Пока бьётся её сердце

Какими бы многалюдными не были центральные улицы Вальтеры, с аэропартом им всеравно не сравниться. – Всё таки я считаю вам не стоило нас провожать – призналась девушка остановившись у стойки регистрации. – Полностью согласен – отозвался Кай. Девушка лишь выдохнула покачав головой. – Да бросте! – воскликнул Аро – Мы ещё долго не увидимся. А мы очень привыкли к вашему присудствию в замке. – Это всего какой-то там месяц, даже соскучится не успеете. Если вообще конечно будете скучать – деаушка взглянула на Кая приподняв бровь. Тот лишь фыркнул. – Ладно, тогда мы подготовим свадьбу за этот месяц. – Нет! Аро... пожалуйста. Не торопитесь. К тому же родители могут откозать нам в благословении или не захотят ехать в Италию. – Кто может не захотеть ехать в Италию? ‐ Аро... – Ладно, ладно я тебя понял, мы вас дождёмся.... обязательно. Начинается посадка на рейс до Вашингтона – Ну, всё, нам пора – пожала плечами Мира. – Удачи милая ‐ неожиданно Аро аккуратно обнял Миру. Мира на мгновение замерла от неожиданности. За всё время их знакомства Аро редко позволял себе столь искренние жесты. Она мягко улыбнулась и осторожно обняла его в ответ. — До встречи, Аро. Он отстранился и, как обычно, взял её ладонь в свои. — Береги себя. — Постараюсь. — Нет. Не постарайся. – Его голос неожиданно стал серьёзным. — Просто береги. Мира молча кивнула. Следующим подошёл Деметрий. — Надеюсь, Форкс переживёт ваше возвращение. — Почему именно Форкс? — Потому что сначала туда приедете вы... а потом Чарли оторвёт голову Маркусу. – Я же говорила, отец просто обожает — Я же говорила, отец просто обожает Маркуса. — Конечно, — совершенно серьёзно кивнул он. — Именно поэтому я мысленно уже пишу надгробную речь. Кай тихо хмыкнул. — Если шериф действительно попытается причинить вред Маркусу, я, пожалуй, впервые в жизни поставлю на человека. Маркус бросил на него спокойный взгляд. — Благодарю за поддержку. — Не стоит. Мне просто любопытно посмотреть. Мира рассмеялась, качая головой. — Вы неисправимы. — Это правда, — невозмутимо согласился Аро. Объявление о посадке прозвучало вновь. — Пора, — негромко сказал Маркус. Он легко переплёл свои пальцы с её. Мира по очереди посмотрела на каждого из них. За эти месяцы Вольтерра стала для неё чем-то большим, чем просто город. Здесь она встретила любовь. Здесь обрела странную, невозможную семью. Даже Кай, который до сих пор делал вид, будто терпит её исключительно из уважения к Маркусу, стал для неё родным. Она неожиданно подошла к нему. — Можно? Кай удивлённо приподнял бровь. — Что именно? — Обнять. Он посмотрел сначала на неё, затем на Аро, словно проверяя, не устроили ли они очередной заговор. — Не вижу причин. Мира быстро обняла его. Всего на секунду. Кай застыл настолько неподвижно, что можно было решить — он вообще забыл, как двигаться. Когда она отстранилась, он негромко произнёс: — Странная человеческая привычка. — Тебе понравилось. — Нет. — Понравилось. — Нет. Аро уже откровенно смеялся. — Кажется, Кай впервые за несколько столетий не знает, что ответить. — Замолчи, Аро. Мира улыбнулась. — До встречи. — До встречи, дитя, — мягко ответил Аро. Она ещё раз помахала рукой, и вместе с Маркусом направилась к зоне досмотра. Когда самолёт поднялся над Италией, Мира прильнула к иллюминатору. Под крылом медленно исчезали зелёные холмы Тосканы. Где-то там оставалась Вольтерра. Маркус молча наблюдал за ней. — Грустно? — Немного. — Мы скоро вернёмся. Она повернулась к нему. — Знаешь... ещё совсем недавно я боялась этого места. — А теперь? — Теперь там мой дом. Маркус несколько секунд молчал. — Дом — это не стены. – Она вопросительно посмотрела на него.— Дом — это место, где тебя ждут. Мира улыбнулась. — Да, ты прав. Она осторожно положила голову ему на плечо. Несколько часов они почти не разговаривали. Иногда слова были лишними. Вашингтон встретил их привычным дождём. Серое небо. Запах мокрой хвои. Свежий холодный воздух. Мира глубоко вдохнула. — Форкс... Маркус внимательно огляделся. — Я уже успел отвыкнуть. Она улыбнулась. — Чувствуешь запах дождя? Он слегка наклонил голову. — Я скучала по нему. Маркус перевёл взгляд на бесконечные ели. — Понимаю, почему Калены выбрали именно это место. Здесь спокойно. Пока мы снова не встретились с твоим отцом. Мира тихо рассмеялась. — Ты действительно переживаешь. — Да. — Это так необычно видеть. Маркус посмотрел на неё совершенно серьёзно. — За последние тысячу лет мне редко приходилось просить чьего-либо одобрения. — И как ощущения? — Намного сложнее, чем переговоры с правителями. Она звонко рассмеялась. — Не смейся. — Прости... просто представляю тебя перед папой. — Я тоже представляю. — И? — Пока картина складывается не в мою пользу. Мира остановилась прямо посреди зала прилёта. Взяла его лицо в ладони. — Послушай меня. Он посмотрел ей в глаза. — Мой папа уже принял тебя как моего возлюбленного, свадьба это лишь следующий, неотвратимый этап. К тому же в день знакомства с ним ты сказал ему, что всё серьёзно. Думаю в глубине души он сам этого ждал. — Но не спустя год знакомства. Мира тихо улыбнулась. — Поверь... для папы и через десять лет будет "слишком рано". – Она взяла его за руку и направилась к выходу из аэропорта. — Когда Белла начала встречаться с Эдвардом, папа тоже переживал. Только тогда дело было не в свадьбе, а в том, что его дочь вообще выросла. Маркус задумчиво кивнул. — Это... понятное чувство. — Именно. Они вышли на улицу. Прохладный дождь встретил их лёгкой моросью. На парковке уже стоял знакомый серый полицейский внедорожник. Мира остановилась. — Он приехал. Маркус проследил за её взглядом. У машины, прислонившись плечом к двери, стоял Чарли Свон. В руках — неизменный бумажный стаканчик с кофе. На нём была тёплая куртка шерифа, а на лице — привычное спокойствие человека, который давно привык наблюдать больше, чем говорить. Заметив дочь, он улыбнулся. Совсем по-отцовски. — Привет, солнышко. — Папа! Мира почти бегом преодолела оставшееся расстояние и крепко обняла его. Чарли обнял её в ответ, осторожно погладив по волосам. — Рад, что ты дома. — Я тоже. Он чуть отстранился и внимательно посмотрел на дочь. — Выглядишь счастливой. Она невольно улыбнулась. — Так и есть. Чарли кивнул. Только после этого его взгляд переместился на Маркуса. Тот уже подошёл ближе. Высокий, безупречно одетый, с неизменно спокойной осанкой. Маркус остановился напротив шерифа и слегка склонил голову. — Чарли. — Маркус. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Мира переводила взгляд с одного на другого. «Началось...» Первым заговорил Чарли. — Как перелёт? — Благополучно. — Джетлаг? — Для меня это несущественно. Чарли усмехнулся уголком губ. — Логично. Неловкая пауза неожиданно затянулась. Мира уже собиралась что-нибудь сказать, как отец вдруг произнёс: — Ну что, поехали домой? Она удивлённо моргнула. — И всё? Чарли посмотрел на неё. — А что? — Я думала... — Что я сразу начну его допрашивать? Она смущённо улыбнулась. — Немного. — Не на парковке же аэропорта. Маркус едва заметно выдохнул. Этот жест не укрылся от внимательного взгляда шерифа. Чарли прищурился. — Ты сейчас... нервничал? Маркус честно ответил: — Да. Шериф несколько секунд молчал. Потом неожиданно усмехнулся. — Это хорошо. Мира удивлённо посмотрела на отца. — Почему? — Потому что если мужчина совсем не нервничает перед отцом девушки, значит, либо ему всё равно, либо он слишком самоуверен. Он посмотрел прямо на Маркуса. — Ни то, ни другое мне бы не понравилось. Маркус спокойно выдержал его взгляд. — Мне далеко не всё равно. Чарли медленно кивнул. — Это я уже понял. Он открыл багажник машины. Маркус без труда поднял сразу оба тяжёлых чемодана. Чарли наблюдал за этим несколько секунд. — Всё забываю, что ты... необычно сильный. — Привычка. — Полезная привычка. Мира тихо засмеялась. Когда багаж был уложен, все трое сели в машину. Дорога до Форкса проходила в привычной тишине. Дождь мерно стучал по крыше. Лес за окнами казался таким же, каким Мира запомнила его перед отъездом. Ничего не изменилось. И вместе с тем изменилось всё. Она сидела между двумя самыми важными мужчинами в своей жизни. Один подарил ей жизнь. Другой — разделил с ней вечность. Машина медленно свернула на знакомую улицу. Фонари уже зажглись, отражаясь в мокром асфальте золотистыми полосами. Дом Свон показался из-за деревьев таким же уютным, каким Мира его помнила. Сердце сжалось от тёплого чувства. — Мы дома, — тихо сказала она. Чарли заглушил двигатель. — Ну вот. Он первым вышел из машины. Маркус достал чемоданы, словно они ничего не весили. Чарли покосился на него. — Всё никак не привыкну. — К чему? — спросила Мира. — К тому, что можно не надрывать спину. Маркус едва заметно улыбнулся. — Могу считать это преимуществом. — Пока ты не предлагаешь помочь переставить весь дом — да. Они вошли внутрь. Дом встретил их теплом и запахом дерева. Мира глубоко вдохнула. — Даже пахнет так же... Чарли снял куртку. — А почему должно быть иначе? Она улыбнулась. — Просто... приятно. Он поставил чайник. — С дороги, наверное, голодные? — Очень, — призналась Мира. — Тогда заказ пиццы никто не отменял. Маркус вопросительно посмотрел на неё. — Это традиция? Она тихо засмеялась. — Практически семейная. — Значит, сегодня я познакомлюсь ещё и с американской кухней. Чарли усмехнулся. — Не спеши делать выводы. Пицца в Форксе — не лучшее достижение человечества. — Зато самая родная, — сказала Мира. Через сорок минут коробки с сувенирами уже стояли на столе. Разговор неожиданно оказался удивительно лёгким. Чарли расспрашивал о поездке. Мира рассказывала о музеях, узких улочках Вольтерры и старых соборах. — Никогда не видел тебя настолько счастливой, — тихо заметил отец. Она посмотрела на него. — Потому что я действительно счастлива. Чарли кивнул. Без слов. Он видел это и сам. Потом его взгляд остановился на кольце. Он уже замечал его раньше. Но сейчас почему-то задержался дольше. — Красивое. Мира машинально коснулась украшения. — Спасибо. Маркус тоже посмотрел на кольцо. В его взгляде появилось едва уловимое тепло. Чарли это заметил. Очень внимательно. Он медленно поставил кружку на стол. — Маркус. — Да? — Можно тебя на пару слов? Мира напряглась. — Пап... — Всё нормально. Он говорил спокойно. — Просто выйдем на крыльцо. Маркус коротко кивнул. — Конечно. Он поднялся. Перед тем как они вышли, Мира осторожно коснулась его руки. Он накрыл её ладонь своей. Всего на мгновение. — Всё будет хорошо, — негромко сказал он. Она слабо улыбнулась. — Я знаю. Дождь почти закончился. Лишь редкие капли срывались с крыши. Чарли облокотился на перила крыльца. Несколько секунд оба молчали. Потом шериф заговорил. — Знаешь... Маркус спокойно ждал. — Когда Белла познакомила меня с Эдвардом, я был уверен, что ничего более странного в моей жизни уже не случится. Маркус позволил себе лёгкую улыбку. — Понимаю. — А потом появилась ты, в два раза старше моей малышки. – Он покачал головой. – И при этом, что забавно, переживаешь, одобрения ли я вашу свадьбу. Маркус посмотрел на дождливый двор. — Потому что мне важно твоё мнение. — Почему? Ответ прозвучал без раздумий. — Ты её отец. Для неё это имеет значение. Следовательно, имеет значение и для меня. Чарли несколько секунд изучал его лицо. — Ты действительно так мыслишь? — Да. — Интересно... Он тихо усмехнулся. — В первые месяцы я всё пытался понять, кто ты такой. Маркус молчал. — Но потом я увидел мужчину, который каждый раз смотрит на мою дочь так, словно она единственный человек в комнате. – Он сделал небольшую паузу. — А сегодня увидел ещё кое-что. — Что именно? — Что ты боишься. Маркус честно ответил: — Очень. — Меня? — Нет. Чарли вопросительно поднял бровь. — Боюсь причинить ей боль. Шериф медленно кивнул. — Хороший ответ. Маркус опустил взгляд. — Он правдивый. Повисла тишина. Потом Чарли неожиданно спросил: — Ты уже выбрал, как будешь делать предложение официально? Маркус удивился. Совсем немного. Но удивился. — Я... хотел попросить вашего благословения завтра. — Почему не сегодня? — Вы только встретили дочь после долгой разлуки. Я не хотел отнимать этот вечер. Чарли улыбнулся. Совсем слабо. — Всё-таки воспитание у тебя старомодное. — Вероятно. — Сколько тебе лет, Маркус? — Чуть больше... пятидесяти. Чарли присвистнул. — Господи... Потом покачал головой. — Даже представить не могу. Маркус спокойно ответил: — Иногда мне самому трудно представить. Шериф рассмеялся. И это был первый по-настоящему искренний смех за весь вечер. Из дома выглянула Мира. — Вы ещё долго? Чарли обернулся. — Уже идём. Она внимательно посмотрела сначала на одного, потом на другого. — Всё хорошо? — Да, — одновременно ответили оба. Мира подозрительно прищурилась. — Подозрительно одинаковый ответ. Чарли улыбнулся. — Кажется, начинаю понимать, почему ты выбрала именно его. Маркус перевёл взгляд на шерифа. Тот спокойно продолжил: — Он умеет ждать. А мужчины, которые умеют ждать ради женщины, встречаются не так часто. Мира почувствовала, как тепло разливается в груди. Она подошла к ним и привычно взяла Маркуса за руку. Чарли посмотрел на их переплетённые пальцы и театрально вздохнул. — Вот только к этому я, похоже, никогда не привыкну. Мира рассмеялась. — Мы правда так часто держимся за руки? Маркус посмотрел на неё. Потом на их ладони. И совершенно серьёзно ответил: — Кажется... да. — И тебя это не смущает? — Нет. — А меня, — проворчал Чарли, открывая дверь, — ещё как. Он сделал паузу, а затем, не оборачиваясь, добавил с улыбкой: — Но, пожалуй... это гораздо лучше, чем если бы вы не хотели отпускать друг друга вовсе. Маркус встретился взглядом с Мирой. И в этот момент они оба поняли: первый, самый трудный шаг навстречу новой семье уже был сделан...