Когда анемона перестала цвести

Магистр дьявольского культа: AU — Младший сын Юньмэн Цзян Над озерами Юньмэна ранним утром стелился легкий туман. На тренировочной площадке Пристани Лотоса уже слышался звон мечей. — Еще раз! — строго произнесла мадам Юй. Юноша в фиолетовых одеждах глубоко вдохнул и снова поднял меч. Его движения были точными и плавными, а духовная энергия послушно струилась по клинку. — Неплохо, А-Ин, — впервые за тренировку в голосе мадам Юй прозвучало одобрение. — Но не позволяй своей доброте притуплять решимость. — Да, матушка, — почтительно ответил Цзян Ин. Он был младшим ребенком семьи Цзян. Старшая сестра, Цзян Яньли, унаследовала твердый характер матери. Спокойная, независимая и решительная, она пользовалась уважением не меньше, чем глава клана. Средний сын, Цзян Чэн, был вспыльчивым и гордым наследником Юньмэн Цзян. А младший… Цзян Ин был совсем другим. Талантливый заклинатель с сильным золотым ядром, умный и наблюдательный, он редко спорил с окружающими. Его мягкость часто принимали за слабость, хотя те, кто хорошо его знал, понимали: за застенчивой улыбкой скрывалось большое упорство. — А-Ин! — позвал Цзян Чэн. — Если продолжишь тренироваться без отдыха, потом опять свалишься от усталости. — Я… уже заканчиваю. Цзян Яньли подошла к брату и поправила выбившуюся прядь волос. — Не забывай отдыхать. Даже сильное золотое ядро не заменит крепкого здоровья. А-Ин лишь смущенно улыбнулся. Спустя несколько недель дети клана Цзян прибыли в Облачные Глубины для обучения. В отличие от многих молодых заклинателей, Цзян Ин никогда не нарушал правил. Он внимательно слушал лекции, первым приходил в библиотеку и последним уходил после занятий. Старейшины клана Лань были довольны таким учеником. — Юный господин Цзян весьма прилежен. — Скромен и воспитан. — И обладает исключительным талантом. Даже строгий учитель Лань Цижэнь не находил причин сделать ему замечание. Цзян Чэн лишь качал головой. — Иногда мне кажется, А-Ин, что ты родился именно в Гусу Лань. Не Хуайсан тихо рассмеялся, прячась за веером. — Если бы все были такими, как ты, мне не пришлось бы каждый день переписывать наказания. Трое быстро стали неразлучными друзьями. Пока Цзян Чэн ворчал, а Не Хуайсан всеми силами избегал дополнительных занятий, А-Ин терпеливо объяснял им сложные трактаты и помогал готовиться к урокам. Но был один человек, рядом с которым сердце Цзян Ина начинало биться быстрее. Второй нефрит Гусу Лань — Лань Чжань. Каждый раз, встречая его в библиотеке или на занятиях, А-Ин вежливо кланялся. — Доброе утро, Лань-гунцзы. — Мг. — Спасибо, что одолжили мне свиток. — Мг. Иногда Цзян Ин пытался поддержать разговор. — Сегодня очень красивый закат… Лань Чжань лишь коротко отвечал: — Правила запрещают праздные разговоры во время вечернего обхода. После чего спокойно уходил. А-Ин смотрел ему вслед, стараясь скрыть разочарование. «Наверное… я просто ему неинтересен.» Он никогда не жаловался брату и сестре, но те все замечали. — А-Ин, — однажды сказал Цзян Чэн, положив руку ему на плечо, — если кто-то тебя не замечает, это еще не значит, что с тобой что-то не так. — Верно, — поддержала Цзян Яньли. — Не позволяй чужому равнодушию заставить тебя сомневаться в себе. А-Ин лишь тихо улыбнулся. — Спасибо… гэгэ, шицзе. Он еще не знал, что впереди его ждут события, которые навсегда изменят судьбы всех великих кланов.