Стиратель

      Ты замерла в позе, напоминающей мольбу о прощении перед самим Господом Богом, хотя, честно говоря, в текущих обстоятельствах этот жест выглядел скорее как глупое капитулирование перед надвигающейся смертью. Секунду назад ты, кажется, «оскорбила» самого низкорослого и обиженного на весь мир парня с вороньими волосами. «Оскорбила» — это ещё мягко сказано. В пору было ставить памятник твоему феноменальному таланту находить самые неподходящие слова в самые неподходящие моменты. В голове пульсировал немой вопрос: почему он до сих пор не вырезал тебя за этот «богатый словарный запас»? Он что, оценил твои ораторские способности? Или в его безумной шкале ценностей ты сейчас выглядишь настолько нелепо, что убийство кажется пустой тратой времени? Тишина, повисшая в воздухе, давила на перепонки. Ты продолжала стоять в той же позе, не понимая, какого черта вообще не двигаешься. Неужели после всего, что ты только что выплеснула из своей головы прямо на него, ты действительно решила, что стоять в этой позорной позе — лучшее решение в мире? Вопросы роились в голове, но ответов не было — лишь тишина, нарушаемая звуком удаляющихся тяжелых шагов. С каждой секундой они становились тише, пока не растворились в гулком пространстве окончательно. Первым пошевелился брат — он выпрямился, растирая затылок, и ты машинально повторила его движение. Глаза сами собой начали искать тех двоих, но коридор был пуст. Исчезли. Такие быстрые… «Почему он не убил меня?» — прошептала ты, скорее самой себе, чем кому-то еще. Леонард уставился на тебя с непониманием. Он нахмурился, переводя взгляд туда же, куда смотрела ты, и его брови сошлись на переносице. Что за странные вопросы? «Ну, я тоже испугался…» — пробормотал он, глядя в пол. «У тебя глаза были такие… ну, будто ты сейчас заплачешь. И вообще с ними было как-то страшно рядом стоять, жуть просто. Но чего ты так боишься? Что они родителям про наши ругательства расскажут — это да, это плохо. Мама точно расстроится. Но зачем им ради этого тебя убивать?». Ты перевела взгляд на Леонарда. Он выглядел таким нелепым в своем желании защитить тебя. Если бы ты не впечатала его ногой в бок пару минут назад, заставив заткнуться и пригнуться, его бы уже не было в живых. И от этой мысли внутри всё холодело. Он готов был драться за тебя, даже не понимая, что бросает вызов самой смерти. Ты хотела бы злиться на его безрассудство, но какое право ты имеешь? Ведь именно ты, своим языком без костей, за секунду превратила эту встречу в потенциальную могилу для вас обоих. Почему они просто ушли? Фейтан не тот, кто раздает подарки в виде «вторых шансов». В каноне за одно неосторожное слово он превращал людей в кровавый фарш, и это считалось ещё «милосердным» финалом. Ты знала это слишком хорошо: для него смерть — это лишь скучный конец. Он садист, для которого сама жизнь жертвы — это бесконечный холст, и то, что он способен вытворять с плотью и нервами, выходило далеко за рамки человеческого понимания. Быстрая смерть от его рук была бы благословением, выходом, о котором мечтают те, кто оказался в его пыточной. Господи, ты ведь знала всё это. Ты лайкала каждый эдит с ним в ТикТоке, восхищалась его эстетикой, его холодностью… Но в реальности от этой «эстетики» несло могильным холодом и запахом застарелой крови. Ты не была дурой: ты всегда понимала, что по ту сторону экрана — настоящий монстр. Но сейчас, когда этот монстр пощадил тебя, тебе стало не до восхищения.  Ты ненавидела себя за эту «романтизацию». В прошлой жизни ты была умнее, ты умела отделять экранную харизму от реальности. Но теперь грань стерлась. Ты стояла здесь, в реальности, которая пахла кровью и страхом, и осознавала: если когда-нибудь придется столкнуться с ними снова, у тебя не будет шанса на «милосердие». ТикТок не научил тебя, как выжить в мире, где Фейтан — это не персонаж, а самый настоящий палач. «Пошли» — сухо бросила ты, не дожидаясь ответа Леонарда. Твой голос дрожал, и ты надеялась, что он спишет это на испуг перед «родителями», а не на то, что тебя сейчас стошнит от осознания собственной ничтожности перед лицом смерти. Подросток споткнулся о мелкий камень, пытаясь поспеть за твоими широкими шагами. Леонард совсем не понимал, почему ты вдруг стала вести себя так странно. Ты никогда не боялась мелочей, а взрослых — тем более. В его глазах ты всегда была будто взрослым человеком, запертым в детском теле, и он знал тебя как свои пять пальцев. Но сейчас, увидев в твоих глазах настоящий животный страх и ступор, он засомневался. Он просто не видел того, что видела ты. И этот твой странный вопрос… Конечно, ты всегда была со странностями, но ты сама говорила: «Гении всегда странные». А Леонард верил тебе безоговорочно. Это была твоя изюминка, твоя черта. Но сейчас эта изюминка выглядела как что-то пугающее. «Эй, ответь, что с тобой?» — он снова нагнал тебя, хватая за рукав. «Почему ты вообще так говоришь?». «Я же оскорбила его, причём жестоко». Парень остановился посреди дороги и снова уставился на тебя. В этот раз он не хмурился, а будто пытался сдержать смех. Вслед за ним ты замерла и всем телом повернулась к нему. «Эм, оскорбила тем, что извинилась в стиле монашки?» — он фыркнул, не скрывая насмешки. «Тем более, мне кажется, оскорбил он, а не ты. Он же обозвал тебя коров…». «Заткнись», — ты оборвала его на полуслове, чувствуя, как внутри закипает злость, замешанная на липком страхе. «Я прекрасно знаю, что он назвал меня коровой. Вот поэтому я вспылила и обозвала его ещё хуже! Ты специально делаешь вид, будто не понимаешь, в чём дело? Ты же всё слышал, придурок». Улыбка мгновенно сползла с его лица, сменившись неподдельным беспокойством. По его глазам было видно, как шестеренки в голове со скрипом пытаются найти логическое объяснение твоему бреду. Казалось, он всерьёз размышлял, не получила ли ты сотрясение мозга, когда тот черноволосый ублюдок так жестко приложился к тебе плечом. Да и что это вообще за монстр такой был? Мелкий, ростом почти с вас. Если бы этот говнюк не повернулся к нему лицом со своим мертвым, пробирающим до костей взглядом, Леонард бы до последнего думал, что перед ним какой-то их ровесник. Хотя, откровенно говоря, выглядел этот психопат и впрямь довольно молодо и красиво. Но всё это сейчас отходило на второй план. Леонард был уверен в одном: с тобой явно что-то не так. Пацан нахмурился, настроенный абсолютно серьезно. «Эй... с тобой всё хорошо?» — наконец выдавил он, осторожно, словно с умалишенной, заглядывая тебе в глаза. «Мне кажется, ты всё-таки получила сотрясение. Остынь уже. Ничего ты не сделала». О чём это он вообще, блять, несет? Почему он так уперто настаивает на этой чуши? У него что, на фоне стресса напрочь отшибло память? Ты, конечно, прекрасно знала, что этот пацан во многих ситуациях откровенно тупит и не особо быстро соображает, но сейчас это переходило все границы.  Почему он пытается убедить тебя, что ты ничего не сделала, если ты ясно помнишь каждое брошенное оскорбление?! Подожди... А может, это реально ты сошла с ума? Совсем не верится в то, что ты на данный момент находишься в вымышленном мире какого-то японского мангаки. Тебе и так с невероятным трудом удалось смириться с самим фактом своего перерождения — с тем, которое научно не доказано, и о котором ни одна душа на свете не знает правды до самой смерти. Но вот ты узнала. И лучше бы не знала. Возможно, ты прямо сейчас сидишь где-то на обочине и бредишь в глубокой коме, но, по крайней мере, ты хотя бы мысленно благодарна за то, что Вселенная дала тебе второй шанс. И Фейтану тоже спасибо. Честно говоря, тебе уже ни капли не хочется всю жизнь морочить себе голову подобными мыслями и бесконечно задаваться глупыми вопросами, на которые всё равно нет никакого рационального объяснения. Раз уж кто-то решил подарить тебе эту вторую жизнь, грех ею не воспользоваться. И пусть никто даже не смеет осуждать тебя за эгоизм или высокомерие. Руку на сердце: а кто на твоем месте поступил бы иначе? Кто добровольно отказался бы от шанса выжить? Ах, чёрт. Пришло осознание. Теперь сложился весь пазл. Похоже, ты вообще не открывала рот в сторону Фейтана. В момент дикой паники мозг подкинул тебе иллюзию, будто ты настолько крутая и дерзкая, что решила высказаться и погавкать на этого Паука. Твой синдром маладептивных грёз, пожалуй, так и не расстался с тобой окончательно, накрыв в самый неподходящий момент. Возможно, эти грёзы просто спасли тебя от полного ментального колапса и сильной паники, но в глазах брата это сделало тебя ещё большей сумасшедшей. Всё встало на свои места. Вот почему ты была уверена, что встала и со злостью направилась к Фейтану, хотя на самом деле продолжала стоять в той же унизительной позе. Или ты всё-таки не подходила к нему? Чёрт, что вообще не так с твоей памятью? Проклятый синдром навязчивых грёз в очередной сыграл с тобой злую шутку. И да, теперь наконец-то стало понятно, почему Леонард так долго не мог вникнуть в происходящее и не понимал тебя. Прости, брат, за то, что в мыслях ты только что назвала его тупым. Он-то, оказывается, вовсе не дурак — просто это ты здесь едешь кукухой. «Ладно, забудь» «Подожди, что?! Ты издеваешься? Я же волнуюсь за тебя. Эй, да подожди ты!»

***

      Место, на которое вы переехали, оказалось очень даже неплохим. Дом стоял далеко от центра и городской шумихи, что было тебе только на руку. Что ж, нужно признать: родители не врали, когда говорили, что тебе здесь точно понравится. Вокруг — природа, чистый воздух и густой зеленый лес, в котором заблудиться проще простого. Придется как-то выживать в этом (не)прекрасном мире. Возможно, окажись на твоем месте кто-то другой, он бы прыгал от радости. Но какой ценой? В любой момент твоя жизнь может оборваться — возможно, относительно быстро, а возможно, самым ужасным, долгим и мучительным путем. Один вариант краше другого. Будет ли всё хорошо, если просто держаться подальше от основных и даже второстепенных персонажей от греха поподальше? Никаких гарантий никто не даст, но это всё равно в миллион раз лучше, чем тусить с главными героями и не жить, а судорожно выживать. Страх за собственную шкуру будет мучить тебя каждый день, каждую ночь, каждый гребаный час: любой встречный с недобрыми намерениями может прихлопнуть тебя без лишних раздумий. Особенно если этими «встречными» окажутся такие психопаты, как Хисока, Иллуми или члены Призрачной Труппы. Хотя, если честно, даже сама мысль о том, чтобы попытаться подружиться с главной четверкой, звучит максимально нереалистично. Камон, ребята, вы вообще где? Ты же не в сладеньком фанфике и точно не Мэри Сью — к большому сожалению. К тому же, внешностью ты особо не выделяешься, чтобы привлекать к себе лишнее внимание. Тот же Киллуа, случайно столкнувшись с тобой, в лучшем случае просто оскорбит и пошлет куда подальше, а остальные... ну, остальные банально убьют в любой удобной ситуации просто ради собственного развлечения (спойлер: особенно Хисока). Боже, твой самый большой страх — Хисока. Ты готова уссаться на месте, увидев один только его силуэт. Нет, ты ведь тоже была в числе тех самых фанаток, сохнущих по нему, но совершенно другое дело — столкнуться с ним лицом к лицу в реальной жизни. Повторяешься, конечно, но шансы на то, что такие персонажи вообще обратят на тебя внимание, стремятся к 0,1%. Не равен нулю, все же. Ты будешь молиться всем богам, чтобы больше никогда в жизни не встретиться с ними. И искренне надеешься, что к тому моменту, если не дай бог судьба снова столкнет тебя с ним, ты станешь намного взрослее и морально крепче. Что лучше? Быть убитым сразу или оказаться тем самым «неспелым фруктом», которого он решит пестовать и ждать, пока ты созреешь, чтобы потом пиздиться в самый неподходящий момент? Понятное дело, второй вариант — это билет в один конец в персональный ад. Да и смотреть в зону его паха, когда он во время боя начинает стонать как настоящий порно-актёр, тебе точно не улыбается. Ну, по крайней мере, фетиша на такую поебень у тебя нет? Очень на это надеешься. Кстати, насчёт возраста… Фейтан и Финкс казались заметно моложе, чем в каноне. Если память тебе не изменяет, на момент арки Йоркшина им было по 27-28 лет, хотя официально их точный возраст никогда не указывался. А вот Куроро было 26 — в этом ты была уверена на все сто. Значит ли это, что на данный момент Фейтан с Финксом едва перешагнули порог в 20-25 лет? Учитывая, что они пока еще не такие  «популярные» отморозки, чью известность закрепил тот самый массовый ужас с кланом Курута... Ах, голова от этих размышлений раскалывалась на части. Но определенно: Финкс выглядел очень даже молодым пацаном. А Фейтан... да чёрт возьми, он особо-то и не изменился. Хотя что тут говорить, если большинство людей при первой встрече вообще принимали его за подростка, хотя перед ними стоял опытный и опасный взрослый мужчина. Во всём виноваты его собачий низкий рост и вечно молодое лицо. Но похоже, рост у него сейчас намного ниже.  Ты чётко решила для себя: никакого вмешательства в канонический сюжет, обходить этих психопатов за тысячу метров. Как бы сильно ты в прошлом не фанатела по 2D-мужчикам, собственная шкура и долгая жизнь всё-таки дороже. Настоящий трус? Возможно. Но тебе ни капли не хочется просрать вторую жизнь из-за тупой бравады. Нет, ты не трус — ты реалист. Ах, кто же знал, что место, куда вы переехали, окажется худшим выбором для того, чтобы успешно избегать сюжета?

***

      Куроро дал задание наблюдать за аукционом в течение нескольких дней. Подробности он, как всегда, опустил — впрочем, неудивительно. Люцифер редко утруждал себя долгими объяснениями, если в этом не было острой необходимости, но банда верила ему безоговорочно. Да и зачем? Если уж Люцифер что-то задумал, план сработает. Он видел общую картину, просчитывал риски и вёл их за собой еще с тех пор, как они детьми выживали в помойках Метеор-сити. Раз велел просто затеряться в толпе богачей и собрать информацию о системе безопасности — значит, так надо. Лишних вопросов никто задавать не стал. Шум у стен аукционного дома остался позади, сменившись прохладой и относительной тишиной глухого переулка. Фейтан шёл чуть впереди, глубоко засунув руки в карманы. Его взгляд был прикован к собственному плечу — эта маленькая зона до сих пор помнила странное, мерзкое ощущение секундного контакта. Лишь пару минут назад в предпраздничной толковище среди прилавков со старой мебелью и коврами он намеренно, хоть и с виду случайно, толкнул плечом какую-то девчонку. Финкс, шагавший следом и лениво разминавший шею, наконец не выдержал и нарушил тягостное молчание: «И ради чего это было? Босс велел просто осмотреться вокруг здания, зафиксировать посты охраны и не привлекать лишнего внимания. А ты цепляешь каких-то мелких девок на рынке. Скучно стало, садист?» «Тебе она не показалась странной?» — проигнорив его подкол, сухо и почти не разжимая губ бросил Фейтан, даже не повернув головы. «Вернее, её аура». Финкс на секунду замер, а его вечно расслабленное лицо заметно помрачнело. Извечная ухмылка испарилась. «Заметил», — буркнул он, ускоряя шаг, чтобы поравняться с напарником. «Жуткая дрянь. Обычный «Тэн» у детей так не ощущается. У меня на мгновение по коже будто мороз прошёл. Словно рядом был не человек, а какой-то голодный туман, который попытался откусить кусок моей собственной ауры. Что это вообще за тип Нэн? Выделение? Специализация?» «Не знаю», — Фейтан качнул головой, вспоминая, как его собственная энергия на долю секунды неестественно дёрнулась в сторону девчонки. «Не похоже ни на один известный тип. Мерзкое ощущение. Будто у неё внутри пустота, которая затягивает всё вокруг. Своя аура у неё есть, но ведет себя... неправильно. Как искаженная к фигам». «Думаешь, скрытый мастер под «Ин»? Или выродок из какого-то клана убийц?» — Финкс нахмурился, анализируя ситуацию. «С виду — обычная нищенская семья, выбирали какую-то дешевку для дома. Да и девчонка испугалась по-настоящему. Она, похоже, сама нифига не понимает, что из неё прёт». «Мастера так себя не ведут», — отрезал Фейтан, поправляя высокий воротник тёмного плаща. «Но Куроро это точно заинтересует. Он любит редкие вещи». «Ну так давай вернемся», — Финкс оскалился, хрустом разминая костяшки пальцев. «Прижмём её с братом в подворотне и спросим, откуда у неё такие фокусы. Охрана рынка даже пикнуть не успеет. Возможно, в качестве бонуса ты даже неплохо поразвлечёшься». «Нет», — холодно отозвался Фейтан, сворачивая к их временному убежищу. Как бы сильно его ни манила сама идея пикантного развлечения, приказ был намного важнее, чем минутное веселье со странной девчонкой. После миссии можно будет спокойно поразвлечься, добавляя к каждой минуте боли целых тридцать минут пыток — просто минуту мучений трудно назвать полноценным удовлетворением. Если, конечно, Куроро не запретит трогать такую редкую игрушку. «Приказ Куроро — закончить разведку аукциона без лишнего шума. Из-за одной психованной девчонки со странным Нэн я планы Босса срывать не буду. Если она местная — мы её еще встретим. Такие долго в тени не сидят».