Уроки любви

Перед обеденным перерывом Тэхён еще раз заглянул в бухгалтерию. Две женщины — помощницы Ван До — смотрелись в карманные зеркала, поправляя макияж. При виде начальника они повскакивали с мест, засуетились и отвели его к архиву — именно там закрылся вьетнамец. Тэхён прошел в маленькую комнату, установленную шкафами с папками.  — Ван До, что ты делаешь? — поинтересовался Тэхён, найдя вьетнамца сидящим на полу в окружении бумаг.  — А, господин Тэхён… — повернув голову, отозвался мужчина, как обычно пренебрегая правилами приличия. — Не могу найти отчеты за август. Но я их обязательно найду до приезда аудиторов. В остальном у нас всё идеально.  Ким отодвинул носком кроссовка листы и наклонился, заглядывая ему в лицо.  — Что с тобой? Вот это синяки под глазами… Сколько ночей ты не спал?  Ван До слабо улыбнулся, поправляя толстые очки.  — Ну, как же… — пробормотал он. — Это ведь такое важное событие, поэтому последние несколько дней я оставался здесь на ночь. К тому же моя дочка… Ей не здоровится.  — Боже, Ван До… — Тэхён почувствовал укол совести за устроенную им внеплановую проверку, поставившую на уши весь бухгалтерский отдел. Однако он не мог рассказать правду: все должно было выглядеть достаточно убедительно, чтобы Бэкхён заинтересовался итогами проверки. — Иди домой. Пообедай и поспи до приезда аудиторов.  — Но как же отчеты… — запротестовал вьетнамец, но Ким остановил его:  — Это приказ твоего начальника. Мой приказ. Если ты будешь выглядеть как оживший мертвец, то аудиторы подумают, что я заставляю тебя работать круглыми сутками.  Ван До нехотя кивнул, собрал разбросанные листы и поднялся.  — Если тебе нужна помощь в лечении дочери, — вздохнул Ким, глядя на его неказистую фигуру. — То тебе стоит сказать об этом. Я могу помочь.  Ван До сжал в руках бумаги, устремив взгляд в пол.  — Пока я справляюсь, господин Ким. Но спасибо за то, что вам не всё равно.  Тэхён вышел из архива вслед за мужчиной, раздумывая над тем, что в его скромную компанию пришли не самые лучшие времена. И, к сожалению, пока он не мог избавить своих подчиненных от всех бед, которые непременно затронут каждого из них.  — Господин Ким! — окликнули его, когда он уже направлялся к парковке.  Он обернулся, наталкиваясь взглядом на Гухвана. Именно он вместе с Хосоком отвозили Чонгука в больницу.  — Да?  — Если вы собираетесь на обед, то я отвезу вас. Хосок сказал мне помогать вам, пока Чонгук в больнице.  Тэхён уже хотел было вежливо отказаться, но передумал, глядя на сияющее радостью лицо Гухвана. Он явно хотел сбежать из офиса, на время превратившегося в филиал Ада в преддверии скорой проверки.  — Хорошо, — сказал Тэхён, бросая ему ключи от машины. — Я собираюсь заехать в гости к Чонгуку. — В больницу? — Гухван придержал ему дверь.  — Нет, домой, — задумчиво ответил Ким. Они вышли из офиса и теперь спускались по лестнице вниз. — У него есть младшая сестра, и сейчас она наверняка скучает по своему брату. Ты знаешь какое-нибудь популярное среди молодежи кафе? Хочу порадовать девочку, пока Чонгук в больнице. Тэхён назвал ему нужный адрес, и Гухван кивнул. — По пути будет одно кафе, — сказал он, когда они уже дошли до парковки. — Там продают популярные пончики. Я думаю, ей понравится.  Тэхён сел в машину, откинув голову на мягкие сидения. Гухван быстро довез его до кафе, самостоятельно выбрал десерты и вернулся, поставив ароматную выпечку в дорогой картонной упаковке на сиденье рядом с боссом. Еще через пятнадцать минут они уже парковались у нужного дома. Тэхён не был уверен, что поступает правильно, и понятия не имел, как отреагирует на это Чонгук. Но, в конце концов, его сестра тоже стала частью их семьи, а Ким старался не быть бесчувственным ослом по отношению к своим подчиненным, хотя, надо признать, получалось у него это с переменным успехом. В конце концов, как учил его председатель, начальнику важно обладать доверием своих людей, однако его не купишь за деньги. Его можно только заслужить.  Распрощавшись с Гухваном и условившись, что он встретит его здесь же через пару часов, Тэхён поднялся на седьмой этаж и постучал в хлипкую дверь. Дом был старым. В подъезде пахло кошачьей мочой и ветошью, краска облазила со стен, а кое-где уже обосновалась плесень, тянущаяся зеленоватыми прожилками по испещренному трещинами потолку. «Наверняка эта квартира в этом доме принадлежала его родителям», — подумал Тэхён отстраненно и осознал, что на самом деле ничего не знает о Чонгуке.  За дверью послышались шаги, и Ким догадался, что маленькая хозяйка квартиры разглядывает его в глазок. Была суббота, и он понадеялся, что девочка дома. Его ожидания оправдались, вот только она явно не хотела впускать незнакомого мужчину внутрь.  Тэхён очаровательно улыбнулся в глазок, надеясь, что выглядит как обычно превосходно, несмотря на спортивный костюм, который он не успел переодеть.  — Привет, Миран! — сказал он громко. — Я начальник твоего брата Чонгука, меня зовут Ким Тэхён, но ты можешь звать меня просто хён. Я пришел проведать тебя, пока твой брат отсутствует. Ты знаешь тетушку Ван? Это я попросил ее приглядеть за тобой, чтобы тебе не было одиноко. За дверь повисло напряженное молчание, но Ким чувствовал на себе изучающий взгляд девочки.  — Я принёс пончики, — он поднял розовую коробку к дверному глазку. — Я не смогу съесть их один, так что тебе придется помочь мне.  Снова тишина.  — Ты уже видела меня, — не сдавался Тэхён. — Помнишь, ты ждала брата у нашего офиса, а я принёс тебе чай и онигири? Тогда шел дождь, и я оставил тебе зонт.  Наконец, спустя ещё несколько минут ожидания, замок щелкнул, и дверь открылась. Миран стояла на пороге в домашней пижаме, опасливо глядя на Тэхёна.  — Мой брат сказал, что он в командировке, — без приветствия начала девочка, глядя на Кима недоверчивым волчонком. — Когда он вернется?  Тэхён улыбнулся ей.  — Надеюсь, что через несколько дней вы уже сможете увидеться. Ты скучаешь по нему?  Девочка кивнула и отошла на шаг, пропуская Тэхёна внутрь. Он осторожно зашел в маленькую прихожую, отдал Миран коробку с пончиками, снял обувь и огляделся. Старенькие, потрепанные обои, самодельный шкаф, из которого торчат рукава верхней одежды... В ноги ему что-то ткнулось, и Тэхен с удивлением обнаружил маленького котенка, трущегося о его штанину.  — Это Питер Пэн, — сказала девочка. — Но мы зовем его Пэн-Пэн. Брат разрешил взять его, когда стал работать у вас. Он часто задерживается допоздна, а с Пэн-Пэном мне не так одиноко. Тэхён погладил котенка по крохотной голове и прошел на кухню вслед за Миран. Она включила чайник и поставила коробку с десертами на стол. Опустившись на табуретку, Ким осмотрел небольшое пространство. Из мебели здесь были только плита, холодильник, раковина и маленький стол со стульями. В углу стояли сложенный футон и длинная напольная вешалка для одежды, на которой была аккуратно развешана школьная форма.  — Твоя комната здесь? — поинтересовался он у девочки.  Та кивнула, ставя на стол две кружки.  — У брата своя комната, но я часто сплю у него, когда мне страшно, — пояснила она.  Тэхён успел заметить, насколько равнодушным было ее лицо, а голос — лишенным эмоций, хотя она была очень похожа на Чонгука. Те же черные, как смоль, глаза, только разрез немного другой, уголки грустно опущены вниз. Те же темные волосы, даже форма носа будто одна на двоих. И все же было в ней что-то неживое, какой-то не изъян, а скорее надлом. Так бывает с людьми, пережившими нечто очень болезненное.  Девочка разлила чай, открыла коробку с угощениями и замерла. Тэхён усмехнулся: все же детям куда труднее спрятать эмоции, чем взрослым. На хмуром лице промелькнула радость, когда она увидела пончики, но быстро скрылась, растаяв в темных глазах. — Чонгук не разрешает мне есть сладкое, — сказала она с некоторой обидой. — Говорит, от этого портятся зубы, а лечить их очень дорого.  — Но это так скучно — не есть сладкое, когда хочется, — вздохнул Тэхён, подперев подбородок рукой. — Таким старикам, как я, тоже нельзя всё вкусное, но я не могу жить без вредной еды. Иногда можно себе позволить расслабиться, верно? Обещаю, я не расскажу об этом твоему брату. Девочка кивнула, присаживаясь на стул напротив, и посмотрела на пончики. — Вы совсем не старый, — по-детски наивно призналась она. — А ещё красивый. Если бы у меня был такой учитель, я бы в него влюбилась. В ее словах не было ни грамма кокетства, и Тэхён решил принять этот комплимент.  — Ты тоже красавица и очень похожа на своего брата, — сказал он искренне и пододвинул к ней коробку. — Выбирай, какой хочешь. Они все твои. Миран покусала губы, смотря на разноцветные шапки на бежевых боках пончиков, и несмело взяла один из них.  Тэхён, протянув руку к коробке, тоже взял себе самый, на его взгляд, неприметный пончик болотно-зеленого цвета и откусил его, довольно жмурясь.  — Вкуснотища! — воскликнул он. Девочка прожевала кусочек и посмотрела на него такими же пронзительными, как у брата, глазами. Она явно изучала нового начальника Чонгука, словно выносила ему какую-то оценку, но Тэхён сделал вид, что не замечает ее внимания, разрешая ей рассматривать его, сколько она захочет.  — С ним же всё хорошо? — спросила она спустя минуту молчания.  Тэхён мгновенно понял, о чем она говорит.  — Да, он… В командировке. Не волнуйся за него. Миран сделала ещё один укус и вдруг спросила со всей серьезностью:  — Вы его друг?  Тэхён на секунду замер, поднеся к губам пончик, а затем медленно кивнул. — Полагаю, что да. — Хорошо, — девочка отвела взгляд, уставившись куда-то в сторону. — Чонгук очень добрый. Он сделает всё для человека, которого считает своим другом. Пожалуйста, не обижайте его. Он всё, что у меня есть. Тэхён отложил пончик, вглядевшись в лицо девочки. Она выглядела удивительно взрослой, когда говорила о брате.  — Я тоже не хочу обижать его, — произнес Тэхён, но в голосе проступила горечь. Он не хотел врать ей, а потому поднялся, разминая плечи. — Можно я помою руки? Совсем забыл об этом.  Девочка кивнула и встала, направляясь к ванной комнате. Ким последовал за ней и заметил неприметную дверь, заколоченную досками, рядом с туалетом. Любопытство пересилило вежливость, и он поинтересовался, указывая на дверь: — Это комната Чонгука?  Миран включила кран и подождала, пока оттуда выйдет ржавая вода. В стенах жалобно загудели трубы, недовольно булькнул слив.  — Нет, это комната мамы и отчима, — пояснила она бесцветным голосом. — Чонгук не хочет, чтобы я заходила туда.  Тэхён кивнул, останавливая себя от дальнейших расспросов, и вымыл руки. Вытирая их полотенцем, он заглянул в другую комнату — дверь туда была полуприкрыта, из открытого окна дул свежий ветер, раскачивая сатиновые занавески.  — Это комната брата, — проследив за его взглядом, сказала Миран. — Могу показать.  Тэхён неуверенно кивнул, и они прошли в комнату. Здесь также явно не хватало мебели и ремонта, но комната была по-спартански чистой и аккуратной. Сложенные в углу два футона, стол с идеально расставленными на полке сверху книгами, боксерская груша у окна с перекинутыми на нее перчатками. На стене у стола — одинокая картина с изумительно красивыми пейзажами, похожими на греческие, и целая охапка медалей и грамот.  — Когда мой брат работал в полиции, ему часто вручали грамоты, — пояснила девочка, зорко наблюдающая за своим гостем. — Однажды он даже спас человека. А ещё у него много медалей. Но здесь есть и мои. Вот эти, — она указала на две золотые медали, висящие среди прочих. — Раньше я занималась танцами.  — Впечатляет... — Тэхён вгляделся в фотографию Чонгука в рамке, которая висела на стене рядом с медалями. На ней он был одет в полицейскую форму и улыбался, получая грамоту от пожилого мужчины, наверняка его бывшего начальника. На этой старой фотографии Чонгук выглядел счастливым и казался каким-то слишком молодым, даже не похожим на прежнего себя. Его черные глаза светились надеждой и радостью, с предвкушением глядя в светлое будущее. Тэхён отвел взгляд от фотографии, чувствуя легкую грусть. Каким он был — молодым, счастливым, с надеждой в глазах. И теперь он здесь, в мире убийц и наркоторговцев, потому что Тэхён дал ему работу. «Я забрал его у этой жизни», — подумал он и почувствовал, как внутри разливается холод.  — Брат надеется, что мама однажды вернется, — продолжила Миран задумчиво. — Хотя он знает, что она давно живет в Канаде и у нее новая семья. Он говорит, что, когда она вернется, мы покажем ей наши медали, а она попросит прощения и будет сильно-сильно нами гордиться. Тэхён перевел на нее взгляд, ожидая увидеть отпечаток печали на ее лице, но девочка была спокойна, словно говорила о чем-то несущественном.  — Ты тоже так думаешь? — тихо спросил он. Она покачала головой:  — Нет. Я знаю, что она не вернется. Но я уже говорила вам, — она посмотрела на Кима. — Мой брат очень добрый человек и он всегда верит в лучшее. Тэхён кивнул, ощущая, что влезает во что-то слишком личное. Возможно, ему не стоило приходить сюда. Видеть разрушенные надежды, пусть и чужие, никогда не доставляло ему удовольствия.  Он посмотрел на маленький телевизор, висящий на противоположной от стола стене. Под ним лежала приставка.  — Ого, у тебя есть Плейстейшн, — удивленно сказал Тэхен, найдя повод для того, чтобы сменить неприятную тему. — Хочешь поиграть?  — Она не работает, — со вздохом призналась Миран. — К тому же она старая, и хороших игр у меня нет.  — Кажется, я слышал, что вышла пятая, — задумчиво обронил Тэхён. — Ты бы хотела ее себе?  — Да, — просто ответила девочка. — Но она слишком дорого стоит.  Тэхён загадочно улыбнулся и, достав мобильник, что-то напечатал в нем. Миран терпеливо подождала, пока он снова обратит на нее внимание, а затем предложила:  — Давайте съедим ещё пончиков?  Тэхён фыркнул: — Конечно, я никогда не отказываюсь от вкусной еды. Кстати, раз уж мы с тобой хорошо поладили, то у меня будет для тебя подарок. Я заказал в ближайший магазин новую приставку. Сходим и заберем ее вместе?  Миран уставилась на Тэхёна, приоткрыв рот, словно перед ней стоял настоящий волшебник.  — Но ведь… — хмурясь, пробормотала она растерянно. — Она ведь очень дорогая! — Начальник твоего брата — обеспеченный человек, — горделиво заявил Тэхён, но глаза его смеялись. — Он может позволить себе побаловать хорошую подругу.  — Хорошую подругу? — переспросила Миран, и Ким подмигнул ей: — Верно. Разве мы теперь не друзья? Раз уж у нас есть маленький пончиковый секрет.  Девочка продолжала хмуриться, покусывая губы. Видя, что в ней борются сразу несколько противоречивых эмоций, он поторопил ее: — Быстрее одевайся и сходим за приставкой. Хён, к сожалению, скоро должен вернуться на работу, поэтому мы можем не успеть, если ты будешь думать слишком долго.  Это помогло: Миран важно кивнула и бросилась на кухню, спеша переодеться. Тэхён усмехнулся, подходя к окну. Как легко, оказывается, порадовать ребенка. Жаль, что чем старше мы становимся, тем тяжелее нам находить счастье в простых мелочах.  Через несколько минут девочка прибежала обратно, наскоро расчесывая волосы. В черных глазах до сих пор стыло предвкушенное удивление, как будто она надеялась и вместе с тем боялась, что начальник ее брата передумает.  — Ну? — весело спросил ее Тэхён. — Ты готова? Она кивнула и помчалась в коридор, захватив с собой маленькую сумку. Через пять минут они уже ехали в автобусе к ближайшему торговому центру.  — А что я скажу брату? — держась за поручень, спросила Миран. — Он же увидит приставку! — Скажи правду, — легко пожал плечами Тэхён, глядя в окно, за которым проплывали серые пейзажи улиц. — Это всегда работает. Однажды мой начальник сказал мне важную вещь, которая не раз помогала мне в жизни: «Когда не знаешь, как поступить — поступай правильно».  Девочка, хмуря темные брови, крепче сжала свою сумку, обдумывая его слова. Еще через десять минут они уже стояли напротив магазина электронной техники. Тэхён пропустил вперед несмело задержавшуюся у входа Миран и подошел к кассе. Расплатившись, он забрал подарок в хрустящем глянцевом пакете и обернулся к девочке.  — Хочешь понести свой подарок сама? — поинтересовался он и, получив подтверждение, отдал ей пакет. — Я ещё взял тебе несколько новых игр.  Худые руки вцепились в него, будто в настоящее сокровище. Тэхён улыбнулся, подавив желание погладить ее по голове.  — Куда теперь? — спросил он, когда они вышли из магазина. — Ты не голодна? Хочешь, я угощу тебя? — Нет, спасибо, — покачала головой Миран. — Я и так слишком вас утомила.  «Чонгук воспитал ее точной копией себя», — подумал Тэхён, глядя на сестру своего охранника. Ей, как и Чонгуку, тяжело давалась чужая доброта.  — Только пообещай мне, что ты будешь играть в приставку и не забудешь про нее, — назидательно сказал ей Ким. — И что она не будет пылиться в углу комнаты твоего брата.  — Хорошо, — серьезно ответила Миран, шагая рядом с ним.  Бросив взгляд на наручные часы, он всё же завернул в чайную по дороге и заказал баббл-ти. Они подождали, пока сделают чай, и вышли из торгового центра.  — Я забыла отдать вам зонт, — вдруг сказала девочка, приняв из рук Тэхёна чай. — Я отдам вам его, когда мы вернемся.  — Можешь оставить себе, — благосклонно разрешил Ким. Он тоже взял себе чай и сейчас, щуря глаза от удовольствия, потягивал приторно сладкую жидкость.  Они молча прошли к остановке и направились домой пешком, чтобы не ждать автобус. Миран притихла, попивая чай, на лбу пролегла тонкая морщина задумчивости, словно она мучилась какими-то размышлениями и никак не могла найти ответа.  — Что-то не так? — уточнил Тэхён, заметив перемену в ее лице.  — Мой брат, — сказала девочка и на пару секунд замолчала, обдумывая слова. — С ним же всё будет хорошо?  Тэхён бросил на нее косой взгляд, обходя очередную лужу.  — Я думаю, да. Он у тебя сильный.  — А чем вы занимаетесь? — Миран едва успевала за быстрым шагом Кима, и тот остановился, забрав у нее тяжелый пакет. — Брат ничего не рассказывает о работе…  — Ну, я начальник одной инвестиционной компании, — отозвался Тэхён, почти не соврав ей. — Твой брат работает со мной. Он мой телохранитель.  — Значит, у вас опасная работа, — сделала вывод девочка.  — Не волнуйся, — мягко сказал Тэхён, наблюдая за ее реакцией. — Я постараюсь сделать так, чтобы твой брат был в полном порядке.  — Тогда пообещайте, — внезапно сказала она, остановившись. В черных глазах блеснули искры, до странности похожие на те, что Тэхён уже видел в глазах Чонгука ранее. Непокорное, храброе упрямство — это было именно оно. — Пообещайте, что он не умрет.  Тэхён вздохнул, повернувшись к девочке. «Она не сдвинется с места, пока я не отвечу ей», — понял он, смотря на нее почти с восхищением. Лично он уже и не помнил, что значит требовать от судьбы то, во что веришь сам. Долгие годы жизни с председателем в окружении мафиози научили его покорности и терпению. Он никогда не забывал о своих целях, но легко мог изменить их направление, если того требовали обстоятельства. Он смог смириться и продолжать жить, копя сожаления, в этом грязном болоте из несправедливости и бесконечных потерь, наступая на горло своей совести и желаниям. «Быт определяет сознание» — писал какой-то мыслитель, и в этом заключалась страшная правда, на которую всегда тяжело смотреть. Его с детства окружали отвратительные и потерянные люди, и он сам не заметил, как стал одним из них. Вот почему Чонгук, пришедший к нему из другого мира, сперва показался ему таким странным. Даже не так — до странности чистым, почти до смешного наивным, принципиальным до отвращения. На самом деле всё было куда проще: просто Чонгук не разучился жить так, как велит ему сердце.  И в этом они были совершенно разными.  — Хорошо, — сказал Тэхён неожиданно севшим голосом, глядя на эту маленькую девочку, в которой было гораздо больше смелости, чем в нем самом. — Я обещаю.  Миран кивнула ему так, будто знала, что он говорит правду. Тэхён уже тысячу раз отказывался от своих слов, но сейчас, провожая ее до дома, он вдруг подумал о том, что именно это обещание он нарушить не сможет.