Их принцесса

Едва бронированный лимузин Сергеевых отъехал от сияющего неоном небоскрёба в Беверли-Хиллз, вся королевская строгость семилетней Самиры мгновенно испарилась. Тяжёлая атмосфера взрослых переговоров осталась за толстыми стёклами машины. Девочка с глубоким вздохом облегчения откинулась на мягкое кожаное сиденье, забавно сморщила нос и стянула с ног тесные туфельки. Она тут же забралась с ногами на просторное сиденье рядом с Натаниэлем Бутуровым. Тот уже успел ослабить галстук и устало потирал переносицу, закрыв свой вечный платиновый планшет. — Александр, у меня из-за этой причёски вся голова чешется! — обиженно протянула Самира, надув губы и аккуратно поправляя изящную диадему, которая за вечер изрядно ей надоела. — И этот Рико… какой же он вредный! Настоящий задира. Пятнадцатилетний Александр, сидевший на переднем сиденье, мягко повернулся к ней. Несмотря на юный возраст, в его глазах уже читалась холодная расчётливость лучшего выпускника академии (99 баллов). Но сейчас вся его строгость растаяла. Александр открыл встроенный в панель лимузина небольшой ящичек и достал оттуда аккуратный термос с любимым ягодным чаем Самиры, а также коробочку с домашним печеньем с шоколадной крошкой. — Вы держались как истинная королева, маленькая госпожа, — тепло произнёс пятнадцатилетний координатор, наливая ароматный тёплый чай в маленькую чашку и бережно передавая её Самире через салон. — А Рико просто за зажигалку свою прятался, потому что испугался вашей правоты. Натаниэль Бутуров тихо и снисходительно рассмеялся, по-отцовски приобняв девочку за плечи. Он аккуратно забрал из её рук диадему, чтобы та больше не давила ей на лоб, и положил на столик. — Твой дядя Натаниэль сегодня почти остался без работы, Сами, — с улыбкой заметил Бутуров-старший, беря из коробки одно печенье. — Ты разложила перед Морияма их же махинации так чётко, что их регентам оставалось только молча подписывать наши условия. Цезарь будет в восторге, когда получит мой отчёт. Самира устроилась поудобнее, сделала большой глоток. Кончики её пальцев всё ещё слегка подрагивали от пережитого волнения, но сладкий чай и хрустящее печенье быстро возвращали ей привычный детский уют. — Он топал ногами и кричал, прямо как маленький мальчик в песочнице, — проворчала Самира, забавно надувая щёки от возмущения и захрустев печеньем. — Наш Феликс в его возрасте никогда так глупо не кричал. А Ичиро на него так строго посмотрел! Игорь, скажи, ведь Рико просто хвастунишка? Он ведь не сможет сломать мои верфи? Пятнадцатилетний Игорь, сидевший на соседнем пассажирском кресле рядом с Александром, обернулся к девочке. Его лицо, на котором уже залегли первые суровые шрамы тренировок, сейчас выражало исключительную подростковую защиту. Его феноменальная тактическая память (46 баллов в стресс-тестах) уже зафиксировала все слепые зоны пентхауса Морияма, но сейчас он думал только о покое своей маленькой хозяйки. — Он ничего не сможет сделать, Сами, — спокойно и уверенно ответил Игорь, ласково подмигнув девочке. — Он обычный хвастун. Мы с Александром хоть и молодые, но в академии нас учили защищать объект от любых угроз. Если он решит устроить новые махинации, мы сразу это заметим. Да и Феликс с Максимом в Китае учатся как раз для того, чтобы защищать твой ювелирный дом от таких задир. — Игорь прав, — подтвердил Натаниэль, мягко погладив Самиру по волосам. — Договор Десяти Семейств теперь полностью на нашей стороне. Морияма связаны по рукам и ногам. Кушай печенье и отдыхай, впереди долгий перелёт домой. Самира удовлетворенно хмыкнула, сделала ещё один глоток чая и окончательно успокоилась. Обида на вредного шестилетнего Рико постепенно сменялась приятной сонной усталостью. Обняв свою любимую плюшевую игрушку, которую Александр заботливо приготовил заранее, маленькая владелица империи «SAMIRO» уткнулась в плечо дяди Натаниэля и тихонько задремала под мерный шум мотора, снова став обычным счастливым ребёнком, защищённым своей преданной юной гвардией и лучшим стратегом империи.