Искусство падения

«Иногда сердце начинает биться чаще вовсе не от страха. Иногда оно просто узнаёт того, кого давно искало.»

***

      Шум дождя не стихал с самого утра. Казалось, небо раскололось надвое и теперь бесконечно выливало на землю холодную воду. Крупные капли с силой ударялись о окна университета, стекали длинными дорожками по стеклу и превращали двор в размытое серое пятно. Эллен сидела одна за дальним столиком в университетской столовой. Перед ней давно остывал обед, к которому она почти не притронулась. Она медленно водила вилкой по тарелке, задумчиво перекладывая еду с одного края на другой, и не сводила взгляда с окна. За стеклом ветер раскачивал деревья, дождь барабанил по асфальту, а редкие студенты перебегали между корпусами, прячась под зонтами и капюшонами. Всё вокруг казалось холодным, промокшим и каким-то бесцветным.       Эллен тихо вздохнула. Она сама не понимала, почему всё время смотрит на этот дождь. Может быть, потому что он напоминал ей вчерашнюю ночь. Только тогда холод совсем не ощущался. Она вспоминала сильные руки, удерживавшие её во время полёта, тихий смех Офелии, её золотистые глаза и тот поцелуй, который до сих пор казался чем-то почти нереальным.       Невольно коснувшись пальцами собственных губ, Эллен смущённо улыбнулась и тут же отвела руку, оглянувшись по сторонам. К счастью, никто не обратил на неё внимания. «Интересно… она сейчас тоже смотрит на этот дождь?»       Мысль появилась неожиданно, и сердце снова предательски дрогнуло. Эллен тихо усмехнулась самой себе. Она не знала, где Офелия проводит дни, чем занимается, спит ли вообще и любит ли дождь так же, как любит ночное небо. Но почему-то очень хотелось это узнать. За окном вновь сверкнула молния, а через несколько секунд где-то совсем рядом прогремел гром. Эллен наконец опустила взгляд на почти нетронутую тарелку и поняла, что за всё это время так ничего и не съела.

***

      После занятий она медленно вернулась в общежитие. Стоило открыть дверь комнаты, как Софи, сидевшая на своей кровати с книгой в руках, подняла на неё взгляд и хитро улыбнулась. — Ну наконец-то. Эллен удивлённо посмотрела на соседку. — Что? — Ты сегодня весь день будто не здесь. — Разве? — Разве? — Софи тихо рассмеялась. — На большой перемене ты чуть не прошла мимо меня, даже не поздоровавшись. Потом на лестнице улыбалась стене. А сейчас зашла в комнату с таким счастливым лицом, будто выиграла в лотерею. Щёки Эллен мгновенно вспыхнули. — Ты всё придумываешь. — Конечно, придумываю, — с притворной серьёзностью кивнула Софи. — Тогда объясни, почему ты краснеешь уже вторую минуту? Эллен сняла рюкзак и отвернулась к шкафу, делая вид, что ищет чистую футболку. — Просто в комнате душно. — Угу. Настолько душно, что ты улыбаешься сама себе? Эллен тихо простонала. — Софи… — Ладно, ладно, не мучаю. Когда захочешь рассказать — расскажешь.       Эллен благодарно улыбнулась. Она была рада, что Софи не стала задавать лишних вопросов. Даже если бы захотела рассказать правду, то сама не знала, с чего начать. С того, что по ночам встречается с девушкой, у которой за спиной огромные чёрные крылья? Или с того, что рядом с ней впервые за долгое время чувствует себя по-настоящему счастливой? Время тянулось невероятно медленно. Эллен несколько раз пыталась читать книгу, но ловила себя на том, что перечитывает одну и ту же страницу. Она украдкой смотрела на часы, потом на окно, снова на часы. Когда Софи пожелала ей спокойной ночи, выключила настольную лампу и вскоре уснула, Эллен ещё долго сидела на подоконнике, наблюдая за тем, как ветер качает верхушки деревьев за окном. Сердце почему-то подсказывало, что сегодня Офелия обязательно придёт.       За окном вновь прогремел гром, а дождь только усилился. Потоки воды стекали по стеклу сплошной стеной, скрывая двор университета. — Ненавижу такую погоду, — вздохнула Софи. — До общежития потом опять бежать по лужам. Эллен продолжала смотреть в окно. — А мне… нравится. Софи удивлённо подняла брови. — Серьёзно? — Не знаю… В таком дожде есть что-то красивое. Она сама удивилась своим словам. Раньше подобная погода лишь портила ей настроение, а теперь почему-то казалась спокойной. Она невольно представила, как где-то высоко над облаками небо остаётся чистым, а под крыльями Офелии нет ни дождя, ни ветра. — Ты точно влюбилась, — вдруг уверенно произнесла Софи. Эллен едва не подавилась воздухом. — Что?! — Не смотри на меня так. У людей бывает именно такое лицо. — Какое ещё такое? — Такое… будто они постоянно находятся где-то далеко отсюда. Эллен нервно усмехнулась. — Ты насмотрелась романтических фильмов. — Возможно, — пожала плечами Софи. — Но, если честно, я давно не видела, чтобы ты так улыбалась. Эллен опустила глаза. Улыбка действительно появилась сама собой, и скрыть её уже не получалось. — Если это правда… — тихо продолжила Софи. — Надеюсь, этот человек делает тебя счастливой. Эллен медленно кивнула. — Делает… Она произнесла это почти шёпотом, не успев остановить себя. Софи улыбнулась ещё шире, но больше ничего не сказала. Она лишь понимающе кивнула и принялась за свой кофе, оставляя подруге возможность побыть наедине со своими мыслями. Вечер наступил незаметно. Дождь наконец стих, оставив после себя лишь редкие капли, срывавшиеся с карнизов, и мокрые дорожки, блестевшие в свете фонарей. Эллен сидела на своей кровати, без особого интереса листая книгу, хотя уже несколько минут не могла сосредоточиться ни на одной строчке. Дверца шкафа с грохотом захлопнулась. — Всё, я готова! — бодро объявила Софи, поправляя волосы перед небольшим зеркалом. Эллен подняла взгляд. Сегодня соседка выглядела особенно нарядно. Лёгкое чёрное платье, аккуратный макияж и любимые серебристые серьги, которые она надевала только по особым случаям. — Опять вечеринка? — с улыбкой спросила Эллен. — Ага, — довольно кивнула Софи. — На этот раз у ребят с третьего курса. Говорят, будет очень весело. Она взяла с тумбочки сумочку и ещё раз критически осмотрела себя в зеркале. — И, скорее всего, домой я вернусь только утром. Эллен тихо покачала головой. — Ты вообще когда-нибудь спишь? — Потом отосплюсь. Софи подошла к двери, но вдруг остановилась и, обернувшись, хитро прищурилась. — Кстати… Эллен настороженно посмотрела на неё. — Пока меня не будет… Она выдержала многозначительную паузу. — Веди себя хорошо. Эллен непонимающе моргнула. — В смысле? На лице Софи появилась лукавая улыбка. — Ну… мало ли. Вдруг сегодня к тебе кто-нибудь заглянет. Эллен застыла. — Ч-что?.. — Да ладно тебе, — рассмеялась Софи. — Я же вижу, как ты последние дни смотришь на окно. Кого-то явно ждёшь. Щёки Эллен вспыхнули так быстро, что она даже не успела этого скрыть. — Никого я не жду! — Конечно-конечно. — Софи! — Просто не шумите слишком сильно, если… — СОФИ! Не выдержав, Эллен схватила лежавшую рядом подушку и со всей силы запустила её в соседку. — Ай! Подушка точно попала Софи в плечо. Та звонко рассмеялась, поймала её одной рукой и положила обратно на кровать. — Всё-всё, молчу! — смеясь, сказала она. — Не красней так, а то сейчас сама себя выдашь. — Исчезни уже отсюда! — Есть, мэм. Софи театрально отсалютовала, открыла дверь и, уже выходя в коридор, не удержалась: — Хорошего вечера, Эллен! — Иди уже! Смех Софи ещё несколько секунд эхом разносился по коридору, прежде чем окончательно стих. В комнате снова стало тихо. Эллен тяжело вздохнула, закрыла лицо ладонями и тихо простонала: — Какой ужас… Она опустилась на кровать, чувствуя, что лицо всё ещё горит от смущения. Стоило вспомнить хитрую улыбку Софи, как ей снова захотелось бросить в неё подушкой. Спустя пару минут Эллен всё же не выдержала и тихо рассмеялась.       Комната погрузилась в тишину. Эллен ещё некоторое время сидела на кровати, прислушиваясь к мерному тиканью часов. За окном давно стемнело. Дождь закончился, но с карниза всё ещё лениво срывались редкие капли, тихо ударяясь о подоконник. Она хотела дождаться Офелию, но усталость после долгого дня постепенно брала своё. Она лишь на минуту прилегла поверх одеяла. «Только закрою глаза…» Незаметно веки стали тяжёлыми, мысли растворились, и Эллен сама не заметила, как задремала. … Тук. Совсем тихий. Будто кто-то едва коснулся ногтем стекла. Эллен сонно нахмурилась, не открывая глаз. Показалось… Она уже почти снова провалилась в сон, когда звук повторился. Тук… тук…       На этот раз чуть отчётливее. Эллен медленно приоткрыла глаза. В комнате было совсем темно. Лишь тонкая полоска лунного света пробивалась сквозь щель между шторами, очерчивая силуэты мебели. Она несколько секунд пыталась понять, что её разбудило, пока взгляд не остановился на окне. Стук повторился ещё раз. Сердце мгновенно забилось быстрее. Она быстро села на кровати, убрала с лица растрепавшиеся волосы и, всё ещё сонная, босиком подошла к окну. Пол был приятно прохладным. — Только не говори, что я всё-таки уснула… — едва слышно пробормотала она себе под нос. Осторожно отдёрнув штору, Эллен увидела знакомый силуэт. За окном, опираясь рукой о раму, стояла Офелия. Лёгкий ночной ветер играл её длинными белыми волосами, а за спиной темнели сложенные крылья. Заметив сонное лицо Эллен, она не смогла сдержать улыбку. Эллен торопливо открыла окно. — Прости… — тихо сказала она, смущённо опуская взгляд. — Я хотела дождаться тебя, но… — Уснула? Эллен виновато кивнула. Офелия тихо рассмеялась. — Это даже мило. Она легко перешагнула через подоконник и оказалась в комнате. От неё пахло прохладным ночным воздухом, мокрой листвой и чем-то едва уловимо сладким. Не говоря ни слова, Офелия подошла ближе и мягко обняла Эллен за плечи. — Ты тёплая, — с улыбкой прошептала она. Эллен растерянно замерла всего на мгновение, а потом сама осторожно прижалась к ней. От объятий Офелии по телу мгновенно разлилось приятное тепло, словно вся сонливость исчезла без следа. — Я правда не специально уснула… — тихо произнесла Эллен, уткнувшись лбом ей в плечо. — Знаю. Офелия ласково провела ладонью по её волосам. — Зато теперь первое, что ты увидела после пробуждения — это я. Эллен тихо улыбнулась. — Кажется… это лучший способ просыпаться. Офелия довольно хмыкнула и чуть крепче прижала её к себе. — Запомню. Тогда, возможно, мне придётся будить тебя каждую ночь.       Эллен тихо рассмеялась, подняла на неё взгляд и, встретившись с золотистыми глазами, почувствовала, как сердце снова начинает биться быстрее. Она вдруг поняла, что уже совершенно не представляет своих вечеров без этих тихих стуков в окно и девушки, которая неизменно появлялась вместе с ночным ветром. Эллен замерла, глядя в эти глаза, в которых отражался лунный свет. Офелия всё ещё держала её в своих объятиях, и тепло её тела проникало сквозь тонкую ткань ночной сорочки. Где-то далеко, за пределами этой комнаты, ночной ветер шевелил листву, но здесь, в тишине, существовали только они. — Я хочу запомнить это, — прошептала Эллен, сама не зная, зачем говорит это вслух. Офелия медленно поднесла руку к её лицу. Кончики её пальцев, прохладные, как ночной воздух, коснулись щеки Эллен, скользнули по скуле, останавливаясь на её подбородке. Офелия слегка приподняла его, заставляя Эллен смотреть на неё. — Что именно? — спросила Офелия, и её голос, обычно спокойный, дрогнул. — Это. Ты. Всё, — выдохнула Эллен.       Она привстала на цыпочки, сокращая разделяющее их расстояние. Их губы встретились — сначала робко, почти невесомо, словно они боялись разрушить эту хрупкую магию. Губы Офелии были прохладными от ночного воздуха и мягкими, как лепестки. Эллен ощутила тот самый сладкий привкус, который чувствовала в её запахе, он был на её губах, на её дыхании. Поцелуй углубился. Офелия запустила пальцы в волосы Эллен, слегка откидывая её голову назад, и вторая волна поцелуя накрыла их обеих, уже не осторожная, а жадная, голодная. Эллен тихо застонала в её губы, когда Офелия прикусила её нижнюю губу, а затем тут же зализала это место языком, успокаивая.       Этот звук, казалось, сломал в Офелии какую-то последнюю преграду.       Её руки, до этого такие нежные, скользнули с затылка Эллен вниз, по спине, притягивая её к себе так плотно, что между ними не осталось ни миллиметра. Она целовала её жадно, глубоко, словно пытаясь выпить весь воздух из её лёгких. Эллен чувствовала, как её собственное тело отвечает на эту жадность, она запуталась пальцами в длинных белых волосах Офелии, вдыхая их запах, пахнущий ветром и звёздами. — Я ждала этого весь день, — прошептала Офелия между поцелуями, касаясь губами уголка губ Эллен, затем скулы, затем шеи. — Ты даже не представляешь, как я хотела к тебе… Эллен запрокинула голову, когда губы Офелии нашли чувствительную точку за ухом. По телу пробежала волна мурашек, и она невольно выгнулась навстречу, сильнее прижимаясь к ней. Офелия сделала шаг назад, увлекая Эллен за собой. Она двигалась уверенно, почти хищно, пока задняя часть её коленей не уперлась в край кровати. — Я хочу тебя, — выдохнула Эллен, и в её голосе не было сомнения. Офелия с тихим рычанием прижала её к себе, опрокидывая на постель. Она нависла над Эллен, опираясь на руки по обе стороны от её головы, и на мгновение замерла, рассматривая её. Лунный свет падал на лицо Эллен, высвечивая раскрасневшиеся щёки, припухшие от поцелуев губы, полуприкрытые глаза, в которых плескались желание и счастье. — Ты невероятная, — прошептала Офелия, но в её голосе послышалась странная хрипотца.       Эллен протянула руку и провела пальцами по её крыльям, они вздрогнули от прикосновения, и Офелия тихо ахнула. Оказалось, что это место было невероятно чувствительным. Эллен усмехнулась, заметив это, и снова провела — уже смелее, намеренно дразня. Взгляд Офелии изменился. Винный отблеск в её глазах на мгновение потемнел, стал глубже, почти чёрным. Она накрыла своим телом Эллен, и их поцелуй возобновился — более глубокий, более влажный, более отчаянный. Её руки блуждали по телу Эллен, изучая каждый изгиб, каждую линию.       Офелия скользнула ладонью по бедру Эллен, затем по талии, на секунду задержавшись на тонкой ткани сорочки, а затем её пальцы проникли под неё, касаясь горячей кожи. Эллен выгнулась дугой, когда ладонь Офелии скользнула вверх по животу, останавливаясь чуть ниже груди. Она чувствовала, как пальцы Офелии дрожат, и от этой дрожи у неё самой перехватывало дыхание. — Ты дрожишь, — выдохнула Эллен. — Это от тебя, — ответила Офелия, целуя её ключицу. — Ты сводишь меня с ума. Она спустила бретельку сорочки с плеча Эллен, затем вторую, и прохладный воздух коснулся разгорячённой кожи. Эллен приподнялась, помогая ей стянуть ткань. Сорочка упала, и на мгновение Офелия замерла, заворожённо рассматривая её, а затем её губы нашли сосок — сначала робко, затем более уверенно и требовательно. Эллен запрокинула голову, закусила губу, чтобы не закричать, но тихий стон всё равно сорвался с её губ. Офелия ласкала её, и каждое прикосновение её языка и пальцев отзывалось где-то глубоко внутри — волнами тепла, дрожи, острого наслаждения. — Офелия… — прошептала Эллен, сжимая её волосы. — Пожалуйста… — Что, милая? — Офелия подняла голову, и в её глазах горел тот самый голодный огонь. — Скажи мне. — Не останавливайся…       Офелия довольно улыбнулась, почти мурлыкнула, и её рука скользнула ниже, по животу, по внутренней стороне бедра, заставляя Эллен вздрагивать от каждого миллиметра, который проходили её пальцы. Когда её пальцы коснулись самого сокровенного места, Эллен впилась ногтями в плечи Офелии, выгибаясь навстречу. Губы Офелии нашли её губы, заглушая стоны, а её пальцы двигались медленно, мучительно, дразняще, пока Эллен не начала умолять — без слов, только взглядом, только движением бёдер. И когда Офелия наконец вошла в неё, Эллен вскрикнула прямо в её губы, чувствуя, как мир вокруг взрывается тысячей искр. Офелия двигалась внутри неё в такт их дыханию, в такт сердцебиению, и каждое движение отзывалось новой волной удовольствия. Эллен чувствовала, как её пальцы сжимают простыни, как мир сужается до одной единственной точки — до Офелии, до её губ, до её рук, до её дыхания. — Я люблю тебя, — прошептала Офелия. — Я так сильно тебя люблю…       И это были последние связные слова, которые Эллен смогла различить, потому что дальше существовали только ощущения — её пальцы в волосах Офелии, её тёплое тело сверху, её губы, шепчущие её имя. Волна накатила снова — сильнее, ярче, и Эллен вскрикнула, чувствуя, как Офелия тоже вздрагивает, прижимаясь к ней ещё теснее. Но даже в этот момент, когда тело Офелии сотрясала дрожь, а её дыхание сбивалось, на её лице промелькнула тень. Что-то тёмное, глубокое, почти болезненное. Она прижалась лицом к плечу Эллен, пряча глаза. Её пальцы впились в простыни с такой силой, что костяшки побелели. — Ты не представляешь… — прошептала она хрипло, и в её голосе послышалась едва сдерживаемая боль. — Чего мне это стоит…       Она замерла, тяжело дыша, чувствуя, как внутри неё, под слоем тепла и нежности, снова шевелится древний, вечный голод. Запах Эллен, её кровь, её жизнь — всё это било в ноздри, заглушая разум, обещая рай и суля ад. Офелия судорожно сглотнула, сдерживая дрожь, чувствуя, как ногти начинают удлиняться, превращаясь в когти. Она с силой сжала кулаки, загоняя тьму обратно, на самое дно. На мгновение она представила, что произойдёт, если она ослабит контроль. Алое, тёплое, сладкое… Вкус, от которого у неё кружилась голова. Смерть, которую она могла подарить, была бы мгновенной, нежной, почти незаметной. Она закрыла глаза, прогоняя видение. Но когда она открыла их снова, в них не было ни намёка на тьму. Только усталость, нежность и бесконечная, всепоглощающая любовь, от которой хотелось плакать. — Прости, — прошептала она, касаясь губами виска Эллен. — Просто… ты так пахнешь. Эллен, всё ещё тяжело дышащая, не поняла смысла этих слов, но почувствовала в них что-то важное, что-то настоящее. Она притянула Офелию к себе, утыкаясь носом в её шею. Они лежали, переплетённые друг с другом, покрытые лунным светом и тонким слоем пота. Офелия поцеловала Эллен в лоб, затем в кончик носа, затем в губы теперь уже мягко, почти сонно. — Спи, — шепнула она, притягивая Эллен к себе и укрывая крылом. — Я буду здесь. Эллен уткнулась носом в её шею, вдыхая всё тот же сладковатый запах, чувствуя, как тепло разливается по каждой клеточке тела. Она уже проваливалась в дрёму, когда Офелия едва слышно прошептала в темноту: — Я никому не позволю тебя обидеть. Даже себе.