Спор

(◉⁠‿⁠◉)

      — Тэхён, Чимин-ши, не желаете объясниться? — добавил стальные нотки в голос лидер. — В последнее время ваша активность в сторону Чонгука выходит за берега, особенно твоя, Тэхён-и. Имейте ввиду: я в своём коллективе буллинга не допущу. Имейте совесть; парень ещё школьник, и ваши нелепые и навязчивые шалости неприемлемы.       — Всё совсем не так, Реп Мон-хён, — взвился в возмущении Ви, с опаской покосившись на менеджера, едущего вместе с парнями в автомобиле, рядом с водителем. — Ни о какой травле и речи нет, хён. Вот хоть Чонгуки спроси.       — А я вообще не причëм, — бордовым цветом вспыхнул Пак, в смущении прячась лицом за плечами Шуги, сидящего рядом на соседнем кресле. — Мы просто рубились в приставку втроём, и когда макне нас с Ви в сухую уделал, мы его просто слегка защекотали. Прости, хён, если мы были шумными.       — Слегка? — Приоткрыл глаз мирно дремлющий Сокджин. — А чего ж тогда Чонгуки заматерился даже?       — А уж это претензии не ко мне, — фыркнул Ким, ткнув вытянутым пальцем в сторону Юнги, — вот истинный виновник того, что макне выражается.       — Не тычь в меня пальцем, мелкий, — укорочу, — прищурил припухшие от недосыпа глаза репер.       — Айщь, Ви, макне, конечно, молод, но он не ребёнок. Неужели ты думаешь, что первые нецензурные слова он услышал от хёна? — искренне возмутившись, Чимин даже вынырнул из-под надёжной защиты плеч хёна.       Красивые губы растянула улыбка.       — Ты защищаешь меня, что ли, Чимини?       — Да что с вами всеми сегодня такое, — надулся мембер, — один отчитывает ни за что, второй стебёт несправедливо. Злые вы все, уйду я от вас.       — Да брось, Чимини, кто наезжает-то? И уйти даже не думай, кто ещё будет меня так смешить по утрам своей надутой мордашкой? — тихонечко рассмеявшись, Юнги едва ощутимо пригладил растрёпанные волосы младшего.       — Чонгуки, ты ведь сообщишь своему хёну, если эта парочка будет обижать тебя? — заливисто рассмеялся Хосок, крепко обнимая макне.       — Хёны, я не ребёнок! Хватит опекать меня; тот, кто попробует обидеть, не обрадуется, что на свет появился, — глухо и недовольно пробубнел макне, не сопротивляясь, впрочем, крепким обнимашкам. — Ви хён просто старается мне помочь отбросить мою стеснительность.       В тишине салона звонко прозвучал хлопок ладони по лбу.       — Зачем ты об этом сказал, Чонгуки? — потирал ушибленный лоб Ви. — Это должно было быть секретом. Теперь это всё дойдет до директора и меня обвинят в навязчивости.       — Компания вовсе не против, Тэхён, — слегка повернул к парням улыбающееся лицо стафф, — буквально вчера собеним Бан сообщил, что фансервис неплохо продаётся. Раскрепощай нашего макне тщательно и с удовольствием. Многозначительность фразы ввела мемберов в короткий ступор, следом за которым раздался многоголосый хохот.       Бьющийся от смеха Хосок едва не задел дёргающимися ногами смущённое лицо Чонгука. Переломившись в поясе, Чимин буквально повалился на острые коленки хёна, и только резкая реакция Юнги, схватившего его за пояс джинс, предотвратила падение вокалиста на не особо чистый пол автомобиля.       — А мне вот интересно, — сквозь хохот простонал Хосок, — как именно наш прекрасный Ви должен раскрепощать Чонгуки? Конечный результат я хоть немного, но представляю, а вот процесс остаётся загадкой.       — Да, да, мне это тоже непонятно, — резко перестав смеяться, кивнул Намджун.        — Да Божечки же, — закатил глаза Тэхён, — что вы там себе навыдумывали? Все же знают, какой я тактильный, — ну так теперь капелька и макне достанется, ну там: приобниму или за руку возьму, ничего такого. Пусть научится не вздрагивать и не сжиматься, когда кто-то находится столь близко в личном пространстве.       — Я думаю, это неплохая идея, — резюмировал Джин, внимательно оглядев братьев, — по воле случая мы стали семьёй, а в семье объятия необходимы.       — Ты-то как сам, Чонгуки, относишься к этой идее? — излишне переживая за младшего, спросил лидер смущённого Чона.       — Да нормально всё, — негромко ответил Чонгук, подтверждая свои слова кивком, — я согласился же. — Положив свою кисть на руку Ви, он переплёл их пальцы, крепко сжав ладонь.       — Я доверяю тебе, хён, ты странный, но хороший.       Поймав нежность в круглых чёрных глазах, Пак, всё ещё лежавший на чужих коленях, гулко сглотнул.       — Да твою же, Ви! Это что за взгляды? Ох, чувствует моя жопка, что я могу и продуть очередной спор с этим гениальным мошенником.       — Чимини, — вырвал Пака из нерадостных мыслей тихий шёпот, — если ты немедленно не прекратишь ёрзать на моих бёдрах, боюсь, так комфортно лежать, как сейчас, тебе больше не будет. Имей совесть, малой.       Не сразу обработав информацию, Чимин, повернув голову вновь слишком близко, упёрся в чужие красивые и манящие глаза. Игривый прищур, золотистые крапушки и юркий язык, провокационно облизнувший губы, ударили ударом тока вниз живота. Погружаясь в омут этого сексуального взгляда, Чимин, как под гипнозом, наоборот — ещё сильнее вывернул шею, касаясь щекой твёрдой строчки ширинки. Горячий выдох и полустон флёром овеяли лицо замёршего от этой красоты вокалиста.       Юнги, бесспорно, был возбуждён, и его состояние, как вирус, проникало в вены Чимина.       — Уебал быстро, блять! — тихо, но жёстко приказал репер. — Сел рядом, как пай мальчик: ручки на коленках и замри, бля.       Моментально подскочив, Чимин, как и было приказано, замер по соседству, отодвинувшись максимально далеко от пытающегося придти в равновесия хёна.       Глубоко дыша, Юнги сжимал кулаки, опустив их на пах, не глядя на Чимина.       — Попробуешь растрепать парням — буду всё отрицать, дураком себя сам выставишь, — слегка успокоив дыхание, так же тихо прошептал репер, — не было ни-че-го, забудь.       «Забыть? Забыть, как манко скользнул по губам влажный треугольный кончик языка? Забыть, как красиво мерцали блики в тёмной радужке? Забыть, как напряжены были вены на шее возбужденного хёна, забыть его томный выдох-стон? И как, блять, теперь это можно забыть?!» — билось в голове дезориентированного Чимина.

***

      В съёмочном павильоне стояла одуряющая жара, стафф суетился, поправляя оборудование перед тем, как торжественно открыть двери поклонникам таланта парней на их первом фанмитинге.       Все парни без исключения были взволнованы перед личной встречей с их арми, которые впервые будут так близко и с которыми нужно обменяться хоть парой слов. Чего именно ожидать от собравшейся за дверями толпы, никто не имел понятия, незнание и неопределенность мучили более всего.       Чувствуя, как обильно он начинает потеть под жаркими приборами, Чон закусил губу, до боли сжимая её зубами. Глаза покалывало от желания расплакаться, а тело трепала дрожь страха.       К счастью, сидящий рядом Ви уловил нервозность макне: по-свойски повернувшись в пол-оборота, он прижал свою руку к чужому уху и, наклонившись, шепнул:       — Чонгуки, а ты знаешь, что наши арми сегодня будут нам дарить смешные обручи для волос? Представляешь лицо Шуги-хёна в ободке божьей коровки?       Улыбнувшись от представляемой картины, Чон слегка расслабился и подарил искреннюю и милую улыбку своему шкодному хёну, наряженному в разноцветную шапку с большим бумбоном.       — Мне не нужно представлять хёна в смешном виде, Ви-хён, чтобы стало весело. Достаточно глянуть на тебя в этой нелепой шапке в такой жарище.       — Э-э-эм, побольше уважения, макне, — взъерошил тёмно-бордовый ёжик волос на голове макне Ви, — эту очаровательную вещь связала моя бабуля. Разве она не прекрасна?       — Бабуля или шапка? — не смог сдержать искренний смех Чон.       — И то, и то, конечно же, — состроил злобную гримасу Ви, — сделанное ручками моей прекрасной аджумы не может быть не очаровательным.       Легко рассмеявшись, не удержа лицо, Тэхён сжал в крепких объятиях так привлекающего его макне.       — Готовься к очередному проигрышу, Чимини, — мелькнуло в голове Пака, разглядевшего эту сценку. — Эх, Чонгуки да что же ты так быстро сдаёшься этому демону?

(◉⁠‿⁠◉)