One Year of Love

Серебристо-голубые тени очень бросались в глаза при взгляде в зеркало и придавали его глазам слегка инопланетный вид. Нельзя было сказать, что выглядело это плохо. Просто теней было очень много. — Под светом софитов будет в самый раз, — заверил его несколько минут назад Фредди, буквально переполняемый восторгом и так возбуждённо размахивавший руками, что едва не ткнул Роджеру кисточкой для макияжа в глаз. Наконец-то «Marquee» — площадка, достойная того блеска и экстравагантности, воплощением которых, по замыслу Фредди, должна была стать Queen. Роджер не обращал внимания на испытующий взгляд Барри, отражавшийся в зеркале. Их басист сидел с несколько угрюмым и бледным лицом, едва припудренный и явно не поддавшийся знаменитому дару убеждения Фредди. Барри не скрывал, что невысоко ставит этот замысел — равно как и человека, который за ним стоял. Именно поэтому Роджеру ещё сильнее хотелось поддержать Фредди — яростно, открыто и без малейших извинений. Он вскинул подбородок, и на его губах появилась самоуверенная усмешка. Барри отвёл глаза. Впрочем, Роджер, конечно же, был очарован сильнее всех. Хотя даже если бы это было не так, ему хотелось думать… Чья-то рука скользнула по его боку — прикосновение было ровно настолько интимным, чтобы оказаться чуточку более личным, чем случайная ласка, но всё же не настолько откровенным, чтобы привлечь внимание постороннего наблюдателя. Когда Фредди наклонился к его уху, тёмные волосы упали Роджеру на плечо. — Ты выглядишь восхитительно, дорогой. Это произнёс человек, облачённый в облегающий чёрный атлас — свой костюм «Меркьюри», сшитый специально для него и наконец-то надетый по достойному поводу после череды выступлений в колледжах и пабах, совершенно не заслуживавших такого великолепия. Роджер встретился с Фредди глазами в зеркале. Веки того были густо подведены тёмно-фиолетовым с серебряным отливом, а у внешних уголков глаз вздымались смелые острые стрелки. — Ты тоже, — одними губами ответил Роджер. Они уже превосходно овладели бесшумными способами общения, не привлекавшими нежелательного внимания. Фредди выпрямился и самодовольно приосанился, спрятав широкую зубастую улыбку за капризно надутыми губами. Не смотреть на него было трудно. Ещё труднее было не продолжать смотреть. Так было всегда — ещё до того, как Роджер понял, почему не способен отвести глаз от другого мужчины. Некоторые вещи остались неизменными. Да, его парень и вправду был настоящим видением.