Обратная дорога

Диппер проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо. Он открыл глаза — в комнате было ещё темно, только серый рассветный свет пробивался сквозь щели в жалюзи. Над ним стояла Мэйбл, уже одетая, с мокрыми волосами и горящими глазами. — Вставай! — прошептала она, хотя в доме было тихо. — Я слышала, как дядя Стэн уже возится на кухне. Он жарит бекон. Это наш шанс поесть горячего, пока Зус не проснулся и не попросил веганский вариант. Диппер сел на кровати, потёр лицо ладонями. Пальцы пахли потом и землёй — от вчерашнего дня. Он скинул одеяло и встал, чувствуя, как ноют мышцы ног и спины. Каждое движение отдавалось тупой болью в пояснице. — Сколько времени? — спросил он, зевая. — Полседьмого, — ответила Мэйбл. — Мы проспали почти семь часов. Это рекорд за последние дни. Он натянул джинсы и старую футболку, которая уже была в пятнах от грязи, и спустился вниз. На кухне действительно было шумно — Стэн стоял у плиты в своём неизменном фартуке «Повар-аферист» и ловко переворачивал лопаткой куски бекона. На сковороде шипело, и запах жареного мяса разливался по комнате, смешиваясь с ароматом свежего кофе. — Шевели баклажками, — бросил Стэн, не оборачиваясь. — У нас сегодня много дел. Я уже разбудил твоего дядю-учёного — он сидит в лаборатории и строчит что-то на своём компе. Я даже не спрашиваю. — Он всегда что-то строчит, — сказала Мэйбл, садясь за стол и намазывая масло на хлеб. Диппер сел рядом, взял кружку с горячим кофе и вдохнул пар. Горьковатый запах ударил в нос, и он почувствовал, как по телу разливается тепло. На столе уже лежала карта, развёрнутая и придавленная солонкой и перечницей. На ней было отмечено семь крестиков — те точки, которые они ещё не посетили. — Семь, — сказал он, глядя на карту. — Мы должны успеть за два дня. — Успеем, — сказал Форд, появляясь в дверях. Он был в своей синей куртке, поверх которой был надет какой-то странный пояс с отсеками для инструментов. В руках он держал блокнот, исписанный новыми символами. — Я пересчитал маршрут. Если мы начнём с восточной точки и двинемся по спирали, то сможем разместить все семь за один день. Но это будет длинный день. — Насколько длинный? — спросила Венди, которая уже сидела на подоконнике с кружкой чая. Она появилась незаметно, как всегда — Диппер даже не услышал, как она вошла. — Если не будет задержек, часов четырнадцать-пятнадцать, — ответил Форд. Стэн присвистнул, переворачивая последний кусок бекона. — Четырнадцать часов. И это без обеда. — Мы возьмём еду с собой, — сказал Форд. — Я уже попросил Зуса нарезать сэндвичи. У нас будет две остановки на пятнадцать минут. Всё остальное — ходьба. Диппер доел завтрак, чувствуя, как еда заполняет пустой желудок. Он посмотрел на свои руки — пальцы слегка дрожали от усталости, но он сжал их в кулак, заставляя успокоиться. — Тогда не будем терять время, — сказал он, вставая. — Собираемся. Они вышли из Хижины в седьмом часу утра. Солнце уже поднялось над верхушками сосен, и его лучи пробивались сквозь кроны, оставляя на земле длинные полосы света и тени. Воздух был прохладным и влажным, пахло росой и хвоей. Первый диск, который они должны были разместить, находился на восточном краю города, в старом карьере, который давно был заброшен. Карьер представлял собой огромную яму, заполненную водой, которая за десятилетия стала мутно-зелёной, затянутой ряской. Вокруг росли высокие кусты и деревья, почти скрывая вход. — По карте, точка под водой, — сказал Форд, вглядываясь в лист. — В центре карьера. На дне должна быть плита. — Мы должны нырнуть? — спросил Зус, и его голос дрогнул. — Я не умею плавать. Я вообще боюсь воды, в которой не видно дна. — Я нырну, — сказала Венди, снимая куртку и оставляя её на камне. Под ней была майка и шорты. Она подошла к краю воды, опустила ногу — вода была холодной. — Только скажи, что искать. — Каменную плиту с символом, — сказал Форд, протягивая ей диск. — В центре будет углубление. Вставь его и сразу всплывай. Венди кивнула, взяла диск, зажала его в зубах и без лишних слов нырнула в воду. Диппер увидел, как её тело погружается в зелёную муть, и на секунду сердце замерло — она исчезла из виду. Секунды тянулись, как часы. Он перевёл дыхание и услышал, как Мэйбл тихо считает: — Один… два… три… На счёте двадцать из воды показалась голова Венди. Она выдохнула, глубоко вдохнула и крикнула: — Готово! Там была плита. Я вставила диск. Ничего не произошло. — Ничего и не должно было, — сказал Форд. — Они активируются только тогда, когда все двенадцать будут на месте. Иди сюда, вылезай. Венди выбралась на берег, отряхиваясь, как собака. Вода стекала с её волос и одежды, и она дрожала от холода, но улыбалась. — Боже, как же холодно. — У нас есть запасная куртка в рюкзаке, — сказал Диппер, протягивая ей сложенную ветровку. Они двинулись дальше. Вторая точка находилась в лесу, на поляне, где стояла старая каменная беседка, почти разрушенная, заросшая плющом. Беседка была построена ещё в начале XX века, и на её полу была вырезана та же звезда, которую они видели на карте. — Здесь, — сказал Форд, показывая на центр звезды. — Положи диск прямо в середину. Стэн опустился на колени и начал счищать мокрые листья и грязь с камня. Под ними открылась та же выемка, что и раньше. Он вставил диск, и тот закрепился с едва слышным щелчком. — Готово. Третья точка оказалась на чердаке старого заброшенного дома на окраине города. Дом стоял пустой уже лет двадцать, и полы в нём прогнили, но лестница, ведущая наверх, ещё держалась. Они поднимались осторожно, проверяя каждую ступеньку ногой, прежде чем поставить на неё весь вес. На чердаке было душно и пыльно. Солнечные лучи пробивались сквозь дыры в крыше, оставляя на полу золотые пятна. В углу, за грудой старых газет, они нашли люк, ведущий в маленькую комнатку — тайник, скрытый от посторонних глаз. — Здесь должен быть центр, — сказал Форд, указывая на стену, за которой угадывалась ниша. — Как мы туда попадём? — спросила Мэйбл. — Стена целая. — Сними газеты, — сказала Венди, уже начиная разгребать завалы. — Там должна быть дверь. За газетами действительно была старая деревянная панель с ручкой. Венди дёрнула — она поддалась, и за ней открылась небольшая каменная камера, в центре которой на пьедестале лежал четвёртый диск. — Он уже тут, — сказал Стэн. — Нам не нужно его вставлять. Он уже на месте. — Значит, этот центр был активирован раньше, — сказал Форд, задумчиво разглядывая диск. — Но почему? Кто-то опередил нас. — Может быть, тот, кто построил эту систему, — предположила Мэйбл. — Или тот, кто пытался её разрушить, — тихо сказал Диппер. Они проверили диск — он был плотно вделан в камень и не двигался. Форд сделал несколько фотографий и сделал пометки в блокноте. — Мы оставляем его. Переходим к следующей точке. К полудню они разместили ещё два диска. Один был в старой водонапорной башне, на вершине, куда пришлось взбираться по ржавым перекладинам. Второй — в подземелье под церковью Святого Иуды, куда они уже спускались раньше. Они остановились на обед в тени старого дуба недалеко от леса. Зус раздал сэндвичи и воду. Мэйбл прислонилась спиной к стволу и закрыла глаза, и её дыхание стало ровным — она почти уснула за пару минут. — Осталось два, — сказал Стэн, жуя хлеб. — И они, судя по карте, самые сложные. — Один — на вершине утёса, — сказал Форд, проводя пальцем по карте. — Второй — в пещере под рекой. — Под рекой? — переспросил Диппер, нахмурившись. — Мы должны пройти под водой? — Не под водой, а в пещере, которая тянется под руслом. Там есть ход, но он может быть затоплен. Придётся лезть через колодец. Стэн выругался сквозь зубы, но ничего не сказал. Он доел сэндвич и поднялся. — Тогда идём. Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим. Они пошли к утёсу. Путь занял около часа. Утёс был высоким, почти отвесным, и на его вершине росли старые сосны, цепляющиеся корнями за трещины в камне. — Как мы туда заберёмся? — спросила Мэйбл, запрокидывая голову. — Есть тропа с другой стороны, — сказал Форд. — Я видел её на старых картах. Она ведёт прямо к вершине. Они обогнули утёс и действительно нашли едва заметную тропу, петляющую между валунов. Подъём был крутым и скользким — камни были влажными от росы, и несколько раз Диппер оступался, хватаясь за кусты. На вершине открылся ветер. Он был сильным и порывистым, трепал волосы и рвал куртки. Диппер прищурился, глядя на открывающийся вид — Гравити Фолз лежал внизу, как игрушечный городок, с маленькими домиками и полосками улиц. — Там, — сказал Форд, указывая на плоский камень в центре вершины. — Плита. На камне была вырезана всё та же звезда, а в центре — углубление. Диппер достал один из оставшихся дисков и вставил его. Камень дрогнул, и на этот раз от диска пошёл не просто свет, а тонкий, вибрирующий гул, который разнёсся над лесом, заставив птиц взлететь стаями. — Один остался, — сказал Стэн, вытирая пот со лба. — Последний. — К пещере, — сказал Форд. Они спустились с утёса и двинулись к реке. Там, на берегу, у подножия старого обрыва, был вход в пещеру — тёмный, зияющий провал, из которого тянуло холодом и сыростью. — Я пойду первым, — сказал Диппер, зажигая фонарь. Он шагнул внутрь. Стены пещеры были мокрыми, покрытыми блестящими разводами. С потолка капала вода, и эхо разносило каждый звук, многократно усиливая его. Они прошли около двухсот метров, и пещера расширилась в зал. В центре зала, на каменном пьедестале, лежал последний диск. Он был единственным, который не был серебряным — он был чёрным, почти угольным, и на его поверхности не было видно символа. — Это не похоже на другие, — сказал Диппер. — Это центр, — сказал Форд, подходя ближе. — Это не просто диск. Это ключ. Он связывает все остальные. Он протянул руку, чтобы взять его, но в тот момент из темноты послышался голос — низкий, глубокий, раздающийся не откуда-то, а прямо из камней. — Не касайся. Все замерли. Голос повторился, и теперь они видели источник — из стены начала выступать фигура, такая же, как та, что была в подвале мэрии, но менее осязаемая, почти прозрачная. — Это Смотритель, — сказал Форд, не сводя с неё глаз. — Я не причиню вреда, — сказала фигура. Её голос был спокойным, даже мягким. — Но ты должен понять, что делаешь. Этот диск — последний. Он не такой, как остальные. Он не закрывает проход. Он открывает его. — Зачем нам открывать проход? — спросил Диппер. — Чтобы закрыть его навсегда, — ответила фигура. — Только тот, кто войдёт, сможет запечатать систему изнутри. Иначе барьер останется неполным. — Кто должен войти? — спросил Стэн. — Тот, кто носит амулет, — сказала фигура, глядя на Форда. — Ты. Ты должен взять диск и войти в центр. Остальные будут ждать снаружи. Если ты не вернёшься через час, барьер рухнет, и все Смотрители освободятся. Форд стоял неподвижно. В его глазах не было страха — только холодное, спокойное понимание. — Я согласен, — сказал он. — Дядя Форд! — воскликнула Мэйбл. — Ты не можешь… — Могу, — прервал её Форд. — Я знаю эту систему лучше всех. Если кто-то должен войти, это я. Он взял чёрный диск из рук фигуры и повернулся к остальным. — Ждите меня здесь. Если через час я не вернусь, возвращайтесь в Хижину и не пытайтесь войти. Он шагнул в темноту, и стена за ним сомкнулась, скрыв его от глаз. Диппер стоял, сжимая кулаки, и смотрел на то место, где исчез его дядя. Сердце колотилось, и в ушах шумела кровь. Они ждали.