Развалины

Ира проснулась сама. Никакого будильника. Она открыла глаза, несколько секунд лежала неподвижно, а потом машинально потянулась к телефону. 11:48. Она еще раз посмотрела на экран, словно цифры могли измениться. Не изменились. Первая пара закончилась уже давно. Да и вторая, скорее всего, тоже. — Черт... Ира медленно села на кровати. Мысль о том, что сегодня она впервые в жизни проспала колледж, почему-то не вызвала паники. Еще месяц назад она бы вскочила, начала торопливо одеваться, пыталась успеть хотя бы к последней паре. Потом весь день ругала бы себя за безответственность. Сейчас… Она только тяжело выдохнула. «Ну и что?» Один день. Один единственный пропуск. Мир ведь не рухнет. Она снова опустилась на подушку и уставилась в потолок. В последнее время она слишком много спала. Стоило ей лечь — и будто кто-то выключал сознание. Без сновидений. Или наоборот, с такими снами, после которых просыпаться было страшнее, чем засыпать. Вчера она пришла домой среди бела дня. Хотела всего лишь немного полежать. И открыла глаза уже следующим утром. Будто между этими двумя моментами просто исчезло несколько часов ее жизни. Она нахмурилась. Это ей совсем не нравилось. Но сил думать об этом сейчас не было. Ира еще несколько минут лежала, прислушиваясь к звукам за окном. Во дворе кто-то громко заводил машину. Где-то наверху работал перфоратор. За стеной коротко залаяла собака, и почти сразу послышался недовольный голос соседки. «Может, я действительно слишком себя накрутила...». Подумала она, вспомнив события последний дней. Она вспомнила удар в живот. Невольно поморщилась. Боль почти прошла. Осталась только легкая тяжесть, если резко повернуться или глубоко вдохнуть. Ничего серьезного. Наверное. Ира села на кровати и снова взяла телефон. Сообщений от Вити не было. Она открыла их переписку. Последним было ее сообщение трехдневной давности с фотографией бездомного кота, который каким-то образом умудрился залезть на остановочный павильон. Витя тогда ответил: «Это я после первой пары.» Она невольно улыбнулась. Раньше, если кто-то из них не приходил в школу, второй обязательно писал. Хотя бы одно короткое: «Ты где?» Или: «Живая вообще?». Сегодня — ничего. Ира несколько секунд смотрела на экран, потом заблокировала телефон. — Ну и ладно... Тихо сказала она. Если честно, она и сама не знала, что между ними теперь происходит. После вчерашнего разговора все стало каким-то... неловким. Будто они внезапно перестали понимать друг друга. Она не хотела думать об этом. Не сегодня. Телефон снова оказался в руках почти машинально. Только теперь взгляд упал на пропущенные вызовы. Три звонка. Мама. Все вчерашние. Ира тихо выругалась. Точно. Она ведь собиралась позвонить родителям еще вчера днем. Узнать, когда они наконец вернутся с дачи. Рассказать, что происходит. А вместо этого уснула почти на сутки. Она открыла переписку. Последнее сообщение было отправлено поздно вечером. «Ты спишь? Перезвони, когда проснешься ❤️» Ира почувствовала неприятный укол совести. — Вот черт... Наверное, они переживали. Она уже хотела нажать кнопку вызова. Но остановилась. Нет. Сначала приведет квартиру в порядок. Последние несколько дней она вообще почти ничего не делала дома. Потом спокойно позвонит. И заодно спросит, когда они наконец приедут. Она отбросила одеяло, натянула тапки и направилась в ванную. По дороге неожиданно поймала себя на мысли, что слишком долго позволяла страху управлять собой. Странный парень. Странные сны. Записки. Какие-то совпадения. Она настолько зациклилась на этом, что уже начала искать смысл буквально во всем. Пора заканчивать. Нужно заняться чем-то нормальным. Самым обычным. Например, генеральной уборкой. Если целый день чем-то заниматься, времени на глупости в голове просто не останется. А затем уже займётся поисками того парня и, возможно, он ответит за то, что натворил. Ира встала и пошла в ванную, там почти ничего не изменилось. То же мутное зеркало с темными разводами по краям. Казалось, за одну ночь оно стало еще старее, хотя Ира понимала, что это невозможно. Она провела ладонью по стеклу, скорее по привычке, чем надеясь что-то стереть. Разводы остались на месте. — Потом... Тихо сказала она самой себе. Сегодня ей почему-то уже не хотелось искать этому объяснение. Зеркало грязное — значит грязное. Помоет вместе со всем остальным. Она умылась, собрала волосы в небрежный хвост и вышла в коридор. Уже собираясь идти за ведром, Ира неосознанно подняла голову. По потолку, почти над входной дверью, тянулась тонкая трещина. Совсем маленькая. Раньше она ее не замечала. Или замечала? Она нахмурилась. Дом старый. Трещины появляются. Ничего необычного. Она заставила себя отвернуться. — Все. Хватит. Сегодня никаких поисков мистики. Тем более Ира мистику и все, что с ней было связано не особо любила, это было по части папы и Софии. Сегодня только уборка. Она открыла кладовку, достала ведро, тряпки, швабру и старый пылесос, который каждый раз начинал работать так, будто собирался взлететь. Первым делом решила вытереть пыль. И только сейчас поняла, сколько ее накопилось. Полки покрывал плотный сероватый слой. На телевизоре можно было спокойно провести пальцем и оставить длинную чистую полосу. Даже рамки с фотографиями будто поблекли под этой пылью. — Да мы же недавно убирались…- Пробормотала она. В голове сразу всплыло лицо мамы. Та никогда не позволяла квартире выглядеть так. По субботам обязательно включала музыку и устраивала генеральную уборку, втягивая в нее всю семью. София неизменно пыталась сбежать под любым предлогом. Папа ворчал, что "пыль никуда не убежит". А мама отвечала: — Вот именно. Поэтому уберем ее сейчас. Ира невольно улыбнулась. Она сняла с полки старую фоторамку. Под стеклом была фотография, сделанная лет десять назад. Они всей семьей стояли возле какого-то озера. Папа держал маленькую Софию на плечах. Мама смеялась, отвернувшись куда-то в сторону. А сама Ира стояла с огромным рожком мороженого, которое через секунду после снимка благополучно уронила на землю. Она помнила, как тогда разревелась..И как папа молча купил ей второе..Фотография отправилась обратно на полку уже без пыли. Следом Ира взяла небольшую музыкальную шкатулку. Когда-то ее подарила бабушка. Крышка открывалась с тихим скрипом. Внутри медленно закружилась маленькая фарфоровая балерина. Мелодия прозвучала совсем тихо. Всего несколько секунд..Потом механизм остановился. — И ты состарилась... Едва слышно сказала Ира. Она осторожно закрыла крышку. На следующей полке лежал картонный динозавр, которого они с Витей когда-то собирали почти весь день. Тогда оказалось, что они умудрились перепутать половину деталей, и у бедного тираннозавра хвост несколько месяцев держался на скотче. Ира усмехнулась. — До сих пор живой... Она сдула с него пыль и поставила обратно. Потом были старые школьные грамоты. Несколько потрепанных книг. Коробка с детскими рисунками Софии, где солнце всегда было фиолетовым, а деревья — синими. За этими мелочами прошло почти два часа. Когда с пылью наконец было покончено, Ира устало выпрямилась. Оставалось вымыть пол. Она набрала горячей воды, добавила средство и опустила тряпку в ведро. Вода почти сразу стала серой. — Серьезно?.. Она поменяла воду. Потом еще раз. И еще. Будто грязь въелась в линолеум намертво. На кухне пол оказался липким. В коридоре — тусклым, словно по нему месяцами ходили в уличной обуви. Под диваном обнаружился толстый слой пыли, старый носок, давно потерянная заколка и монетка. Ира сидела на полу, держа заколку в руках. Она была совсем простой — пластмассовая, голубая, со стершимся цветком. — Это же... Она сразу вспомнила. София потеряла ее еще весной и потом несколько дней обвиняла домового, что тот ворует вещи. Ира тогда смеялась над ней. Теперь почему-то было совсем не смешно. Она положила заколку на стол и молча продолжила уборку. Когда квартира наконец стала выглядеть действительно чистой, Ира опустилась на стул на кухне и устало выдохнула. Она вернулась на кухню. После уборки здесь наконец стало легче дышать. Исчез липкий налет на столешнице, блестела вымытая раковина, даже окно будто стало пропускать больше света. Оставалось разобраться с холодильником. Ира открыла дверцу и без лишних раздумий начала доставать все, что успело испортиться. Заплесневевший сыр. Сморщенные овощи. Почерневшие яблоки. Все это с глухими звуками падало в большой мусорный пакет. Когда пакет почти наполнился, она крепко завязала его и поставила возле входной двери. — Вечером вынесу. Сейчас идти никуда не хотелось. После нескольких часов уборки ноги приятно гудели от усталости, а в голове наконец стало немного спокойнее. Работа всегда помогала отвлечься. Но ненадолго. Она посмотрела на мусорный пакет. Потом на часы. И почти сразу вспомнила, чем собиралась заняться с самого утра. Тот парень. Она до сих пор даже имени его не знала. Это раздражало сильнее всего. Человек успел превратить несколько дней ее жизни в какой-то кошмар, а она даже не могла сказать, как его зовут. — Сейчас найдем… - Тихо сказала Ира. Она прошла в свою комнату, включила ноутбук и привычно дождалась, пока тот медленно загрузится. Первым делом открыла официальный сайт колледжа. Раздел со студентами. Списки групп. Фотографии с мероприятий. Она внимательно просматривала лицо за лицом. Иногда увеличивала снимки. Иногда возвращалась назад. Несколько раз ей казалось, что вот сейчас… Нет. Не он. Она открыла список своей группы. Потом соседней. Потом еще одной. Некоторые фотографии были совсем старыми, некоторые — плохого качества, но высокого парня с темными волосами и холодным взглядом не было нигде. Ира откинулась на спинку кресла. — Да не может быть... Она ведь была уверена. Он учился с ней. Она видела его в аудитории. Он сидел через два ряда. Этого просто не могло не быть. Она снова пересмотрела список. Медленнее. Еще внимательнее. Ничего. Тогда Ира закрыла сайт и открыла страницу колледжа в Instagram. Лента оказалась забита фотографиями с мероприятий. Посвящение в студенты. День здоровья. Какие-то соревнования. Концерт ко Дню учителя. Она начала листать публикации одну за другой. На групповых фотографиях приближала лица. Останавливалась почти на каждом снимке. И снова… Ничего. Высокие парни были. Парни в черных толстовках тоже. Но не он. Ни одного раза. Словно каждый раз, когда делали фотографию, его просто... не существовало. — Да ладно… - Ира нервно усмехнулась. — Не мог же он специально прятаться от камеры. Мысль показалась настолько нелепой, что она сразу отбросила ее. Должно быть, он просто редко появлялся на мероприятиях. Вот и все. Она закрыла Instagram. Оставался последний вариант. Витя. Если тот действительно начал общаться с новой компанией, наверняка уже добавил кого-нибудь в друзья. Ира открыла его страницу во «ВКонтакте». Фотография профиля. Несколько мемов на стене. Старые фотографии. Все как обычно. Она нажала на список друзей. Начала листать. Имена. Фамилии. Аватарки. Лица. Каждый раз, когда попадался незнакомый парень, она открывала профиль. Закрывала. Следующий. Закрывала. Еще один. Минут через двадцать она уже сама перестала понимать, сколько людей просмотрела. Несколько десятков. Может, больше. Но лицо, которое за последние дни она запомнила лучше собственного отражения, так и не появилось. Ира медленно убрала руки с клавиатуры. Экран ноутбука продолжал светиться. В комнате было тихо. Настолько тихо, что стал слышен мерный ход настенных часов. Тик. Тик. Тик. Она вдруг поймала себя на мысли, что не может найти вообще никаких следов этого человека. Ни на сайте колледжа. Ни на фотографиях. Ни среди друзей Вити. Нигде. Будто он появился в ее жизни из ниоткуда. Ира еще раз открыла страницу Вити. Может, она просто просмотрела слишком быстро. Она снова начала листать друзей. Медленно. Открывала почти каждый мужской профиль. Вглядывалась в фотографии, листала аватарки, иногда переходила в альбомы. Ничего. Она даже зашла в список подписок Вити. Потом открыла страницы тех самых новых друзей, которых видела рядом с ним вчера возле колледжа. Снова подписчики. Снова друзья. Снова фотографии. Одно и то же лицо мелькало десятки раз. Но не то, которое она искала. В какой-то момент Ира устало потерла глаза. — Да кто же ты такой?.. Но ответа, разумеется, не было. Она закрыла ноутбук. Комната сразу показалась непривычно тихой. За окном кто-то громко засмеялся. Во дворе стучал мяч, хлопнула дверь подъезда, проехала машина. Обычный октябрьский день продолжал жить своей жизнью. Ира посмотрела на часы.. Она вспомнила про мусорный пакет, стоявший у входной двери. «Потом вынесу.» Эта мысль немного успокаивала. Но нужно было просто выйти из квартиры, пройтись, проветрить голову. Заодно купить что-нибудь к ужину. Она поднялась с кресла, потянулась, чувствуя, как после уборки ноет спина. Проходя мимо окна, машинально выглянула во двор. э Пожелтевшие деревья лениво качались под прохладным ветром. По дорожке молодая мама катила коляску. Двое мальчишек перебрасывались футбольным мячом, постоянно промахиваясь мимо импровизированных ворот. На скамейке возле подъезда сидели две пожилые женщины, оживленно обсуждая кого-то из соседей. Все было настолько привычным, что Ира даже немного успокоилась. «Я просто себя накручиваю.» Наверное, именно так. Она почти убедила себя в этом. Однако ссылаться к этой мысли было все сложнее и сложнее. Ее кто-то травил, а потом ещё и ударил в живот. И говорил тот парень странно. Она вспомнила, что подходила к нему, когда заметила его в компании рядом с Витей. И тогда он тоже сказал, что-то странное. Только Ира не могла вспомнить, что именно. Стоило ей отвернуться от окна, как перед глазами снова возникло его лицо. Спокойный взгляд. Едва заметная улыбка. Ира резко тряхнула головой, словно пытаясь избавиться от воспоминания. — Хватит. - Она произнесла это вслух. — Сегодня никаких мыслей о нем. Сначала магазин. Потом вынести мусор. Потом позвонить родителям. Ира быстро собралась и вышла из квартиры, не забыв про мусор. Она вышла во двор. Прохладный октябрьский воздух приятно ударил в лицо. После нескольких часов уборки хотелось просто пройтись, немного отвлечься и выбросить из головы все странности последних дней. Ира дошла до мусорных контейнеров, бросила пакет внутрь и уже собиралась идти к магазину, как услышала знакомый голос. — О, Ира! Она обернулась. К ней быстрым шагом шел Витя. В руках у него был пакет из продуктового магазина и бутылка газировки. Будто вчера между ними вообще ничего не произошло. — Привет, — сказал он, остановившись рядом. — Привет... Несколько секунд оба молчали. Ира внимательно посмотрела на него. Он выглядел совершенно обычно. Та же растрепанная челка, та же нелепая улыбка, будто в мире вообще не существовало поводов переживать. — Ты чего дома? — спросил он. — Проспала. — Серьезно? — Ага. — Вот это новость. - Он театрально приложил ладонь ко лбу. — Записывайте дату. Ира впервые решила, что сон важнее образования. Она невольно усмехнулась. — Один раз можно. — Конечно можно. Я бы вообще сделал один обязательный прогул в месяц. Для здоровья. — Ты и без разрешения с этим прекрасно справляешься. — Потому что я человек идей. Они медленно пошли по двору. Разговор почему-то сразу стал таким же легким, как раньше. Будто последние несколько дней существовали где-то отдельно. Будто между ними не было тяжелого разговора, странной ссоры и того холодного молчания. Это одновременно радовало Иру и немного злило. — Слушай... — вдруг сказал Витя. — А можно к тебе? Она удивленно посмотрела на него. — Ко мне? — Ну да. Он пожал плечами. — Дома скучно. Бабушка опять генеральную уборку затеяла. Если я сейчас вернусь, меня точно заставят окна мыть. — Так помог бы. — Я помогаю. — Каким образом? — Не мешаю. Ира тихо фыркнула. — Очень благородно. — Спасибо, я знаю. Он посмотрел на нее с привычной хитрой улыбкой. — Ну так что? — Ладно, ладно. Он поднял руки, будто сдаваясь. — Буду вести себя прилично. Ира вздохнула. — Пошли. — Отлично. Он тут же заметно повеселел. Она снова улыбнулась. Впервые за несколько дней — совершенно искренне. На короткое мгновение ей даже показалось, что все действительно начинает приходить в норму. По дороге они все-таки завернули в продуктовый. — Раз уж ты собралась закупаться, — заявил Витя, беря корзинку, — я, как человек с выдающимся вкусом, помогу тебе выбрать продукты. Магазин был почти пустым. Только пожилая женщина долго выбирала чай, а у кассы молодой отец безуспешно пытался уговорить маленького сына вернуть шоколадку на полку. Ира медленно ходила между рядами, складывая в корзину молоко, макароны, яйца, хлеб, овощи. Витя тем временем развлекался. Он каждый раз незаметно подкладывал ей в корзину какую-нибудь откровенную ерунду. То огромную упаковку маршмеллоу. То острый соус. То банку зеленого горошка. — Вить. — Что? — Зачем мне четыре банки кукурузы? — А вдруг захочется. — Четыре сразу? — Ну... очень захочется. Она покачала головой, выкладывая покупки обратно на полку. Через минуту он снова что-то подбросил. — Я видел! — Ничего не знаю. На кассе они смеялись уже оба. Кассирша, кажется, давно перестала обращать внимание на их перепалки. Дома стало удивительно спокойно. Будто квартира наконец перестала давить после уборки. Они разложили продукты по местам. Витя, вопреки своим обещаниям, все-таки стащил из холодильника баночку йогурта. — Я же сказал, что буду вести себя прилично. — Это называется прилично? — Конечно. Я же спросил глазами. — И что мои глаза ответили? — Разрешили. Следующие несколько часов пролетели незаметно. Они сидели на кухне, потом перебрались в комнату. Витя показывал смешные ролики, которые успел сохранить за последние дни, рассказывал, как преподаватель физкультуры сегодня едва не поскользнулся на мокрой плитке возле спортзала, изображал его походку настолько похоже, что Ира смеялась до слез. Потом вспоминали школу. Какие-то нелепые истории. Как однажды потеряли ключи от кабинета. Как всем классом искали сбежавшего хомяка. Как Витя случайно отправил преподавателю вместо домашнего задания фотографию своей еды. На несколько часов последние странные дни будто перестали существовать. Ира поймала себя на мысли, что именно этого ей ужасно не хватало. Обычного разговора. Обычного смеха. Обычного Вити. Когда солнце окончательно спряталось за домами, а за окном начал сгущаться ранний октябрьский вечер, разговор постепенно стал спокойнее. Наступила короткая тишина. Ира задумчиво крутила в руках кружку. Потом, стараясь, чтобы вопрос прозвучал как можно более небрежно, спросила: — Слушай... — М? — Ты говорил, что подружился с ребятами из другой группы. — Ага. — Кто вообще такие? Витя пожал плечами. — Да обычные. Он начал загибать пальцы. — Димка... Артем... Максим... Ира молча слушала. — Еще Игорь. Прикольный, кстати. Странноватый немного, но вроде нормальный. Имя прозвучало совершенно обыденно. Как и все остальные. Но что-то внутри Иры вдруг болезненно дернулось. Игорь. Она медленно повторила его про себя. Игорь. Словно услышала не просто имя. А что-то давно забытое. Очень знакомое. Настолько знакомое, что на секунду даже перехватило дыхание. Перед глазами будто мелькнуло что-то неуловимое. Темный коридор. Персиковые облупленные обои. Чьи-то шаги. И сразу исчезло. — Ира? Она вздрогнула. — А? — Ты зависла. — Да... задумалась. — Бывает. Витя продолжил рассказывать какую-то историю про нового одногруппника, но Ира уже почти не слушала. "Игорь..." Она была абсолютно уверена, что уже слышала это имя. И не один раз. Только никак не могла вспомнить где. Через некоторое время Витя поднялся. — Ладно, пойду. А то бабушка решит, что меня похитили. — Позвони ей. — Тогда она точно скажет возвращаться. — Логично. Он обулся в прихожей. — Спасибо за гостеприимство. — Заходи. — Только в следующий раз без уборки перед моим приходом. — Я вообще-то убиралась не из-за тебя. — Конечно-конечно. Он усмехнулся. — До завтра. — До завтра. Дверь закрылась. В квартире сразу стало непривычно тихо. Ира еще несколько секунд стояла в прихожей. Потом медленно прошла в комнату. Тишину нарушила вибрация телефона. На экране высветилось: «Мама». Ира почти сразу улыбнулась и нажала кнопку ответа. — Ну наконец-то. — Привет, — раздался знакомый голос. Он был немного хриплым. Будто мама сильно простудилась. — Ты чего трубку вчера не брала? Мы тебе раза три звонили. Ира виновато потерла лоб. — Я... уснула. Очень крепко. Даже не слышала. — Вот это сон. — Сама в шоке. Мама тихо рассмеялась, но смех быстро перешел в кашель. — Ты заболела? — Немного. Тут похолодало резко. Сначала отец расклеился, потом София, теперь и я. — Блин... — Не переживай. Температура уже почти прошла. Только голос сел. Ира медленно подошла к окну. Во дворе дети гоняли мяч, кто-то выгуливал собаку, соседка вытряхивала коврик с балкона. — А вы когда домой? На том конце повисла короткая пауза. — Думаю... еще дня два побудем. — Так долго? — Здесь сейчас проще. Воздух хороший, травы, чай завариваем. Да и не хочется вас заражать. — Меня. — Что? — Заражать меня. Я же одна дома. — Ой, точно. Мама снова кашлянула. — Совсем уже голова не работает. Ира улыбнулась. — Ну ничего. Я справляюсь. — Как колледж? Она невольно замолчала. — Да... нормально. — Нормально — это хорошо. — Сегодня вообще не пошла. — Почему? — Проспала. — Первый прогул? — Первый. — Тогда ничего страшного. Мама сказала это так спокойно, будто речь шла о чем-то совершенно обычном. — Только не превращай это в привычку. — Не буду. — Обещаешь? — Обещаю. Послышался какой-то шум. Будто телефон передавали другому человеку. — Дай сюда... — пробормотал отец. Через секунду раздался его голос громче. Такой же охрипший. — Ну что, студентка. — Привет, пап. — Как жизнь? — Странная. — Это нормально. — Почему? — Потому что взрослая становится. Ира тихо фыркнула. — Очень смешно. — А что? Я серьезно. Он тоже кашлянул. — Тут мать переживает, что ты одна дома. — Я не маленькая. — Конечно. — Правда. — Верю. Снова послышалась возня. — София тоже поговорить хочет. — Дай! Телефон буквально вырвали из рук. — Ира! Несмотря на хрипоту, голос сестры был таким же звонким. — Привет. — Ты без нас скучаешь? — Конечно. — Врешь. — Почему? — Потому что теперь никто не заставляет тебя смотреть мультики со мной. Ира засмеялась. — Зато теперь никто не заставляет меня есть твои ужасные конфеты. — Они вкусные! — Они со вкусом зубной пасты. — Это мята! — Это преступление. София громко возмутилась. Где-то рядом засмеялись родители. На несколько минут все снова стало таким, каким было всегда. Будто последних странных дней вовсе не существовало. Будто никакого Игоря не было. Никаких записок. Никаких странных снов. — Ладно, — сказала мама, снова забирая телефон. — Мы пойдем чай пить. — Хорошо. — Не сиди до ночи. — Постараюсь. — Любим тебя. — И я вас. — Пока. — Пока. Экран погас. Ира еще несколько секунд сидела, глядя на свое отражение. Стало легче. Совсем немного. Она нажала кнопку блокировки. Экран не погас. Странно. Она нажала еще раз. Ничего. Телефон будто перестал реагировать. — Да что... Из динамика донеслось тихое потрескивание. Словно кто-то медленно крутил старое радио. Ш-ш-ш... Экран на секунду покрылся цветными полосами. И вдруг снова загорелся. Вместо рабочего стола была черная пустота. Только в центре мигала тонкая белая полоска. Будто кто-то собирался что-то напечатать. Ира нахмурилась. — Что за... Треск резко оборвался. Раздался голос. Совсем тихий. Но она узнала его сразу. Тот самый спокойный голос. Без злости. Без насмешки. — Я Игорь. У Иры перехватило дыхание. Она не могла пошевелиться. — Имя ты уже вспомнила... Короткая пауза. Будто человек по ту сторону телефона улыбался. — ...а меня когда вспомнишь? Экран окончательно погас. В комнате стало так тихо, что Ира отчетливо услышала собственное дыхание.