Зануда

Тишина в комнате была тяжёлой, осязаемой. Единственными звуками оставались их неровное дыхание и слабый гул городских огней за окнами пентхауса Бекки. Бекки лежала, раскинувшись на простынях, а на её коже всё ещё блестела лёгкая испарина. Волосы были в полном беспорядке, губы припухли и покраснели от поцелуев Фрин, а всё тело продолжало едва заметно вибрировать после того, как всего несколько минут назад её полностью лишили самообладания. Фрин, всё ещё переводя дыхание, убрала со лба влажные волосы и ухмыльнулась, глядя сверху вниз на свою «зануду». Но секунды шли, и тяжесть осознания того, что они только что совершили, повисла между ними. Бекки первая нарушила тишину. «Э-э… ​​может, мне что-нибудь принести? Может, воды… или перекусить?» Голос Бекки был тихим, почти застенчивым. Она натянула простыни на грудь, хотя они едва скрывали тот факт, что она все еще была обнажена. Фрин подняла бровь, забавляясь тем, насколько очаровательно неловкой внезапно стала Бекки. «Перекусить? Зануда, я только что уже съела тебя заживо. Разве этого было недостаточно?» Лицо Бекки вспыхнуло ярко-красным. «Фрин!» прошипела она, хлопнув её подушкой по плечу. «Ладно, ладно.» усмехнулась Фрин, наклоняясь, чтобы оставить нежный поцелуй на горячей щеке Бекки. «Ну а если серьёзно, от пиццы я бы не отказалась. У тебя есть?» Бекки удивлённо моргнула. «Ты… хочешь пиццу?» «Да. И вина. Ты же чертовски богата, зануда. Только не говори мне, что не держишь запасы вина, словно какая-нибудь одинокая наследница, которая ждёт своего тайного любовника.» Бекки застонала и закрыла лицо руками. «Ну почему ты такая?» Но у неё действительно было и то, и другое. Спустя двадцать минут Фрин вернулась из шикарной кухни Бекки, держа в одной руке исходящую паром коробку с пиццей пепперони, а в другой — бутылку дорогого красного вина. «Ужин подан». театрально объявила Фрин, с размахом опуская всё это на кровать. Бекки тихо рассмеялась и покачала головой, протягивая руку за двумя бокалами. «Ты просто невыносима». «И всё же я здесь. Голая. В твоей постели. Собираюсь разделить с тобой пиццу и вино.» Они устроились на кровати, скрестив ноги, прикрытые лишь небрежно наброшенными простынями. Первый бокал вина ушёл слишком легко. Второй — тоже. К третьему бокалу нервное напряжение Бекки окончательно растаяло, сменившись тёплым смехом, а её ладонь неосознанно легла на бедро Фрин. Фрин была ничуть не лучше. Её щёки порозовели, улыбка стала ленивой, а взгляд то и дело соскальзывал на обнажённые плечи Бекки, выглядывавшие из-под простыни. «Знаешь… а ты симпатичнее, чем я думала,» слегка заплетающимся языком произнесла Фрин, перебирая пальцами свободную прядь волос Бекки. «Ну спасибо», с шутливым смешком закатила глаза Бекки «Ты действительно умеешь делать комплименты девушке». «Я серьезно». Фрин наклонилась ближе, обдавая губы Бекки сладким винным дыханием. «Твои глаза… твои губы… это тело… блять, Бекки. Ты — сплошная неприятность.» Прежде чем Бекки успела что-то ответить, Фрин сократила расстояние между ними и поцеловала её. На этот раз поцелуй не был отчаянным или грубым. Он был медленным. Тягучим. Их губы лениво двигались, пробуя на вкус друг друга и вино, всё ещё остававшееся на их языках. Ладонь Бекки скользнула в волосы Фрин, когда она тихонько промычала прямо ей в губы. Фрин отстранилась ровно настолько, чтобы прошептать. «Нам нужно это запомнить». «Что ты имеешь в виду?» затаив дыхание, спросила Бекки. «Это». Фрин взяла телефон Бекки с прикроватной тумбочки. «Поцелуй двух пьяных в хлам идиоток, которые едят пиццу с вином. Улыбочку, зануда». «Погоди... что?!» Бекки попыталась схватить телефон, но Фрин уже сделала селфи. На фотографии были запечатлены их раскрасневшиеся лица, прижатые друг к другу, слившиеся в поцелуе губы, растрёпанные волосы и запутавшиеся простыни. «Ты сумасшедшая!» рассмеялась Бекки, и её лицо покраснело сильнее, когда Фрин сделала ещё один снимок — на этот раз запечатлев Бекки, хихикающую прямо ей в губы посреди поцелуя. Фрин пролистала фотографии и ухмыльнулась «Отлично. Теперь у меня есть доказательство, что примерная зануда на самом деле — скрытая искусительница, которая меня соблазнила.» «Я тебя не соблазняла! Ты…» «Тсс». прервала её Фрин новым неторопливым поцелуем, притягивая Бекки ближе, пока та наполовину не оказалась у неё на коленях. «Давай не будем спорить. Только не тогда, когда ты такая сладкая на вкус.» Они лениво целовались в перерывах между кусочками пиццы, слишком пьяные и слишком расслабленные, чтобы заботиться о чём-то ещё. В какой-то момент пустые бокалы из-под вина незаметно покатились и упали с прикроватной тумбочки. Наконец Бекки зевнула, и её голова бессильно опустилась на плечо Фрин. Фрин тихонько рассмеялась и нежно провела пальцами по её волосам. «Ты засыпаешь у меня на руках, зануда». «Мм... вовсе нет». «Так и есть». Фрин увлекла их обеих ниже, обнимая Бекки и укрывая под простынями. Бекки послушно прижалась к её груди, положив ладонь прямо туда, где билось сердце Фрин. «Спокойной ночи, Ребекка». Фрин запечатлела последний поцелуй на её волосах. «М-м... спокойной, Фрин». Спустя считанные минуты тихое дыхание Бекки заполнило комнату в унисон с дыханием Фрин. ------------------------------------------------------------------------ Солнечный свет лениво пробивался сквозь полупрозрачные шторы в спальне пентхауса Бекки, отбрасывая золотистые узоры на кровать. Фрин зашевелилась первой. В голове слегка пульсировало от вчерашнего вина, но нежное тепло, прижимавшееся к её груди, быстро отвлекло её. Она сморгнула остатки сна и посмотрела вниз. Бекки. Её зануда. Её волосы разметались по подушке, а губы были слегка приоткрыты, пока она тихо дышала во сне. Обнажённые плечи выглядывали из-под простыней, и Фрин внезапно с удивлением осознала, что её собственная рука крепко обнимает Бекки за талию. Хуже того — её бёдра прижимались к ягодицам Бекки, её утренняя эрекция была толстой и твёрдой, зажатой между бедром Бекки и простынёй. Чёрт. Первым порывом Фрин было отстраниться. Но она помедлила, скользя взглядом по шее Бекки, её гладким плечам и вспоминая, какими они были на вкус под её языком прошлой ночью. В этот момент Бекки пошевелилась, слегка сдвинулась с места — и замерла. Ей хватило секунды, чтобы понять, где она находится и что именно горячим, твердым предметом прижимается к её ноге. Её лицо мгновенно залило румянцем. «Ф-Фрин...» голос Бекки был хриплым, шепотом, дрожащим от смущения. «Ага... утра, зануда.» Голос Фрин был хриплым ото сна, и она попыталась придать ему непринуждённый тон. Она откашлялась и слегка отстранилась назад, давая Бекки свободное пространство. Бекки перевернулась на спину, судорожно прижимая простыню к груди. Их глаза встретились — обе были смущены, обе мысленно прокручивали вспышки вчерашней страсти. Поцелуи. Прикосновения. То, как Бекки с придыханием выкрикивала имя Фрин, когда… Бекки нарушила молчание. «Э-э... доброе утро.» «Доброе», повторила Фрин, потирая затылок. «Похоже, мы… излазили всю твою гигантскую кровать, да?» Бекки нервно рассмеялась. «Да… эм, извини за это». Фрин слабо ухмыльнулась, хотя её сердце бешено колотилось в груди. «Я не жалуюсь. Ты… тёплая». Бекки отвела взгляд, крепче сжимая простыни. «Тебе… тебе, наверное, сначала стоит сходить в душ. Там… слева». «Ты уверена?» «Да». «Хорошо». Фрин откинула одеяло и встала, абсолютно голая. Бекки успела мельком взглянуть на неё, прежде чем заставила себя уставиться в потолок, чувствуя, как лицо горит огнём. «Нравится то, что видишь, зануда?» поддразнила она, хотя в ее голосе не было обычной едкости. «Ф-Фрин!» пискнула Бекки, уткнувшись лицом в подушку. Тихо посмеиваясь, Фрин направилась в душ, крича в догонку «Расслабься. Я быстро». Дверь с щелчком захлопнулась, и Бекки резко выдохнула, закрывая лицо обеими руками. О чём, чёрт возьми, я только думала прошлой ночью? От звука бегущей в душе воды её сердце забилось ещё сильнее. Она отчётливо представляла себе Фрин: как вода потоками стекает по её подтянутому прессу, а сильные ладони скользят по мокрым волосам... «Нет нет нет, хватит, Бекки». Она слегка похлопала себя по щекам и вскочила с кровати. Быстро схватив вещи, она направилась к гостевой ванной в конце коридора. Встав под холодные струи воды, Бекки попыталась успокоить поток мечущихся мыслей. Она ведь говорила себе, что это только на одну ночь. Всего на одну. Просто чтобы выбросить Фрин из головы. Но почему тогда сердце так сжималось при мысли, что Фрин уйдёт из её жизни, будто ничего и не было? Тем временем в ванной Фрин прислонилась к прохладному кафелю, пока вода стекала по её спине. «Ловко, Армстронг. Чертовски ловко». Она проклинала себя за то, что проснулась с членом, прижатым к бедру Бекки, как какая-то похотливая идиотка. И всё же она не могла забыть, какая Бекки на ощупь — мягкая, тёплая, идеальная рядом с ней. Её губы всё ещё покалывало от их пьяных поцелуев. Возьми себя в руки. Ты ведешь себя как чертов влюбленный щенок. Она – всего лишь интрижка на одну ночь. Вот и всё. Фрин спустилась по лестнице, небрежно закинув дорожную сумку за плечо. На ней была простая чёрная футболка и рваные джинсы, а кожаная куртка лениво свисала с руки. Её растрёпанные волосы всё ещё хранили едва уловимый аромат шампуня Бекки, и она злилась на себя за то, каким уютным казался этот запах. Она твёрдо решила уйти до того, как даст себе растаять из-за прошлой ночи. Но когда она вошла в гостиную, Бекки была там. На ней было безразмерное худи, из-под которого виднелись обнажённые ноги; она стояла, прислонившись к кухонной стойке. «Уже уходишь?» тихо спросила Бекки, не поднимая глаз от исходящей паром кружки в своих руках. «Да. Спасибо за…» Фрин запнулась, «за всё, зануда». Бекки слабо рассмеялась, лениво водя пальцем по ободку чашки. «Хотя бы на кофе останешься?» Фрин замерла. Кофе? Такая простая просьба. Но что-то в тихом, полном надежды голосе Бекки заставило её кивнуть. «Хорошо. Одна чашка. Я не задержусь надолго». Она села за кухонный стол, пока Бекки отвернулась, чтобы налить ей кружку. Аромат тут же окутал Фрин — насыщенный, крепкий, с едва уловимой сладостью, которая дразнила её чувства. Бекки придвинула к ней чашку. «Попробуй». Фрин сделала осторожный глоток… и её глаза слегка округлились, прежде чем она вернула лицу бесстрастное выражение. «Это... неплохо», сказала она с невозмутимым лицом, ставя кружку на стол. «Неплохо для зануды». «Неплохо?» Бекки подняла бровь, забавляясь. «Это самый лучший комплимент, который я от тебя получу?» «Тебе повезло, что я не выплюнула его с театральным эффектом.». Бекки покачала головой, и слабая улыбка коснулась её губ. «Это мой любимый рецепт. Я доводила его до идеала с пятнадцати лет.» Фрин слегка нахмурилась. «Погоди… так ты не заказала его в каком-нибудь шикарном заведении?» «Нет. Исключительно моя работа». «Чушь». Фрин снова взяла кружку, делая глоток, словно проверяла теорию. «Ты хочешь сказать, что девчонка, которая спотыкается на ровном месте, варит кофе на уровне профессионального баристы?» Бекки закатила глаза. «Продолжай в том же духе, и я 'случайно' пролью следующую чашку на твою куртку.» Из груди Фрин вырвался смех — искренний и непринуждённый. Она даже не понимала, что улыбается, пока не поймала на себе взгляд Бекки. Их момент прервался, когда взгляд Фрин скользнул в сторону гостиной. Что-то привлекло её внимание — большая рама, аккуратно висящая на стене. Её глаза сузились; она поднялась и подошла ближе. В этой раме была фотография Бекки с двумя взрослыми людьми и девушкой, которая выглядела точь-в-точь как сама Бекки; все они тепло улыбались на фоне элегантного сада. Но вовсе не декорации заставили сердце Фрин пропустить удар. Дело было в людях. Она узнала их мгновенно — это были Армстронг. Магнаты. Богатейшая семья во всей Азии. Сердце бешено заколотилось о рёбра, когда она резко повернулась к Бекки. «Подожди секунду…» Голос Фрин стал низким. «Ребекка… Патриция… Армстронг?» Бекки замерла, и её костяшки побелели, крепче сжав кружку. Челюсть Фрин сжалась, когда до неё наконец дошло. «Ты… ты не просто Бекки. Ты та самая Ребекка Армстронг?» «Да», тихо призналась Бекки, её плечи напряглись. «Ты та наследница, о которой все говорят? Та, что могла бы купить весь этот город и даже глазом не моргнуть?» «... да». почти шепотом произнесла Бекки.