Принятие

Осень 2015го года Задача была поставлена максимально убого: пойди туда — не знаю куда, и принеси то — не знаю что. Вот тебе портал-ключ, собирай людей. Риск максимальный. Гарри выругался. В Аврорате во времена зачистки активных приспешников Волан-де-Морта появилась традиция: предупреждать семьи, если аврор уходил на особо сложное дело. Прикинув в уме расписание Джинни, он позвонил жене. Та долго не отвечала, и он уже был готов сбросить звонок и отправить сообщение, но она всё-таки сняла трубку. Голос у неё был запыхавшийся. — Да, дорогой! Извини, бежала по лестнице. Я ужасно опаздываю. — Джинни… Слушай, Джинни… Дело серьёзное, я собираю людей, и мы отправляемся через час. Ещё и Малкольм в отпуске — дают кого-то на замену, а я с ним знаком лишь шапочно. Джинни не отвечала. — Дорогая?.. — Да-да, я слышу, просто… давно такого не было. Мне приехать? Да, знаешь, давай я приеду. У меня сейчас серьёзная встреча, я никак не могу её пропустить, но я тут же приеду, как освобожусь. Гарри поблагодарил жену и закончил разговор. Его немного укололо, что Джинни не отменила работу, но он успокоил себя тем, что она просто привыкла к тому, что он лучший и он неуязвим. Новенький прибыл за десять минут до отбытия. В отряде Гарри так было не принято, но Джейсон внимательно выслушал инструктаж, потрясающе прошёл тесты на реакцию и был не то чтобы прощён, но принят. Он был молод: ему было двадцать пять, и даже под одеждой было видно, что у него просто потрясающее тело. И ещё от него пахло сексом. Дана, обожающая шуточки ниже пояса, не смогла удержаться: — Ты в следующий раз девчонку погорячее найди, чтоб не опаздывать. Напряжение немного спало. За минуту до отправления Гарри увидел Джинни: она подбежала к нему, обняла, быстро чмокнула в щёку и, отступив на безопасное расстояние, пожелала удачи. Гарри улыбнулся ей, потом посерьёзнел, дал команде знак, чтобы все схватились за белый пластиковый тазик, игравший роль порт-ключа, и произнёс заклинание активации. Уже готовясь перенестись в неведомое, он, не выпуская палочки, провёл тыльной стороной ладони по щеке, стирая помаду Джинни, и понял, что следа на руке нет.

***

Это был лес. Уснувший на зиму глубокий лес, покрытый подтаявшим снегом. Не очень хорошо, и летом у них было бы больше шансов, прячься они в листве. Их атаковали сразу, как только они прибыли на место. Атаковали исключительно Авадой. Бросившись врассыпную, отряд Гарри отчаянно сыпал контрзаклинаниями направо и налево, но никто никак не мог увидеть, кто же их враг. Гарри как идиот перебегал от одного дерева к другому с тазиком в левой руке, проклиная техномагов, которые делают такие непрактичные портал-ключи. Ещё в первую же минуту он понял, что обстановка не способствует выполнению задачи и что впору уносить ноги, но для этого им всем нужно было собраться вместе и схватиться за этот чёртов таз. Дана, самая толковая и проворная, как кошка выпрыгнула откуда-то сбоку и больше не отходила от Гарри ни на шаг, синхронно повторяя его действия. Они всегда хорошо работали в паре. Гарри ещё давно пришлось нехотя признать, что Дана — его лучший партнёр, раза в два надёжнее Рона, способного на непредсказуемые и опасные выходки. Дерек, коренастый и сильный, не отличался гибкостью, а потому ещё в Академии ставку сделал на другое: он пёр напролом, обложив себя мощными, лично усовершенствованными заклинаниями защиты. Добравшись до Гарри и Даны, он накрыл их куполом, давая тем возможность сконцентрироваться на атаке и обеспечивая возможность убраться отсюда поскорее. Оставался только Джейсон. Гарри, продолжая выкрикивать проклятия, оценил обстановку: новенький в отряде, как и он сам, был атакующим лидером и двигался соответствующе. Его силуэт маячил то тут, то там, но вот, в чём беда: он от них удалялся. — Мы уходим! Давай сюда! Они видели, как их коллега, услышав голос, вдруг замер в нерешительности за стволом могучего дуба и, приглядевшись, рванул к ним. Купол Дерека трещал по швам, пора было уходить. Отряд отработанным манёвром двинулся навстречу Джейсону. Тот, спрятавшись за камнем, вдруг крикнул: — Они меня уводили! Я был уверен, что вы в другой стороне! Я слышал ваши голоса, но откуда-то оттуда! Дана грязно выругалась, а в памяти Гарри замаячил какой-то огонёк о чём-то, с чем он когда-то сталкивался. Тем временем Джейсон никак не мог выбраться из-за своего укрытия: казалось, что все Авады нацелились только на него. Понимая, что камень долго не выдержит, Гарри приказал оставить попытки атаковать и, усилив купол, выдвинуться на спасение коллеги. Им это удалось: синхронно перебегая, находя максимально близкие друг к другу прикрытия, чтобы не разорвать защиту, они подобрались к Джейсону — осталась всего пара метров. — Давай ставь щит и к нам! Гарри, Дерек и Дана распластались на земле в линию, чтобы сократить дистанцию. Выглядели они со стороны комично: Гарри, грудью навалившийся на таз, левой рукой цеплялся за ботинок Дерека, а правой был готов аппарировать. Дерек, поддерживая одной рукой купол, второй хватался за ботинок Даны, а та, в свою очередь, поддерживая защиту, протягивала руку к Джейсону. Тот, понимая, что шквал заклятий, не утихающий ни на секунду, прекращаться не собирается, наконец решился: взмахнул палочкой и прыгнул, пытаясь ухватиться за Дану. Зелёные вспышки разом погасли, и за мгновение до того, как Джейсон, свалившись, смог до неё дотянуться, они ударили по нему, пробивая защиту. Ударили все вместе, не оставляя ни шанса на выживание. Тело Джейсона тяжело рухнуло на землю, Дана схватила его за руку с палочкой, и Гарри, пробормотав заклинание, эвакуировал свой отряд обратно в Аврорат.

***

Смертей среди них не было давно. Не было с тех самых пор, как они с Роном в составе большой команды разбили последнюю шайку Пожирателей. Это было больше десяти лет назад. Гарри, наконец избавившись от идиотского таза, кинулся к Джейсону в отчаянной надежде. Дана лежала ничком, не выпуская его руки. Её плечи тряслись. Дерек лежал на спине, глядя в потолок. Вдруг зал прорезал отчаянный крик: "Нет!" К безмолвно застывшему Гарри подбежала Джинни и, упав на пол, перевернула Джейсона на спину. Она, заглянув в его безжизненные глаза, издала стон и стала осыпать его лицо поцелуями, размазывая помаду. Гарри не понял. Понимать было нечего, но мозг отказывался принять увиденное. Он обратился к жене: — Джинни, я здесь, я в порядке. В ответ та разрыдалась, упав головой на грудь Джейсона. Гарри смотрел на эту картину и всё ещё не мог осознать. — Джинни, это Джейсон. Я здесь, я в порядке. Он положил руку ей на плечо, но та дёрнулась всем телом и в отчаянии прокричала: — Лучше бы это был ты! Гарри отшатнулся. В зале стояла звенящая тишина и рыдания его жены остро резали ушные перепонки. Он поднял глаза и увидел в отдалении на своём привычном месте техномагов. Чуть в стороне плакала мать Дерека, а парень Даны держал её за руку. Гарри догадывался, что они чувствуют: боль из-за смерти человека и постыдную, но всё оправдывающую радость за то, что это случилось не с их близкими. Никто, кроме Джинни, к ним так и не подошёл: смысла не было, всё уже свершилось. Ответственный за задачу офицер разведки смотрел в точку перед собой, сжав кулаки так, что костяшки побелели. Дерек, неловко поднявшись, подошёл к Гарри и, видимо, пытаясь спасти ситуацию, попробовал увести Джинни, но та облила его страшными проклятиями и распростёрлась над телом любимого, как мать над убитым ребёнком. Гарри почувствовал приступ тошноты. Он отстранённо подумал, что вот теперь-то тазик и пригодился бы, и сумел сдержаться. Взмахнув палочкой, он аппарировал домой, в свой кабинет, где, наконец, его стошнило прямо себе под ноги.

***

Томас нашёл Гарри в кабинете, сидящем на полу по-турецки. Палочка была отброшена в сторону, очки тоже. Гарри сидел, невидяще глядя в точку, и, казалось, ничего не замечал. Томас подумал, что это большая удача, что дети Поттеров уже несколько дней гостят у Уизли. — Не ругай домовиков за то, что они позволили мне войти. Они боятся за тебя. — Ты знаешь: я никогда не был жесток к тем, над кем имею власть. Томас подошёл ближе и присел на корточки. — Я всё понимаю. Прости, но тебе нужно вернуться и доложить. Ты отвечаешь за отряд. Дерек и Дана всё рассказали, но необходимо твоё слово. Не отвечая, Гарри неловко поднялся. Нашёл очки, палочку и прямо посмотрел на Томаса тяжёлым, больным взглядом: — Что-то я не припомню, чтобы в истории Аврората случались подобные казусы. Томас взял друга за локоть и аппарировал в Министерство.

***

Перед входом в главный конференцзал Дана и Дерек, откинувшись на спинки стульев, дожидались своего командира. После того, как он исчез, техномаги, наконец, зашевелились. Они поспешили увести Джинни, но та продолжала извергать ругательства и кидалась в драку настолько яростно, что пришлось её обездвижить с помощью заклинания. Её унесли из зала и передали колдомедикам. Дане и Дереку позволили обняться с родными, а затем забрали на допрос. Слушали их по отдельности, чтобы сравнить показания. Это было неправильно: расспрашивать отряд без Гарри, но все негласно согласились дать ему немного времени, чтобы прийти в себя. — Слушай, а ты… знала? Ты же, вроде, девчонка, слухи там какие или что… Дана вздохнула. — Знала. Я ещё год назад их застукала в какой-то подсобке. Дерек встрепенулся и в гневе уставился на неё. — И ты ничего не сказала?! — Лезть в чужую семью — дело гиблое. Вот женишься если когда-нибудь, то поймёшь. Дерек отвернулся: — Жениться после того, что я сегодня видел? Нет уж, спасибо. Гарри и Томас появились прямо перед ними. Это нарушало протокол, но ситуация явно позволяла отступить от правил. Томас бросил: "Мы поговорим с Гарри наедине", — и завёл его в конференцзал. Собралась вся верхушка. Томас, будучи близким другом и соратником Гарри, а также главой Аврората, отнёсся к произошедшему со всей серьёзностью. Заняв своё место, он предложил Гарри сесть напротив и рассказать свою версию событий. — … и я с таким где-то встречался. Я не могу вспомнить, о чём речь, но мне это показалось знакомым. — Вы встречались с этим феноменом в бою или в литературе? Гарри напряг память. Конечно, именно такого он в жизни не видел, но что-то похожее — да. Это было что-то жуткое, что-то неприятное… — Расщепление. Это был второй или первый год зачистки, когда нам с Роном попался некромант, который разделял своё сознание и вкладывал его в тела, которые он доставал из могил. Это не крестражи, но, если в тело попадала Авада, эта часть сознания не возвращалась. Тот мерзавец смог разделить себя только напополам, и мы спокойно его пришили. Это был его первый и последний опыт, как мы поняли. — Почему Вы так поняли? — Прежде чем это провернуть, он прыгал, радостный как ребёнок, и кричал: "Наконец-то, наконец-то я готов!" Ну, что-то такое примерно, я точно не помню. — Мистер Поттер, но с чего Вы решили, что эти события связаны? Гарри почувствовал, что силы его на исходе. — Идеальная синхронность. Я никогда больше такого не видел. Послушайте, я устал. Я потерял человека. Этот человек оказался любовником моей жены, и она пожелала, чтобы на его месте был я. Если бы полевые агенты, на чьей совести была подготовка, работали нормально, а не чёрт знает как, нас бы не ждала засада, — Гарри нашёл главу разведки и вперился в него взглядом. — Последние полгода все только и ждали, что это случится. В то время, когда мы гонялись за Пожирателями, мы не боялись смерти, потому что знали, что все, кто причастен, сделали всё, что могли, и даже больше. Мы знали, что мы все в одной лодке и мы едины. У меня складывается впечатление, что сегодня мы стали пушечным мясом. Разведка боем. Только вот на разведку боем никто не отправляет свой лучший отряд. Я потерял человека, у него не было шансов в одиночку выдержать натиск, а в это время я, чёрт возьми, обнимался с ебучим тазиком! Тазиком! Какого хуя?! Гарри трясло. Он с честью вынес весь допрос, обстоятельно и максимально подробно изложив суть дела. Он дал наводку, в каком направлении копать, а эти тупые лица смотрят на него своими тупыми глазками и задницы не поднимут, чтобы вместо ебучих тазов или разваливающихся башмаков в следующий раз выдать нормальный портал-ключ! Тишину нарушил Томас. — Мы тебя услышали, Гарри. Если тебе больше нечего добавить, то можешь идти отдыхать. Ваши показания полностью совпадают и разбирательства в отношении отряда по делу о смерти Джейсона возбуждено не будет. Прости, но это было необходимо. Я объявляю тебе и твоим коллегам внеочередной недельный отпуск. За это время мы попробуем разобраться с причинами этой трагедии и принять меры, чтобы предотвратить подобное в будущем. Гарри встал со своего места и направился к двери. Уже взялся за ручку, но потом, вспомнив, повернулся обратно к присутствующим: — У кого есть контакт на хорошего адвоката по бракоразводным процессам? Никто не ответил и не осмелился посмотреть ему в лицо. Гарри и не ждал, что кто-то кинется к нему с визиткой перед всем залом: запрос обозначил и ладно. Тут много разведённых.

***

Вечером того же дня Гарри получил с десяток смс с номерами брачных адвокатов. Некоторые совпадали, и, выбрав самого популярного, он набросал тому письмо и отправил его с совой. С чувством выполненного долга Гарри в очередной раз приложился к огневиски. Дерек предлагал напиться всем вместе, но, кажется, делал это из вежливости и сочувствия, и Гарри отказался: он видел, что его команде хочется поскорее оказаться со своими. Своими… Такого удара, как сегодня, Гарри ещё не знал. Это не смерть Сириуса или других во время боя, это предательство. Страшное, чёрное предательство от женщины, с которой он прожил половину своей жизни и растил троих детей. Когда? Когда, чёрт возьми, она его нашла?! Как долго всё это длится?! Гарри не мог чувствовать боль, но он чувствовал пустоту. Холодную, высасывающую душу пустоту. Это не было похоже на атаку дементора, это было что-то другое, что-то… "Лучше бы это был ты!" Невозможно… И он ничего не видел! Он радовался, что у них всё хорошо, что они преодолели кризис, возникший из-за работы и статуса. Он спал с ней в одной постели, он обнимал её по ночам, он целовал её при встрече, когда она заходила за ним в эти последние полгода. О, нет… Он вспомнил, как на руке не осталось следа от помады, а от Джейсона пахло сексом. — Сука! Гарри запустил стаканом в стену. Идиот! Какой же он слепой идиот! Вскочив, он заметался по комнате. Она стала одеваться иначе, по-другому. Она сменила привычный макияж на более утончённый. Он-то думал, что это для него. Она стала веселее и мягче. Идиот, какой он идиот! Гарри схватил стул и ударил им об пол. Стул оказался крепким и уцелел. Тогда, нашарив палочку, он взорвал его заклинанием. Потом спалил портьеры. Потом вручную разбил монитор. Потом разорвал несколько случайных книг. Хотел выдрать цветок из горшка, но вдруг остановился — цветок живой, его жаль. Жаль… ему жаль цветок… а ей жаль, что вместо него умер другой… Гарри почувствовал себя маленьким брошенным ребёнком. Одиноким и никому не нужным. Таким, каким он всегда был. Почти на двадцать лет он сумел забыть, что он просто сирота, ставший оружием для убийства Волан-де-Морта, и не более. Он убил его, поймал Пожирателей, и ему казалось, что он заслужил любовь. Казалось, что Джинни любит его. Может, и правда любила, но… что пошло не так? Почему? Когда? А если Джейсон был не единственным? А если все знали?.. Что он сделал не так? Почему она его не любит? Он дал ей всё: статус, деньги, карьеру, детей, семью. Что не так?! Гарри вспомнил о детях. Да, он теперь не мальчишка, он отец, и он за них в ответе. Он не имеет права раскиснуть. Хотя… их всё равно сейчас здесь нет… Он открыл новую бутылку огневиски и залпом выпил сразу половину. Ему хотелось забыться. Ему хотелось закрыть глаза, а открыв их, оказаться в Хогвартсе на пятом курсе, когда Сириус и все остальные ещё были живы. Нет, нет — переживать гибель Сириуса снова? Ни за что! Ему тогда было плохо, как же ему было плохо! Он разрывался от беззвучных криков боли и летал, летал, летал… Но потом всё прекратилось. Резко, будто кто-то исцелил его за одну ночь. Гарри попробовал вспомнить, что так сильно на него повлияло, но не смог, а только вызвал странное щекотное чувство где-то в голове. Это было неприятно и непонятно и показалось подозрительным. Джинни… Он вспоминал её шёлковые волосы и улыбку. Их первый поцелуй: робкий, мягкий и с потрясающим чувством того, что они всё делают правильно и что теперь всё можно. Они знали, что их чувства взаимны, и могли открыться друг другу, не страшась отказа. Их первый секс был чем-то удивительным: для Гарри это было чем-то связанным не с физическим желанием, а с невыносимой щемящей нежностью. Он прикасался к ней, такой хрупкой и податливой, и он не верил своему счастью и боялся ей навредить или причинить боль. Он не доверял себе и был уверен, что неловок и неуклюж, но она подбадривала его, будто это он красна девица, а не наоборот. Гарри чувствовал ответственность и эта ответственность была для него важнее, чем его долг перед миром — он был первым мужчиной у любимой женщины. Не зная, как сделать, он поддался своей любви к ней, и он справился: она лежала в кровати и улыбалась. Он спросил её: "Я читал, девочкам… ээ… бывает больно впервые… ты… как?" В ответ Джинни засмеялась, и этот смех был похож на звон серебряного колокольчика — настолько заливистый и счастливый! "Да, бывает, но мне повезло. Ты замечательный!" — и поцеловала его в губы. Гарри плыл в потоке счастья. Даже смерть друзей в войне и предстоящая охота на оставшихся Пожирателей не могли затмить радость от того, что он получил то, чего никогда не имел — любовь. Он любил и был любим. Просто так. А просто так ли?.. А может, всё это с самого начала была ложь? Расчёт на то, что быть подружкой Поттера — это ого-го?.. А может, вся его нежность, вся его забота — всё это было ей в тягость?.. Любила ли она его?.. Гарри сидел на полу посреди разрушенной комнаты. Он был чертовски пьян, голова кружилась, по лицу текли слёзы. Эй, мужик, тебе тридцать пять лет и у тебя трое детей, а ты ревёшь как баба! Да, реву. Как баба. Я люблю тебя. Я любил тебя. Я дал тебе всего себя, я дал тебе всё! Ты родила мне троих детей… Зачем? Он дотянулся до бутылки и допил остатки. Ему стало совсем плохо и его снова стошнило. Тут же появился Кричер и пропищал: — Господин… Сэр, пожалуйста, можно я уложу Вас в постель? Пожалуйста. Мы очень переживаем за Вас. А ещё я умею лечить похмелье. Мы решили, что будет лучше, если я помогу. Пожалуйста, сэр! Гарри безучастно смотрел на доброго домовика и думал о том, насколько он сам жалок. Отвратителен и жалок. Жалок настолько, что даже домовики вмешались. — Вы уже в курсе? — во рту было мерзко, в горле пересохло, и голос охрип. Поёжившись, Гарри сглотнул. — Да, сэр. Нам сказала Тайка. Это кузина Тийки. Тайка работает в Министерстве и… Домовик замолчал, испугавшись кривой улыбки на лице господина. Гарри спросил: — Почему так холодно? Огромные глаза домовика распахнулись, и он виновато пробормотал: — Нет, сэр, всё как обычно. Вы заболели, сэр? Гарри хотел встать, но завалился обратно, едва не вляпавшись в собственную рвоту. Омерзительно, он жалок и мерзок. — Я лягу в гостевой комнате. Сейчас, я только… Домовик со страданием на лице наблюдал за новой попыткой хозяина встать и, не выдержав, схватил того за руку, потом шлёпнул его по носу, подпрыгнув, в прыжке крутанулся вокруг своей оси и дунул Гарри в лицо. Дыхание у домовика пахло травами, и вдруг Гарри осознал, что головокружение прошло и он вполне трезв. Эльфийская прикладная магия в действии. — Спасибо, Кричер… — Не стоит благодарностей, господин. Гостевая готова. Я Вас перенесу. Гарри не стал спорить и уже через мгновение стоял посреди уютной комнаты с расстеленной двуспальной кроватью. В углу горел камин, но Гарри знобило. Кричер, очевидно, взяв всё в свои руки, подпрыгнул и коснулся лба своего господина. — У Вас нет температуры, сэр. Ложитесь спать. Нам что-нибудь передать сэру Альбусу и мисс Лили? — Скажи, что папа и мама их очень сильно любят. Кричер кивнул и исчез: видимо, посчитал свои обязанности выполненными. Гарри забрался в постель и свернулся калачиком. Он никак не мог согреться, и ему было настолько холодно, что его била дрожь. Он укрылся с головой тяжёлым одеялом и дышал на ледяные пальцы, но это мало помогало. Он снова вспомнил, что так уже было: отчаянно плохо, разбившийся вдребезги мир, одиночество и вечный холод. Первая половина шестого курса… Гарри чувствовал, что назавтра он обязательно провалится в бездну, что сейчас его держит только магия доброго Кричера, и он отчаянно хотел вспомнить, как он смог выбраться в прошлый раз. Ему нужно было догадаться, понять, как он вернулся к жизни, чтобы воспользоваться уловкой вновь и пережить развод. Джинни… единственная его за всю жизнь женщина, единственная любовь… И вот ему тридцать пять лет, у него трое детей… Ему тридцать пять лет, у него трое детей… Развод… Гарри вдруг отчётливо осознал, что он не просто один, а он останется один. Он не найдёт себе другую, он просто не сможет поверить, что всё всерьёз и по-честному. Не теперь, не после того, как Джинни рыдала на глазах у его коллег над телом своего любовника. Гарри вытащил его, не бросил. Он рисковал собой и своими людьми, чтобы спасти Джейсона. Но ведь он тогда не знал… А если бы знал, то что? Что тогда?.. Тогда он бы всё равно сделал всё, чтобы его спасти: просто потому что Гарри по-другому не мог, и он это знал. И он сам себе за это был омерзителен: ценой своей жизни спасти любовника жены… как же он жалок. Спасатель хренов. Кто бы его спас…