Между строк

Было бы гораздо проще не воскрешать в памяти все, что Гермиона хотела забыть, если бы Гарри не пытался в каждую свободную минуту обсудить вероятность того, что Драко Малфой стал Пожирателем смерти. – Он же явно просто выпендривается перед Паркинсон, правда? – Рон, кажется, тоже считал это предположение полной ерундой. Так или иначе, после того, как Малфой напал на Гарри в "Хогвартс-экспрессе", найти ему оправдание было уже невозможно. Гермиона поняла, что он явно провел лето не в лучшей компании. Она пыталась припомнить, каким он был прошлой весной, но безуспешно. Как так получилось, что она, Гермиона Грейнджер, связалась с таким человеком, да еще и за спиной у своих друзей? Она отчетливо помнила, как комфортно и весело им было вместе, но неужели этот самый слизеринец, с чьего лица не сходило самодовольное заносчивое выражение лица, который теперь сидел за дальним столом в окружении своей привычной свиты, был тем же самым человеком? Гермиона говорила себе, что ей совсем не жаль, что с Малфоем все так вышло, ведь ей и так было бесконечно стыдно перед друзьями, но, когда за завтраком профессор Макгонагалл раздавала им расписания занятий, она невольно подумала про его результаты СОВ. Они ведь так долго над ними трудились. В ту же секунду она почувствовала себя большой дурой – велика важность для человека, который, возможно, навсегда связал себя с Волдемортом. Первым же уроком у нее шли Древние руны. Наверное, это какая-то шутка. Гермиона отставила тарелку, внезапно потеряв аппетит. Профессор Бабблинг задала им два перевода, письменную работу и домашнее чтение, чем сразу же отвлекла Гермиону от душевных переживаний. Малфой сидел позади нее, забившись в дальний угол класса. Сначала это было непривычно, он предпочитал быть на виду, но потом Гермиона, наоборот, и думать забыла о его присутствии. Он же, напротив, с удовольствием наблюдал за тем, как она взволнованно теребила локон волос, пока они по очереди переводили небольшой фрагмент из текста. Она постоянно так делала, когда они разбирали что-нибудь сложное. Драко благополучно закинул эти воспоминания на задворки своей памяти, но ассоциативный ряд работал безотказно. Проведя все лето в тренировках с Беллатрисой, он старательно прятал от нее все свои воспоминания и тем самым познал многие способности памяти. Получив свое огромное домашнее задание, он обреченно вздохнул, и пожалел, что вообще решил продлить курс рун. Он не хотел расстраивать мать еще больше и потому продлил все курсы. Кроме Ухода за магическими существами, конечно. Вслед за Рунами последовала Защита от темных искусств. Теперь ее вел Северус Снейп, и этот факт вдохновлял Драко больше всего из перемен в учебном процессе в этом году. Снейп оставался его любимым учителем, хоть Беллатриса его и не жаловала. Он определенно мог рассказать много интересного о Темных искусствах, к тому же после Амбридж им явно не хватало практики. На первом же уроке они перешли к тренировке простых невербальных заклинаний. Из всего курса только, наверное, Драко и Гермионе невербалика далась так легко. Через каких-то десять минут они оба смогли показать успешный результат. Снейп наградил Слизерин десятью баллами, но на успехи Гермионы не обратил никакого внимания, а затем перекинулся на своего любимого мальчика для битья – Гарри Поттера. Урок прошел для Драко как нельзя лучше. В последнее время у него было еще больше причин ненавидеть Поттера. Но миновала буквально пара дней, и Малфой уже был готов лезть на стену от двух вещей: непомерно огромных домашних заданий и того, что Гермиона каждый урок норовила блеснуть своими знаниями. Она делала это все пять лет, но именно сейчас он просто не мог выносить звук ее голоса. Драко, будучи и так на взводе из-за постоянных мыслей о Темном Лорде, был готов схватить ее за плечи и кричать, чтоб она замолчала. После того, как Грейнджер сама прекратила их общение в прошлом году и теперь успешно делала вид, что не замечает его, ему казалось, что она нарочно хочет свести его с ума, постоянно маяча перед глазами. Другой крупной неприятностью для него был новый преподаватель Зелий – Гораций Слизнорт. Малфой был наслышан об этом человеке, ведь его отец Люциус когда-то входил в Клуб Слизней, и потому он абсолютно не ожидал, что сам будет им так откровенно проигнорирован. В Клуб его не приглашали, а во время уроков Слизнорт явно нарочно не замечал его успехов. Драко догадывался, что причина была в аресте его отца, но от этого только больше злился. Пригласил к себе предательницу Уизли, и даже Лонгботтома! Кроме всего прочего, старик был в полном восторге от Поттера, у которого внезапно открылись таланты к зельеварению, и не забывал напоминать об этом каждый чертов урок. Малфоя буквально тошнило, когда он слышал восхищенные комментарии Слизнорта. И это после того, как у профессора Снейпа Поттер не мог сварить даже Крысиную микстуру! Впрочем, профессору явно очень нравилась и Грейнджер. Тут Драко не мог с ним не согласиться. Несмотря на то, что он все лето успешно убеждал себя в том, что история с ней осталась позади, спустя несколько дней, проведенных с ней под одной крышей, он сам иногда забывал, в какую сторону мешать содержимое котла, когда она попадала в его поле зрения. Вот она сосредоточенно сверяется с учебником, огрызается на Поттера, с воинственным видом пытается добыть сок дремоносных бобов. Уровень его раздражения был так же высок, как и желание стереть с ее щеки оставленный в спешке след от золы. Чем чаще он видел Грейнджер в школе, тем больше представлял, как застает ее врасплох одну в коридоре и обрушивает все свое негодование. Только одна она никогда не ходила. Однажды, он буквально случайно оказался в Астрономической башне, но ее там, конечно, не было. Интересно, чем она теперь была занята?

***

Гермионе, наоборот, казалось, что она прекрасно справляется со своими эмоциями. Количество навалившегося домашнего задания сразу же ввело ее в комфортное состояние занятости. Она могла зарыться в свои книги и не замечать ничего вокруг. Пятый курс быстро показался ей легкой прогулкой. На шестом их ждали более интересные и опасные заклинания, но и гораздо более сложные. Чего стоили одни только ядовитые тентакулы, которые могли не просто невинно укусить за палец, а вызвать настоящее отравление или того хуже. – Я слышала, что муж профессора МакГонагалл погиб от укуса этой штуки, – прошептала Лаванда Браун. Гермиона недоверчиво покосилась на нее. Рон довольно развесил уши: – Серьезно? – Не знаю, так говорят. В теплице творился настоящий хаос. Студенты пытались разобраться со злосчастной тентакулой, но та то и дело норовила оставить кого-нибудь без руки. Профессор Спраут куда-то запропастилась, попросив их в случае чего сразу же звать на помощь. Гермиона не спешила лезть близко к опасному растению. – Что может сделать дурацкий куст? – Драко со скучающим видом торчал с краю стола, однако подходить ближе не стремился. Он делал заметки в пергамент, и Гермиона заметила в его руках то самое перо, которое она прислала ему на день рождения в прошлом июне. Драко словно нутром почувствовал на себе чей-то взгляд и подловил ее. Гермиона поспешно сделала вид, что тоже что-то записывает. Гойл, словно следуя приказу Малфоя, мгновенно принялся проверять способности растения. Тентакула сразу же кровожадно вцепилась в его руку, после чего тот отправился в больничное крыло. Урок закончился тем, что профессор Спраут вернулась ближе к концу занятий с очень встревоженным видом. Гермионе даже показалось, что она плакала. Профессор позвала к себе Ханну Эббот и увела ее прочь. Вскоре выяснилось, что на родителей Ханны напали Пожиратели смерти, и ее мама погибла. Больше Ханна в школу не вернулась. После этого случая многие студенты переполошились. Некоторые родители стали всерьез думать над тем, чтоб забрать своих детей домой, что, по мнению Гермионы, было абсолютно бессмысленно. Ведь пока в Хогвартсе оставался профессор Дамблдор, замок защищен от Пожирателей. Единственным, кому удалось выбить Гермиону из ее привычного рабочего темпа, был профессор Снейп. Через пару занятий он наконец заметил ее успехи, и, сделав справедливый вывод, что они с Малфоем лучше всего выполняют невербальные заклинания, поставил их в паре отрабатывать Щитовые чары. В его понимании, это было потрясающе остроумно. Драко подумал, что профессор Снейп даже не догадывался, насколько. – Не завидую Малфою, – усмехнулся Рон без задней мысли. – Устрой ему там. Гермиона не была настолько воодушевлена. Она встала перед своим оппонентом, подняла палочку, но тот, не дожидаясь команды, зарядил в нее Жалящим заклинанием. – Протего! – воскликнула Гермиона от неожиданности, устремляя на Малфоя гневный взгляд. – Я думал, мы тренируем невербальные чары, Грейнджер, – бросил он, и его друзья заржали, – профессор Снейп тебе, кажется, польстил, – он многозначительно взглянул на нее, наслаждаясь тем, что ее глаза почернели от ярости. Гермиона стиснула зубы и, не став долго пререкаться, отправила ему ответное заклинание. Малфой еле успел уклониться. Они стали по очереди перебрасываться невербальными заклинаниями и отражать их с такой скоростью, что профессор Снейп вынужден был их прервать. Вокруг них образовался настоящий беспорядок из разбитых стульев и склянок. – Довольно! Мы не на поле боя! Держите себя в руках! Минус десять очков каждому. Рон и Гарри прыснули, наслаждаясь тем, как запыхался Малфой. Гермиона фыркнула, поправила волосы и убрала палочку. Хоть наказание и было совсем несправедливым, она ни о чем не жалела. Драко оценил, как раскраснелись ее щеки после этой невинной тренировки, и подумал, что тоже жалеть не собирается. Спустившись после урока на обед, Гермиона все еще думала о произошедшем в кабинете Снейпа. Малфой, кажется, злился на нее. Рон и Гарри оживлено обсуждали то, какой он трус, а Гермиона все еще думала о своем. Как он смеет злиться после того, что случилось в Отделе тайн? После того, как его отец, по большому счету, пытался от них всех избавиться. Нет, должно быть, он не злился, а просто наслаждался тем, что может издеваться над ней у всех на глазах. Гермиона достала из своей сумки небольшую записную книжку. Вторую такую же она прислала Малфою в прошлом году. Чары, наверное, уже не действуют. Она так и не решалась в ней ничего написать с самого июня, когда они переписывались во время экзаменов. Тогда она вполне справедливо решила от него отдалиться, и только благодаря этому смогла пережить все дальнейшие события. Теперь то, что происходило между ними на пятом курсе казалось бредовым сном. Она попыталась вспомнить, что они делали в последний раз, когда были наедине, но память словно нарочно блокировала эти воспоминания. Неужели они когда-то действительно смогли настолько сблизиться? Теперь Малфой сидел за слизеринским столом и в свойственной ему манере рисовался перед Пэнси Паркинсон. Это выглядело хоть и тошнотворно, но гораздо более естественно, чем то, когда он мечтательно глазел на Гермиону, пока она проверяла сочинения, и с трепетом накручивал на палец ее локон. Может, так оно и должно быть? Этой ночью ей опять снились кошмары с участием Пожирателей, и один из них точно был Малфой. Только на этот раз не Люциус.

***

– Соберись, Драко. В прошлый раз у тебя получилось лучше, – в понимании Беллатрисы, она старалась быть с ним помягче, но в реальности была слишком категорична и нетерпелива. Любая неудача Драко воспринималась ей лично. – Прошлый раз не был сотым по счету, – прорычал он. – Довольно плакаться! – отрезала Беллатриса. – Если ты не научишься закрывать разум, старик прочтет тебя в два счета! Твои родители приучили тебя к комфорту, но мы на войне, нужно забыть о нежностях. – Ага, – Драко обреченно потер лоб. В последние дни он спал буквально по паре часов, что значительно сказывалось на концентрации. Приняв задание Темного Лорда, он понимал, что ему нужно бросить все силы на тренировки, но происходящее в этом доме, где Темный Лорд обрел временное пристанище, слишком впечатляло его. Он не мог спать. – Попробуем еще раз. Освободи сознание. Драко кивнул и попытался настроиться. Больше всего он боялся, что Беллатриса докопается до его воспоминаний, это мотивировало его сопротивляться как ничто другое, но в то же время, сбивало с нужной концентрации. Вместо того, чтоб освобождать сознание, он каждый раз старался подсовывать тетке более подходящие воспоминания, это и тормозило прогресс в занятиях. – Легилименс! – Беллатриса, очевидно, испытывала извращенное удовольствие, доводя его до истощения, но Драко убеждал себя, что нужно потерпеть ради отца. У него хорошо получалось, но не всегда. Снова какие-то картинки из прошлого сливались в однородную кашу. Счастливый Поттер после того, как обыграл его в самом первом его матче против Гриффиндора, на Драко нападает гиппогрифф, родители наказывают его за то, что он сдружился с соседским мальчишкой, Гермиона… – Беллатриса… – ему повезло, что их прервали. – Да, мой Лорд, – при нем теткин голос менялся до неузнаваемости. Драко полулежал на полу, действие заклинания закончилось. Он посмотрел снизу вверх на вошедшего. Темный Лорд бросил на него пренебрежительный взгляд. После того, как Драко принял метку, он словно брезговал смотреть на Драко больше нескольких секунд. – Довольно. У нас гости. Тебе понравится. Они переместились в гостиную, Драко плелся сзади, радуясь небольшой передышке. Несколько мужчин стояли в центре комнаты, склонив головы. Меньше всего Драко нравились эти собрания, они были непредсказуемы. Темный Лорд строго окинул взглядом присутствующих Пожирателей смерти. – Какие новости, господа? Пожиратели стали переглядываться. – Информация о мисс Боунс. Мы выявили местоположение ее дома. – Прекрасно. Но кроме этого, до меня дошли слухи из Министерства, – вкрадчиво начал Темный Лорд, – что кое-кто нас чуть не скомпрометировал, – его взгляд пал на вполне определенного человека из присутствующих, Драко не знал, как его зовут. – Мой Лорд, – начал тот, сдерживая дрожь в голосе. – Я не обладал полной информацией. Тем не менее, наш план удался. – Это я сам решу, – прошипел Темный Лорд. Драко уже знал по его тону, когда он был в настроении прощать, а когда предпочитал другие методы укрепления лояльности. – Круцио! Драко не моргая смотрел, как мужчина схватился за голову, и упал на пол. Его лицо побагровело, душераздирающие крики отражались от стен. Остальные в этот момент должны были сделать вывод, что нужно быть осторожнее. Беллатриса бросила взгляд на племянника и кивнула в знак одобрения. – Все в порядке, милый. _______ Conan Gray - Astronomy _______