Цикл историй "Бытие святого"

До выезда оставалось не так много времени. На сборы ушло больше двух дней, ведь должной подготовки, их маленький поход в горы станет чистым самоубийством. Тань Тао наивно полагал, что они просто, как и в прошлый раз, соберут снаряжение и полатки, сядут дружно в машину и доедут до Суншань. И также приспокойно пойдут искать пещеру, ориентируясь по карте. Но когда он озвучил эту мысль вслух, Цие посмотрел на него с тем выражением, с каким смотрят на человека абсолютно беспечного. И снова современный мир поставил заклинателя в тупик… — Ты собрался идти в логово демона, который больше тысячи лет провёл в заточении, с одной только картой и палаткой? — спокойно поинтересовался мужчина, склонив голову. — Ну… — Тань Тао осёкся. — А что ещё, кроме снаряги, нужно? Цие отложил чётки и поднялся. Он подошёл к рабочему столу, где всё ещё лежали фрагменты карты, и вновь собрал из них единый рисунок. — Для начала — понимание того, с чем конкретно мы имеем дело. Это уже не просто застоявшаяся Ша-ци. Демон, о котором говорится в сопроводительной записке, когда-то был человеком. Заклинателем. Он наверняка умер в гневе и отчаянии, и его ци не рассеялась, а смешалась с тёмной энергией места и породила мо. Такие существа опаснее обычных порождений тёмной ци, потому что сохраняют обрывки памяти и воли. А главное — они сохраняют способность использовать техники, которыми владели при жизни. Если этот демон когда-то был заклинателем, его печати, его боевые навыки, его знание циркуляции энергии никуда не делись. Они искажены, усиленны демонической ци, но не исчезли. Тань Тао медленно опустился на диван и невидящим взглядом уставился на пересечение линий. — То есть это уже не просто злой сгусток, который хочет выбраться. Это… твой бывший коллега? — Не совсем, — Цие слегка замялся. — Бывший заклинатель, который умер в таких муках, что его дух превратился в демона. И которого смогли запечатать только совместными усилиями старейшин из трёх кланов. — Цие провёл пальцем по строке сопроводительной записки. — Здесь сказано: «Печать наложена с применением крови и ци девяти старейшин». Чтобы демон такого уровня вообще поддался запечатыванию, потребовалось девять опытных заклинателей. А чтобы восстановить печать сейчас… — он замолчал. — То есть мы не справимся, — закончил за него Тань Тао. — Я не сказал этого. Я сказал, что нужно готовиться. Серьёзно готовиться.

***

Следующие два дня Тань Тао практически не видел Цие. Заклинатель уходил рано утром, иногда ещё затемно, и возвращался поздно вечером, принося с собой странные запахи — сухих трав, уксуса, чего-то минерального, похожего на толчёный мел. Один раз от его одежды пахло палёным — Тань Тао даже не стал спрашивать. Вечером первого дня Цие расстелил на полу чистую простыню и начал раскладывать то, что собрал за день. Тань Тао, сидя на диване с кружкой чая, наблюдал за этим молча. Первым появился моток тонкой бечёвки из конопляного волокна — не магазинной, а скрученной вручную, с неровными утолщениями. Цие пояснил, что такая верёвка лучше проводит ци, чем синтетическая, и что она понадобится для начертания временных печатей на месте. — Где ты её вообще взял? — спросил Тань Тао. — На рынке у Восточных ворот. Там торгуют старьём. Пришлось долго искать. Потом на простыню легли несколько мешочков из грубой ткани. В одном оказалась киноварь — ярко-красный порошок, который Цие проверил на запах и, кажется, остался недоволен, потому что отложил мешочек в сторону и сказал, что завтра пойдёт искать другую. Во втором — сера. В третьем — истолчённые в пыль кости какого-то животного. В четвёртом — соль, но не обычная, а крупная, сероватая, пахнущая морем. — Морская соль, — пояснил Цие, заметив его вопросительный взгляд. — Добытая в месте, где вода встречается с камнем. Она отталкивает нечисть. Не уничтожает, но замедляет. Если демон попытается воздействовать на нас напрямую, соляной круг даст нам время. — На нас? — переспросил Тань Тао. — Ты хочешь, чтобы я пошёл с тобой в пещеру? — Я не могу провести ритуал один. Мне нужен кто-то, кто будет удерживать связь между мной и печатью, пока я буду её активировать. Это не требует специальных навыков — только концентрации и определённого количества ци. У тебя она есть. — Я даже не чувствую её. — Это не значит, что её нет. — Цие наконец поднял на него глаза. — Если ты не хочешь идти, я пойму. Но тогда мне придётся искать другого проводника, а на это нет времени. Тань Тао помолчал, поморщился, потом вздохнул. — Я пойду. Не для того мы всё это затевали, чтобы я в последний момент слился. Цие кивнул и вернулся к своим мешочкам. На второй день он принёс бумагу. Не обычную — плотную, желтоватую, с неровными краями. Тань Тао видел такую только в музеях, в витринах с древними рукописями. Цие пояснил, что это бумага ручной выделки, пропитанная настоем полыни и имбиря. На такой писали талисманы в его время, и хотя современные аналоги были бы удобнее, они не держат ци так, как эта. — Ты хочешь сказать, что сам сделал бумагу? За один день? — Нет. Купил у человека, который делает её для реставраторов. Но проверить пришлось долго — не каждая партия подходит. Эта — подходит. К вечеру второго дня на простыне, расстеленной на полу, лежали уже не разрозненные предметы, а целый арсенал. Три готовых талисмана — их Цие начертал сам, склонившись над столом с кисточкой, которую Тань Тао раньше не видел. Четыре мотка конопляной бечёвки разной толщины. Семь мешочков с порошками и солями. И небольшой нефритовый диск, который Цие достал из кармана своей старой одежды — той, что до сих пор лежала в углу. — Это печать-ключ. Её дал мне отец перед тем, как я отправился в столицу. Она связана с защитными барьерами клана. Если старая печать в пещере питалась от тех же линий ци, что и барьеры поместья, этот диск поможет мне её активировать. — А если не питалась? — Тогда он бесполезен. Но я всё же надеюсь на лучшее. Тань Тао смотрел на всё это богатство и чувствовал, как внутри медленно, неотвратимо растёт ощущение нереальности происходящего. Теперь в его обычной жизни абсолютно спокойно присутствовали разговоры о демонах, ингредиенты для древнего ритуала, а также человек из прошлого, который объяснял ему, как правильно замешивать киноварь с серой, чтобы получить «огненную печать». — Ты ведь понимаешь, что это безумие? — спросил он. — Понимаю, — ответил Цие. — Но другого пути нет.

***

Утро пятницы выдалось ясным и морозным — синоптики не соврали, обещанное окно в снегопадах действительно открылось. Тань Тао стоял на парковке у восточного выезда из кампуса и кутался в воротник куртки. Рядом с ним, с рюкзаком за спиной и сумкой с ингредиентами в руке, стоял Цие. Он был в своей обычной одежде — тёмный свитер, куртка-пуховик, — но поверх куртки Тань Тао заметил тонкую цепочку с нефритовым диском. Заклинатель надел его как амулет, и, глядя на то, как он время от времени касается диска пальцами, юноша понял: это не просто украшение. Первым прибыл Лянь Бин. Его внедорожник, забитый оборудованием, издалека напоминал передвижной склад. Профессор был в своей обычной серой парке, но сегодня она была застёгнута на все молнии, а на шее болталась пара лыжных очков. — Погода в горах может испортиться в любой момент, — пояснил он, заметив взгляд Тань Тао. — Лучше перестраховаться. Следом за ним приехала Мин Чэ. Она привезла с собой Сюань Сы, которая, увидев Тань Тао, коротко кивнула и сразу полезла в машину — раскладывать на коленях карты и спутниковые снимки. Мин Чэ, передав Лянь Бину термос с кофе, подошла к Цие. — Я знаю, зачем мы едем, — сказала она негромко. — Сюань Сы рассказала мне. Про демона. Про печать. И про все остальные, весьма интересные подробности. — Она помолчала, выдыхая облачко пара. — Я раньше думала, что не являюсь той, кто хоть когда-нибудь в жизни поверит во что-то подобное. Но я видела вас в той пещере. Да и к тому же… — она запнулась, будто сомневаясь, что ей нужно это говорить. — Несмотря на весь мой скепсис, ещё в прошлую мою поездку, на экскурсию в Шао Линь, я чувствовала, что в этих горах что-то есть. Так что давайте просто сделаем то, что нужно. Цие посмотрел на неё долгим взглядом, потом коротко кивнул. Цюэ Мэнь появился последним. Он явно собирался в попыхах: взъерошенный, сонный и немного помятый. Профессор притащил с собой ещё один ящик оборудования, который Лянь Бин, не говоря ни слова переложил в багажник. Через полчаса они наконец выехали.

***

Шесть часов в дороге Тань Тао провёл, то проваливаясь в дрёму, то глядя в окно на проплывающие мимо пейзажи. Пекин остался позади — сначала серые окраины с бесконечными стройками, потом промзоны, потом поля, покрытые снегом. Ближе к Хэнань рельеф начал меняться: равнина уступала место холмам, холмы — скалистым выступам. Горный хребет Суншань вырастал из-за горизонта постепенно, как просыпающийся зверь, — сначала неясный силуэт в дымке, потом отчётливые очертания вершин. Деревня у подножия, где они остановились, была старой и тихой. Маленькие каменные дома с черепичными крышами, замёрзший ручей, покосившаяся табличка с названием, которое Тань Тао не смог прочитать. Местные жители — в основном пожилые люди — провожали машину долгими взглядами, но вопросов не задавали. Видимо, геологи в этих краях были не такой уж редкостью. Единственный в деревне постоялый двор оказался маленьким и простым: деревянные полы, выскобленные добела, тяжёлые одеяла из овечьей шерсти, в общей зале на первом этаже топилась печь. Пахло дымом, сухими травами и чем-то ещё — сладковатым и чуть горьким, как ладан. Когда они расселились и собрались в общей зале, чтобы обсудить план на завтра, Цие достал свои талисманы и разложил их на столе. Лянь Бин, увидев это, снял очки и долго их протирал, прежде чем заговорить. — Я не буду спрашивать, что это такое, — сказал он наконец. — Я просто хочу знать: это сработает? — Должно, — задумчиво ответил Цие. — Если карта не врёт и если печать, которую наложили старейшины, всё ещё держится хотя бы частично. Мои талисманы не восстановят её полностью. Для этого потребовалось бы девять сильных заклинателей. Но они могут укрепить то, что осталось, и замедлить разрушение. Дать нам время. — Время на что? — спросила Сюань Сы. — На то, чтобы найти способ уничтожить демона окончательно. Или хотя бы понять, кто он такой и почему его не смогли уничтожить тогда. — Он был человеком, — тихо сказал Тань Тао. — Заклинателем. Умер в гневе и отчаянии. Этого недостаточно? Цие покачал головой. — Недостаточно. В сопроводительной записке сказано: «Связан кровными узами с одним из кланов. Уничтожить его значило бы навлечь проклятие на весь род». Если мы попытаемся уничтожить его сейчас, не зная, что это за узы и какой именно клан с ним связан, мы рискуем повторить их ошибку. Или совершить новую. В зале стало тихо. Печь потрескивала, за окном темнело, и в этом воздухе Тань Тао снова почувствовал то самое — лёгкое, почти неуловимое давление. Ша-ци. Или, возможно, уже не Ша-ци. Что-то более концентрированное, тяжёлое, наполненное чужой волей. Цие тоже это почувствовал. Он поднял голову и посмотрел в окно. — Завтра на рассвете выдвигаемся, — сказал он. — А сегодня всем нужно отдохнуть. Я выставлю вокруг гостиницы временный барьер. Он не остановит демона, но предупредит меня, если что-то приблизится. Никто не спорил. Все присутствующие, кажется, уже привыкли к этому абсурду, что происходил со всеми ними. Когда все разошлись по комнатам, Тань Тао остался в зале. Он сидел у печи, глядя на огонь, и думал о том, что завтра ему предстоит. Проводник. Тот, кто будет держать связь между заклинателем и печатью. Он понятия не имел, что это значит на практике, и как он, не способный чувствовать ци, сможет помочь. Цие вышел на крыльцо, чтобы нанести защитные знаки по периметру. Тань Тао слышал его шаги — тихие, неспешные. Силуэт заклинателя двигался в темноте. Мужчина оставлял на снегу цепочку следов, которые тут же заметал ветер.