Мой персональный ад

19 ноября, Лес, Финляндия, 20:18       Тело Хелины не было готово к ночной прогулке в лесу по снегу. Последние два дня оставили слишком большой отпечаток на ее физическом и моральном самочувствии. Если бы не фонарик ее возможного спасителя, то она бы запнулась на первой же кочке и свернула себе шею. Они шли в гробовой тишине, единственное, что ее нарушало - неуверенные шаги Хелины по снегу и упавшим веткам.       Несколько раз она смотрела на человека с маской черепа в попытке разглядеть что-то на его одежде, но фонарик бил ей в глаза и все попытки были неудачными. В голове Хелины было очень много вопросов, которые она хотела задать, но не решалась: "Кто ты? Куда мы идем? Меня убьют? Ты террорист или спаситель? Что вообще происходит?". Когда появлялся каждый новый вопрос, она предпочитала прикусить язык, а не открывать рот. В каком-то смысле ее устраивало это небольшое спокойствие и небольшая предсказуемость сейчас.       Хелине надо было просто идти в лес рядом с ним, без пистолета у головы, без уверенности в своей смерти в любую секунду. Эта прогулка ощущалась лучше, чем быть заложником в поезде, особенно если не вспоминать внешний вид человека рядом.       Последние минуты пути отдышка Хелины усилилась и ноги почти ее не слушались, а спина постоянно ныла в месте удара, но она продолжала идти. Вряд ли она была в том положении, чтобы просить остановку.       — Привал на 30 минут. — Хелина вздрогнула от голоса рядом с ней. Это было первое, что он ей сказал во время их пути в неизвестно куда.       Мужчина остановился и прислонился к дереву. Он пытался рассмотреть что-то на приборе на своей правой руке. Хелина наконец отмерла и подошла к ближайшему дереву. Ее ноги не хотели держать ее, и она села на землю. Ее брюки скорее всего промокнут и будет еще холоднее, но ей было плевать. Она тяжело выдохнула от накатившей усталости: ноги и спина гудели, мышцы требовали отдыха и благодарно расслабились, после того как она села.       Фонарик мужчины был направлен в противоположную от нее сторону и ее окутала ночная тьма леса. Хелина выдохнула и внутренне собралась, чтобы начать задавать вопросы: — Куда мы идем? — Ее голос охрип от долгого молчания.       — К точке эвакуации. — Мужчина точно не отличался многословностью и любовью к разговорам. Возможно, это из-за маски, но его голос был очень низким и глухим. Для следующего вопроса Хелине понадобилось больше времени, чтобы собраться. Она жаждала услышать положительный ответ и до чертиков боялась услышать отрицательный: — Ты военный...?       Хелина закусила губу и сжала руки вместе в ожидании ответа. Если этот мужчина был военным, то значит ее спасли и шансы на выживание резко повысится. Если же нет, то эта прогулка станет для нее долгой дорогой к виселице.       — Да. — Мужчина посмотрел в ее сторону, его маска придавала ему очень пугающий вид, но даже это не помешало почувствовать ей облегчение. Было не похоже, что он врет и эта информация заставила надежду в груди вспыхнуть сильнее. Она может вернуться домой после всего этого. Она сможет вернуться к своей обычной жизни.       Хелина откашлялась и задала следующий свой вопрос: — Как тебя зовут?       Мужчина устало вздохнул и развернулся к ней в пол оборота. Он все еще держал свою правую руку перед собой, пока вторая была опущена строго вниз и бездвижна.       — Гоуст. Хватит задавать вопросы. — Хелина немного нахмурилась и кивнула. В ее голове было еще очень много вопросов, но она не рискнула бы задать их этому военному с очень странным именем. Даже без оружия в руках, он был намного больше и сильнее нее. Вряд ли ему вообще понадобится оружие, чтобы скрутить ее или покалечить.       Оставшееся время девушка пыталась разминать мышцы на ногах. Усталость немного ушла, но желания идти дальше не было никакого. Она начала закрывать глаза, сон притягивал ее очень сильно. Девушка почти провалилась в сон, когда ее рывком подняли за ворот куртки и поставили на ноги.       — Температура уже очень низкая, чтобы так сидеть на земле. Если ты уснешь тут, то умрешь от переохлаждения. Не засыпай. — Гоуст прижал ее к дереву правой рукой. Она активно закивала и, после того как он удостоверился, что она больше не уснет, отпустил ее отошел на несколько шагов.       — Иди. — Гоуст указал ей направление кивком и дождался ее, идя следом.       После такого пробуждения, сердце Хелины было готово выпрыгнуть из груди. Она ощутила, насколько замерзла и пыталась идти активнее, чтобы согреться и не замерзнуть окончательно. 19 ноября, Лес, Финляндия, 23:46       В лесу поднялся ветер, и температура упала еще сильнее. Постоянно приходилось тереть руки друг о друга и прятать лицо в вороте куртки. Пальцы на ногах почти не чувствовались. Скорость Хелины и Гоуста сильно замедлилась. Адреналин уже ушел из крови и на его место пришла усталость. Хелина мечтала оказаться хоть в каком-то помещении, где она сможет отдохнуть, но она не знала сколько им еще придется идти и будет ли там хоть какое-то место, где можно отдохнуть.       За время в пути она несколько раз замечала, что фонарик Гоуста останавливался, Хелина всегда оборачивалась к нему и видела как он останавливался чтобы проверить маршрут или облокотился о дерево для отдыха. Вопросов она больше не задавала, а просто ждала его и они продолжали путь.       Примерно через час, фонарик в очередной раз остановился и Хелина обернулась. Гоуст облокотился о дерево спиной и откинул голову. Его руки лежали вдоль его тела, и он был странно напряжен. Хелина подошла ближе и попыталась визуально осмотреть его, но в такой тьме она не заметила ничего странного.       — Ты в порядке? Я могу чем-то помочь? — Хелина сказала ему с тревогой в голосе. Она ожидала от него хоть какой-то реакции, но он не двигался и не смотрел на нее.       — Гоуст? — Военный молчал около минуты, его грудная клетка двигалась, он дышал, не меняя своего положения. Он будто взвешивал все за и против, ведя борьбу с самим собой.       — Царапина. Через пару минут продолжим идти. — Мужчина так и не сдвинулся с места. Его голос был таким же уставшим, как у Хелины.       Девушка облокотилась на соседнее дерево, тоже давая себе передышку. Она больше не рискнула бы садиться на землю, тем более когда Гоуст даже не смотрел на нее и не смог бы разбудить в нужный момент.       Хелина с тревогой смотрела на военного, ее знания в оказании первой помощи были только о каких-то бытовых вещах. Она могла помочь с порезом на пальце или ушибом, но рана Гоуста точно не относилась к категории бытовых травм.       — Я могу чем-то помочь? — Хелина тихо и неуверенно спросила у Гоуста. Она не знала, как и чем ему помочь, но знала, что ее жизнь сейчас зависит от его состояния. Если он умрет, то она не сможет выбраться из леса одна. Ее страх перед его огромным размером и страшной маской не такой сильный, как страх оказаться в лесу совсем одной и умереть от переохлаждения.       — Мы оба знаем, что ты не врач, поэтому не задавай глупых вопросов. — Гоуст дотронулся правой рукой о левое плечо и сразу отдернул руку, было еле заметно как он вздрогнул. Хелина нахмурилась. В ее голове появился новый вопрос: "Откуда он знает кто я?". Она уже собиралась его задать, но осадила себя и не рискнула раздражать военного еще больше. Девушка подождала еще пару минут и оттолкнулась от дерева, подходя к Гоусту на расстояние вытянутой руки.       — Да, я не врач, но я не беспомощная. Облокотись на меня и пойдем дальше. — Девушка старалась придать своим словам уверенности. Она не знала сможет ли вообще, поддерживая его, идти вместе с ним, может она просто упадет из-за его веса, но Хелина знала точно, что она не сможет дойти до точки эвакуации одна.       Гоуст сухо усмехнулся: — Не требуется. Я в состоянии идти сам. — После этих слов он рывком встал прямо и попытался сделать шаг, но качнулся вперед. Хелина схватила его за рукав и помогла устоять на месте. Этого оказалось достаточно чтобы стабилизировать его равновесие. Даже так она почувствовала, насколько он тяжелый. Если бы Гоуст упал, то она бы точно не смогла удержать его или поднять.       — Прекрати сопротивляться и дай себе помочь. Я не знаю куда идти и без тебя умру в этом лесу. Просто скажи куда идти и пойдем вместе. — Хелина начала откровенно злиться на всю эту ситуацию. Им обоим надо выжить тут, а этот военный не мог даже принять ее помощь.       Гоуст проигнорировал ее и вырвал свой рукав из ее хватки. Попытался сделать еще один шаг самостоятельно, но колено начало подгибаться и ему пришлось облокотиться обратно на дерево, чтобы не упасть. Он откинул свою голову назад, было слышно, как она ударилась о дерево с глухим звуком и протяжно выдохнул.       — Черт с тобой. Нам идти в ту сторону. — Гоуст указал направление и Хелина кивнула. Они начали идти рядом и Гоуст временами клал свою руку на ее плечо или на дерево для поддержки. 20 ноября, Лес, Финляндия, 03:24       Следующие часы превратились в бесконечную череду одинаковых шагов. Лес не менялся. Деревья, снег и темнота слились в одно сплошное пятно. Несколько раз Гоуст останавливался на минуту или две, прислоняясь к деревьям. Каждый раз он утверждал, что все в порядке, и каждый раз его дыхание становилось тяжелее.       Их скорость сильно замедлилась из-за такого способа передвижения, но они продолжали идти все дальше. Через пол часа рука Гоуста все чаще была на плече Хелины. Через маску было слышно его тяжелое дыхание. Хелина боялась думать о том, что она будет делать, если он потеряет сознание и упадет. После всего, что она пережила, ей не хотелось оставаться в лесу одной и потеряться тут, в шаге от спасения.       Они сделали еще один шаг и Гоуст запнулся. Хелина инстинктивно приближалась к нему и обхватила рукой за талию, стараясь удержать на месте. Гоуст полностью положил свою руку ей на плечи, перекладывая часть своего веса на нее. Это было чудом, что он не упал. В противном случае она бы точно не удержала его и они вместе упали в снег.       — Нормально? — Хелина перехватило одной рукой его за талию, а второй удерживала кисть его правой руки. Все ее мышцы напряглись от такого веса на ней. Он облокотился на нее всего половиной веса, но она еле выдерживала и это.       Голова Гоуста была опущена вниз, вдохи и выдохи были прерывистыми, но он держался на ногах. Спустя минуту он будто очнулся из транса, кивнул и попытался выпрямиться, снимая часть веса с нее, но не отстранился от Хелины.       Хелина попыталась перераспределить свой и его вес и они сделали первый шаг в нужном направлении. Их скорость снизилась еще сильнее и тело Хелины противостояло каждому шагу, но было видно насколько легче стало двигаться Гоусту и она заставляла себя продолжать идти.       Спустя час они остановились на очередной привал. Оба облокотились о деревья и тяжело дышали. Они прошли уже очень много километров и их тела начали сдаваться. Хелине потребовалась 5 минут только чтобы отдышаться и хоть чуть-чуть снять напряжение с мышц. Она постоянно бросала взгляд на Гоуста, проверяя дышит ли он и насколько ровно стоит. Это было огромной удачей, что они ни разу не упали за все это время.       Хелина не пыталась даже думать о том положении, в которое они сейчас попали. Ей казалось, что даже если одна мысль промелькнет у нее, то она расплачется от безнадежности всего их положения. Если они не доберутся до точки эвакуации, то потребуется слишком много времени, чтобы прочесать лес и найти их. Они не смогут дождаться помощи.       — Гоуст, мы идем в правильном направлении? — Хелина посмотрела на него, ожидая когда он ответит. Военный не двинулся ни на миллиметр от ее вопроса. Было ощущение, что он ее просто не услышал.       — Гоуст? — Хелина напряглась от такого молчания и подскочила ближе, она дотронулась до его правой руки и попыталась расшевелить его. Реакции не было.       — Черт возьми, Гоуст, не спи! Проснись! — На глазах девушки начали появляться слезы, она пыталась растормошить его, но у него не было никакой реакции. Она сжала руку в кулак и ударила его по груди. Ее удар получился слабым из-за накатившей истерики.       — Гоуст, пожалуйста! — Она продолжила бить его по груди, крича на него. Только после 3 удара его веки дрогнули и Гоуст медленно перехватил ее руку своей. Он поднял свою голову, смотря в глаза Хелине.       — Ты напугал меня! Ты вообще не реагировал! — На щеках Хелины были соленые дорожки от слез и страх в глазах. Гоуст отпустил ее руку и она упала вдоль тела Хелины. Военный посмотрел на прибор на своей руке, ему понадобилось больше времени, чтобы прочитать цифры на нем.       — Мы уже близко. — Голос Гоуста стал еще более хриплым, чем до этого. Было слышно, как тяжело он проглотил слюну и кивнул в сторону, в которую им надо идти.       — Куда конкретно мы идем? Что будет в этой точке эвакуации? — Мысли в голове Хелины путались, ее все еще трясло из-за истерики и страха. Если бы Гоуст не открыл глаза, то она даже не смогла бы понять куда им идти дальше и что искать.       Гоуст снова посмотрел на Хелину, его глаза стали стеклянными. Он минуту молчал, безмолвно смотря на нее, моргая и тяжело дыша.       — Там будет дом. Нас будут искать там.       — Поняла. — Хелина закивала и запомнила направление, которое он ей указал. Теперь она хотя бы поняла куда конкретно они идут и что надо искать. Девушка вытерла слезы с щек и облокотилась к дереву, рядом с Гоустом.       — Скажи, когда будешь готов идти дальше. Только не засыпай. — Хелина неотрывно смотрела на него, чтобы разбудить, если он опять начнет засыпать. Гоуст кивнул ей.       Они стояли в тишине еще несколько минут, Гоуст медленно повернул голову в ее сторону и кивнул. Девушка сразу встала рядом с ним и положила его правую руку к себе на плечи, фиксируя запястье, а левой обхватывая его за талию. Он облокотился о нее сильнее, чем до этого, но девушка даже не пискнула. Они должны были добраться до этого дома вместе. Хелина поправила его руку на своем плече и убедилась, что он снова держится на ногах.       — Еще немного, Гоуст, давай. — Хелина тихо сказала ему и они начали идти дальше бок о бок. 20 ноября, Лес, Финляндия, 05:18       Начало светлеть и снег отражал свет, который пробивался сквозь кроны деревьев. Они все еще шли бок о бок, у обоих уже заканчивались силы, но Хелина упорно продолжала идти вперед и помогать Гоусту. У нее забился нос из-за холода, и она дышала через рот. Из-за ветра и холода, губы обветрились и во рту пересохло. Каждый шаг ощущался как борьба со всем своим телом за жизнь.       Хелина почувствовала как что-то холодное коснулось ее макушки. Потом еще и еще. Она посмотрела вверх и увидела, как снег начал пробиваться сквозь кроны, кружась вокруг них.       — Снег пошел, смотри, — Хелина перевела взгляд на Гоуста, останавливаясь, чтобы дать себе и ему передышку. Гоуст не обратил внимание на ее слова и не повернул головы. Как только они остановились, он обмяк и начал падать. Хелина инстинктивно пыталась удержать его, но он был слишком тяжелым для нее и они упали вместе. Гоуст упал на спину, прижимая руку Хелины к земле своим телом. Она вскрикнула от боли и начала пытаться достать руку из-под него. Хелина непрерывно дергала ей и на пятую попытку у нее получилось вырваться.       — Гоуст, очнись! — Хелина пыталась взять его за плечи и растормошить, но у нее не хватало сил, чтобы даже приподнять его за плечи, — Черт, открой глаза! Давай! — Девушка безуспешно пыталась разбудить его, но он не открывал глаза. Она видела, как он дышит, но у него не было никакой реакции на нее.       Вокруг них хлопьями кружил снег, Хелина пыталась разбудить его криками, уговорами и ударами по груди, но он не реагировал. Девушка запыхалась и ударила кулаком по земле, истошно крича от накопившегося напряжения.       — Что мне делать? Черт, черт, черт, думай. Думай. — Хелина посмотрела на бездвижного Гоуста, она не могла четко видеть из-за слез в глазах. Она посмотрела в сторону, в которую им надо было идти и пыталась придумать план, чтобы спастись.       Гоуст говорил, что осталось немного до этого дома, но она не знала сколько точно им еще идти. Она пыталась придумать план и в ее голове крутилось куча мыслей: "Если осталось немного, то я могу добежать туда и позвать на помощь. Черт, нет, вряд ли нас там уже ждут, Гоуст сказал, что нас будут там искать. Их поиски могут затянуться на часы или даже на дни. Он умрет за это время от холода или от раны, если я его оставлю.". Хелина обессиленно легла на спину рядом с Гоустом. Она смотрела как снежинки падают на них сверху.       Горячие слезы стекали по ее щекам, она хочет выжить и вернуться домой, но она не может оставить Гоуста тут одного умирать. Он все еще дышит, его может кто-нибудь ждать дома, и она не простит себя, если оставит его тут умирать.       Хелина села и схватила голову руками. Она могла уйти без него и добраться до точки эвакуации, где ее скорее всего нашли бы, но за все эти часы пути с этим огромным, страшным и немногословным военным, Хелина уже не могла оставить его просто так.       — Ты спас меня, я должна вернуть долг. — Девушка сказала в пустоту бесцветным голосом. Она встала рядом с Гоустом и посмотрела на него. Теперь она могла осмотреть его полностью: темная военная экипировка, на голове надета балаклава, на ней был пришит череп, на его бронежилете и бедрах было куча забитых карманов, винтовка была перекинута через одно плечо и лежала за спиной Гоуста. Под левым плечом снег окрасился в красный, у него было кровотечение и похоже оно было открыто все время их пути. Хелина выругалась себе под нос и вспомнила одну деталь его бронежилета, которую она случайно заметила в пути: сверху на спине был крючок, за который она смогла бы взять сразу двумя руками. В голове у девушки появился хоть какой-то план.       Она опустилась перед ним на колени и начала вытаскивать из карманов магазины, инструменты и все, что казалось тяжелым. Ей придется тащить его по снегу, каждый лишний килограмм уменьшал их шансы на успех. Рацию и оружие она оставила. Она понятия не имела, что может понадобиться позже.       Как только Хелина достала все ненужные, по ее мнению, вещи, то встала с земли отряхнула свои колени. Она очень тяжело выдохнула и встала у головы Гоуста. Она наклонилась в попытке найти этот крючок на бронежилете. Когда она нашла его, то сразу схватилась двумя руками. Ей потребовалось очень много сил, чтобы приподнять военного и схватиться удобнее. Хелина посмотрела за спину в сторону их цели и собралась с силами.       Девушка рывком отступила назад и двинула Гоуста за собой. Из ее горла вырвалось мычание из-за его веса, но Хелина не могла позволить себе остановиться и бросить его. Она сдвинула его всего на несколько сантиметров. Потом еще и еще. Она продолжала двигаться рывками и тащить его за собой. Она запыхалась уже после первого метра, но продолжала тащить его. В ее голове крутилась единственная мысль: "Мы не умрем тут.". 20 ноября, Лес, Финляндия, 06:50       Руки горели, спина разрывалась от боли. Каждый рывок Хелины ощущался как удар по всему телу. Ее губы потрескались, и она чувствовала во рту привкус своей крови. В лесу стало светлее, были видны даже лучи солнца, но они не грели ни капли.       Хелина мычала от боли с каждым рывком, но она не позволяла себе остановиться. Если бы она это сделала, то упала бы прямо на снег и не смогла бы больше подняться. У нее не было выбора и она продолжала тащить Гоуста. За ним тянулся кровавый след с плеча, возможно, она делала ему больно тем, что тащит за бронежилет, но он так и не открыл глаза. Хелина не проверяла его дыхание, потому что она боялась потерять эту небольшую надежду, что они выберутся из этого леса вдвоем. Они должны выжить. Обязаны.       Девушка дотащила его до очередного дерева и обернулась назад, ища новые препятствия, но ее взгляд зацепился за что-то похожее на стену. Она сделала еще несколько рывков и увидела крышу. Это был тот самый дом, к которому они шли. Он выглядел нетронутым и покинутым, но это один вид на него снял внутреннее напряжение Хелины.       Глаза Хелины заблестели от слез, остались последние метры и они окажутся под крышей. Она сморгнула слезы и продолжила тащить Гоуста рывками. На губах была еле заметная улыбка и надежда вновь вспыхнула глубоко в ней.       Добравшись до этого небольшого дома, она отпустила Гоуста и подошла к двери. Ручка поддалась сразу, и она распахнула дверь. Внутри дом выглядел как домик лесника для отдыха: была кровать, стол с парой стульев и несколько ящиков на одной стороне, возможно, с сухпайками. На другой стороне стояла небольшая печка с дровницей и комод с ящиками. Хелина обернулась обратно к Гоусту и затащила его в дом. Она протащила его ближе к печке и закрыла дверь.       Хелина мечтала лечь на кровать в этой комнате и уснуть, но ей надо согреть Гоуста и проверить его рану. Даже в этом доме, они все еще могли умереть от холода. Внутренне собравшись и преодолевая свою усталость и боль в теле, она подошла к печке. Рядом с ней лежали дрова, им очень повезло, что они не отсырели и вполне должны подойти для обогрева помещения.       Руки Хелины тряслись, когда она клала дрова в печь. Только сейчас она заметила, насколько ее руки красные и сухие из-за холода. Они потрескались на фалангах, и девушка сжимала и разжимала их с очень сильной болью. Рядом с дровами лежал спичечный коробок, внутри было пять спичек, она достала одну. Хелина не рассчитала силу и первая спичка сломалась, отлетая в сторону, — Черт, ну, давай же, — она достала следующую спичку и черкнула ей по коробку. Спичка зажглась со второй попытки, и девушка поднесла ее к дровам. Огонь начал распространяться от спички по коре верхнего полена, и девушка облегченно выдохнула.       Хелина поднесла руки к печке и согрела их немного. Чувствовать тепло, после стольких часов холода стало настоящим блаженством. Девушка уперлась руками в стену и начала медленно вставать. Ее качало из стороны в сторону, но все еще не могла позволить себе остановиться и отдохнуть.       Подойдя к ящикам, она открывала все, пытаясь найти аптечку и воду для Гоуста. В первом ящике оказались консервы и какие-то упакованные пакеты, во втором она нашла несколько бутылок воды и взяла одну с собой. Открыв третий ящик, она увидела небольшую аптечку и что-то в бутылках, похожее на алкоголь. Хелина взяла все это с собой и пошла к Гоусту. Она села перед ним на колени и начала расстегивать его бронежилет, ей нужно было осмотреть и перевязать его рану. Расправившись с застежками, она стянула бронежилет. Он был настолько тяжелым, что ей потребовалась несколько попыток и все оставшиеся силы. Хелина расстегнула куртку Гоуста и заметила еле заметное дыхание. Он дышал. Слабо, но дышал.       Девушка расправилась с его одеждой и наконец увидела рану на его плече. Это было круглое отверстие, вокруг него было очень много высохшей крови и шла новая. Хелина впала в ступор на секунду, она не знала что делать с огнестрельными ранениями, но попыталась собраться и придумать план. Она покопалась в аптечке и достала оттуда бинты, ничего для дезинфекции там не оказалось, зато была бутылка алкоголя. Руки ее не слушались и пришлось доставать пробку зубами. Резки запах высокоградусного алкоголя ударил ей в нос и она скривилась. Хелина прикусила губу и приготовилась к боли, она плеснула алкоголь на свои руки, чтобы обеззаразить их и смыть всю грязь. Из горла вырвался крик из-за жгучей боли на ее треснувших руках. Она дышала через зубы, пытаясь прейти в себя. Руки высохли через минуту и девушка взяла бинт, прижимая рану Гоуста. Он даже не дернулся, хотя это должно быть невероятно больно. Хелина начала обматывать бинт поверх раны. Ее руки тряслись, но она старалась обматывать как можно сильнее, чтобы остановить кровь.       Забинтовав плечо и часть груди, чтобы бинт не съехал, Хелина выдохнула и откинула бинт в сторону. Ее трясло и качало из стороны в сторону, она стянула свою мокрую куртку и откинула ее в сторону. Сил для того чтобы подняться и дойти до кровати не было и она легла на пол рядом с Гоустом. Дрова в печи потрескивали и наполняли комнату теплом. Этой капли уюта хватило Хелине и она закрыла глаза. Последнее, что она услышала перед тем как провалиться в сон - тяжелый хриплый вздох Гоуста.