Владыка Чёрных Песков: История Одного Автора

Стальной Коршун - похожий на птицу летательный аппарат из металла и дерева, приводимый в движение двигателями, созданными при помощи некромантии, гудя пропеллерами двигался в сторону места обитания трёхглавой гидры (как назвали водного зверобога). На борту спешно достроенного, а потому и пестрящего жеребячьими-птенцовыми болезнями механизма, являющегося почти заброшенным прототипом альтернативного небесного транспорта, сидя на деревянных скамьях вдоль боковых стен расположились Чёрные Орхидеи - грифоны, отряд коих получил название в честь выделенных зебрами доспехов. ...Жуэн - единственный обладатель Алого Лотоса, представляющего собой вершину техномагического военного гения Зебрики, стоя на задних лапах мордой к своим подчинённым, передними лапами придерживаясь за специальные скобы на потолке, размышлял над перипетиями судьбы, что и привели его к нынешнему положению. И вроде бы грех жаловаться, так как звание легата армии наёмников - это фактически вершина карьеры, скопленного за время войны золота хватит, чтобы купить себе небольшую горную долину на родине, а возможность использовать ранее казавшееся невероятным оружие, делающее среднего грифона равным сильному магу по разрушительному потенциалу и вовсе выпадает не всякому, но... "Это проклятое "но"", - мысленно вздохнув, крылатый хищник поморщился. ...Его друзья, напарники, подчинённые, которые погибли в крепости некромантов снова были в строю и, словно бы ничего не случилось, вновь перешучивались, хвастались, подкалывали друг друга. Не то, чтобы Жуэн не был рад их видеть, всё же они и вправду были отличными ребятами, коим не страшно доверить спину, но воскрешение с частичной потерей памяти о последних минутах сражения... напрягало. "А они ли это на самом деле? Не химеры ли, созданные полосатыми чародеями? И если на то пошло, то являюсь ли настоящим я? Не случилось ли так, что Жуэн погиб в одном из сражений, а я - его двойник, у которого просто нет воспоминаний о неудачной миссии", - грифон не привык рефлексировать, предпочитая дело бесполезным размышлениям, но сейчас, из-за необходимости ждать команду на высадку из чрева железной машины, сомнения и тревоги его нагнали. - О чём задумался, командир? - спросила сидящая в левом ряду грифина, повернув к легату маску своего шлема, из-за которого была похожа скорее на некую скульптуру, нежели живую пташку. - Да ясно о чём, - хохотнул орёл, сидящий напротив. - Или же правильнее "О ком"? - Прикуси язык, балагур, - осадил весельчака напарник, после чего тоже повернулся к грифоньему легату. - Но ребята правы, командир. Какой-то ты сегодня тихий. - Я думаю о нас, - не стал скрывать правду Жуэн. - Э-э-э... Нет-нет-нет, - замотал головой самый активный шутник Чёрных Орхидей. - Я тебя, конечно, безмерно уважаю, но - давай останемся друзьями? Дело не в тебе, командир; дело во мне... - Стукните его кто-нибудь, - попросила пташка, по голосу коей можно было легко понять, что она закатила глаза к потолку. - Рад бы, да пока он в шлеме - не поможет, - отозвался сосед балагура. - Точно - точно, - покивал шутник. - Я - неприкасаем. Но если ты хорошо попросишь... - Договоришься ведь, - хохотнул ещё один член отряда. - Командир, доспехи у нас, конечно, класс, но мысли с их помощью читать нельзя. Пояснишь...? - Думаю... настоящий ли я? Все мы? - Жуэн пошевелил крыльями, что лязгнули о стены металлическими накладками. - Не лежит ли настоящий Жуэн сейчас где-нибудь в земле, кормя собой червей, пока я считаю себя им? То, что я не помню возможной гибели - не аргумент. В чреве Коршуна установилось молчание, что было нарушено ближним в правом ряду грифоном: - С философской точки зрения... мы рождаемся и умираем каждую секунду, ибо личность грифона - это совокупность его жизненного опыта и набранных знаний. Таким образом те мы, которые прибыли в Зебрику в начале этой войны и нынешние - это совершенно разные существа, у которых одинаковые знакомые и юность. Но даже воспоминания о родине мы воспринимаем совсем не одинаково. Если же тебя интересует более приземлённое мнение, то - я тот самый Ганс, ибо невзирая ни на что, душа осталась та же. - Откуда знаешь? - заинтересовался грифоний легат, сконцентрировав внимание на своём подчинённом. - Воспитанные орлы о таком не рассказывают, но - где я, а где воспитание? - собеседник хохотнул, подняв среди соратников волну веселья. - Если же серьёзно, то не только ты нашёл себе полосатку, которой во время отдыха на базе можно за ушком почесать. И я уверен, что будь на моём месте какой-нибудь двойник, то при первых же поползновениях к её хвостику, он получил бы копытами по самому дорогому каждому орлу. "И верно. Скарлет не стала бы терпеть приставания какого-то двойника", - удивительно, но такая простая мысль почему-то не приходила Жуэну в голову, а стоило об этом подумать - с души будто бы груз свалился. - Да и вообще, командир: двойник или нет... какая, в задницу, разница? - встрял балагур. - Главное, чтобы грифон был хороший. - Это точно оригинал, - хмыкнула пташка, чем явно заставила шутника возгордиться, чтобы тут же приземлить его обратно: - ...Зебры не стали бы утруждаться, чтобы копировать такой брак. Дружный смех заглушил обиженное ворчание весельчака, но не успели крылатые хищники успокоиться, а в их шлемах уже зазвучали сигналы тревоги. Перед глазами Жуэна появилось полупрозрачное изображение с клюва Коршуна, демонстрирующее почти идеально круглое озеро, окружённое заболоченной местностью, постепенно уходящей под воду. И в середине этого явно неестественного водоёма возвышались три толстых изогнутых столба, увенчанные то ли змеиными, то ли драконьими головами. "И как это убивать?", - пронеслась в сознании отстранённая мысль, в то время как в вены впрыскивались алхимические и друидические стимуляторы, выводящие организм на совершенно иной уровень силы, скорости и выносливости. - Пора на прогулку красотки, - прозвучал под потолком голос пилота, в то время как в полу открылся прямоугольный люк, откуда в грузовой отсек тут же стал дуть ветер. - Ближе подлететь не могу - увидит. А маневрировать наша птичка ещё не умеет. - Отряд, к бою, - скомандовал Жуэн, отпуская скобы, за которые держался, чтобы сразу после этого сделать два шага и спрыгнуть в люк, пролететь несколько метров и распахнуть крылья, чувствуя увеличившуюся из-за маскировочной плёнки нагрузку. - Статус? - Второй - к бою готов, - отозвался заместитель командира. - Третья - готова, - ворвался в уши звонкий голос пташки, зазвучавший в динамиках шлема. - Четвёртый... Отчёты сыпались один за другим, пока орёл наблюдал за Стальным Коршуном, заложившим широкий вираж, чтобы отправиться обратно на базу. "Когда это всё закончится - требую в качестве награды, чтобы со мной отпустили Скарлет. Потом, хватаю её за загривок и - домой. Если нам ещё и снаряжение удастся сохранить, то...", - откинув несвоевременные мысли, крылатый хищник проверил сияющий щит, уже накопивший заряд для мгновенной активации, а затем повёл Чёрную Орхидею в сторону зверобога, кажущегося обманчиво медлительным и спокойным, но невероятно огромным даже с расстояния более чем в километр. ...Пока грифоны медленно приближались, небо прочертили две дюжины цилиндрических предметов, которые врезались в поверхность озера, а некоторые и вовсе попали в гидру. Однако же вместо вспышек пламени и грохота ударов прозвучали хлопки, после чего в воздухе начало клубиться вещество, похожее на серую муку, оседающее на поверхности тела зверобога и его окружении, чтобы растворяться и смешиваться с жидкостью. Вновь и вновь снаряды, прилетающие откуда-то из-за горизонта падали в искусственный водоём, что явно не нравилось трёхглавому монстру, начавшему поднимать высокие волны, выплёскивающиеся на берег и сносящие любые материальные препятствия. В то же время в воздухе стали собираться тучи, стремящиеся скрыть солнечный свет и погрузить землю в густой сумрак. "Плохо. Если предположения теоретиков верны, то эта гадина может чувствовать окружение при помощи влаги. Наша незаметность в таком случае станет бесполезной, так как она не "увидит", а "нащупает" нас", - мысли пронеслись в голове подобно молнии, вынуждая выбирать между ускорением и попыткой взлететь выше туч (в первом случае боевой контакт был неизбежен, во втором - терялась возможность следить за происходящим с целью). - Активировать генераторы проникающей волны, - скомандовал крылатый хищник, собираясь протестировать новые игрушки в боевых условиях. - Форсаж на счёт три... два... раз... Старт! В броне щёлкнули упоры для накладок на крылья, а затем грифонов стало толкать реактивной струёй, рёвом воздуха забивая слух. Огромные головы зверобога как-то слишком уж внезапно оказались совсем рядом, из-за чего дальнейшие действия наёмники совершали на рефлексах, а не осознанно. Волна звуковых колебаний, вырвавшаяся из правого наруча врезалась в кажущуюся монолитной колонной плоть чудовища, заставляя её взорваться мельчайшими брызгами и оставить углубление в несколько метров, тут же начавшее затягиваться. Только вот и другие летуны не остались в стороне, от чего одна из голов вообще едва не оторвалась, заставляя две другие отвлечься от сотворения огромных волн и попыток сбить продолжающие лететь "подарки". - Свечка, - скомандовал Жуэн, первым переводя свой полёт из горизонтальной в вертикальную плоскость, уходя от ярости утопающей в облаке серой "муки" гидры. - Петля. Пике... ... Уно висела в воздухе в трёх километрах от границы магического катаклизма, сотворённого взбесившимся зверобогом. Как помощница легата Гривуса, она была отправлена вместе с силами зебрасов тринадцатого легиона, дабы сдерживать противника в случае провала первого и второго этапов плана, включающего в себя попытку пленения, а затем и уничтожения созданного шаманами существа (для этой цели у неё имелись артефакты-якоря, активация коих даст сигнал прикормленным старшим и высшим духам). Вопреки обыкновению жёлто-чёрная зони была облачена в живую броню, дарующую не столь впечатляющие защиту и усиление как привычное снаряжение, однако же чего-то сравнимого с Алым Лотосом она собрать не могла, а шаманы-инженеры не успевали выполнить заказ. Компенсация в виде симбиотического шлема с рогом, позволяющим использовать магию единорогов казалась не равноценной хотя бы потому, что химера знала лишь три заклинания: телекинез, щит, стрелу. "Но эта броня не превратится в мёртвый груз из-за духовного давления зверобога. Чего нельзя сказать о Чёрных Орхидеях. Согласились бы грифоны стать наживкой, отвлекающей внимание монстра, если бы им сообщили о такой вероятности?", - летунья понимала, что наёмникам платят за риск, но вот того, что об экспериментальной защите им рассказали не всё... не одобряла. Зони, если (а судя по тому, как высоченные волны накатывают на берега - когда) им прикажут, ринутся в битву без сомнений и колебаний. Однако же в отличие от грифонов - они понимают риски, а также сражаются за свою родину, что не даёт отступить. "Цезарь ошибся. Если об этом станет известно, то наёмники могут поступить радикально", - отслеживая новые и новые снаряды, бьющие в озеро, уже полностью скрытое от наблюдения обычным зрением, зебраска старалась сконцентрироваться на своей непосредственной задаче в этом противостоянии, но получалось у неё не слишком хорошо...