Джинчурики Сукуны

Глава 14.

Какаши и Учиха Кагами были вызваны в кабинет Хокаге раньше положенного времени. Не считая нескольких раз в начале учебного года, для Кагами это была первая возможность увидеть Третьего Хокаге так близко. Сарутоби Хирузен был известным курильщиком. Даже в присутствии двух детей он не выпустил изо рта трубку, выпуская клубы сизого дыма. Трудно было соотнести этого постепенно сутулящегося старика с человеком, обладающим высшей властью в Стране Огня. Да, именно высшей. С тех пор, как была установлена система скрытых деревень, решения о начале и окончании войн принимали Каге. Разве Второй Хокаге обращался к даймё, когда отправлялся в Кумогакуре подписывать мирный договор? Нуждался ли Третий в согласии даймё, чтобы отдавать приказы своим подчиненным? Просто по сравнению с сотнями миллионов обычных людей, несколько сотен тысяч шиноби – это слишком мало. Нужен был кто-то вроде даймё, чтобы управлять простыми людьми. Даймё Страны Огня обладал лишь номинальным правом назначения. На самом деле, каждого Хокаге выбирала сама Коноха. Даже Пятый с половиной, Данзо, одним своим взглядом мог подчинить даймё. Но какой смысл в признании даймё? Если шиноби деревни не поддерживают тебя, то даже после смерти никто не признает тебя Хокаге, как это случилось с Данзо. Только те, чьи лица высечены на Скале Хокаге, могут считаться настоящими Хокаге! Как и в последующих Третьей и Четвертой Мировых Войнах Шиноби, решение о начале боевых действий принимали Каге различных деревень, а даймё просто ставили свои печати. Даже Сунагакуре, наиболее пострадавшая от экономического кризиса, впоследствии объединилась с Орочимару, чтобы продемонстрировать свою силу даймё Страны Ветра, спланировав уничтожение Конохи. Вот только финал оказался для них довольно жалким. … Вернувшись к реальности, Учиха Кагами кивнул: «Я слышал о Джирайе-сама, могущественном шиноби, одном из Саннинов». Хирузен приветливо улыбнулся: «Вы оба очень талантливы. Я хочу, чтобы вы досрочно окончили Академию и начали тренироваться с Джирайей. Если вы хорошо себя проявите, то, возможно, станете его учениками. Самый молодой Джонин на данный момент, Намиказе Минато, — его ученик!» Джирайя… Намиказе Минато… Мысли Кагами лихорадочно заработали. Старик Третий замял дело об уничтожении клана Учиха. С его точки зрения, это нехороший знак. Но до того, как все случилось, было видно, что Хирузен все еще пытался примириться с Учиха. Возможно, назначение близкого к Учиха Минато на пост Хокаге также было частью этого плана. Кто такой Намиказе Минато? Очарование шиноби мира, да еще и блондин! Тысячелетняя традиция клана Учиха, железный закон о нераспространении Шарингана, была нарушена ради Минато. И это еще до того, как он стал Хокаге! Присоединение к команде Джирайи – это сигнал от Третьего. Во всех деревнях титул Каге обычно передается от учителя к ученику или от отца к сыну. Третий хотел сказать Учиха: у вас есть шанс, вы тоже часть деревни. Изначально он больше склонялся к тому мальчику из клана Учиха, Обито. Тот ребенок был настолько дружелюбным, что совсем не походил на Учиха. Но сейчас у Кагами и Какаши серьезные психологические проблемы: один замкнут в себе, другой подавлен уходом отца. Обоим нужно немного солнечного света. Разве предыдущие Учиха не стали более открытыми после общения с Минато? Хирузен разыграл свою козырную карту против мрачных личностей — Намиказе Минато! … Какаши все еще не оправился от ухода отца. Слушая слова Хирузена, он равнодушно кивнул. Если бы не Учиха Кагами, который все время торчал в Академии, он бы уже давно выпустился. У Кагами не было причин отказываться. Как минимум, методы обучения Джирайи, безусловно, заслуживали внимания. Нагато, Минато, Наруто… Все его ученики, как минимум, уровня Каге, даже Яхико обладал силой Пути Дэвы. (Пусть и посмертно) Стать учеником Джирайи – неплохой вариант. Я хочу убить твоего учителя, но это не мешает мне стать твоим учеником. Кроме того… разве убийство учителя не является традицией Конохи? … Бам! «Йо! Вы, должно быть, Какаши и юный Кагами!» — на оконном карнизе кабинета Хокаге, полуприсев, восседал высокий мужчина с белыми волосами. Длинные белые пряди ниспадали до самой поясницы, а под глазами ярко выделялись красные отметины. … «Идиот! Не мог через дверь войти?!» — Сарутоби Хирузен, глядя на шатающуюся оконную раму, взорвался ругательствами. Шлепнувшись на пол, Джирайя похлопал Третьего Хокаге по плечу и небрежно бросил: «Ты уже старый, не кипятись, береги здоровье». «Хмф! Ты знаешь, что я стар, так почему бы тебе побыстрее не взять на себя мои обязанности?!» — в идеале, Хирузен видел Джирайю своим преемником. Он любил деревню, заботился о товарищах, обладал огромной силой, стремился к миру и даже разделял его увлечения. «Ха-ха-ха, пощади меня, это место не для меня» — отшутившись, Джирайя перевел взгляд на двух мальчишек: «Позвольте представиться, я – Джирайя!» … И всё? Учиха Кагами уже приготовился услышать что-то вроде "я – великий отшельник-жаболюб". «Хатаке Какаши». «Учиха Кагами». Ещё более лаконичные представления. «Кагами-кун…» – Джирайя почесал подбородок и улыбнулся: «Старик упоминал своего товарища с таким же именем». «Это мой дедушка», – прямо ответил Учиха Кагами. В отличие от других попаданцев, он полностью принимал свою новую личность. Бабушка – семья, Шисуи – семья, большинство членов клана – тоже семья. Сердце не камень. Он помнил всю доброту, которую они ему дарили. «Вот как? Тогда ты можешь называть меня дядей! И ты тоже, Какаши. Твой отец, Сакумо, много для меня сделал» — с этими словами Джирайя обнял обоих мальчиков, и колючие белые волосы защекотали их нежные лица. Кагами едва сдержался, чтобы не полоснуть его кунаем. Он попытался вырваться, но, поняв, что без настоящей силы это невозможно, смирился. С таким же безразличным выражением лица, как у Какаши, Учиха Кагами невозмутимо произнес: «Джирайя-сама, от вас слишком сильно пахнет женскими духами». … «Ха-ха-ха, тебе показалось. Это запах еды, ты тоже когда-нибудь его распробуешь» — Джирайя неловко отпустил мальчиков и, обменявшись взглядом с Хирузеном, оба старых повесы многозначительно отвели глаза. Он запрыгнул на подоконник и поманил их рукой: «Ну же, юные шиноби. Я беру в ученики не каждого. Первое испытание – догоните меня!» Какаши посмотрел на Кагами. «Чего уставился? Не знаешь меня что-ли?» Наблюдая, как белобрысый мальчишка бежит за взрослым белобрысым мужчиной, Учиха Кагами устало покачал головой. Этот Джирайя слишком общительный, а он, социофоб, ему тяжело это выносить. Хирузен с улыбкой посмотрел на него: «Если не поторопишься, Какаши тебя обгонит». … Он точно знает, как задеть Учих. Учиха Кагами презрительно скривил губы: «Я могу дать ему три минуты форы, и он всё равно будет глотать мою пыль». «Ха-ха, Кагами-кун очень уверен в себе». Запрыгнув на подоконник, он оглянулся на Хирузена. И правда… во взгляде старика не было ни капли злобы. Сложный человек… Впрочем, все люди сложны. Кагами сконцентрировал чакру в ногах и мгновенно исчез. Через мгновение он догнал Какаши, даже не удосужившись бросить ему едкое замечание, оставив позади лишь свой силуэт. «Гад... как он смеет меня игнорировать!» – Какаши стиснул зубы и ускорился, но расстояние между ними только увеличивалось. Внезапно Кагами почувствовал неладное. Джирайя резко ускорился и с нечеловеческой, даже для опытного джонина, скоростью исчез из виду. Словно случилось что-то срочное. Сердце Кагами екнуло, и в его глазах вспыхнул багровый свет Шарингана. Он увидел… Он почувствовал… Эту невероятно свирепую чакру… Девятихвостый!