Носочная одержимость

В школе. Кабинет мисс Грейс

Тишину в просторном кабинете нарушал лишь стук настенных часов. Грейс устало потирала глаза, когда из коридора послышались шаги. "Кто-то идёт ко мне?" — подумала директриса, поднимая тяжёлый взгляд на дверь. Не дожидаясь стука, она произнесла: — Заходите. Открыто. Дверь тут же распахнулась, и на порог шагнула Лана. Увидев её совершенно спокойное, даже слегка мечтательное выражение лица, Грейс мгновенно собралась. Её взгляд стал строгим, а в голосе зазвенел укор. — Лана. Удосужься объяснить своё поведение. — холодно произнесла она, поправляя монокль и скрещивая пальцы в замок, упираясь локтями в стол. — А что с ним не так? — с милой улыбкой спросила девушка, делая несколько шагов вперёд и непринуждённо усаживаясь в кресло напротив. — Во-первых, ты выбежала с урока посреди занятия. Во-вторых, ты причинила вред мисс Циркуль. И в-третьих, ты снова сбежала и не вернулась ни на один из последующих уроков! — отчеканила Грейс. Лана лишь усмехнулась, опустив взгляд на свои куклы на руках. Она ласково погладила одного из них другой рукой. — Во-первых, у меня была веская причина. Во-вторых, Циркуль даже не человек, она животное, так зачем её жалеть? И в-третьих... у меня снова была причина. Я спасала свою любовь. Грейс нахмурилась ещё сильнее. "Любовь? У Ланы, богатейшей и самой замкнутой ученицы, появилась любовь? Это плохо... очень плохо." — пронеслось в голове директрисы. Она прекрасно знала Лану. Когда у той никого не было, она не светилась, а просто выживала, считая дни до окончания школы и своего побега. Но сейчас в ней появился кто-то, кого она называет любовью. И это могло вылиться во что-то плохое, особенно учитывая её взгляд. ... В нём слишком много любви... А любовь ли это вообще? Похоже... Похоже на одержимость... ... Грейс моргнула, вырываясь из тяжёлых раздумий. Решив пока не давить на её своевольное поведение, она спросила прямо: — Кто твоя любовь, Лана? — она внимательно наблюдала за мимикой девушки. — Эбби~ — без малейших раздумий, сладко ответила Лана. Грейс удивилась ещё сильнее. Парень, который каждый день боролся за жизнь? — И... зачем же ты пришла сюда, если даже не признаёшь своей вины? — спросила она, и в её голосе проскользнула лёгкая тревога. Да, Грейс могла бы просто убить её, но это не её метод. К тому же, Лана смогла нанести урон Циркуль и при этом остаться целой и невредимой. Это значило лишь одно: тихая девочка куда опаснее, чем кажется на первый взгляд. Улыбка медленно сползла с лица Ланы. Её глаза стали холодными и бездонными. Она посмотрела прямо в душу директрисе. — С этого момента Эбби больше здесь не учится. — твёрдо произнесла она. Грейс усмехнулась и откинулась на спинку кресла. — Ещё чего. Он ничем не отличается от других. С какого перепугу он вдруг не будет учиться? — сказала она, глядя на Лану сверху вниз, пытаясь вернуть контроль над разговором. — Если вы попробуете мне как-нибудь помешать или навредить Эбби, я не побоюсь использовать свои деньги против вас. — ровным тоном пригрозила Лана. — Ты не посмеешь. — фыркнула Грейс, не веря ей. — У тебя духу не хватит использовать деньги тех, кто относится к тебе как к дерьму. — Я скоро отомщу своим родителям. — так же спокойно парировала Лана. — И для этого я буду использовать всё. Даже их деньги — против них самих. Точно так же я буду использовать их деньги для защиты того, кого я люблю. Она поднялась со стула и направилась к выходу. — Я продолжу ходить в школу. Но Эбби — нет. И никто мне не помешает. Ни вы, ни другие учителя, и уж тем более не та, из-за которой вы всё ещё страдаете в этом месте. Дойдя до двери, она обернулась, и на её лицо вернулась милая, но пугающая улыбка. — Всего доброго. Дверь тихо щёлкнула, закрываясь и оставляя Грейс в одиночестве. Директриса медленно потянулась к остывающей чашке кофе и сделала глоток. "Очень занимательно... Ты наконец-то выросла из тихой девушки в ту, кто готов перегрызть глотку за себя и своих. Это именно то, чего боялись твои родители. Прекрасно, что они те ещё мрази, поэтому я буду молиться за твой успех." Грейс улыбнулась уголками губ. Она понимала, что сделала всё правильно: своим давлением она дала Лане именно ту мотивацию, которая ей была нужна, чтобы окончательно взбунтоваться. Она потянулась к телефону и набрала короткий номер: — Здравствуйте. У меня к вам одна очень важная просьба... ...

У Ланы

"Правильно ли я поступаю, используя их деньги?.. Нет. Я должна использовать всё возможное, чтобы отомстить им. Теперь, когда у меня есть любимый Эбби, я не могу сидеть сложа руки. Он — мой парень. И я обязательно стану его героиней!" — думала она, поначалу уверенно шагая по улицам к своему особняку. Но с каждым кварталом, приближающим её к дому, эта уверенность начинала трескаться. ... А ждёт ли он вообще меня? Я развязала его... Я оставила входную дверь открытой... Я насильно притащила его сюда, напугала, привязала к дивану... Он... Он же точно сбежал... ... Шаги Ланы становились всё менее уверенными. Сердце в груди колотилось всё беспокойнее, отдаваясь гулким эхом в голове. Её взгляд потух, а улыбка сползла с лица, уступив место маске страха. Единственное, что гнало её вперёд, была одерж... любовь? Ею серьёзно сейчас двигала любовь, а не одержимость? ... Возможно... возможно, он сможет увидеть её любовь сквозь эту одержимость... Ведь любовь должна быть сильнее одержимости. Как бы странно это ни звучало. ...

Порог дома Ланы

Она стояла перед своим особняком. Дверь всё ещё была приоткрыта, впуская в прихожую уличный сквозняк. "Сейчас... сейчас я зайду туда и увижу пустоту. А не своего милого, красивого и прекрасного Эбби." — думала она, опуская взгляд вниз. Лана с трудом заставила себя сделать шаг. Толкнув дверь, она стала медленно идти в сторону гостиной. С каждым шагом по полу её сердце билось всё слабее и слабее, готовясь остановиться навсегда. И тут... Она почувствовала запах. Тёплый запах печёных яблок. Лана широко раскрыла глаза. Её сердце, секунду назад замиравшее, вдруг забилось с бешеной силой. Она ускорила шаг и замерла в дверном проёме кухни. Эбби был там. Он сидел на полу возле духовки, поджав ноги, и спокойно наблюдал за таймером. На нём был надет один из её фартуков, который смотрелся на нём забавно и мило. — О, ты вернулась. — сказал он, обернувшись на звук её шагов. На его лице играла лёгкая улыбка, в которой не было ни страха, ни злости. — Садись. Скоро яблочный пирог будет готов. ... Почему... Почему же он так мил со мной? После всего, что я сделала? ... Лана молча кивнула, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Её улыбка вернулась, но теперь она была не одержимой, а бесконечно счастливой и хрупкой. — Я так сильно люблю тебя, Эбби~ — прошептала она. Подойдя к нему, она опустилась на пол рядом, положила голову ему на плечо и стала просто смотреть на него, жадно впитывая его тепло, пока Эбби продолжал следить за духовкой. "У Ланы богатейшая семья, но они её бросили..." — думал Эбби, искоса поглядывая на девушку. Пока её не было, он не сидел без дела. Он полазил в интернете с помощью своего телефона. Ему не составило труда накопать старые новостные выпуски. Он смотрел видео, где её родители с натянутыми улыбками дарили ей этот огромный дом на камеру. "Она была только в третьем классе. Зачем ребёнку такой дом в таком возрасте?! Какие нормальные родители так поступают со своей дочерью? И почему никто из тех, кто смотрел этот выпуск, не поинтересовался, в каком состоянии находится ребёнок?!" — негодовал Эбби Эбби чувствовал, как внутри закипает злость. Действия Ланы, её пугающая привязанность внезапно обрели смысл. Она не была монстром. Она была маленьким, забытым ребёнком, который наконец-то нашёл кого-то, кого можно было назвать своим. Но означало ли это то, что её любовь построена лишь на страхе одиночества? ... И та верёвка... Теперь я понимаю, зачем она была нужна по-настоящему... ... Она не собиралась привязывать его. Она приготовила её для себя. Если бы он сегодня открыл дверь и ушёл... она бы просто не смогла этого пережить. ... Эбби тихо выдохнул, осторожно поглаживая Лану по волосам. Она уже один раз спасла его от смерти. И раз уж ему запретили куда-либо выходить, он спасёт её. Как и подобает её парню. Он поможет ей пережить травму, отомстить родителям и обрести счастье. А после... после он уйдёт. Чтобы она могла по-настоящему полюбить кого-то нормального. Кого-то, с кем она проведёт остаток своей долгой, счастливой жизни. ... Только... Только почему, когда я думаю о том, что однажды мне придётся уйти и оставить её... на душе становится так невыносимо тяжело? ... Эбби тихо вздохнул, отгоняя мрачные мысли, и повернул голову к девушке, всё ещё медленно поглаживая её волосы: — Лана... а что там с ложью про мою смерть? — тепло, но с ноткой серьёзности произнёс он, вспоминая причину, по которой она пошла в школу. — Я решила... придумать немножко другую историю. — тихо сказала она, и на её губах появилась чуть пугающая, но по-своему нежная улыбка. — Какую? — нахмурился Эбби. Лана отвернулась в сторону, пряча глаза. Она не горела желанием рассказывать, какую именно историю она сплела для Грейс. Эбби понял это по её сжавшимся плечам и не стал давить. В кухне повисла тишина, нарушаемая лишь гудением духовки.

Спустя 7 минут

Таймер пиликнул. Эбби улыбнулся, надевая прихватку. — Готово. — удовлетворённо произнёс он, открывая дверцу и доставая поднос с румяным яблочным пирогом. Аромат карамелизированного сахара мгновенно заполнил всё пространство. Он поставил поднос на деревянную доску в центре стола. — Ну, налетай. Он потянулся к кухонному ножу, лежащему на подставке, чтобы разрезать выпечку, но его пальцы не успели коснуться рукояти. Лана метнулась вперёд и накрыла его руку своей. — Лана... что ты... — Эбби удивлённо замер. — Не бери... не бери ничего острого в свои руки... — её голос сорвался на хрип, дрожа от волнения. В её расширенных глазах быстро скапливались слёзы. — Пожалуйста... я... я не хочу, чтобы ты умер. ... Улыбка медленно сошла с лица Эбби. Его взгляд потускнел, став серьёзным и бесконечно грустным. Он посмотрел на нож, потом на её руку и всё понял. Она боялась не того, что он порежется. Она боялась того, что он использует его против себя. Он медленно, чтобы не напугать её ещё больше, разжал пальцы и сделал шаг назад, отстраняясь от оружия. Лана тут же схватила нож сама и начала аккуратно, но дрожащими руками резать пирог, не сводя с Эбби испуганного взгляда. "Она... она до дрожи волнуется за меня..." — понял Эбби. Сердце Эбби болезненно пропустило удар, а затем забилось быстро. Он невольно схватился за грудь, пытаясь унять этот бешеный ритм: "Я не могу отдать его ей." — в панике думал он. — "Я не могу поддаться. Я не имею права быть любимым." ... Никто... Никто ведь не будет против, если я побуду её парнем чуть дольше, чем планировал? ... Эбби резко помотал головой, отгоняя сомнения. Он подошёл к Лане, мягко перехватил её руку с ножом, забрал его и отложил подальше. Затем он встал перед ней и большими пальцами аккуратно стёр слёзы с её щёк. — Лана, послушай меня. — твёрдо, глядя прямо в её заплаканные глаза, произнёс он. — Я больше не хочу умирать. И я не буду пытаться это сделать. Поэтому, пожалуйста, не переживай. Лана лишь жалобно всхлипнула и мелко закивала, но страх из её глаз не уходил. — А если... если ты всё же решишься... Решишься покончить с собой! То я... я... — её голос снова сорвался, и слёзы градом покатились по лицу. — Тише, тише. — Эбби, не зная, что ещё можно сказать, чтобы унять эту боль, притянул её к себе. Он крепко обнял её, прижимая к своей груди, позволяя ей услышать ровный стук своего сердца. — Я обещаю, что не буду пытаться сбежать отсюда. Обещаю, что не причиню себе вреда. И обещаю... Он замолчал. Стоит ли это говорить? Готов ли он? Он закрыл глаза, вдыхая запах её волос, и принял решение не говорить то, что планировал. ... Обещаю, что попробую полюбить тебя в ответ. Пусть это страшно. Пусть это, возможно, причинит мне боль. Но ради тебя... я готов рискнуть. ... Эбби молчал, позволяя тишине и теплу сделать своё дело. Вскоре её всхлипы прекратились, сменившись ровным дыханием. Они разъединились, сели за стол и начали есть пирог в тишине. Тишине, в которой один уставший парень дал себе обещание, которое, возможно, обернётся для него бедой. Но то, что сломано однажды, не может быть сломано дважды. И Эбби был готов рискнуть остатками своей веры в свободу и человечество ради неё. Получится ли у него исцелить её? Или же Лане суждено покинуть этот мир, завершив свою месть? И если он всё-таки сможет ей помочь... неужели жизнь в клетке с яндере и станет той самой свободой, которую он искал всю жизнь? ... Продолжение следует...