Драббл Барселоно-австрийский

- Нет, ну ты представляешь, он вообще не отреагировал! Нино смотрел на хозяина, скосив голову набок. Казалось, он внимательно слушает, но на самом деле в кулаке у Макса были зажаты маленькие собачьи печеньки, и Нино был готов слушать сколько угодно историй ради вкусняшки. Зачем Макс рассказывал собаке про Джорджа Расселла, он сам не знал. Нино даже никогда Джорджа не нюхал. А жаль, подумал про себя Макс, ведь пахнет Джордж офигенно. Днем Макс столкнулся с Джорджем на входе в паддок, и решил сразу сообщить ему о предложении Тото. Просто так. Ну, чтобы увидеть его смешное взволнованное лицо. Эту линию между бровями, когда ему что-то не нравится. Он даже девочке из медиакоманды сказал: смотри, щас губы надует. А он не надул. Ну вот и доверяй после этого людям. - Мне Тото звонил, мы разговаривали тут про контракты и все такое, - бросил Макс как бы небрежно, буравя взглядом Джорджа. Джордж улыбался и жал ему руку. Его лицо не изменилось никак. Он только кивнул и сказал: «Ну, удачи». К чему именно это относилось, Макс не понял. Рукопожатие закончилось. В отчаянии, Макс повернулся вслед Джорджу и слабо сказал: «Но денег как-то мало предложил…» Джордж даже не обернулся полностью, просто махнул рукой в пол-оборота, по-прежнему улыбаясь. Ну, это никуда не годится. Он уже пару раз обмолвился в медиа, что Кими быстрее напарника. Он не вдавался в подробности того, были ли у Джорджа какие-то технические проблемы. В конце концов, все остальные видят только то, что показывают. А показывали, что Кими был быстрее. Ну, тут было грех не набросить. Он очень ждал, как же Джордж отреагирует. Может быть, бросит колкость в его сторону? Его тоже было за что подколоть. За Монако, за старты. Но нет. Тишина. Кроткая улыбка. Как же это бесило. Ну ничего, сезон долгий. Он обязательно достанет Джорджа Расселла. Макс разжал ладонь и отдал собаке печенье. Нино упоенно захрустел, прикрыв глаза от удовольствия. - Эх ты, псина, никакой от тебя поддержки, - Макс похлопал таксу по боку, и пес завилял хвостом. *** Барселона была так себе, по крайней мере для него. Выиграл Льюис, Мерседес как-то подозрительно слил стратегию, Джордж упустил победу, да еще и под Кими подставился. Макс уже придумал пару едких замечаний. Шел к прессе, потирая руки, как муха. На экране транслировали подиум, и Макс задержался. Вышел Ландо. Камера показала его, с фирменной мальчишеской улыбкой, отчего Макс и сам заулыбался. Камера переключилась на оранжевую команду. Команда хлопала и приветствовала своего пилота. Объявили Джорджа. Он вышел, помахал публике и встал на свое место. Вышел Льюис. Камера переключилась на ликование команды в красном. Так стоп. Что-то здесь было не так. Льюис подкидывал свой трофей под крики толпы. Рядом стоял Джордж, опустив взгляд на свой. Держал его мягко и смотрел, будто на мертворожденного младенца. Макс сморщился. «Это вроде его сотая гонка за Мерседес», - пронеслось в мыслях и защекотало в переносице. Его подозвали для интервью. Он на автомате рассказал про свою одинокую гонку, про медленную машину, поздравил Льюиса, сказал еще что-то про обновления. Его мысли были заняты другим. «Если ты туда сунешься, тебя ждет то же самое» - звучало в голове. Другой голос спорил, что уж с ним-то такого точно не случится. Сам Макс хотел, чтобы заткнулись оба. Макс ненавидел это ощущение дрожания над грудиной, когда каждый вдох прерывался на несколько маленьких вдохов, а выдохи не приносили никакого облегчения. В детстве все это значило, что он вот-вот заплачет, и ему нужно было побыстрее спрятаться, чтобы отец не увидел. Сейчас это ощущение просто напоминало ему о слабости и страхе, которым не было места в его жизни. Он пытался отбросить эти мысли, но соцсети подкидывали ему пост за постом. Видео с Тото после гонки. Комментарии фанатов, скриншоты с подиума. И это проклятое фото Джорджа, где синева его глаз скрыта тенью, а тонкие длинные пальцы осторожно укачивают извивающийся железный силуэт трассы. Макс просто выключил телефон. *** Пару дней спустя в блаженной неге цифрового детокса Макс вышел на прогулку с Нино. Он бродил по улицам, раздраженно раздавая автографы. Внезапно, собака сильно потянула его в сторону, во двор. «Извините, приспичило!» - Макс развел руками на расстроенных фанатов, радостный сбежать от их внимания. Забежав в сравнительно тихий двор, он, посмеиваясь, наклонился почесать Нино с обоих боков, благодаря за услугу, пока пес потянулся дальше и уткнулся носом в бежевую штанину, жадно втягивая свежий запах прохожего. Макс хотел было распрямиться, но в этот момент прохожий наклонился почесать Нино за ухом. Они неуклюже ударились друг об друга лбами и Макс сквозь сверкающие точки в зажмуренных глазах уловил знакомый парфюм. Он знал, кто перед ним, еще до того, как открыл глаза. - Джордж, - выдохнул он, прижимая ладонь ко лбу. - Не получилось врезаться в меня на трассе, и ты решил разбить мне голову своей собственной башкой. Уважаю за целеустремленность, - Джордж, сморщив лицо, тер рукой место удара. Макс улыбнулся и переступил с ноги на ногу. От удара зрение на пару секунд было смазанным, приглушенным, и Джордж казался ему выцветшей пленочной фотографией, от которой веяло теплом и прошлым; тем, что он забыл, а сейчас вспомнил. Серьезный большеглазый мальчишка, с которым ему так и не удалось подружиться, превратившийся в высокого улыбчивого мужчину, с которым ему так же не удалось подружиться. Макс поджал губы и попытался проморгаться, прогоняя картинку прочь. - На подиуме-то был кто-то из ваших в итоге? – небрежно задал он вопрос, который на самом деле мучал его все это время. Джордж исподлобья посмотрел на Макса. «Вот она - морщинка между бровей», - отметил Макс про себя. Взгляд, направленный на него, был полон раздражения. - Какого хрена ты постоянно меня цепляешь? – прорычал Джордж. – Я два года и слова плохого о тебе не сказал, а ты только и ищешь шанс меня поддеть. Отвали от меня, просто отвали. Макс отступил на шаг назад. «Ну вот, ты же хотел реакцию – получи», - разочарованно сказал первый, пессимистичный голос в его голове. - Да не то что бы я о тебе много где говорю, это в основном ты обо мне, - слова опередили мозговую деятельность Макса. – Да и вообще я так-то с сочувствием спросил. - Ого, а что еще ты делал с сочувствием? А то, может, я недопонял, - Джордж говорил низким тихим голосом. Это было странно, и у Макса от звука пошли мурашки по рукам. Когда Джордж тяжело сделал шаг на него, Нино угрожающе зарычал на незнакомца в бежевых штанах, защищая хозяина. Джордж глянул вниз на длинную собаку, и его лицо смягчилось: он стер ладонью злобную гримасу и заменил ее улыбкой. - Смешная у тебя собака. Джордж присел перед Нино и что-то успокаивающе заворковал, гладя таксу по короткой шее, и пес мгновенно и позорно сдался, повернулся к Джорджу боком, подставляясь под его ладонь. «Собаки похожи на своих хозяев», - сказали оба голоса в голове Макса одновременно. Он надул щеки и тяжело выдохнул, уставившись в сторону. Когда Нино развалился на спине, предлагая почесать ему животик, это стало последней каплей. - Так все, нагулялись, пошли, - буркнул Макс и дернул поводок. Джордж почему-то рассмеялся. Громко, искренне. Продолжал смеяться, поднимаясь и разглаживая свои бежевые штаны. - Макс Ферстаппен приревновал ко мне свою собаку, - Джордж смотрел на Макса сощуренными от смеха глазами. - А может тебя к собаке! – слова снова опередили мозговую деятельность, и Макс заржал сам, делая вид, что это такая очень классная шутка. Джордж вскинул брови и покачал головой. Пару мгновений они молчали, вдыхая легкую прохладу разливавшегося вокруг них вечера. - Да было там человек семь из моего гаража. - Ну, лучше, чем ничего. Они смущенно кивнули друг другу, отводя взгляд. Макс дернул собаку еще раз, и Нино сделал пару шагов в сторону дома. Джордж махнул рукой, показывая, что тоже уходит. На прощанье Джордж протянул Нино руку, и тот послушно положил лапу ему в ладонь, виляя хвостом. Макс удивился, ведь обычно эта хитрая сосиска не выполняла никакие команды без угощения. А затем Джордж протянул руку Максу, и тот тоже послушно положил свою руку в его ладонь. «Ага, вот оно что» - пробубнил второй голос в его голове. *** - Средний палец в практике был лишний, - Джордж догнал его на лестнице, которой Макс воспользовался во избежание сочувствующих взглядов в лифте. Расселл сиял. - Не знаю, как у тебя, а у меня нет лишних пальцев, - уныло ответил Макс, отворачиваясь и ускоряя шаг. Джордж засмеялся, не отставая. Макс ускорился еще. Джордж тоже прибавил. Макс, коротко оглядываясь, начал перемахивать через две ступеньки, предусмотрительно выставив руку в сторону и блокируя пространство для обгона. Джордж догнал и вписался в него плечом, прижав к стене. Макс с наигранным возмущением вскрикнул: «Десять секунд Расселлу за вдавливание соперника!» и Джордж захихикал, вырываясь вперед и перепрыгивая через невообразимые четыре ступеньки своими длинными ногами. Когда они добрались до этажа, оба согнулись, опираясь на колени, чтобы восстановить дыхание, изредка пропуская шипящие смешки. Джордж отдышался первым. Макс выпрямился медленно, выгнулся в пояснице и тяжело закряхтел. - Сильно приложило? – серьезно спросил Джордж, глядя на то, как Макс на секунду сморщился. Уже после квалификации он посмотрел повтор его аварии. - Ну, как видишь, живой, бегаю, - отшутился Макс. – Хотя лучше б не бегал, колено побаливает. - О, есть тибетская техника точечного массажа, которая мне отлично помогает, - Расселл поднял указательный палец вверх, готовясь рассказать об этом подробнее. - Да? Сделаешь? – выдал Макс. Даже с приливом крови к мозгу после импровизированного кардио слова все равно вылетали раньше, чем он успевал подумать. Джордж замер с открытым ртом и поднятым вверх пальцем. Он выглядел так нелепо, что Макс заржал. Джордж поднял брови и с полуулыбкой вопросительно раскрыл ладонь. - Эммм… нет? Я думаю, твой физиотерапевт справится? Макс фыркнул и переступил с ноги на ногу, направив взгляд на обитый темно-синим ковролином пол. Они стояли почти рядом с его номером. Тишина затянулась, перерастая в неловкость, и Макс вытащил из заднего кармана джинсов ключ-карту. Быстро глянув на Джорджа, он с извиняющимся видом указал на дверь своего номера. - О, окей. Иди отдыхай, - Джордж потрепал его за плечо и направился дальше по коридору. - А ты в каком? - Четыреста девятый. Соскучишься – забегай. Макс кивнул и завалился в свой номер. Через минуту ему показалось, что он уже соскучился. *** Макс немного подремал, но больше ему спать не хотелось. За окном сдавленно дышала душная австрийская ночь, принося мало облегчения после изнурительного залитого солнцем дня. Казалось, воздух был тяжелым даже несмотря на работающий без перерыва кондиционер. Макс ворочался, откинув с себя одеяло, но покоя не находил. Да и колено все еще давало о себе знать. В итоге он встал с кровати и прошелся по номеру. Щелкнув пальцами три раза, Макс всунул ноги в тапочки и вышел. Минутой позже он стоял у двери с золотистым номером «409». Возможно, Джордж уже спал, и было бы неловко его сейчас будить. Он отошел от двери и развернулся к себе. Потом вернулся к двери. Снова было повернул, но услышал за дверью шорох и обрадовался: Джордж не спал. Макс с довольным видом постучал. Джордж открыл ему спустя несколько долгих мгновений. На нем был стандартный белый махровый халат, видимо, после недавнего душа. Макс открыл было рот, чтобы в очередной раз сказать что-нибудь необдуманное, но Джордж схватил его за ворот синей редбулловской рубашки и втянул в номер. Обычно Макс реагировал молниеносно на любую ситуацию – профдеформация. Но сейчас, когда в приглушенном свете номера он почувствовал легкий укус на своей нижней губе, влажные чужие губы, пахнущие вишней, и твердое, но невыносимо нежное прикосновение ладони к шее, он просто замер, не в состоянии придумать, что ему делать дальше. Джордж отстранился, не убирая руку, и вопросительно посмотрел на Макса. Макс уставился на него широкими от неожиданности глазами. - Разве ты не за этим пришел? – еле слышно спросил Джордж. Макс на автомате отрицательно покачал головой. На самом деле, он не знал, зачем он вообще пришел, но вроде как не за этим. Хотя… Джордж порывисто опустил руку и отошел на два шага назад. - Но… все эти подколки, «ревную тебя к собаке», намеки про массаж? – та самая любимая морщинка между бровей появилась на обеспокоенном лице Джорджа, и Макс понял, что пропал. – Я подумал… Боже, я… Прости… Макс не соображал. Он видел цель и не видел препятствий. Как дикий зверь, он почти прыжком сократил дистанцию, обхватил Джорджа в медвежьем объятии и бесцеремонно повалил на кровать. Целовал жадно, кусался и царапался, чувствовал пульсацию в висках от каждого тихого стона мужчины под собой. Джордж обхватил его ногами, запустил пальцы в его волосы и отвечал с таким же рвением. Макс инстинктивно вжал свои бедра в Джорджа и пытался двигаться, идя на поводу у нарастающего возбуждения. Джордж зашипел и Макс удивленно заглянул ему в лицо. - Джинсы плотные. Больно. Макс опустил взгляд и увидел, что под халатом у Джорджа ничего не было. От контакта с грубой тканью твердый член Джорджа покраснел и теперь неритмично вздрагивал. Макс нежно провел рукой вдоль, наслаждаясь горячей плотью. - Тысяча извинений, - прошептал Макс и аккуратно развязал пояс халата, открывая для себя тело Джорджа целиком. Он уткнулся носом в бархатистую кожу около выпирающей косточки таза, потерся щекой, как кот, проложил маршрут из поцелуев наверх, к шее, довольно усмехаясь каждому сбивчивому выдоху Джорджа. На ходу он расстегнул свои джинсы и практично заметил, что в этой ситуации они были удобнее, чем его привычные скинни – снимались легче. Он вгляделся в лицо Джорджа – его глаза были закрыты, грудь вздымалась в тяжелом дыхании, губы – искусанные самим Максом – приоткрыты. Макс рассматривал его секунд десять, но Джордж нетерпеливо распахнул глаза и притянул его к себе, беря инициативу в поцелуе. Макс обхватил ладонью их обоих, прижал друг к другу и начал двигаться сразу быстро, чтобы услышать, какие еще звуки умеет издавать Джордж Расселл. Ему особенно понравилось смешанное со стоном глубокое грудное хрипение. Джордж оттолкнул его и взобрался к изголовью кровати. Пошарив рукой под подушкой, он нашел заранее припрятанную упаковку смазки. - Отличник Джордж отлично подготовился, - посмеялся Макс, устраиваясь поудобнее рядом. - Поверь мне, я очень хорошо подготовился, - Джордж передал смазку Максу и с вызовом посмотрел ему в глаза. Долго уговаривать Макса не пришлось. Его вообще не пришлось уговаривать: через 0,001 секунды он уже размазывал по себе прохладную субстанцию, задыхаясь от ожидания. Джордж развернулся к нему спиной и этот вид был достоин кисти Рубенса, но Макс думал сейчас отнюдь не о высоком, поэтому он просто прижался сзади к Джорджу, сжал ладонью упругую ягодицу и прошептал ему в ухо: - Я вхожу. - Добро пожаловать, - фыркнул Джордж, но в следующую секунду уже захлебнулся собственным всхлипом, почувствовав осторожничающего на пороге Макса. Подготовка действительно была основательной – Макс вошел легко, начал двигаться мягко, медленно, видя, что Джордж сразу растаял в удовольствии, без единого намека на боль. Одной рукой Макс прижимал его к себе, другую мертвой хваткой обвил вокруг шеи, развернув голову так, чтобы было удобно впиваться своими губами в его. Постепенно все вокруг погрузилось в туман. Он слышал только глухой, влажный звук резких ударов бедер, чувствовал теплое дыхание из вишневого рта, аромат мятного шампуня на волосах Джорджа. И боль в колене. Она мешала сосредоточиться, и в итоге он замедлился и остановился, от чего Джордж возмущенно развернулся на него. Макс виновато сморщил нос: - Колено. - Да блять, - раздраженно зашипел Джордж, схватил Макса за плечи и впечатал в матрас, садясь сверху. Тонкие пальцы сильно сжимали Максу плечи, оставляя красные следы. Было видно, что Джорджу нужно совсем чуть-чуть, и Макс протянул руку помощи. Он касался члена мягко, будто массируя, пока Джордж обрывисто увеличивал амплитуду, издавая полукрик-полуплач, и запрокидывал голову, извиваясь всем телом. Туман над Максом сгущался, все ощущения сконцентрировались внизу живота; он бессильно разжал руку, и где-то на фоне кто-то недовольно зарычал. Но мгновение спустя Макс уже изогнул спину, хватаясь за чьи-то бедра, вжимаясь в них. Собственный голос звучал потусторонне, глухо, но это был его голос, он вибрировал у него в груди. Разгоряченное тело успокоилось, обмякло – Макс сладостно выдохнул, не открывая глаз. Когда он их открыл, Джордж все еще сидел на нем, скептично сжав губы. Макс вспомнил, что у него осталось незаконченное дело. Он демонстративно облизал свою ладонь, уставившись в лицо Джорджу, и обхватил его член, пока тот продолжал двигаться на Максе, теперь уже деликатно и без амплитуды, прикрывая глаза. - Смотри на меня, - приказал Макс, взяв Джорджа за подбородок и направив его лицо на свое. Голубые глаза распахнулись шире и Макс спокойно смотрел прямо в них, замечая, как они загораются от каждого движения его руки. Долго Джордж не продержался. На пике своего наслаждения он лишь протяжно выдохнул, не сводя глаз с Макса, не моргая. Затем он просто упал ему на грудь и уткнулся носом в шею, время от времени содрогаясь, выпуская на волю остатки своего удовольствия. Макс гладил его по волосам и целовал в лоб. Он пришел за этим – за тихим дыханием, за соприкосновением кожи, за ощущением ударов чужого сердца на собственной груди. Было приятно получать желаемое. *** - Желтые в десятом повороте. И двойные желтые на старт-финишной прямой. - Это значит полный газ мимо машины справа, да?.. Шучу, шучу. Джордж закатил глаза и закрыл твиттер.