно, чеболь не придал своему обещанию прийти на следующий день на химию такого сильного значения. Если эта иностранка учится с ним в одном классе, то они так или иначе встретятся, и Су Ган не собирался менять свои личные планы из-за новенькой, потому прогулял еще два урока прежде, чем соизволить явиться.       Когда он вошел в класс под конец перемены, учителя еще не было, но ученики привычно замерли, и их голоса стихли, стоило чеболю медленно пройти к самой дальней парте возле окна, а остальным рассосаться по своим местам. И конечно, он сразу заметил новенькую, которая стояла возле первой парты и общалась с Ушастиком. Та подняла голову, и их взгляды снова встретились. Су Ган едва усмехнулся — девчонка явно не умеет выбирать себе друзей, раз вертится возле отребья, но ничего, после занятия он покажет ей, какое место стоит занять в этой школе, чтобы жить в шоколаде.       — Хай, — снова поздоровался Мун Ги, и ему последовали другие парни, вложив в этот жест как можно больше издевательской приторности, словно они разговаривали с маленьким ребенком.       Девушка в ответ улыбнулась и со звонком, на удивление банды, направилась к учительскому столу, затем она села на стул. Су Ган в замешательстве нахмурился, переглядываясь с прихвостнями, которые тоже не поняли в чем дело, однако остальной класс даже не отреагировал на эту вопиющую выходку, показавшуюся чеболю слишком наглой даже для неосведомленного иностранца. Ему потребовалось еще минуту сопоставить отсутствие обычно пунктуальных педагогов с увиденной картиной, как в голову стрельнуло осознание.       Эта девчонка что, их учительница?       И словно в подтверждение этому послышался голос девушки, говорившей теперь на идеальном корейском без иностранного акцента:       — Доброе утро, класс, — она взяла ручку и щелкнула ею, обращаясь взглядом к журналу. — Начнем перекличку.       Тут Су Ган понял, что они жестко проебались. Если училка все слышала тогда на крыше и сделала вид, что их не понимает, то дело плохо. План по окучиванию новой пассии стремительно накрывался медным тазом.       — Эй, она говорит по-корейски?       — Вот же черт, мы в жопе.       — Су Ган, че делать-то?       Члены банды принялись тревожно переглядываться и тихо переговариваться друг с другом, а чеболь впервые в жизни не знал, что делать, и как им ответить. Он стал оглядываться на девушку, которая даже взгляда не оторвала за все то время, пока шла перекличка по журналу. Внезапно, дело по списку дошло до первого из шестерок.       — Пак Джун Хо.       Парень с короткой стрижкой, заставлявшей волосы на лбу и затылке топорщится ежиком, медленно встал, не глядя на учительницу.       — Вижу новые лица, не заметила вас на своих уроках ранее, — она тут же обвела взглядом остальных членов банды, включая Су Гана, и удивленно нахмурилась. — Ты, наверное, болел, да, Джун Хо? Надеюсь, поставил в известность классного руководителя. Садись. Далее у нас…       Таким образом она познакомилась с каждым из тех, кого ранее видела на крыше, вынуждая теперь вставать. Чеболь был единственным, кто отказался подчиняться.       — Хан. Су. Ган. — Расставляя акцент на каждом слоге, уточнила она такой интонацией, которой парень ей назвал собственное имя несколько дней назад. — Его тут нет?       Мун Ги мельком посмотрел на босса и сложил руки перед собой, когда тот все же соизволил хотя бы поднять ладонь.       — О, прекрасно! — Улыбнулась она. — Всегда приятно, когда класс в сборе. Начнем урок.       Девушка встала с места, вышла к доске, взяв маркер, и принялась выводить красивые буквы, в которых были заключены ее полное имя, а также фамилия, оказавшаяся непривычно длинной и произносившаяся на корейском, как Ро-ма-но-ба.       — Для тех, кто сегодня впервые меня видит, — она облокотилась на стойку, сложив руки на груди, и обвела класс взглядом. — Вы можете звать меня просто учитель Ро. В этом году я буду вести у вас уроки химии. Надеюсь, мы поладим.       Последняя фраза хоть была произнесена очень вежливо и добродушно, но у Су Гана от нее в душе заворочалось что-то тревожное. Нет, ему очевидно показалось, иностранцы обычно стремятся со всеми наладить контакт и не встревать в лишние неприятности, грозившие им увольнением и депортацией, а уж со связями чеболя, это можно было легко устроить. Они ничем по количеству прав не отличались от учителей по контракту.       Но как, как черт возьми, такую молодую девку могли взять на роль учителя химии? Она действительно больше смахивает на модель, как говорил Мун Ги. Ладно, вести английский — пару лет назад к ним приезжала какая-то старая француженка из Европы, похожая на толстую корову, но на пост точных наук не возьмут кого попало — только выпускника топового вуза. Тем более в их школе уклон на экономический и химико-биологический профили.       — Перед кем она раздвинула ноги, чтобы получить это место? — Подумал парень. — Чья любовница? Зама? Нет, он слишком мелкая рыбешка… Неужели, директора?       Это предположение заставило Су Гана скривиться в пренебрежении. Он не будет доедать объедки за другими и не позволит европейской шлюхе собой командовать, если выяснится, что она та, за кого чеболь ее принял.       Хотя…       Пока девушка говорила возле доски, Су Ган медленно обвел взглядом ее фигуру в строгом платье-футляре: стройные, длинные ноги выглядывали из-под юбки чуть выше колена, красивые изгибы талии, бедер выглядели очень соблазнительно, особенно, когда химичка развернулась на каблуках к доске и перенесла вес на левую ногу, правой уперевшись в пол. Затем, когда она отошла в сторону и на секунду склонилась за столом, чтобы взять ручку, Су Ган с удовлетворением цокнул, отметив, что несмотря на целомудренно прикрытый верх, ее грудь определенно больше двойки.       А директор не дурак — откопал где-то себе такую красотку. Будет лучше, если училка и правда разбирается в предмете, иначе чеболю придется сказать матери. И тогда эта иностранка вынуждена будет удовлетворять уже своего собственного ученика, чтобы не вылететь пинком под зад из Южной Кореи обратно на родину.       Пока в голове Су Гана вертелись разные, непотребные мысли, включающие в себя откровенные фантазии, как бы химичка смотрелась на коленях у него, а не старого, заплывшего импотента, который уже одной ногой в могиле, девушка продолжала говорить:       — На прошлых уроках мы с вами рассмотрели типы химических связей в органических соединениях. На этом попробуем тест, но, — она выделила последнее слово паузой, — устроим устный опрос у доски. Кван Джун, подскажи, пожалуйста, какое было домашнее задание?       Вышеупомянутый ученик, являвшийся старостой, поднялся с места и сказал:       — Повторить параграф два, сделать упражнения на страницах с двенадцатой по четырнадцатую в рабочей тетради. Особое внимание уделить видам связей и их определениям.       — Спасибо, — улыбнулась учительница, когда Ушастик сел. — Итак, я буду задавать вопросы по пройденному материалу и ждать вашего решения. Это задание на оценку, но мы к нему готовились, так что не беспокойтесь. Уверена, вы все справитесь сегодня, и помните — я вас не съем.       Эхо тихого смеха прокатилось по классу после озвучивания последней фразы, заметно расслабившей детей. Затем химичка стала вызывать всех по очереди. Кому-то доставалось просто рассказать определение, кто-то писал на доске формулы, но так или иначе очередь постепенно продвигалась все ниже и ниже.       — Пак Джун Хо, твоя очередь.       Имя одного их прихвостней Су Гана прозвучало, как гром среди ясного неба — неожиданно и обезоруживающе. Парень в нерешительности поднялся с места, оборачиваясь на членов банды, словно не мог в это поверить и как-то сдавленно посмотрел на учительницу, которая лишь улыбнулась и указала взглядом на лобное место возле доски.       Су Ган вместе с остальными шокировано наблюдал, как Джун Хо выходит из-за своей парты под гробовое молчание класса и встает, куда ему сказали. Обычно, учителя никогда не трогали как неприкасаемого чеболя, так и его друзей, получавших рядом с ним аналогичный статус, потому решение учительницы сломать данную систему и вызвать к доске оказалось для нее роковым. Если директор или зам не объяснили этой сучке, на кого здесь нельзя нападать, то чеболь с удовольствием займется ее воспитанием.       — Итак, Джун Хо, — учительница сложила руки перед собой. — Расскажи мне определение атома.       Очевидно, парень не знал, что ответить. Он замолчал, иногда раскрывая и закрывая рот, а потом потупился в пол, начав мямлить что-то невразумительное и явно даже близко не похожее на объяснение даже своими словами. Учительница, тем временем, молча кивала головой, будто эти слабые потуги ее реально волновали, а потом поджала губы с таким выражением лица, что Су Ган едва не выругался вслух оттого, какая она наглая сука, оказывается!       — То есть, Пак Джун Хо, ты не можешь сказать мне, что такое атом?       Отрицательный кивок послужил гораздо более красноречивым ответом, чем покрасневшие от стыда кончики ушей и щеки парня, — настолько он был дезориентирован.       — Как странно, — нахмурилась химичка, — но ведь это вы проходили еще в начале марта, когда здесь был предыдущий педагог, а сейчас уже конец месяца. Кван Джун, прости, что я тебя снова отвлекаю, но ты не мог бы напомнить мне фамилию?       — Господин Хэ, — коротко пискнул староста, замерев на месте.       — Спасибо, — в очередной раз поблагодарила учительница и обратилась к журналу. — Итак, я помогу… О, ты пропустил мои два занятия, Пак Джун Хо! Не стоит начинать учебный год с прогулов, потому что от этого зависит допуск к экзаменам. Надеюсь, сейчас все в порядке?       — Д-да, — парень стоял, и цвет его лица постоянно менялся, становясь, то бледнее, то снова приобретал алый окрас.       — Ну и хорошо, — участливо кивнула химичка и обратилась к классу, игнорируя убийственный взгляд Су Гана, направленный на нее. — Так вот, что такое атом? Это — мельчайшая, электрически нейтральная частица вещества, которая является наименьшей структурной единицей химического элемента и носителем всех его свойств. Повтори, Джун Хо.       — Эм, э-э.       Естественно, школьник, который только что поддался панике, оказавшись буквально опозоренным на глазах у своих друзей и всего класса, не смог ничего повторить.       — Возможно тебе стоит быть внимательнее, Джун Хо, и научиться слушать, что говорят не только твои друзья за соседней партой, но и учителя. Садись, я не могу поставить тебе хорошую оценку, к сожалению.       Прихвостень сел на место и с откровенной паникой уставился на Мун Ги, потом на бритого под машинку товарища по банде и уткнулся в тетрадь, задергав ногой. Конечно, химичка выяснила, что никто из них не был на ее уроках.       Когда следующей, по кому учительница беспощадно прошлась, оказалась Ен Ге, вслух уронившая тогда на крыше угрозу повыдергивать ей волосы в порыве ревности, до Су Гана наконец стало медленно доходить:       — И будь так любезна, Сон Ен Ге, в следующий раз убрать прическу в хвост, потому что я совсем не вижу твоего лица и, особенно, красивых глаз. Знаете, ребята, я вот в университете себе даже волосы остригла, чтобы не мешали учиться.       Она помнила каждое сказанное в свой адрес слово, каждое оскорбление и теперь с дружелюбной улыбкой точечно била ими членов банды, прикрываясь комплиментом или замечанием, сказанным в по делу. Особенно, Су Ган убедился в этом, когда очередь дошла до Мун Ги.       — О, что ж, ты выглядишь очень уверенным в себе… — она уточнила имя в журнале, — Мун Ги. И я вижу, что в марте ты был на занятиях у учителя Хэ, так что вот тебе задачка посложнее.       Она вышла к доске под гробовое молчание класса и принялась рисовать какую-то схему, пока Мун Ги стоял столбом и тупо пялился на ее каракули, похожие на круги, овалы и восьмерки, расположенные на горизонтальных и вертикальных линиях.       Затем она отошла, показывая две разные схемы и принялась разъяснять:       — Итак, все помнят, что в зависимости от характера перекрывания различают два основных типа ковалентных связей: сигма-связь и пи-связь. Перед тобой, Мун Ги, два рисунка этих связей. Необходимо определить, где какая.       Естественно, Мун Ги на уроках ничего никогда не слушал, а спокойно играл в телефон на задней парте рядом с Су Ганом. Он уставился на доску в молчании, бегая по линиям глазами в какой-то нарастающей панике, хоть и пытался выглядеть куда смелее, чем другие, выйдя к доске с гордо вздернутым подбородком и руками в карманах.       — Так, вижу, что сложно, поэтому пусть кто-нибудь из класса даст подсказку.       Дети принялись переглядываться между собой, но никто так и не решился вмешиваться и поднимать руки. В конце концов, учительница поджала губы, видимо, решившись сжалиться над учеником, и сама продолжила говорить.       — Сигма-связь возникает при осевом перекрывании электронных орбиталей, — химичка взмахнула ладонью в воздухе. — В результате чего область перекрывания оказывается расположенной на линии, соединяющей центры атомов в связь. Также она обладает цилиндрической симметрией и допускает свободное вращение атомов вокруг своей оси.       Учительница делала ударения на некоторых словах, объясняя очевидную всем в этом классе разницу так, будто Мун Ги перед ней, будучи коренным корейцем, был неспособен понять собственный язык:       — Пи-связь образуется при боковом перекрывании негибридизованных р-орбиталей атомов. В этом случае область перекрывания орбиталей будет находиться вне линии, соединяющей центры атомов. Притяжение ядер к области перекрывания будет слабее, чем в случае сигма-связи, и свободное вращение атомов относительно друг друга невозможно.       Су Ган видел, что Мун Ги не понимает вообще ничего, и уже хотел вмешаться, как тот внезапно тыкнул в левую схему, утверждая, что это сигма-связь.       — Возможно тебе стоит пересесть за переднюю парту, чтобы в следующий раз хорошо разглядеть детали, — покачала головой Лиза, давая совет, в котором Су Ган распознал упрек за бестактное разглядывание на крыше. — Где же в этой схеме ты увидел цилиндрическую симметрию?       — Да… типа, вот, — Мун Ги обрисовал ладонью что-то непонятное в воздухе.       — Посмотри еще раз, внимательнее.       Она приблизилась к парню и принялась вместе с ним разглядывать схемы, попутно повторяя термины, чтобы тому было проще сосредоточиться и понять разницу. В конце концов, у Мун Ги, видимо, в голове что-то щелкнуло, и он смог даже худо-бедно объяснил отличие между ними наглядно. Это заставило учительницу улыбнуться и кивнуть.       — Садись, — она подошла к журналу. — Весьма неплохой ответ. Дальше по списку у нас Хан Су Ган.       И тут чеболь не выдержал, подскочив с места. Его распирало от злости так, что ноздри зашевелились, шумно втягивая воздух, а челюсти под щеками заходили ходуном. Как эта приживалка посмела назвать его имя?       — Та-ак, а тебе я задам самый последний вопрос: за счет чего образуется ковалентная связь?       Химичка никак не отреагировала на его красноречивый, гневный взгляд исподлобья, который вызывал у других желание исчезнуть с глаз долой или стыдливо замолчать. Более того, она спокойно его выдержала, как и паузу длинною в минуту, пока по-прежнему ожидала ответа. Сбоку Мун Ги едва слышно выдохнул, Пак Джун Хо тихо выругался сквозь зубы, Ен Ге пригнула голову к парте, а остальные дети замерли в ожидании развязки.       — Су Ган, поверь, если бы у меня на лбу был написан ответ, то я бы абсолютно не возражала, — пошутила она, легонько хлопая себя. — Но, к сожалению, это не так. Давайте, ребята, вернемся с нашим связям, чтобы понять как…       — Я не буду отвечать, — отрезал Су Ган, чувствуя, как находится буквально в одном шаге от того, чтобы выйти из себя. — Ясно?       Учительница замолчала, прищурила глаза и сомкнула губы трубочкой, начав кивать с каким-то сожалением, проступившим на лице.       — Что ж, жаль, — она хмыкнула, и ее носик слегка дернулся вверх. — Это неудовлетворительная оценка, но ее всегда можно исправить. Касается всех, кто сегодня не справился с заданием.       Су Ган хотел сказать, что ему глубоко насрать на отметки, но не успел, потому что прозвенел звонок с урока.       — Всем до встречи! Домашнее задание увидите в электронном журнале, — с этими словами учительница быстро сложила вещи и, поглядывая на настенные часы, вышла из кабинета, смешиваясь с потоком других детей.       Су Ган был в ярости. Какая-то директорская шлюха поставила им всем, кроме Мун Ги, неудовлетворительно. Ладно прихвостни, но ему, ЕМУ, чьи родители спонсируют эту школу, как посмела?       — Э, босс, это че сейчас было на уроке? — Мун Ги уселся на парту и потрепал волосы.       — Да, какого хрена новенькая оказалась училкой? — Пак Джун Хо сглотнул и принялся матерится. — Блять, ну мы и влипли.       — Да заткнись ты! Все будет норм. Чего лыбишься, Мун Ги? — А, по-моему, она нормальная тетка, — довольно пожал плечами тот, чем заслужил тычок от бритого, которому на занятии тоже досталось.       — Конечно, дебил, тебе то она не влепила неуд!       Пока члены банды шумно спорили между собой, Су Ган пытался прийти в себя. Совсем не так он предпочел бы начать учебный день, и все эта девка, которая, как хитрая змея, сначала втерлась в доверие, строила ему глазки на крыше и притворялась ученицей, чтобы потом им всем отомстить. Вот стерва! А ведь Су Ган действительно хотел предложить ей к ним присоединиться, даже раздумывал начать обхаживать.       Он, не дожидаясь остальных, вышел из класса и повиновался мимолетному, импульсивному желанию заставить химичку прямо сейчас пожалеть о содеянном. Однако потом чуть притормозил, едва не заставляя прихвостней налететь на него сзади. Кто знает, может эта девка любовница какого-то спонсора, раз так резво дерзит? Надо выяснить, как много ей известно об обстановке в школе. Потому Су Ган заставил Мун Ги, Джун Хо и еще пару ребят следить за училкой.

***

             Через пару дней Су Ган снова стоял возле кабинета химии, когда его ярость слегка поутихла. Симпатия к новенькой, в конце концов, пересилила гнев и возбудила любопытство. Учитель Ро была прямолинейна, обладала смелостью и справедливо выставляла оценки — такие новости ему приносили информаторы. Это внутренне вызывало у Су Гана что-то отдаленно напоминающее уважение, потому что, обычно, людей вокруг себя он считал ни на что не годными трусами, трясущимися в страхе перед его семьей.       Она сразу стала местной достопримечательностью и собрала вокруг себя множество слухов, которые долетали даже до компании Су Гана. Обычно ее описывали как вежливую и улыбчивую по отношению к ученикам. Администрация и коллеги к учителю Ро относились со свойственным людям интересом.       Однако чеболь пока не смог узнать, кто училку покрывает?       Не может быть, чтобы она оказалась настолько самоуверенной до идиотизма, чтобы кусать руку, которая ее кормит. Су Гану это показалось даже каким-то забавным. Его новый интерес обладал весьма незаурядными, моральными качествами, которые чеболю сразу же захотелось проверить на прочность. В конце концов, многие новые учителя так себя вели прежде, чем прочувствовать всю силу чужой привилегированности на собственной шкуре, а потом слезно умоляли их не увольнять.       Именно поэтому сейчас остальные члены банды стояли вместе с ним, переминаясь с ноги на ногу. Сам Су Ган ни за что не собирался извиняться, потому что считал себя невиновным. Он училку не обзывал и пока еще не травил. Ему вчера пришла в голову отличная идея, как убить двух зайцев одним выстрелом: восстановить репутацию банды и заполучить себе иностранку. Нельзя, чтобы в школе поняли, что Су Гану можно открыто противостоять и после этого остаться безнаказанным.       Он будет смотреть, как новенькая отреагирует на рычаги давления и выдержит ли каждый из них.       — Пиздуйте уже, — махнул головой чеболь в сторону входа. — И сделайте так, чтобы она вам поверила.       Прихвостни зашли в класс все вместе, пока Су Ган терпеливо ждал под дверью, вслушиваясь в разговор. Спустя некоторое время он улыбнулся, вертя в руках электронку, когда учительница начала говорить о прощении. И в момент высшей степени раскаяния Су Ган решительно вошел, наподдав парням подзатыльники со словами о том, что «они дебилы, и вообще, кто так извиняется перед учителем».       Химичка стояла за столом, опираясь на него бедром и одной рукой, пока в другой держала телефон. Видимо, ее отвлекли от переписки.       — Не стоит столь категорично говорить про своих друзей. К тому же, они уже осознали свою вину.       Парни тут же закивали и принялись опять оправдываться. Су Ган едва сдержал улыбку на дергающихся вверх уголках губ. Вот клоуны! Но со стороны выглядит уморительно.       — Очень надеюсь, что эта ситуация научит вас уважительно относиться к окружающим, чтобы не попасть в просак, и неважно перед вами кореец или иностранец. Ведь «Муен» находится в топе рейтинга по борьбе с буллингом.       Из последней фразы Су Ган сделал вывод, что новенькая понятия не имеет о статусе его и прихвостней в этой школе, либо же она ловко притворяется. Чеболь внимательно посмотрел на выражение лица девушки в поисках намека на притворство, но ничего подобного не нашел.       Так-так. Очень интересно. Может ей еще не рассказали?       — Я тут один вопрос хотел задать, — начал Су Ган, отодвигая парней на второй план и подходя к учительнице поближе со сложенными на груди руками, пока та рыскала в документах на столе. — Почему Вы тогда на крыше не сказали, что знаете корейский, и кем являетесь?       Вот, сейчас он ее поймает и заставит оправдываться, ведь какие еще аргументы та сможет привести в свою защиту? Если скажет, что запаниковала, то Су Ган перевернет стрелки и обвинит ее в намеренном введении в заблуждение, ведь она могла и потом сознаться в процессе общения. Однако слова учительницы оказались совсем далеки от ожиданий.       — Очень просто, — пояснила девушка, обведя рукой пространство возле своего лица, делая акцент. — Корейцы часто пытаются говорить со мной на английском, даже когда я к ним обращаюсь на корейском. Я привыкла и в таких ситуациях предпочитаю не препятствовать, иначе мне бы приходилось в тысячный раз отвечать на кучу вопросов не по делу, а это утомляет.       Су Ган убедился, что она и вправду прямолинейна, как ему говорили. В это время учитель Ро уселась на стул и закинула ногу на ногу, продолжая.       — Так как я ваш новый учитель и еще ни с кем не знакома, то там на крыше я поддержала беседу на английском: во-первых, чтобы понять, действительно ли в школе «Муен» так хорошо относятся к обучению иностранным языкам, а во-вторых…       Взгляд девушки был спокойным, а речь построена настолько грамотно, что ей можно было только позавидовать. Химичка выдержала легкую паузу.       — Во-вторых, подумала, что вы хотели попрактиковать со мной английский в этом разговоре, а кто я, чтобы отказывать своим ученикам?       Су Ган с некоторой досадой подумал, она реально права — не подкопаться.       — Меня не задели ваши комментарии, не переживайте. Но это лишь подчеркивает, что рейтинг школы может быть неоправданно завышен. Я знаю, такое явление достаточно распространено в частных заведениях, где уделяют внимание внешнему имиджу, а не следят за поведением учеников и соблюдением устава. Уверена, насчет вашей мне просто показалось.       Судя по манере общения, девушка не врала, не изворачивалась и еще любила тыкать носом в чужие недостатки, но прикрывать все позитивной формулировкой. Это расстроило, но тут же чеболь вспомнил про свой главный аргумент, помимо шантажа, который работал с человеком любого статуса и положения.       — Тогда, может, Вы исправите нам оценки, м?       Та ожидаемо кивнула.       — Хорошо. Я всегда стараюсь встать на сторону учащихся. На следующем уроке обязательно спрошу вас всех, поэтому прошу подготовиться заранее.       — Да нет, Вы не поняли, — покачал головой Су Ган. — Это ненадежно. Вдруг, допустим, Джун Хо перенервничает и все! Сделайте нам подарочек, учитель, в честь начала учебного года.       На последней фразе он приблизился к столу девушки и склонился над ним, чтобы их не услышали парни сзади. Если химичка не дура, то должна понять намек — он тот, с кем здесь нужно считаться.       — А взамен я помогу хорошо устроиться в этой школе. Окей? — Полушепотом произнес он. — Поверьте, Вам не стоит отказываться от такого предложения.       Он снова уловил этот чарующий аромат, исходящий от нее, но не имевший сейчас ничего общего с вишней, как на крыше. Су Ган мельком глянул на женские губы, потом на скрытый волосами участок шеи, и ему жутко захотелось в моменте к нему прижаться, чтобы вдохнуть запах тела поглубже в свои легкие.       — М-м-м, — ее рот сомкнулся в линию, подбородок чуть приподнялся, а затем учительница повернулась к школьникам, стоявшим чуть позади. — Вы свободны. Нам с Су Ганом нужно поговорить вдвоем.       Парни не сдвинулись с места и лишь после кивка чеболя покинули кабинет, прикрыв за собой дверь. Теперь они остались одни в тишине класса, прерываемой лишь фоновым шумом разговоров в коридоре.       — Чем теперь займемся?       — Будем обсуждать данный вопрос.       Су Ган предвкушающе улыбнулся. Конечно, это было вполне ожидаемо. Сейчас училка начнет набивать себе цену, когда дело коснется денег или других привилегий. Заметив, как она приосанилась на стуле и мягко улыбнулась в ответ, нарочито кокетливо откинув волосы, чтобы обнажить красивую шею, чеболь подумал, что идея отбить ее у директора уже не кажется такой противоестественной. В конце концов, он всегда выигрывал и получал желаемое, а это сероглазая иностранка, от которой несло бунтарством за километр, уже была в списке. Таких приятно подчинять себе.       Когда девушка начала говорить, чеболь аж вздрогнул телом — настолько ее тон изменился.       — Я смотрю, ты из тех, кто…       Если б на голос можно было залипнуть, то Су Ган превратился в стоп-кадр.       — …не особо сосредоточен на учебе. Очень жаль, но я не могу исправить оценку просто так. Даже в знак дружбы.       Чеболь будто услышал противный звук сжевывания кассеты, на которой до этого слушал завораживающе красивую музыку, — такой эффект произвело окончание фразы.       — Чего? — Моргнул он.       — Принеси дополнительное задание или ответь на следующем уроке, — химичка внезапно перестала вести себя дружелюбно, и в словах проскользнул холодок, словно ничто не могло поколебать ее железную решимость.       К такому повороту Су Ган был готов, но, поддавшись фантазиям, совсем не ожидал его сейчас. Он был уверен — иностранка не станет упрямиться, ведь у каждого человека есть своя цена. Ей деньги должны быть куда нужнее, чем принципы, но девка не сдалась с первого раза, и это взбудоражило.       Су Ган внезапно для себя решил испытать ее еще.       — Слушайте, Вы же совсем ничего не знаете об этой школе, да? Директор разве не рассказал? — Сейчас чеболь внимательно следил за реакцией на лице девушки.       Если она дернется, то значит спит с ним, но в ответ химичка лишь непонимающе нахмурилась и переспросила:       — Я ни слова не поняла. Что такого мне должен был рассказать директор, о чем знаешь ты, Су Ган?       — С кем дружить в этой школе, учитель Ро, — медленно и вкрадчиво проговорил чеболь.       В ответ девушка как-то обезоруживающе поджала губы и со смешком хмыкнула, опять дернув носиком. Этот жест сильнее взбудоражил тело парня, особенно его нижнюю часть.       Ох, милый, маленький крольчонок, если бы она знала, что сейчас происходит в голове у Су Гана, то в смущении выскочила из кабинета и спряталась где-нибудь.       — Еще ни разу в жизни не видела, чтобы ученик прикладывал столько усилий, избежать ответственности за свои обязанности в школе, — с мягкой улыбкой парировала химичка, сбивая весь настрой махом. — Ну раз ты о себе такого высокого мнения, то, что тебе стоит отвечать на уроке и выполнять задания?       А вот теперь помимо жаркого огня в Су Гане вспыхнуло раздражение:       — Не пойму, чего Вы так вцепились в эти правила? Разве не все равно на то, как кто учится? Только не говорите, что пришли сюда реально работать.       Если она не соблазняла чеболя все это время, то тогда что за двойные игры девчонка ведет, раз вызывает в нем такую реакцию?       Внезапно, взгляд учительницы изменился, став более строгим, и между ними словно выросла невидимая стена. Тут Су Ган понял, что со своим пылом немного поторопился.       — Я выставила эти оценки, основываясь на вашей работе на уроке. Да, спасибо за извинения, но я исправлю только, когда вы принесете мне соответствующие работы. Разговор окончен.       Она неожиданно поднялась со стула и проскользнула мимо ошарашенного Су Гана, которому не понравилось такое резкое окончание диалога, а особенно он ненавидел, когда кто-то решал забрать у него первенство в этом.       Учительница была уже на полпути к выходу, как чеболь не выдержал и выпалил с досадой:       — Вы тогда на крыше мне свои красивые глазки строили, разве нет? Так с чего вдруг сейчас начали изображать из себя училку?       Девушка остановилась и обернулась. Теперь от ее прежней дружелюбности не осталось и следа.       — Я просто хотела быть вежливой, в отличие от твоих друзей, Су Ган. Но ты прав, впредь буду более осмотрительной в выражениях.       На этом она выдавила из себя скупую улыбку, которая тут же исчезла за прохладным фасадом, и развернулась, направившись к двери. Когда кабинет опустел, чеболь выругался и с не верящим смешком, прошелся по волосам ладонью. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы успокоиться.       Пусть выпендривается до поры до времени. Для Су Гана эта негативная оценка ничего не значит — училку в конце полугодия все равно заставят ее исправить. Она не стоит лишних телодвижений чеболя, как и любой другой временный работник. А за это время чеболь будет присматриваться к новенькой и искать ее слабые места, чтобы подчинить себе.