Дыхание

Детство Суворовых выдалось в достатке: никто не голодал, не носил обноски, дети  не были обделены родительской любовью, но все хорошее когда то заканчивается, так ведь?  Суворов Кирилл - директор казанского завода, любящий отец, замечательный муж, но алкоголь выбил из него все хорошие черты, оставляя только ненависть к собственным детям, жестокость к матери его двоих детей и горе от потери первой жены. Он никогда не любил Диляру, жил с ней, только для создания красивой картинки благополучной семьи, чтобы люди, не дай бог не начали шептаться за спиной. Но все тайное рано или поздно становится явным.  Февраль, 1984 год.  - Бать, пошли домой уже, - с усталостью в голосе проговорил его старший сын, пятнадцатилетний Владимир, пытаясь поднять отца с земли. - Ну не вернуть уже маму, не вернуть…Че ты устраиваешь, а?   Кирилл лежал на заснеженной земле, в обнимку с холодным каменным памятником своей ушедшей жены.  - Не смей так говорить! Понял меня? - со злостью выкрикнул отец, тяжело дыша алкогольными парами и ударяя себя кулаком в грудь, прямо в область сердца.  - Там Диляра дома, Аринка, Марат…Пошли давай, - Вова с трудом потащил отца к автобусной остановке.                Смерть матери когда-то сильно ударила по Вове. Ему было всего десять лет, когда в их дом пришло страшное слово - рак поджелудочной железы. А еще через год мамы не стало.    В тот памятный морозный вечер отец впервые поднял тему развода, и уже на следующий день они с Дилярой стояли под дверьми ЗАГСа с заявлением в руках.  Вскоре Кириллу предложили хорошую, перспективную должность в Москве. С собой он решил забрать тринадцатилетнюю Арину - отец отчаянно хотел увезти ее подальше от суровости Казани, чтобы дочь не думала ввязываться в уличные группировки, как это уже начинал делать ее старший брат. Десятилетний Марат остался в Казани с матерью и Вовой. Девочке было невыносимо тяжело расставаться с семьей, но пойти против воли авторитарного отца она не могла.  Август, 1984 год. Железнодорожный вокзал.  Пол улицы пришло провожать Арину. Низенькая, рыжеватая девочка с испуганными зелеными глазками, стояла на платформе и горько плакала, смотря на всех своих родных и друзей. Поезд отходил через пять минут, и все по очереди подходили прощаться.  Диляра со слезами на глазах обняла свою дочь. Она не хотела отпускать свою девочку в чужой город, но умом она понимала: в Москве Арине будет куда лучше.  Братья, едва сдерживая слезы, по очереди попрощались с сестрой. Каждый из них втайне боялся, что в Москве отец снова начнет пить, но выбора у них не было. Затем подтянулись школьные подружки - девчонки рыдали навзрыд, не желая отпускать любимую подругу. Даже близкие друзья Вовы пришли проводить младшую сестру своего товарища, которую знали почти с детства. Вахит подошел к Арине и крепко, по-мужски, пожал ее маленькую руку.  - Еще увидимся, мелкая, - с уверенностью в голосе сказал парень и отошел в сторону.  Следующим шаг сделал Валера и крепко накрепко обнял подругу, словно пытался защитить от всего мира. Ему было безумно  тяжело прощаться с девочкой, к которой он испытал свою первую, еще детскую, но уже такую сильную любовь.  - Ну всё, беги, Ариш, - с трудом выдавил парень и выпустил её из объятий.  - Я буду очень скучать! - дрожащим от слез голосом крикнула Арина, окинула всех прощальным взглядом и забежала в тамбур вагона.