Pleasure, abuse and feelings unspoken.

      Рыжее солнце неторопливо скрывалось за горизонтом, медленно погружая ледяную экзопланету во мрак, мягко развеиваемый лишь тусклым светом находящегося совсем неподалёку Сатурна и мириадами сияющих на небе, подобно сотням крошечным фонариков, звёздных огоньков.       Эн начал медленно приходить в себя. Кислотно-золотистые лампочки на его голове начали постепенно загораться одна за другой. Ярко-жёлтая надпись «режим сна» резко спорхнула с чёрного глянцевого дисплея, уступая своё место паре золотых глаз.       Демонтажник отчаянно пытался проигнорировать призыв собственной системы, говорящей ему о том, что пора просыпаться. Вместо этого, Эн только сильнее стиснул веки, пытаясь ухватиться за бесцеремонно прерванный отрывок сна. Однако как бы дрон не пытался, реальность не спешила выпускать его из своей крепкой хватки, и тогда, Эн, наконец, смирился с этим.       Уставший взгляд янтарных глаз набрёл на толстую железную дверь со стеклянной прорезью в корпусе, чудом умудрившейся не разбиться при не слишком мягкой посадке на поверхность заснеженной планеты.       Эн чувствовал себя невероятно измотанным. Даже не смотря на то, что вне сети он находился на протяжении всего того времени, пока снаружи планеты властвовало огненно-рыжее солнце. Демонтажник не чувствовал себя в должной мере отдохнувшим: кровать, на которой он спал, была слишком, до приторной тошноты мягкой, заставляя его чувствовать, будто он проваливается прямиком под грунт, а одеяло, покрывающее его, было слишком тяжелым, создавая ощущение, будто бы он лежал под многотонной ледяной глыбой.       По правде говоря, он ненавидел спать на этой кровати. Если бы ему дали выбор, то Эн предпочёл бы переждать день снаружи, зацепившись хвостом-кабелем за одну из стен Трупной Башни, которую он воздвиг вместе с напарницами вокруг их посадочной капсулы за все те долгие годы, что они находятся на этой намертво замёрзшей экзопланете.       Так что же заставляет его из раза в раз оказываться именно на этой кровати, где он был не в силах отдохнуть в полной мере и восстановить силы, почувствовав себя хотя бы сколько то нибудь безопасно? Причина была проста. И эта причина в данный момент времени, сладко посапывает с ним на одной койке. Джей, лидер отряда демонтажников, обхватившая его тело всеми своими конечностями, из-за чего Эну казалось, что он стал кроликом, которому не посчастливилось попасть в смертельные объятия проголодавшийся гадюки.       Эн тяжело вздохнул, а затем закрыл глаза, вспоминая, как это всё началось всего каких-то несколько месяцев назад, вспоминая, как она молча и без каких либо объяснений, затащила его к себе в комнату, а затем наглухо заперла стальную дверь, дабы никто не услышал, что будет здесь происходить, вспоминал, как она, словно обезумевшая сука во время течки, начала буквально срывать с них двоих одежду, едва ли не превратив её в разобранные на части лохмотья, а затем грубо взяла его, словно бы он был никем. Просто шлюхой, которой можно в любой момент попользоваться и бросить, когда того пожелает её душенька.       Он хотел, правда хотел воспротивиться, отказаться, провести черту, за которую ей ни при каких условиях нельзя было бы заступать, обозначив границы того, что ей можно делать, а что нет. Это был не первый раз, когда Джей позволяла себе пренебречь его желаниями и достоинством, но то, что она сделала тогда, было совсем не тем, что он хотел бы просто принять. Но он не сделал это, не помешал ей, не воспротивился. Он был слишком напуган и мягок для того, чтобы помешать ей тогда.       Эн ненавидел факт того, что он позволил этому произойти, ненавидел то, насколько грязным и использованным она заставила его себя чувствовать. Если по началу всё ограничивалось исключительно быстрым бездумным сексом, где он мог уйти сразу, как только Джей становилась довольна. То со временем, процесс стал занимать существенно больше времени: появилось понятие прелюдии, они начали исследовать тела друг друга, а при достижении оргазма, Джей крепко прижималась к нему. В итоге, всё закончилось тем, что Эн оставался отсыпаться у неё в комнате на весь божий день.       В его понимании, всё это было лишь больной, извращённой пародией на тот самый интимный процесс между двумя равными партнёрами, что даже во время самых страстных моментов не забывали заботиться друг о друге. И больше всего он ненавидел именно то, как Джей смотрит на него во время того, как она грубо его трахает: иногда Эну казалось, что во взгляде начальницы проскальзывала неприкрытая забота о нём. Хотя здесь и дураку понятно, что это не более, чем обычная издёвка над ним.       Эн неторопливо повернул голову в сторону начальницы, а затем заглянул ей в лицо. На чёрном дисплее до сих пор красовалась неоновая надпись «режим сна», и Эн облегчённо выдохнул:       – Прекрасно! — едва слышимо прошептал демонтажник.       Эн медленно прикоснулся к её ладони, а затем постепенно начал убирать её со своей обнажённой талии. Джей что-то невнятно пробормотала, и демонтажник замер, всё ещё удерживая её руку в своей. Сердце буквально ушло в пятки, и Эн уже начал было готовиться к тому, что начальница сейчас проснётся, однако вопреки всем его ожиданиям, она просто уронила свою руку ему на плечо и немного сдвинула свою шпильку, облегчив ему тем самым работу.       Эн сглотнул вязкую слюну, а затем тихо выдохнул, пытаясь успокоиться.       Как только сердечный ритм хоть сколько то нибудь пришёл в норму, Эн продолжил пытаться высвободиться из хватки Джей.       Немного подвигав жалом, Эн восстановил чувствительность своего хвоста, а затем он подтянул его к себе, вместе с обмотанным вокруг него хвостом напарницы. Взяв чужой кабель в руку, демонтажник начал неторопливыми движениями разматывать получившуюся спираль, выпуская свою часть тела на волю.       Как только с этим было покончено, Эн тихо встал с кровати. Убедившись, что Джей ещё спит, Эн подхватил с пола, а затем надел своё чёрное пальто обратно на тело, и выскользнул из чужой комнаты.       Как только он оказался снаружи, а металлическая дверь закрылась за ним, он опёрся спиной об холодную металлическую поверхность, наконец позволив усталому вздоху вырваться наружу и скрыл своё лицо в белоснежных ладонях.       «Господи, как же я жалок! — подумал Эн. — Вместо того, чтобы взять и сделать то, что нужно, я сижу и жалею себя!» — Эн провел пальцами по своему лицу, а затем издал ещё один усталый вздох.       Закончив с самобичеванием, Эн сверился с часами, желая узнать, сможет ли он пораньше отправиться на охоту. Но, к своему сожалению, демонтажник обнаружил, что ему придется подождать ещё несколько минут до того, как солнце окончательно скроется за горизонтом и он сможет в полной безопасности покинуть пределы башни.       «Ну, тут уже ничего не поделаешь...» — подумал Эн, прежде чем решить двинуться наружу, предпочитая подождать захода небесного светила на улице, опасаясь того, что Джей может проснуться в любой момент.       На пути к выходу из капсулы, он остановился возле двери, что вела прямиком в его комнату. Если быть честным, он не использовал её слишком часто не ско́лько потому, что предпочитал спать снаружи, сколько потому, что ему практически нечего там хранить: почти все свои принадлежности он всегда носит с собой.       Фуражка, пальто, блокнот компании в кармане и брелок в форме собаки без ключа, к которому он должен крепиться — это всё, что он может назвать своим. Эн не помнил, что у него есть в комнате кроме кровати, на которой он никогда не спал, в небольшом металлическом шкафу, с одним или парой запасных пальто, он даже не помнил того, сколько комплектов одежды у него на самом деле есть и есть ли вообще.       Любопытство взяло верх, и он решил войти в свою комнату, чтобы посмотреть, что, черт возьми, у него там вообще есть. Дверь открылась, и он заглянул внутрь, и увидел, что там не так уж много: кровать, ящик, два плаката — официальный постер JcJenson, а на втором изображен металлический персонаж, который, по его мнению, выглядел круто.       «Ха, и это всё, что у меня есть? Один единственный плакат, который не входил в стандартный декор? Может быть, в ящике что-нибудь найдется?»– подумал про себя Эн. По большей части, ему просто было любопытно, так ли всё плохо у него с одеждой.       Открыв шкаф, Эн смог лицезреть, что у него не одно, не два, а три запасных пальто и всего одна дополнительная фуражка. Не густо. Он уже собирался закрыть его снова, когда заметил что-то внутри кармана одного из резервных пальто.       «Письмо!?» — сказал он себе, вопросительно изогнув бровь на дисплее. Из любопытства взяв его в руки, Эн удивился.       «Оу... Вот как...» — Эн печально нахмурился, когда к нему пришло осознание того, что он сейчас держит в руках.       Письмо, которое он написал Джей в первые дни, когда они приземлились, письмо, в котором он признался ей в своих чувствах. Он хотел отдать это ей, надеясь получить от неё ответ, но так и не сделал этого.       Он прикрыл глаза и вспомнил тот день, когда планировал отдать ей его. В тот день он облажался на охоте и она закономерно разозлилась, поэтому он решил дождаться лучшего момента, чтобы передать ей свое письмо, когда она не будет на него злиться. Он ждал, ждал и ждал, пока, в один момент, не забыл с концами.       «Хех, иронично, не правда ли? — невесело усмехнулся Эн про себя. — Получил то, что хотел, но далеко нет так, как я этого хотел... — демонтажник вздохнул, в шаге от того, чтобы не расплакаться от досады. — Правильно говорят: бойтесь своих желаний, ведь они могут сбыться...»       Он отпустил письмо, позволив ему свободно упасть на землю, и вышел из комнаты, не удосужившись закрыть ящик, а только закрыл дверь в свою комнату.       Эн быстро выбрался из капсулы и приготовил крылья, Солнце все еще не полностью скрылось за горизонтом, но его это не волновало, он просто хотел уйти оттуда и вокруг было достаточно теней, чтобы он мог в них скрыться. И он двинулся в случайном направлении, даже не удосуживаясь поискать Рабочих.       Через несколько часов бездумного полета в никуда, демонтажник вдруг неожиданно для себя обнаружил, что бездумно бродит по руинам торгового центра, и только когда он услышал какой-то странный, едва слышимый, отдаленный грохот, он вспомнил, что ему вообще следовало делать:       — Ах да, точно, охота... — его дисплей погас, когда он тихо пробрался к потолку, медленно двигаясь скрытым в тенях, в поисках лучшей точки для обзора, чтобы он мог посмотреть вниз на первый этаж торгового центра.       Там внизу он увидел миниатюрную, как и все остальные представители её вида, дрона-рабочую, восстанавливающуюся после падения на землю, и если он правильно понял, тот шум, что он услышал, должно быть, был именно из-за того, что работяга не умеет смотреть себе под ноги. На дисплее демонтажника расплылся уже ставший привычным хищный кислотный крест и Эн приготовился наброситься на ничего не подозревающую рабочую, но внезапно остановился, услышав голос другого дрона-работяги, зовущего ту, на кого он чуть было не напрыгнул.       Лицо второго дрона выглядело обеспокоенно и Эн решил ненеадолго задержаться на месте, желая проследить за двумя неожиданно заинтересовавшими его экземплярами:       «Они кажутся близкими, может быть, друзья? Нет, близкие родственники? А может... любовники» — совсем неожиданно для себя задумался Эн, прежде чем получить ответ на свой вопрос, когда его жертвы разделили между собой короткий, но любящий поцелуй.       Визор Эна перестал светиться хищным крестом и снова погас, а затем сменился на пару самых обычных глаз, и он, словно в трансе, продолжил наблюдение. Пара, казалось, была утомлена и счастлива быть вместе, на его лице появилась едва заметная улыбка, когда он смотрел, как они держались близко друг к другу, смеялись, улыбались, говорили друг другу и, казалось бы, совершенно не заботились о том, что каждый их шаг может оказаться для них последним. Это так глупо и опрометчиво... Но...       «Они кажутся очень счастливыми, я не могу испортить этот момент. Найду кого-нибудь другого». — Подумал Эн, решив не мешать их крохотному счастью, оставив их двоих на произвол судьбы.       Но у этой самой судьбы были на них были совсем другие планы. Когда они уже собирались покинуть торговый центр и, по-видимому, вернуться в безопасное место, неожиданно, словно бы из воздуха, появился еще один посетитель, в мгновение ока разорвавший дронов на части.       Рот Эна раскрылся в немом шоке, когда он увидел, как этих двоих зарезали, словно свиней на ферме после того, как он решил их пощадить.       Демонтажник перевел взгляд в сторону палача и его лицо исказилось гримасой полной гнева, и нескрываемого раздражения, когда он увидел, кто это сделал, Джей. Она только что напала и уничтожила нечто прекрасное, проявление чистой любви, и, быть честным, Эн совсем не удивился, застав на этом месте именно её.       Эн раздражённо выдохнул и заставил себя унять полыхающий в груди огонь, дабы не наворотить дел. Единственное, на что он надеялся, так это на то, что она не заметит его и просто уйдет, так как последнее, что ему сейчас хочется, так это контактировать с командиршей их маленького отряда. Но, как и раньше, у фортуны, казалось, были другие планы. И она, подняв глаза, заметила его:       — О, Эн! Не ожидала тебя здесь увидеть, — сказала она, в привычной манере улыбнувшись и положив испачканные когтистые руки себе на пояс, а затем демонтажница бросила взгляд в сторону лежащих у её ног металлических трупов, под чьими телами начала растекаться обильная лужа масла, вытекшего из перерезанных сосудов и вен. — Это были твои жертвы, да? — спросила демонтажница, слегка наклонив голову в лево. — Прости, что забрала. Но... — Джей отвела взгляд в сторону. — Мы могли бы съесть их вместе, что думаешь?       Эн внутренне закипал, словно бы в его груди был установлен раскалённый докрасна чугунный котёл, полностью залитый постепенно испаряющейся водой. Его раздражала вся эта ситуация, в которой он оказался, как и «невинные» попытки Джей «извиниться» перед ним, словно бы пытаясь задобрить его, полностью игнорируя факт того, с какой ненавистью в глазах-ноликах он смотрит на неё. Но больше всего, его раздражал факт того, что он не мог решиться высказать командирше всё, что он о ней думает, заставляя себя подавить волну праведной ярости и спуститься к ней, как и подобает подчинённому, и закончить, наконец, этот так и не начавшийся диалог.       — Эм, нет, спасибо, Джей! Но я не голоден, — произнес Эн, стараясь вести себя как обычно и не выдать своего реального настроения. — Я, пожалуй, пойду дальше. Ну, знаешь, охотиться. — Ткнув пальцем в случайную сторону, сказал Эн.       Развернувшись спиной к командирше, Эн уже готовился развернуть крылья, но неожиданно почувствовал, как его талию с обманчивой нежностью опутал чужой хвост с колбой нанитовой кислоты на кончике, а его спины коснулась, немного поглаживая, рука с золотистым светодиодом на внешней стороне ладони: Джей неожиданно оказалась совсем рядом с ним.       — Ну же, Эн! Совсем маленький глоточек! — да что ей от него надо?! — А если нет, то как насчёт того, что бы поохотиться вместе. А ещё мне бы хотелось узнать, почему ты так рано ушёл?       Вот значит как?!       Демонтажник грубо отпихнул чужой хвост от себя, а затем развернулся лицом к Джей, уже не в силах держать себя в руках;       — А можно мы поебёмся позже, а не сейчас?! — несдержанно воскликнул Эн.       Всё, насрать! Плевать на то, что случится! Это будет всяко лучше, чем бездействие! Я мог стерпеть многое! Однако и у меня есть пределы!       Джей удивлённо замерла, мысленно обрабатывая сказанное Эном. Её кислотные глаза-нолики шокировано уставились в лицо стоящего напротив демонтажника.       — Я не... Эмм... Да я и не... — Джей была растеряна. Впервые в жизни, она была не в состоянии сказать хоть что-то внятное. Однако, спустя несколько секунд, её пораженный до глубины цифровой души процессор смог сформировать нечто похожее на цельную мысль. — Эн, давай просто присядем и поговорим. Или если ты не хочешь обсуждать это сейчас, то может просто обнимемся? — Демонтажница протянула руку к стоящему напротив Эну, однако его это кажется лишь сильнее разозлило, и тот, уже не сдерживаясь, со всего размаху ударил по протянутой в его сторону ладони.       — Хватит, Джей! Просто ХВАТИТ! — взревел демонтажник, глядя на шокированную демонтажницу с отведенной в сторону рукой. — Я без понятия, что за больное удовольствие ты получаешь, делая вид, что мы с тобой Ромео и Джульетта, когда на самом деле всё, что тебе интересно, так это получить милую и удобную для себя шлюшку, которую можно трахнуть и успокоиться! — Джей вновь застыла, не в силах двинуться, или что либо сказать. А Эн всё не унимался: — И знаешь что, мне плевать!!! Мне абсолютно всё равно на это! Я не против! В конце концов, тебе не впервой меня унижать! Однако я не собираюсь с тобой в эту игру! Всё, довольно!!! С этого момента никаких больше объятий, поцелуев или ночёвок: мы просто ебёмся и я ухожу к себе. Поняла?!       Джей не ответила. Вместо этого, она молча смотрела пустым взглядом на перекошенное от гнева и злости лицо Эна, пока в уголках её глаз собирались мелкие, едва заметные слёзы.