Пикми дримлэнд

Машина плавно тронулась с места, растворяясь в шуме дождя, который всё ещё яростно колотил по стеклу. Дворники размеренно скользили по лобовому. Влево. Вправо. Влево. Каждый их взмах стирал мутную пелену дождя лишь на мгновение, прежде чем новые потоки воды снова превращали вечернюю Москву в размытое пятно из фонарей, красных стоп-сигналов и отражений. В машине радио играло настолько тихо, что музыку скорее угадывали, чем слышали. Несколько минут они ехали молча. Первой не выдержала Тоня. — Спасибо. Антон мельком посмотрел на неё. — Ты уже говорила. Но если хочешь, можешь поблагодарить ещё. От замечания девушке стало немного неловко, но она сделала вид, что не заметила этого. — Хотела просто расставить акценты. Шастун понимающе кивнул. — Ты выглядела так, будто ещё минут десять — и начнёшь драться за еду с голубями. Голуби бы победили, и завтра в новостях вышли бы статьи о том, как юную девушку заклевали птицы, а ей никто не помог, — усмехнулся он. — Они в Москве суровые. Тоня тихо фыркнула. — Я заметила. Вообще у вас тут всё суровое. — У вас? Она кивнула. — Я не местная. — А откуда? — Новосиб. — Ого. — Не настолько далеко, чтобы говорить «ого». — Для меня давно всё, что дальше МКАДа, — уже экспедиция. Она сконфуженно улыбнулась, отвернулась к окну и ненадолго притихла. За стеклом дождь всё ещё безуспешно пытался смыть Москву. Фары встречных машин на секунду вспыхивали в мокрых потёках, а потом исчезали так же быстро, как появлялись. Антон попробовал вернуть разговор. — И что занесло в столицу? — Работа. Он бросил на неё короткий взгляд. — Командировка? — Типа того. Тоня пожала плечами. — На несколько дней приехала. Днём дела, а сегодняшний вечер решила оставить себе. — И потратила его на «Неигры». — Ну да. Она ответила так буднично, будто речь шла о походе за хлебом. Антон покосился на неё. — Не пожалела? Девушка снова отвернулась к окну. — Пока телефон не умер — вообще нет. Вы там все совершенно шикарные. Она ненадолго задумалась, будто сама не ожидала, что решит поделиться личным: — Вообще «Импровизацию» я ещё в универе начала смотреть. Ещё по телеку. Уже тогда это было одно из немногих шоу, от которых не хотелось блевать. В какое-то время даже, наверное, фанатела от вас. Ну... не от тебя, конечно. Больше от Арсения, Димы и Серёжи. Антон коротко усмехнулся. — Вот это сейчас было неожиданно. — Почему? — Обычно в таких разговорах я хотя бы в тройку попадаю. Тоня рассмеялась. — Ну извини, — она пожала плечами, — Знаешь... вообще люблю людей ярких. Необычных. Может, ебанутых маленько. Вы еще в самом начале такими были, а потом раскрылись каждый по-своему и стали вообще сумасшедшими. И шутки эти гейские ваши... извини, знаю, вы не любите это обсуждать. Мне попадались интервью. Антон молча улыбнулся. Всё это он слышал уже не раз. Про «Артона» шутили уже много лет. Когда-то подобные разговоры цепляли сильнее. Сейчас — почти нет. Наверное, время всё-таки сделало своё дело. К тому же Тоня явно не пыталась ни польстить ему, ни впечатлить. Она говорила так же спокойно, как минуту назад обсуждала голубей. Просто в этот раз вспоминала кусочек своей жизни, в котором неожиданно для Антона оказался он сам. — Поэтому... — Тоня вдруг смущённо улыбнулась. — Если честно... я до сих пор немного в ахуе, что вообще сейчас сижу рядом с тобой. Антон покосился на неё и тихо хмыкнул. — И когда отпустит? Она прыснула со смеху. — Боюсь, не скоро. — А то я уже начал переживать, что ты слишком быстро привыкла. Они оба улыбнулись. Антон кивнул в сторону телефона: — Ладно. Говори, куда ехать. Тоня назвала адрес отеля. Антон, не сводя взгляда с дороги, покачал головой. — За рулём телефоном не пользуюсь. Введи сама. Он протянул ей айфон. Тоня на секунду замешкалась. Она бы никогда не отдала незнакомому человеку свой телефон вот так просто. Хотя... Наверное, мужчины вообще не привыкли постоянно просчитывать опасность. Девушкам с детства приходится сканировать пространство: кто идёт следом, кто слишком долго смотрит, кто может оказаться совсем не тем, за кого себя выдаёт. А мужчинам в этом смысле проще. В конце концов, даже если она сейчас откроет дверь и убежит с его телефоном, далеко всё равно не уйдёт. От этой мысли стало дискомфортно. Девушка быстро ввела адрес в навигатор и вернула телефон владельцу. _____ Остаток дороги молодые люди провели в негромком диалоге. Они даже успели поспорить о кофе. — Настоящий кофе — это чёрный. Без сиропов, сливок и вот этой всей сладкой ерунды. — Настоящий кофе — это тот, который можно пить без чувства, что тебя наказали. Антон фыркнул. — После наказания сидеть больно, а черный кофе — это роскошный максимум. Тоня на секунду замолчала. Первым порывом было спросить, откуда он это знает, что бывает после наказания. Вторым — быстро напомнить себе, что некоторые вопросы лучше не задавать человеку, которого знаешь чуть больше часа. Судя по всему, эта маленькая внутренняя борьба слишком явно отразилась у неё на лице. — Испугалась? — спросил Антон, коротко покосившись в её сторону. — Ещё чего, — тут же вскинулась Тоня. — Любишь боль, да? Твое дело. Она демонстративно отвернулась к окну. «Нет. Даже думать в эту сторону не буду». Антон ничего не ответил. Только едва заметно улыбнулся и снова перевёл взгляд на дорогу. ______ Машина плавно остановилась возле гостиницы. Тоня отстегнула ремень безопасности и уже потянулась к двери. — Спасибо. На этот раз слово прозвучало совсем иначе. Не из вежливости, а потому, что правда была благодарна. Ладонь легла на дверную ручку, но выходить девушка почему-то не спешила. — Ну... — Ну... Они одновременно улыбнулись. — Было приятно познакомиться. — Взаимно. Тоня уже собиралась выйти, когда за спиной прозвучало: — Подожди. Она обернулась. Антон вдруг перестал выглядеть таким уверенным. Неловко провёл ладонью по затылку. Будто сам ещё не решил, стоит ли это говорить. — Дашь номер? Тоня внимательно посмотрела на него и не задумываясь ответила: — Нет. Антон удивлённо поднял брови. Она говорила спокойно. Почти мягко. Только взгляд вдруг стал очень серьёзным. — Если я дам тебе номер, то потом буду ждать, что ты напишешь, — она ненадолго отвела глаза, — А ты, может быть, не напишешь, — уголок губ едва заметно дрогнул. — И я буду из-за этого расстраиваться. Она снова посмотрела на него. — Поэтому дай мне сделать вид, что это я тебя отшила. — короткая пауза. — Пожалуйста. Антон посмотрел ей в глаза и негромко рассмеялся. — Это, пожалуй, самый странный отказ, который я когда-либо получал. Он улыбнулся. — Но принимается. Тоня открыла дверь. В салон сразу ворвался влажный прохладный воздух, пахнущий мокрым асфальтом. Она выбралась наружу, наклонилась к открытому окну и улыбнулась. Почти так же, как час назад, когда пыталась остановить первую попавшуюся машину. Только теперь уже без паники. — Спасибо за вечер, Антон. Он задержал на ней взгляд ещё на секунду. — Не теряйся. Тоня улыбнулась, закрыла дверь и пошла к стеклянным дверям гостиницы. Антон проводил её взглядом до самого входа. Только когда девушка скрылась внутри, он посмотрел на пустое пассажирское сиденье. Он тихо усмехнулся. Ему действительно хотелось увидеть её ещё раз. «Ну и характер...» Почему-то эта мысль оказалась неожиданно приятной.