Цикл историй "Бытие святого"

День обещал быть долгим. К утру снег на асфальте слегка подтаял, но всё ещё лежал на карнизах и ветках деревьев пухлыми белыми шапками — ноябрь редко баловал таким постоянством. Тань Тао по привычке встал к десяти. Повернув голову на бок, юноша увидел, что заклинатель к тому времени ещё спал, ну или по крайней мере делал вид, сидя в позе лотоса. Тань Тао сел, потянулся. Суставы хрустнули, напоминая о бренности его студенческого бытия и отсутствии спорта в расписании. — Цие, — позвал он негромко, уже направляясь на кухню. Заклинатель открыл глаза мгновенно, будто и не спал вовсе. — У нас сегодня в планах знакомство с местной кухней… И, видимо, с моей пекинской семьёй. Я немного поработаю, а потом начнём собираться. Цие кивнул и плавно поднялся. Его движения были скупыми, но точными — так двигаются люди, привыкшие экономить каждую калорию энергии. Он подошёл к стопке своей новой одежды и начал одеваться. Тань Тао отвёл взгляд, чувствуя, как в груди шевельнулось что-то странное. Он списал это на голод.

***

Часам к двенадцати они вышли из подъезда. Воздух был сырым и холодным, но уже без той пронизывающей стужи, что стояла последние дни. Тань Тао натянул капюшон пуховика — он всё же решил немного утеплиться — и зашагал в сторону метро. Цие шёл рядом, чуть позади, его шаги были почти бесшумными. — Так, нам к универу. Там в паре кварталов есть ресторанчик, называется «Чайши Фэнвэйчжай», — Тань Тао обернулся в сторону мужчины, который шёл чуть позади, когда они спустились в подземный переход. — Это на Ганьцзякоу. Там весьма недорого. Мясо, лапша. Местные любят. Цие лишь кивнул. Студент заметил, что тот вообще мало говорил этим утром — был сосредоточен, собран, будто готовился к чему-то. Тань Тао списывал это на волнение перед встречей с незнакомыми людьми. Они вышли из метро на станции «Ганьцзякоу» и двинулись по оживлённой улице. Здесь было людно даже в воскресенье — семьи с детьми, пожилые пары, молодёжь с пакетами из ближайшего торгового центра. Воздух гудел от разговоров, смеха и обрывков музыки из открытых дверей магазинов. И вот тогда Тань Тао заметил, что с мужчиной что-то не так. Заклинатель замедлил шаг. Его спина, всегда прямая, подобная стеблю бамбука, напряглась. Он слегка повёл головой, будто принюхиваясь, но не носом — чем-то иным, более тонким. — Ты чего? — спросил Тань Тао, останавливаясь. Цие не ответил сразу. Его тёмные глаза сканировали пространство — не хаотично, а методично, слой за слоем, как сканируют древний свиток в поисках скрытого смысла. — Воздух тяжелеет… — произнёс он наконец. — В смысле? — Тань Тао огляделся. Улица как улица. Люди, машины, вывески. Ничего необычного. — Пока не знаю. Ощущение очень слабое. Возможно, мне просто кажется. — Цие нахмурился. Впервые за долгое время на его лице появилось выражение, которое Тань Тао не мог расшифровать. Не тревога. Не страх. Скорее — узнавание. Смутное, ускользающее, как воспоминание о полузабытом сне. Они пошли дальше. Цие больше не замедлял шаг, но Тань Тао почувствовал, что что-то действительно не так. Ресторан «Чайши Фэнвэйчжай» был небольшим и уютным, с деревянными столами и лавками, с неизменной стеклянной витриной, за которой повар в белом колпаке ловко нарезал лапшу. В воздухе витал густой, тёплый запах говяжьего бульона, пропитанного специями — звёздчатым анисом, сычуаньским перцем и ещё чем-то, от чего рот наполнялся слюной. За одним из столов их уже ждали. Чжи Син сидела с краю, в своей любимой розовой плюшевой ветровке, и что-то оживлённо рассказывала, размахивая руками. Её короткие чёрные волосы были, как обычно, заколоты простой заколкой, а в ушах поблескивали маленькие кольца. Рядом с ней, занимая сразу полтора места, расположился Ба Шэ — в своём неизменном чёрном зип-худи, распахнутом настежь, несмотря на холод. Его тёмно-каштановый ёжик топорщился, а в правом ухе тускло блестела серьга. Напротив них сидела Сюань Сы. Девушка выглядела как всегда — аккуратно, сдержанно, почти незаметно. Простая белая рубашка, тёмные брюки, длинные каштановые волосы, собранные в низкий хвост. Очки в тонкой металлической оправе чуть сползли на нос, и она машинально поправила их, когда заметила приближающихся Тань Тао и Цие. — О, братан! — Ба Шэ первым заметил их и махнул рукой. — Ну наконец-то! Чжи Син обернулась, и её лицо озарилось улыбкой — искренней, но с лёгким оттенком той самой неловкости, что поселилась между ними после бара. — Тань-сюн! И… — она перевела взгляд на Цие и на секунду запнулась. — А это тот самый твой родственник, про которого Ба Шэ рассказывал? Тань Тао кивнул. — Хань Цие. Он… из Сычуани. Приехал на обучение. Цие слегка склонил голову в лёгком поклоне — сдержанном, почти незаметном, но достаточно учтивом. — Рад знакомству, — произнёс он ровным, низким голосом. Чжи Син улыбнулась шире. — Ого, какой вежливый. Не то что некоторые, — она покосилась на Ба Шэ. — Эй! — возмутился тот. — Я тоже вежливый! Просто… по-своему. Сюань Сы ничего не сказала. Она просто смотрела на Цие. Её взгляд, обычно спокойный и немного отстранённый, сейчас был странно сосредоточенным. Будто она пыталась что-то вспомнить. Или, наоборот, забыть. Тань Тао заметил это. Заметил и Цие. Заклинатель медленно опустился на свободное место рядом с Тань Тао, напротив Сюань Сы. Его лицо оставалось бесстрастным, но Тань Тао, уже научившийся читать его микровыражения, увидел, как чуть дрогнули уголки губ. Не улыбка. Скорее — подтверждение. Того самого смутного ощущения, что преследовало его по пути сюда. — Заказывайте, — Чжи Син подвинула им меню. — Новая лапша с говядиной и сладким соусом — просто бомба. И шашлычки из баранины обязательно берите. Тань Тао взял меню, пробежал глазами по строчкам — лапша, мясо, овощи, всё просто и понятно. Он заказал две порции лапши и мясную нарезку. Цие молча кивнул, соглашаясь с выбором. Пока ждали заказ, разговор тёк сам собой. Ба Шэ рассказывал о своих тренировках по кикбоксингу, о том, как его чуть не выгнали с последних соревнований за «излишнюю агрессию». Чжи Син смеялась и подкалывала его. Тань Тао изредка вставлял реплики, чувствуя, как напряжение последних дней понемногу отпускает. Цие молчал. Он сидел прямо, положив руки на колени, и внимательно слушал. Его взгляд перемещался от одного говорящего к другому, задерживаясь на каждом ровно столько, сколько требовалось, чтобы понять суть. Но чаще всего — Тань Тао это заметил — его глаза возвращались к Сюань Сы. Девушка тоже почти не говорила. Она сидела, обхватив ладонями стакан с чаем, и смотрела куда-то в стол. Её обычная отстранённость сегодня казалась глубже, тяжелее. Будто она была здесь телом, но мыслями — где-то далеко. — Сюань Сы, ты в порядке? — спросила Чжи Син, тоже заметившая странность. Девушка вздрогнула, будто очнувшись. — Да. Просто немного не выспалась. Всё нормально. Она поправила очки и сделала глоток чая. Но Тань Тао заметил, что её пальцы, держащие стакан, слегка дрожали. Принесли заказ. Стол заполнился дымящимися мисками с лапшой, тарелками с нарезанной говядиной, блюдом с румяными шашлычками из баранины, посыпанными зирой и острым перцем. Запах стоял одуряющий. Тань Тао взял палочки и принялся за еду. Лапша была именно такой, как он любил — с наваристым бульоном и кусочками нежного мяса. Он покосился на Цие — заклинатель осторожно пробовал местную еду, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение. — Вкусно, — тихо сказал он. — Ещё бы, — хмыкнул Ба Шэ с набитым ртом. — Лучшее место в районе. Тань Тао расслабился. Может, показалось. Может, Цие просто нервничал перед встречей. Может, его ощущение «тяжёлого воздуха» — просто реакция на шумный город после тысячелетия в тишине. Но когда он потянулся за чаем, его взгляд случайно упал на отражение в стакане подруги. Цие смотрел на Сюань Сы. Искоса, почти незаметно. Но в его глазах, обычно тёмных и глубоких как омут, сейчас плескалось что-то новое. Не узнавание. Не тревога. Скорее — холодное, спокойное внимание охотника, заметившего след зверя там, где никто другой не увидел бы ничего. Сюань Сы подняла взгляд. Их глаза встретились. Девушка вздрогнула — едва заметно, только Тань Тао, следивший за ней краем глаза, уловил это движение. Она быстро отвела взгляд и снова уставилась в свою миску, но её щёки чуть побледнели. Цие же, напротив, остался совершенно спокоен. Он медленно опустил палочки и сделал глоток чая. — Госпожа Сюань, — произнёс он негромко, и за столом на секунду стало тише. — Вы давно живёте в Пекине? Вопрос был простым, почти бытовым. Но Тань Тао почувствовал, как воздух вокруг них едва уловимо сгустился. Будто перед грозой. — С самого рождения, — ответила Сюань Сы, не поднимая глаз. — А что? — Ничего. Просто любопытно. — Цие снова взял палочки и вернулся к еде. — Город очень изменился за последнее время. — Ты же сам из деревни, — вставил Тань Тао, пытаясь разрядить обстановку. — Тебе тут всё должно быть в новинку. — Верно, — согласился Цие. — Многое в новинку. Он больше не смотрел на Сюань Сы. Но Тань Тао заметил, как его левая рука, лежавшая на колене под столом, медленно сложилась в странный жест — указательный и средний пальцы выпрямлены, остальные согнуты. Печать. Защитная или сканирующая — он не знал. Остаток обеда прошёл без происшествий. Ба Шэ и Чжи Син болтали, Сюань Сы молчала, ковыряясь в остатках лапши. Цие ел медленно, аккуратно, ничем не выдавая своего интереса. Когда они расплатились и вышли на улицу, холодный воздух ударил в лицо. Тань Тао глубоко вдохнул, чувствуя, как отпускает странное напряжение. — Ну что, как тебе мои друзья? — спросил он, когда они отошли на достаточное расстояние. Цие шёл молча, глядя прямо перед собой. Потом остановился. — Девушка. Сюань Сы. — Его голос был тихим и ровным. — От неё исходит Ша-ци. — Что? — Тань Тао нахмурился. — Зловредная энергия. Застойная, тёмная. Не её собственная. Скорее — след. Как запах дыма на одежде после пожара. — Цие повернулся к нему. — Она была в каком-то месте, пропитанном этой энергией. Или контактировала с предметом. Тань Тао почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Ты уверен? — Почти. — Цие снова двинулся вперёд. — Но я могу и ошибаться. Тань Тао пошёл следом, пытаясь переварить услышанное. Сюань Сы — тихая, незаметная Сюань Сы, которая вечно сидит в библиотеке и помогает тёте с какими-то архивными картами… Что она могла найти? И где? Он вспомнил, как она вздрогнула, встретившись взглядом с Цие. Вспомнил её бледность. Дрожащие пальцы. — Я должен поговорить с ней, — сказал он наконец. — Не сейчас, — остановил его Цие. — Если она что-то скрывает, прямое давление только заставит её закрыться. Нужно подождать. И понаблюдать. Тань Тао нехотя кивнул. В словах заклинателя был резон. Оставшуюся дорогу до дома они прошли в молчании. Снег снова начал падать — мелкий, редкий, почти невесомый. Тань Тао думал о Сюань Сы. О её очках, которые она вечно поправляет. О том, как она смотрела на Цие — не с любопытством, как Чжи Син, а с каким-то смутным, почти болезненным узнаванием. Словно она тоже что-то почувствовала. А потом, уже поднимаясь в лифте, он вдруг вспомнил — Сюань Сы говорила, что помогает тёте Мин Чэ с оцифровкой старых геологических карт. Тех самых карт, которые привели их в ту пещеру. Совпадение? Тань Тао больше не верил в совпадения. Дверь квартиры захлопнулась за ними, отрезая от внешнего мира. Цие молча снял куртку, повесил её на крючок и прошёл к своему углу. Он сел на спальник, взял нефритовые чётки и закрыл глаза. Тань Тао стоял в прихожей, глядя на него. — Цие, — позвал он. Заклинатель открыл глаза. — Если эта Ша-ци на Сюань Сы… это опасно? Для неё? Цие помолчал. — Пока нет. Но Ша-ци имеет свойство накапливаться. Притягивать… других. Если она продолжит контактировать с источником, последствия могут быть серьёзными. Усталость, апатия, болезни. При затяжном воздействии в худшем случае — одержимость. Тань Тао сжал кулаки. — Но мы ведь должны как-то ей помочь. — Должны, — согласился Цие. — Но сначала нужно понять, откуда исходит угроза. И не спугнуть её раньше времени. Он снова закрыл глаза, погружаясь в медитацию. Тань Тао прошёл на кухню, поставил чайник и уставился в окно. Снег за стеклом падал гуще, застилая серое небо.