карнавал мертвых масок

Четвёртый день карнавала, а город всё не унимался — только разгорался сильнее, как костёр в который подбросили свежих дров. Я прибыл в Зарес на второй день и до сих пор не мог до конца привыкнуть к этому гвалу. После нескольких недель в море, где есть только шум волн, скрип снастей и редкие живые вечера на борту, карнавал бил по всем чувствам сразу — слишком яркий, слишком громкий, слишком много всего одновременно. Трактир где я остановился отделяла от главной площади одна улица. Одна улица — и всю ночь сквозь стены просачивался чужой смех и музыка которая не собиралась умолкать. Но сегодня это должно было закончиться. Торговец должен появиться вечером. Продам тиару, заберу деньги, вернусь к команде — и пусть этот город горит в своём карнавале без меня. Ближе к вечеру я разложил товар на столе чтобы перепроверить. Добыча на этот раз вышла на удивление богатой. Чей-то аристократический корабль разбился о скалы, и мы успели первыми — трюмы почти нетронуты, сундуки целы. Среди прочего в одном из них обнаружилось кое-что интересное: тиара, которую судя по всему называли Венцом Ночной Императрицы — из тех королевств что уже давно стали лишь строчкой в имперских хрониках Клусфордиас, где внутренняя грызня за власть не утихает никогда. Продать её — дело чистое, никто не хватится. Но настоящей находкой была корона. Корона короля империи Лютиэн — считалась утерянной уже столько лет, что её давно вычеркнули из всех реестров. Судя по всему, её просто украли и спрятали. Массивная, золотая, с крупными рубинами и богатой орнаментикой — она притягивала взгляд даже в полумраке комнаты, точно живая. Ходить с ней по улицам было бы чистым безумием. Я оставил её в тайнике на корабле. Тиару осмотрел внимательно. Она оказалась цела — тонкое филигранное кружево из серебра, белый жемчуг, светлые лунные камни. Изящная вещь, явно старая, но ухоженная так, словно за ней следили каждый день. Кто-то её любил. Я аккуратно завернул её в ткань и убрал в сумку. Достав часы — старые, на цепочке, пережившие со мной не одну переделку — я проверил время и начал одеваться. Бордово-красный фрак с чёрными вставками, золотая вышивка на рукавах и полах, высокий воротник, чёрный жилет, широкий пояс с цепью. Высокие красные сапоги с золотой отделкой, чёрные перчатки. Слезу русалки убрал под жилет, ближе к телу. Маску — классическую чёрную с серебристыми завитками — надел последней. Посмотрел в зеркало. — Идеально, — сказал я своему отражению. Единственный плюс этого города помимо золота для команды — ванна и несколько часов тишины днём. Но тишина закончилась. Пора. Площадь встретила меня во всей своей бесстыдной красоте. Карнавал полыхал. Сотни фонарей раскачивались на канатах между балконами, и их свет дрожал на брусчатке — золотой, алый, зелёный, точно чешуя морских тварей. В воздухе смешивалось всё сразу: запах жареного мяса, горячего вина, чужих духов и факельного дыма. Музыка перекатывалась волнами — скрипки, барабаны, что-то медное и надрывное — и люди в масках кружились в этом звуке как листья в воронке, не замечая ничего вокруг. Пары танцевали прямо на мостовой, артисты глотали огонь под восторженные крики, уличные торговцы орали наперебой, предлагая жареных угрей, пряные каштаны и кубки вина от которого темнеет в глазах. Я шёл сквозь всё это не останавливаясь, огибая людей и не встречаясь с ними взглядом. Свернул на главную улицу, прошёл мимо паба где толпа стояла уже на улице, завернул направо, ещё раз направо — и вошёл в лавку Ианиса не постучавшись. — Сайрус! — его голос раздался раньше чем я успел оглядеться. — Как я рад тебя снова видеть. Ты на удивление пунктуален для пирата. — Я тоже рад тебя видеть, Ианис, — ответил я, проходя внутрь. Лавка была всё той же — набитая до потолка абсолютно разнородным товаром, пахнущая старым деревом и чем-то сладковатым. Сам Ианис был невысок, грузноват, с залысиной и остатками волос цвета пережаренной пшеницы. Но глаза у него были профессиональные — карие, острые, мгновенно оценивающие. — Ты как всегда выглядишь хорошо. Дела в торговле идут судя по всему неплохо? — Во время карнавала сюда съезжаются люди которые уже не знают как потратить деньги, — усмехнулся он. — Ну а ты явно не из таких. Что у тебя на этот раз? Я достал тиару. Лицо Ианиса мгновенно сделалось серьёзным — он умел читать ценность вещи прежде чем успевал её рассмотреть. — Есть несколько покупателей на такое, — сказал он, взвешивая слова. — Свяжусь с ними завтра. Доход делим как обычно? — Как обычно, — я пожал ему руку и забрал задаток. На улице карнавал продолжал гореть. Я шёл обратно через площадь, держась ближе к краю толпы, когда боковым зрением зацепил что-то не то. Человек лежал прямо на мостовой — посреди праздника, среди смеха и музыки. Я подошёл ближе прежде чем успел себя остановить. Кровь. Много. Она растекалась по брусчатке медленно и чёрно, впитываясь в щели между камнями, и в свете фонарей выглядела почти как вино — если не знать что это не вино. Банкир. Не сейчас. Челюсть непроизвольно сжалась. Рано.Слишком рано. Я перевёл взгляд на толпу.Никто ещё ничего не понял. Пока. Сзади — резкий пронзительный крик. Ну вот. Теперь понял весь город.Одна женщина схватилась за голову.Вторая уже бежала за стражей. Я отвёл взгляд от тела. — Блять, — выдохнул я тихо и развернулся в толпу. Раствориться. Сейчас. Пока стража не перекрыла площадь. Я вошёл в гущу карнавала как нож входит в воду — без плеска, без лишних движений. Двигался естественно, не спеша, подстраиваясь под ритм толпы.Музыканты продолжали играть.Кто-то смеялся.Пары кружились в танце.Карнавал не остановился даже ради смерти. Хорошо. Паника сейчас была бы совсем некстати.Я свернул с главной улицы в противоположную от лавки сторону и нырнул в одну из тёмных боковых улочек. Прислонился спиной к холодной стене. Выдохнул. Так быть не должно.Договорённость была предельно простой. Во время карнавала исчезают люди.Не появляются трупы посреди площади .Кто-то решил ускорить события.Терпеть не могу, когда исполнители начинают думать самостоятельно. Со стороны площади доносились голоса стражников — отрывистые, деловые. Я разобрал только часть: известный банкир, подозрительные личности, усилить патрули. Я закрыл глаза. Это не случайность. Мёртвый банкир прямо на моём пути — слишком аккуратно, слишком вовремя. Кто-то решил проявить инициативу. Терпеть не могу инициативу. Я достал часы. Не открывая, провёл большим пальцем по крышке, чувствуя привычное тиканье сквозь металл. Вспомнил как ещё по приезду на улицах трактира говорили о борделе — Золотая Вуаль, своих клиентов не выдаёт. Место где не задают вопросов и не смотрят на стражу. Именно то что мне сейчас нужно. Убрав часы, я шагнул в темноту переулка и пошёл не оглядываясь