Между строк

На следующий день Гермиона, хоть ей совсем и не хотелось, поднялась в Астрономическую башню. Она думала, что должна отдать Драко его книги, но тот, видимо, так не считал. Он не показался, и Гермиона, закончив свою текущую домашнюю работу, сразу же вернулась в гостиную Гриффиндора. Ей не хотелось его видеть, ведь после того, как она прочла письмо, она жутко боялась, что он догадается об этом, как только увидит его, вложенное в учебник. – Амбридж дала слизеринцам разрешение на дополнительные тренировки. Чтоб они провалились, – жаловался Рон, когда они шли на Травологию спустя пару дней. – Они заняли поле? – отозвался Гарри. – Ага, Малфой был там вчера, и позавчера тоже. Это просто не честно. Гермиона сочувственно посмотрела на него, подметив, что Малфой, видимо, решил углубиться в квиддич вместо учебы. Как интересно, ведь Люциус рекомендовал сыну делать с точностью до наоборот. Что ж, тем лучше для всех. Они зашли в теплицу и заняли свое привычное место. Рон все еще не мог оставить волнующую его тему. – Глядите, как радуется, – с презрением протянул он, выцепив Драко взглядом среди слизеринцев. – Разрешение на тренировки ему не понадобится, если герань оттяпает ему пару пальцев. Гарри прыснул, Гермиона невольно улыбнулась, бросив взгляд в конец общего стола. Драко ловил ворон, не участвуя в веселье своих дружков. Гойл тыкал пальцем в ярко-красный цветок, стоящий в горшке в центре стола, тот, попискивая, мотал головой и пытался вцепиться в толстую фалангу. Малфой внезапно хохотнул, и что-то бросил Гойлу, все засмеялись. К нему подошла Пэнси и, коснувшись его плеча, стала что-то говорить на ухо. Гермиона поняла, что смотрит на них непозволительно долго, когда Рон привлек ее внимание. – Гермиона! Она обернулась. – Да? Рон, естественно, ничего не заметил. – Тебе нужен секатор? – А, да… Спасибо, Рон. Если бы в теплице не было так жарко, было бы заметно, что Гермиона покраснела от смущения. Профессор Спраут не заставила себя ждать, и Гермиона была ей очень благодарна. Они принялись за зубастые герани. Некоторые из них были еще совсем молоденькими, другие в самом расцвете сил, третьи готовы к сбору урожая. Им пришлось меняться местами с другими студентами, чтоб ознакомиться с каждым из этапов созревания цветка. – Эй, Уизли! Ты слышал? – бросил Малфой, проходя мимо. – Их зубы можно выгодно продать. На твоем месте я бы умыкнул парочку. – Закрой рот, – протянул Рон безучастно. Гермиона, опешив, сверкнула на Драко глазами. В последнее время он почти не задирал их. Пэнси хихикнула, проплывая рядом. – Сводишь куда-нибудь свою грязнокровку на День Святого Валентина, – протянула она, радуясь, что подыграла Драко, однако тот уже занял место возле другого горшка и будто бы забыл про свой выпад. Рон виновато взглянул на Гермиону. Она улыбнулась. – Ерунда, – бросила она и сделала вид, что записывает какие-то детали из того, что объясняла им профессор Спраут. Но это была не ерунда, ее рука дрожала. Это была лишь одна из сотни брошенных слизеринцами фраз, но почему было так неприятно? Гермиона сделала запись и подняла глаза. Драко смотрел на нее так, будто это она в чем-то провинилась. Гермиона вдруг вспомнила про письмо и потерялась. Не мог же он узнать, что она его прочла? Нет, это бред какой-то. Урок тянулся жутко долго.

***

Гермиона не хотела снова идти в Астрономическую башню. Если ее поймали на чтении чужой переписки, это было ужасно унизительно. К тому же она все еще злилась на Малфоя из-за того, что он позволил своей подпевале ее оскорбить. Впрочем, что он должен был сделать? Он сам задал этот тон, первый посмеявшись над Роном. Гермиона не знала, что именно раздражало ее больше всего. Ее злила вся ситуация в целом, тот факт, что они вообще когда-либо общались во внеурочное время, и она словно оказалась втянута в ненужную драму. Гермиона буквально заставила себя прийти, чтоб отдать чертовы книги. Впрочем, Драко, кажется, сегодня тоже был в паршивом настроении. Он зашел в кабинет, плюхнулся на соседний стул и достал свои записи так, словно ничего и не произошло. Гермиона все еще рассматривала атлас. – Привет, Грейнджер. Она возмущенно открыла рот, но взяла себя в руки и постаралась быть нарочито небрежной. Настроение Малфоя не должно было ее волновать, и она хотела, чтоб он это уяснил. Она не собиралась вестись на эти манипуляции. – Осторожно, испачкаешь свою дорогующую мантию, – скривилась она. Драко ухмыльнулся, сразу же поняв, о чем речь. – Да ладно тебе, – он воззрился на нее с таким лицом, будто ситуация была необоснованно раздута. – Будешь обижаться на обычные шутки? Гермиона аж побелела от такой наглости. Она мгновенно забыла про свои опасения по поводу дурацкого письма. – Это не шутка, Малфой, – она захлопнула атлас и отодвинула его, – это конкретное оскорбление. Какого черта ты это позволяешь? – ее тон стал звенящее ледяным. – Что я должен был, сделать ей замечание? – Драко, конечно же, понял суть ее негодования. Он только сделал вид, что не услышал слова Пэнси, – спустись с небес на землю, Грейнджер! – постарался он бросить это как можно более пренебрежительно и картинно усмехнулся. Гермиона встала. Его тон просто выводил ее из себя, Драко это почувствовал и даже насторожился. Смешок был лишним, но он не планировал, что она так разозлится. Гермиона сама удивилась своей реакции. – Ничего не должен, естественно, ты же настоящий кретин, – прошипела она и буквально швырнула ему его учебники. – Приятно оставаться. Она с грохотом задвинула стул и сорвалась с места. Драко резко подскочил и схватил ее за руку. – Стой, куда ты собралась? – его голос звучал так, словно принадлежал кому-то другому. В нем неожиданно для самого Драко были эмоции. Гермиона нахмурилась, но она явно не ожидала такого выпада, а потому немного растерялась. – Не смей так делать… – она мягко высвободила свою руку. Драко взглянул на дверь, как будто опасался, что их могут увидеть. – …рости, ладно? – первое слово звучало уж слишком тихо, Гермиона подумала, что ей послышалось. – Что? – Ничего. Я просто пошутил над твоим дружком, Грейнджер. Разве не было смешно? – его глаза наигранно округлились, и Гермиона покачала головой. – Нет, – сказала она, но уже не так холодно. – Держи себя в руках. Они смотрели друг на друга, и Гермиона вдруг подумала, что ненавидит себя. Она уже не злилась. Она поддалась его манипуляции. Драко тоже как будто выглядел растерянным. Он не ожидал, что будет извиняться, это было слишком. Он никогда не извинялся. – Что ж… Как насчет Заклинания левитации? – он провел рукой по волосам и попытался перевести все в шутку, вспомнив ее недавний совет повторить первый курс. – Как скажешь, – Гермиона пожала плечами и все еще смотрела на него строго, ей было противно от самой себя, но она ничего не могла поделать. Она хотела простить его. – Если тебе это необходимо. Драко улыбнулся на этот подкол, и Гермиона снова подумала, что эта улыбка словно принадлежала другому человеку. При виде нее внутри что-то отзывалось. Они вернулись к столу. Драко взял свой учебник и принялся его листать, надеясь так немного остыть. Гермиона поняла это, ей было не по себе. Она разглядывала Малфоя, стараясь запечатлеть в памяти его растерянный вид. – Может быть… что-нибудь из трансфигурации, – пробормотал он, словно это решение сейчас было важней всего. Она кивнула, с трансфигурацией у нее проблем не было. Пока Малфой копался в учебнике, она вдруг вспомнила про чертово письмо, которое лежало в нем где-то между страниц. "Мы с твоей матерью наслышаны о том, какую пользу ты приносишь." Да уж, точно. Она все еще пыталась злиться, но теперь не могла. Идиотка. Только не смей сочувствовать Малфою из-за одного хлипкого извиненьица. Интересно, в их семье подобное общение – норма? Гермиона наблюдала за ним, думая о тех немногих моментах, когда она сама встречала Люциуса Малфоя. Это был не самый приятный опыт. Драко долистал до раздела преобразующих чар и уставился между страниц, но не на текст, естественно, а на жалкий сложенный вдвое листок. Он резко посмотрел на Гермиону и по ее взгляду словно все мгновенно понял. – Ты читала? Гермиона резко выпрямилась. – Что? Я не… я не знаю, что это такое. Больно оно мне надо, – протянула она неуверенно. Драко нахмурился. Читала, естественно. Он достал письмо и положил его на стол. Он отреагировал так спокойно, как если бы содержимое письма было абсолютно не важно для него. Гермиона удивленно взглянула на него. Может, из-за того, что произошло перед этим, он просто не смог разозлиться на нее? Но когда это останавливало Малфоя? Он и сам не понял своей реакции, потому снова глянул на Гермиону и, считав некое сожаление в ее глазах, небрежно бросил: – Только не надо так смотреть, – он положил книгу на стол, чтоб ей тоже было видно, и Гермиона подвинулась чуть ближе.

***

После случившегося Гермиона сделала вывод, что они оба переступили какой-то незримый барьер. Она не была уверена, что Малфой отдавал себе в этом отчет, но он изменился. За несколько последующих дней он ни разу не огрызнулся на Гарри или Рона. Каждый урок Гермиона ждала, что он повернется, скривится в своей тошнотворной ухмылке и ляпнет что-нибудь. Хотя бы одну маленькую гадость. Но он этого не делал. Даже у профессора Снейпа. Гермиона была практически в отчаянии. Она сказала ему прекратить, и он это сделал? Так что ли? Нет, такого не может быть. Он должен быть Драко Малфоем и выполнять свою роль как следует. Может, сказать ему об этом? Гермиона второй день не ходила в Астрономическую башню. Они ни о чем не договаривались, так что она и не должна была приходить. На самом деле, ее напугало то, что в какой-то едва уловимый миг, она чуть не разглядела реального человека за личиной Малфоя, которого она ненавидела все эти годы. Этому надо положить конец. Гермиона была совершенно уверена в том, что может все контролировать, и пыталась это делать. Естественной реакцией было то, что она только больше начала думать обо всей этой ситуации. "Ничего не произошло, а значит надо вести себя соответственно, а не как идиотка," – сказала она себе и опять поднялась на седьмой этаж. Гарри был не в лучшем состоянии из-за своих снов и встреч со Снейпом, а Рон постоянно причитал из-за квиддича и сложности домашних заданий, поэтому они оба не были удивлены тому, что Гермиона предпочитала заниматься отдельно. Когда она пришла, Драко уже сидел за учебниками. Сегодня он не стал тренироваться, ведь вчера слизеринцы уже успешно сорвали тренировку Гриффиндора, чем довели Рона до бешенства. Гермиона об этом, конечно, не знала. В кабинете было еще несколько человек, поэтому Малфой лишь едва заметно кивнул ей в знак приветствия. Лучше и быть не могло, никакой неловкости. Гермиона разложила перед собой свои письменные принадлежности и стала зарисовывать зубастую герань на каждом этапе ее формирования. – Не выглядит ли она уж слишком кровожадной? – Драко уселся за стол спустя часа полтора, когда Гермиона уже заканчивала свое творение. Она невольно улыбнулась. – Я так вижу. – Естественно, – многозначительно отрезал он и положил на стол свои учебники, а затем развернул пергамент. – Есть кое-что поважнее. Гермиона отвлеклась от своей работы и взглянула в его свиток. Текст был весь в пометках профессора Снейпа. – Это прошлая работа по зельям? Кажется, профессор Снейп остался не в восторге. Я думала, ты у него в любимчиках. – Я тоже. Чертова алихоция, – он ухмыльнулся и, откинувшись на стуле, поправил свои волосы пальцами, как будто размышляя о чем-то. Гермиона подвинула пергамент к себе и стала читать, пытаясь понять, в чем состоят ошибки. Текст был написан достаточно складно, поэтому она даже немного разволновалась от осознания того, что оценен он был явно по всей строгости. Она не была уверена, что сама сможет получить Превосходно на СОВ по Зельям. Драко воспользовался этим моментом и устремил на нее свой взгляд. Она забавно вытягивала губы пока читала, раньше он этого не замечал. Ему не хотелось ее прерывать, но Гермиона словно почувствовала на себе его взгляд и чуть не поймала с поличным. – Профессор Снейп хочет Превосходно на экзамене, чтоб взять нас на шестой курс, – протянула Гермиона, по ней сразу было видно, что она мягко говоря не в восторге от этого условия. Драко кивнул, Снейп говорил об этом чуть ли не каждый урок. Его явно это не сильно тревожило, – он знал, что был хорош. – Хочешь сказать, ты уверен, что у тебя получится? – она сложила руки на груди, лукаво улыбнувшись. Драко усмехнулся, мгновенно считав, что сама она в молчаливой панике на этот счет. – Естественно, Грейнджер. А ты? Неужто не уверена? – Ну… это сложный предмет. Малфой не верил своим ушам, но не стал ее переубеждать. – Нужно все повторить, – отрезал он и забрал из ее рук свой пергамент. Она кивнула, думая, что он имел в виду. Ему нужно или им нужно? Малфой уже все решил, собственно, какой у нее выбор? Сказать, что она должна больше времени проводить в гостиной Гриффиндора? Она ведь староста, в конце концов. Но… Разве они не прекрасно до этого готовились по другим предметам? – Ага, – Гермиона отвернулась к своей работе по Травологии и принялась снова обводить клыки. Она уже совсем не понимала, что происходит.

***

В последнее время Драко начал подозревать, что дело было не только в том, что Грейнджер была умна и полезна в учебе. Иногда он открывал учебник, сидя один в подземелье, и в ответ на то, что он в нем читал, в его голове звучал голос Гермионы. Она постоянно иронично комментировала некоторые устаревшие авторские формулировки. Это было раздражающим занудством, но иногда позволяло взглянуть на вопрос с другой перспективы. В один такой вечер, когда Драко был один, он снова подловил себя на подобных мыслях, и ему стало не по себе. Он больше не ненавидел ее. Возможно, это началось давно, он не знал. Видел ли он различия между ними? Определенно, но как бы он ни пытался убедить себя в обратном, связаны они были далеко не со статусом крови. Он подумал о ее друзьях. О, их он точно не переваривал. Мальчик который выжил. Мальчик, который всегда и во всем был успешен, даже если не приложил никаких усилий. Выскочка, герой, чемпион Хогвартса по квиддичу. И его рыжий бездарный дружок-подпевала. При мысли о них Драко начинало мутить от злости. Сидя за завтраком, он бросил взгляд на гриффиндорский стол. Гермиона сидела с Поттером и Уизли. Естественно. Они как обычно мило беседовали, она сначала что-то объясняла им с серьезным видом, а потом хихикала. С ними она проводила все время. Легко и весело. Они никогда не удостоились бы ее презрительного взгляда, ведь они ее самые близкие друзья. Соотвествующие, правильные, до тошноты честные и простые как два кната. Им доставалась улыбчивая, расслабленная, легкая Гермиона. А ему – та, которая всегда была начеку. После нескольких недель совместной учебы она все еще сидела рядом с неестественно прямой спиной, словно выверяя каждое движение в попытке не давать лишних поводов сомневаться в своей безупречности. С Драко она даже не могла поздороваться на людях, наверняка стыдилась даже думать о том, что они иногда разговаривают. Он был готов поспорить, – об этом не знала ни единая душа. Он раздраженно отвернулся. Теперь Малфой ненавидел ее компашку еще больше. Вечером он поднялся в башню в ужасном расположении духа. Они собирались пробежаться по некоторым зельям и разобрать нюансы. Гермиона конечно же волновалась по поводу сложности предмета, но старалась этого не показывать. Ей не хотелось быть слабой в глазах своего жесткого партнера по учебе. Драко ведь наоборот всегда выглядел уверенным в своих силах. Однако, сегодня Гермионе показалось, что он был не в духе. В то же время, от него не утаилось волнение Гермионы, она немного суетилась. Драко сам не заметил, как начал легко считывать подобное. В такие моменты он невольно старался возвращать ее в реальность, иногда слишком резко. Но это всегда безотказно работало. – Может… почитаем про противоядия? Ох, я об этом ничего толком не знаю. – Это не уровень СОВ, Грейнджер, ничего такого не будет. – А вдруг… – Прекрати истерить. У нас есть четкая программа. Гермиона нахмурилась – это было грубо. Драко осекся и взглянул на нее. Он понимал, что просто злится, но не на Гермиону. Вчера они не встретились, и хотя он не знал наверняка, чем она занимается и с кем, он догадывался. По школе уже несколько месяцев ходили слухи, что Поттер регулярно проводит собрания с другими учениками. Естественно, такие как Драко были не достойны вступить в сей закрытый клуб. Впрочем, ему это и даром не надо было. Малфой сделал вид, что его увлекла стопка учебников. – Ладно, давай посмотрим. У меня есть кое-что про противоядия, – он достал нужный учебник и стал листать, подвинув его ей поближе. Гермиона смягчилась и склонилась над страницами. Драко раздражало то, что он пытается ее успокоить, как будто его должно волновать ее самочувствие. А Гермиону злило то, что ее задела его грубость. Ей хотелось, чтоб он был с ней повежливей. Может, ей хотелось и самой быть с ним повежливей, но это как будто было непозволительно. Она стала читать, нервно накручивая свой локон на палец. Драко слушал, поглядывая на нее, ее дурацкое волнение вызывало у него противоречивые чувства. Она раздражала его, но не только этим. Ему снова и снова приходилось мысленно возвращаться к тому, о чем она читала. Противоядие от составного зелья не сводится к набору противоядий для отдельных его компонентов. Отдельных. Его. Компонентов. Этот локон не давал ему покоя. – Здесь есть некоторые из часто встречающихся ингредиентов… Думаешь… Что из этого может пригодиться? Драко захлопал глазами и уткнулся в учебник. – Мм… да, здесь слишком много всего. Он барабанил пальцами по столу, разглядывая перечень. Гермиона взглянула на него и заметила, что он какой-то странный. – Все в порядке? Если ты устал, можем разобрать это в другой день. Тема сложная… – Я не устал, – отрезал он. Гермиона кивнула, но ей было не впервой общаться с мальчишками и считывать их скрытный характер. Драко был, конечно, сложный пациент. – Ты какой-то грустный сегодня. Она подумала, может это из-за родителей. Но Малфой скорчил такую гримасу, будто ничего глупее не слышал, и издал смешок. – Хочешь поговорить по душам, Грейнджер? Я могу поплакать, – его тон был нарочито язвительный. – Да ну тебя! Не хочешь – не говори. Драко вдруг улыбнулся, и они переглянулись. На мгновение он уловил в ее взгляде что-то теплое и приятное и сразу же смягчился, но не хотел этого показывать. Черт, ему понравилось то, что она обратила внимание на его настроение. – Давай лучше разберем противоядия. Иначе ты не успокоишься! – буркнул он. Гермиона передразнила его, и напряжение между ними немного спало. Драко уселся поудобнее на стуле и замер, наблюдая, как Гермиона разбирает перечень ингредиентов. Ее палец скользил по странице, иногда она читала уверенно, а иногда озадаченно. Она качала ногой и время от времени убирала с лица мешающую прядь. Они вместе подытоживали, что стоит запомнить, но мысленно Драко был явно не в зельях. Она чувствовала его взгляд, но была уверена, что у нее просто галлюцинации от усталости. Они здесь, чтобы учиться, но вместо этого в голову лезут такие глупости. Оказывается, она никогда раньше не замечала, что Драко Малфой обладает этим холодным спокойным обаянием. Какой кошмар, и как глупо. Она закончила читать и подняла на него глаза, стараясь не выдавать своего смущения. – Что думаешь? Драко выпрямился, затем наклонился к ней и заглянул в учебник, который был отвернут от него. – Я думаю… – протянул он задумчиво и одним движением закрыл книгу. Гермиона застыла, чувствуя его ладонь рядом со своими похолодевшими пальцами. На мгновение в ее голове промелькнула безумная мысль. Драко молча взглянул на нее и, словно вспомнив, где он и с кем, отстранился. – Кажется, я правда устал. У меня сегодня была тренировка… – он вдруг встал и потянулся. – Лучше продолжим в другой день. Гермиона все еще держала книгу так, словно та могла ей чем-то помочь. Ее уши горели, но благо за копной волос этого не было видно. – Может, это знак, что не обязательно забирать у Гриффиндора возможность тренироваться, – она удивилась, что это был ее собственный голос. Звучал он немного неуверенно для тех язвительных слов, что она произнесла. Драко усмехнулся и взглянул на нее странно. – Обязательно, Грейнджер, – он говорил как будто более мягко, чем обычно. – Я люблю тренироваться. Когда Гермиона осталась одна, она так и продолжила сидеть в оцепенении за столом. Какая же идиотка. Нет, они точно больше не должны видеться. Но под каким предлогом? Гермиона спрятала лицо в ладонях, конечно же изо всех сил стараясь забыть и выкинуть из головы все, что выбивалось из нормы общения между ними. Но проблема в том, что все было неправильно с самого первого дня.

***

Гермиону опять всю ночь мучили кошмары. Может, это близкое нахождение рядом с Малфоем вызывало у нее видения о страшном будущем? Какая глупость. Почему она вообще об этом думает? Почему она даже заметила это прикосновение? Оно будто смутило ее. Гермиона не хотела знать ответ, ее сознание отвергало правду изо всех сил. Весь следующий день она делала вид, что ее настолько увлекли дела, что ей абсолютно не до разговоров с Гарри и Роном. Она не могла ни слова из себя выдавить. Как будто что бы она им не сказала было бы ложью, ведь в это время в ее голове царили ужасные мысли. Потому что она – ужасный человек. Ей показалось, что Драко Малфой смотрел на нее. В тот момент, когда Гарри переживает все эти сны и ментальную связь с убийцей своих родителей, а отец Рона только вернулся домой из больницы после нападения, она подмечает взгляд Малфоя, и он ей льстит. Ей льстит его внимание, несмотря на то, что все его существование обусловлено презрением к людям ее сорта – маглорожденным волшебникам. С этим презрением Драко Малфой должен вставать по утрам и отходить вечерами ко сну. Спустя пару дней она все же смогла немного успокоиться и выкинуть из головы навязчивые мысли. Только пришлось все это время заниматься в библиотеке. К тому же накануне вечером у них была встреча с Отрядом Дамблдора, и успешная отработка защитных заклинаний помогла ей как следует отвлечься. Кошмары ее пока не мучали. Гермиона одна поднималась в класс Трансфигурации после обеда, Гарри и Рон задержались в Большом Зале, увлекшись обсуждением с Джинни тактики на будущую игру. Обсуждали Гарри и Джинни, а Рон лишь сидел молча и рефлексировал над собственной бесполезностью. Гермиона ускользнула от них, но они уже смирились и не возражали. – Ты такой упрямый, Драко… Я же тебе уже говорила! – игривое восклицание донеслось до Гермионы, от неожиданности она резко обернулась. В коридоре возле кабинета Трансфигурации было почти пусто – обед еще не закончился. Но в дальнем углу, мимо которого она только что прошла, Гермиона увидела двух знакомых слизеринцев. Пэнси сидела на подоконнике и болтала ногами, сияющая и довольная собой, Малфой стоял рядом. Лица Гермиона не видела, но рука его лежала на подоконнике рядом с Пэнси. Они беседовали в немного неожиданной манере. Пэнси тут же заметила Гермиону и изменилась в лице. – Чего тебе надо? – крикнула она. Драко обернулся. Гермиона растерялась, она даже не поняла, что увидела и была готова тут же провалиться под землю от неловкости перед своим незадачливым партнером по переводам. – Удивлена, что школьные правила распространяются не на всех, – выпалила она, и глаза ее сами встретились с холодным взглядом Малфоя. Она ведь сказала себе не смотреть на него, но все получилось само собой. Драко явно был не в восторге от этого диалога. Пэнси скривилась. – О чем это ты? Умом тронулась, гряз… – Забудь про нее, – резко перебил ее Малфой, – идем в кабинет, – его рука коснулась ее колена. Пэнси послушно кивнула, отвлеченная жестом, который ей очень понравился, но все же посмотрела на него вопросительно, когда спрыгнула с подоконника. Драко взял свою сумку, и они направились в кабинет. – Пора вынырнуть из своих учебников и понять, что не все равны в этом мире, Грейнджер, – зло бросил он, проходя мимо. Гермиона осталась стоять в коридоре, ошарашенная собственной глупостью, затем подошла к окну. Студенты постепенно стягивались в кабинет, и она решила подождать Гарри и Рона снаружи. Школьные правила. Какая же идиотка. Гермиона взглянула на свои руки, лежащие на подоконнике, пальцы слегка дрожали. Драко придержал для Пэнси дверь и зашел вслед за ней. Она еще что-то сказала, но он уже не слушал. Ему совсем не нравилось то, как он стал реагировать на Грейнджер. Вчера он злился, а несколько минут назад думал о том, что трогать Пэнси за коленку прекрасная идея. Теперь Грейнджер заметила их, и он заметил, что она заметила. Она считает, что имеет право его отчитывать? Драко плюхнулся за стол и достал свои книги, жестом поправив волосы. Интересно, почему она слоняется одна? Он открыл учебник, не вникая в то, что в нем написано, и машинально взглянул на Пэнси. Она ему нравилась. Лучше бы она до конца произнесла в адрес Грейнджер то слово, которое собиралась, это бы все упростило. Зачем только он ее перебил? – Профессор МакГонагалл сегодня на взводе, – проворчал Рон, когда они уже были заняты отработкой заклинания. Она только что отчитала его с особым остервенением. – Я видел, как они с Амбридж опять спорили в коридоре, интересно чем все это закончится, – протянул Гарри, взглянув на Крэбба и Гойла, которые теперь очень веселились. – Не думал, что скажу это, но, надеюсь, эта должность действительно проклята, – усмехнулся Рон, – иначе мы пропали… – он замолчал и удивленно взглянул на Гермиону, у которой уже третий раз не получилось исполнить заклинание. – Что? – буркнула она, но потом сразу же улыбнулась, заметив растерянность Рона. По размышлении, часть которого пришлось на добрую половину урока Трансфигурации, Гермиона приняла волевое решение вечером позаниматься в Астрономической башне. Если она не придет, Малфой обязательно решит что-нибудь на ее счет, так что она должна прийти и показать, что ее не тревожат никакие возникшие неловкости. Может даже воспользоваться шансом прояснить ситуацию. Да, будет унизительно, но это лучше, чем избегать любых встреч. Вдруг Малфой решил, что она смущена их общением? Одни и те же мысли циркулировали в ее голове по кругу. Пока Гермиона поднималась вечером по лестнице, ей стало казаться, что нет никого более разумного и зрелого, чем она. Ей плевать на Малфоя, она презирает его и не собирается становиться жертвой ситуации. Гермиона разложила все необходимое на столе, но зелья ее сегодня как-то не увлекали. Ей вдруг показалось, что она и так в них отлично разбирается. Она встала и отошла к полкам с книгами. Несколько студентов все еще работали за столами, когда объявился Малфой. Гермиона заставила себя даже не поднять головы от книги, хотя знала, что это он. Его сумка шлепнулась на стул, кто-то из студентов начал собираться. Дверь снова хлопнула, и все стихло, Гермиона все еще стояла между полок и подняла глаза от книги, которую листала с таким интересом, словно от этого зависела вся ее жизнь. Драко смотрел на нее в упор через половину зала, и выглядел он сегодня не самым дружелюбным. Он за считанные мгновения преодолел разделяющую их дистанцию. – Что ты тут делаешь? Она опешила и оглянулась, не понимая, к кому это он обращается. – Что? – Ты, Грейнджер. Зачем сюда приходишь? – Я… я здесь занимаюсь, – она машинально погладила обложку книги, которую держала в руках, – ты опять упал с метлы, Малфой? – нахмурилась она. От неожиданности Гермиона даже немного разволновалась. Она не понимала, к чему он клонит. Драко был слегка бледный, глаза его горели недобрым огнем. Таким она его видела прежде не раз. Но не в последнее время. Он выглядел пугающе и наступал, словно загоняя ее в угол. – Я не шучу, – сказал он угрожающе тихо. – Какого хрена тебе от меня надо, и с чего ты вдруг решила приглядывать за мной по школе? Гермиона сделала еще один шаг назад и почувствовала спиной книжную полку. Он был на голову выше ее, взгляд уперся в его слизеринский галстук, раньше она не замечала маленькую змейку, которой он был украшен. Претензия в ее адрес была настолько не обоснована, что у нее аж кровь отлила от лица от возмущения. – Я?! Не ты ли сам предложил? Думаешь, я в восторге от такой компании? – она пригрозила ему пальцем, Драко скользнул взглядом по ее руке, словно опасаясь, что этот палец окажется в его глазнице. Он пренебрежительно усмехнулся. Гермиона насторожилась, все мысли буквально испарились из головы. – Я не предлагал тебе за мной приглядывать! Возомнила, что мы теперь лучшие друзья? – он язвительно выплюнул последнее слово. Нападая на нее с обвинениями, Драко мгновенно почувствовал себя лучше. При виде его ядовитой улыбки, Гермиона сразу же забыла о своем рациональном желании прояснить ситуацию. – Что?! Больно оно мне надо! – взвизгнула она от возмущения и, не сдержавшись, с силой толкнула его в грудь обеими руками. Он пошатнулся, но не сдвинулся с места, – отойди от меня! – пригрозила она, – кто в своем уме захочет быть друзьями с заносчивым придурком вроде тебя? – ее голос дрожал от злости. Гермионе потребовалось мгновение, чтоб вспомнить как и почему она прежде ненавидела Драко Малфоя. Последние слова звучали слишком правдиво. На лбу, под беспорядком светлых волос, пульсировала вена, и выглядел Драко так, словно совершает над собой какое-то нечеловеческое усилие. Его ноздри раздувались, взгляд казался слегка безумным, но не враждебным. Гермиона смотрела на него и понимала, что происходит что-то страшное. Она даже готова была при необходимости выхватить палочку, но прежде, чем она смогла это осознать, он слегка навалился на нее, прижав к книжной полке и поцеловал в губы. Гермиона опешила, но замерла и в растерянности даже не оттолкнула его, не закрыла глаза и все смотрела, как подрагивают его длинные светлые ресницы, когда он продолжал целовать ее, а она отвечала. Рука машинально легла на его плечо и пальцы сжали мягкую ткань свитера. Книга с грохотом упала на пол. Драко отвлекся и взглянул вниз, а Гермиона опомнилась и убрала руку. Они переглянулись, уже не так холодно, наоборот, он будто бы искал в ее глазах какой-то ответ, одобрение. Гермиона неуверенно закусила губу, ее колотило от волнения, и взгляд был слегка испуганный. Драко, не долго думая, снова склонился к ней и уже собирался поцеловать еще раз, не встречая по-видимому, особого протеста, но дверь скрипнула, и они оказались не одни. Малфой резко попятился назад и ретировался быстрее, чем она успела моргнуть, по пути чуть не снеся с ног незадачливых посетителей. Впрочем, они, конечно, и не заметили ничего необычного. Гермиона не отрываясь смотрела ему вслед, словно прибитая к этому шкафу. Она не знала, что и думать. Сердце бешено колотилось. Перед глазами все еще стояли его ресницы и вопрошающий взгляд, который будто принадлежал кому-то другому, не Драко Малфою. Она все еще чувствовала его губы на своих губах и мягкую ткань, которой касались ее пальцы. Было невозможно поверить в то, что это происходило в самом деле. Гермиона присела за учебником – он, кажется, не пострадал, – и тут же отвернулась к книжной полке, чтоб убрать его на место. Она никогда прежде не замечала, что у Драко такие выразительные глаза. Серые, но в какой-то момент они будто казались совсем темными. Ее разум говорил, что надо было оттолкнуть его. Избалованный, высокомерный, помешанный на чистоте своей крови, неужели она забыла? Он не мог даже немного уважать ее, это было против его природы. Он просто решил унизить ее, посмеяться. Все узнают о том, что случилось, и тогда ее друзья отвернутся от нее. Гарри и Рон, если они только узнают… Гермиона шмыгнула носом, ей было страшно. В этот момент ее рациональная часть ненавидела Малфоя, она в ужасе кричала себе, что сошла с ума. Но как только она справилась с первой паникой, ей завладела новая, эмоциональная Гермиона. Она была уверена, что увидела в его взгляде что-то настоящее. Гермиона знала, что они оба почувствовали это, может даже некоторое время назад, они оба это поняли. Она просто знала это на уровне интуиции. Гермиона уткнулась лбом в корешки книг, обдумывая снова и снова то, что только что произошло. _______ Mynolia - All Things Heavy _______