Когда анемона перестала цвести

Прошло уже несколько месяцев с начала обучения в Облачных Глубинах. Для Цзян Ина каждый день был похож на предыдущий. Утренние занятия, лекции, медитации, чтение трактатов в библиотеке. Он неизменно соблюдал правила, никогда не опаздывал и не доставлял наставникам хлопот. Лань Цижэнь все чаще ставил его в пример другим ученикам. Совсем иначе обстояли дела у Цзян Чэна. — Цзян Чэн! Не Хуайсан! — раздался возмущенный голос ученика Лань. — Вы снова нарушили правила! — Всего лишь немного пошумели, — пожал плечами Цзян Чэн. — Немного? Вы устроили соревнование, кто быстрее перепрыгнет через стену внутреннего двора! Не Хуайсан виновато спрятался за веером. — Это была идея Цзян Чэна… — Предатель! В результате оба уже в который раз сидели в библиотеке, переписывая правила Гусу Лань. — Правило двести пятьдесят шестое… — уныло протянул Не Хуайсан. — Правило двести пятьдесят седьмое… — недовольно продолжил Цзян Чэн. Напротив них спокойно переписывал заметки А-Ин. Он закончил свои записи намного раньше, но остался, чтобы дождаться друзей. — Гэгэ, писать аккуратнее, — тихо заметил он. — Иначе заставят переписывать еще раз. — Если бы не ты, А-Ин, меня бы уже давно выгнали отсюда, — проворчал Цзян Чэн. — Это неправда. — Правда. Не Хуайсан тихо рассмеялся. Пока Цзян Чэн отбывал наказания, он неожиданно сблизился со старшим нефритом Гусу Лань. Лань Сичэнь часто приносил ученикам чай или проверял, как проходит наказание. — Молодой господин Цзян, вы снова здесь. — Ага. — В этот раз за что? — Спросите лучше, за что не я. Лань Сичэнь мягко рассмеялся. Со временем подобные разговоры стали происходить все чаще. Несмотря на шумный, вспыльчивый и азартный характер Цзян Чэна, Лань Сичэнь рядом с ним всегда выглядел особенно спокойным. Он терпеливо выслушивал его жалобы, иногда улыбался его прямолинейности и все чаще сам искал возможность поговорить с наследником Юньмэн Цзян. Цзян Чэн же совершенно ничего не замечал. Для него Лань Сичэнь был просто хорошим другом. — Лань-сюн, хочешь завтра посмотреть соревнования по стрельбе? — Если позволит время. — Отлично! Тогда я обязательно выиграю. — Я буду болеть за тебя. Цзян Чэн лишь широко улыбнулся. Он так и не заметил, с какой теплотой смотрел на него Лань Сичэнь. А вот Цзян Ину становилось все тяжелее. Он по-прежнему пытался подружиться с Лань Чжанем. — Лань-гунцзы, вы уже прочитали трактат о духовных мечах? — Да. — Что вы думаете о… — Мне необходимо на тренировку. И Лань Чжань уходил. На следующий день А-Ин встретил его возле библиотеки. — Лань-гунцзы, не хотите… — Мне нужно помочь брату. Еще через несколько дней. — Лань-гунцзы… — Скоро вечерняя медитация. И снова короткий поклон. И снова удаляющаяся белая фигура. Каждый раз Лань Чжань находил новую причину закончить разговор, едва тот успевал начаться. Иногда это были правила. Иногда обязанности. Иногда необходимость тренироваться. А порой он просто произносил короткое: — Прошу прощения. И уходил. Цзян Ин никогда не удерживал его. Он лишь опускал взгляд и тихо улыбался, словно убеждая самого себя, что ничего страшного не произошло. Но с каждым днем эта улыбка становилась все слабее. Со стороны могло показаться, что Лань Чжань просто был немногословен. Однако Не Хуайсан однажды тихо сказал Цзян Чэну: — Ты заметил… Второй молодой господин Лань словно специально избегает А-Ина. Цзян Чэн нахмурился. Он давно это видел. Только не понимал — почему.