Эмо бой — Моя любовь.

Лапушка, как слепой котёнок, бежал по лужам, попутно чувствуя страх и дрожь внутри себя. Он слышал громкий стук своего сердца и шорох листьев, которые мешались ему под ногами. Решившись обернуться, он заметил лишь маленький нож, который летел в его сторону, как быстрая пуля. От страха он перестал дышать на пару секунд, попутно чувствуя, как его голова закружилась и картинки в его глазах расплылись; он пошатнулся и, чуть ли не упав, почувствовал скорость этого ножа возле себя. — Стой! — кричал Женя, держа пару ножей в руке. Он был так близко, что Лапушкой овладело отчаяние. Рванув от него, он продолжил бежать, молясь внутри. — Если бы ты сказал всем, что у тебя есть деньги, ты бы не бежал сейчас!!! — разгневанно кричал Женя. Голова кружилась, и одежда намокла из-за дождя, а в кроссовках были литры воды. Его глаза заслезились, когда он почувствовал вновь летящий нож мимо него. «Он же меня сейчас убьёт!» — произнёс Лапушка у себя в голове раз сто из-за паники. Погоня продолжалась, силы кончались, а боль всё нарастала. Со стороны они выглядели так, будто два кота не поделили рыбу, которую дала бабка с первого этажа. Вытерев своё лицо рукой от дождевых капель, он обернулся, но никого не увидел. Остановившись, он огляделся и, кроме темноты, ничего не увидел. Послышался кашель и сильная отдышка Лапушки. — Где ты?.. После его слов послышались более тяжёлые собственные вздохи, ответа не последовало. Жени рядом не оказалось. Постояв так пару секунд, он решил направиться к какому-нибудь подъезду, чтобы пережить там эту ночь. В его голове всё ещё были картины воспоминаний, которые он пережил пару минут назад. Женя словно испарился или затаился, чтобы напасть незаметно. Оборачиваясь каждый раз по сторонам, он надеялся, что тот, хоть это и было маловероятно, но всё же отступил. «Без телефона, без вещей, зато с деньгами». Успокаивая себя в мыслях, он продолжал идти быстрым шагом. Вдали показался старый пятиэтажный дом. Подойдя к деревянным дверям, он зашёл внутрь и ощутил лёгкое тепло. Свет сразу включился, как только деревянная дверь захлопнулась. Лапушка закрыл себе рот, чтобы дышать тише. Медленно поднимаясь на пятый этаж, он каждый раз оборачивался. «А вдруг он спрятался и знает, где я сейчас? Он кинет в меня нож и я умру». Его глаза намокли. Шмыгнув носом, он добрался до пятого этажа и, сев к стенке, опустил голову в пол, обняв свои коленки. «И что мне делать? Идти в район для нариков и шлюх? Ну, замечательно, Лапушка, именно такой жизни ты добивался!» Яркий сарказм пролетел у него в мыслях. «Сколько вообще времени? Ну ничего, схожу к этому Чепухе днём. Отвлекусь...» Он зевнул и оглядел подъезд. С его тёмных волос сорвалось несколько капель. Одежда была вся влажная и неприятно прилипала к телу. Обняв себя покрепче, он вздохнул, его глаза медленно закрылись, и Лапушка уснул.

🪩🪩🪩

Ночь прошла не очень хорошо. Каждый час он просыпался либо из-за людей, которые проходили мимо него, либо из-за кошмаров с Женей. Находясь в подъезде примерно до девяти утра, он успел отряхнуть свою одежду и выжать волосы от воды. Лапушка вышел на улицу, и свет солнца ослепил его влажные глаза. С деревьев капали капли, но дождя не наблюдалось. Его голова была пустой, на лице было полное безразличие. Он шёл по улице, смотря лишь на свои ноги. В них ещё чувствовалась влага, но тот уже привык к ней. Спустя пару минут он наконец зашёл в полупустой Макдональдс, подходя к кассе. За ней стоял всё тот же парень, который пялил в телефон. Их взгляды встретились, и Лапушка даже не заметил, как улыбнулся. Чепуха, убрав телефон, улыбнулся ему в ответ и сказал: — А ты всё-таки пришёл. Как твои дела? Не став медлить, Лапушка отделался сладкой ложью. — А у меня всё хорошо... Дашь мне, как обычно, картошечки? Лапушка, достав деньги, отдал их Чепухе. Тот занёс их в программу и оглядел Лапушку. Улыбка с его лица пропала, и он заявил: — Хреново ты выглядишь, я тебе так скажу. Точно у тебя всё в порядке? Будто бы на улице ночевал. Лапушка, конечно, замешкался, даже думал о том, чтобы всё-таки сказать правду, но это был лишь какой-то восемнадцатилетний на вид кассир, с которым он был знаком лишь поверхностно. — Да-да... Всё нормально. Они оба смотрели друг на друга, пока Лапушке не показалось, что тот стал каким-то серьёзным на тютельку. — После работы мы можем зайти ко мне... Ты выглядишь, будто из дома убежал, если честно. Стало ещё неудобнее. Правда прямо просилась ему в душу, но тот терпел. — Всё хорошо со мной, не беспокойся. Если нужно будет, я скажу... Тот лишь пожал плечами, перестав долбить его вопросами, из-за которых Лапушке хотелось провалиться под землю. Дальше у них был спокойный разговор о жизни и всякой всячине. Лапушка в какой-то степени был даже рад, что мог с кем-то поговорить о чём угодно; всё зависело только от Лапушки. Попрощавшись с кассиром, он пошёл по улицам Питера, поедая вкусную хрустящую картошечку фри. «Вот бы бесконечную картошку фри, а не вот это всё» — думал про себя Лапушка, оглядывая полупустые улицы. Он слышал, как с крыш стекала вода, которую налило этой ночью. Погода была сегодня ни тёплая, ни холодная, а что-то между; разве что ветер был довольно прохладным. Благо, на Лапушке была та самая тёмно-зелёная джинсовка, которая согревала его. Съев последнюю картофельную палочку, он выкинул картонную коробочку и, отряхнув руки, огляделся. «Придётся пойти в школу... Надо набрать хлеба, чтобы было что поесть вечером или ночью». Он слегка опустил голову и пошёл в сторону школы. Он вспомнил своих одноклассников, которые либо издеваются над ним, либо боятся, а некоторые вообще забывают, что какой-то там Лапушка учится вместе с ними в классе. «Надеюсь, я никого не встречу». Пролетевшая мысль в его голове была яркой и наполненной надеждой. В любом случае, это был шанс 50/50. Хотелось бы знать время, но телефона и часов у него не было. Это уже было не особо важно, ведь тот стоял у дверей школы, собираясь с силами. Вдохнув прохладный воздух, он толкнул дверь и зашёл в здание. Не успев даже оглядеться, Лапушка услышал женский голос. — А что это мы опаздываем? Я тебя не пропущу! Лапушка повернул голову в сторону звука и увидел вахтёршу. Жёлтые волосы пучком, серый костюм, голубые глаза. Строгий вид. Все эти очертания были в одном человеке. — Здравствуйте... Стало тоскливо от её слов и немного страшно. Вахтёрша своими глазами сверлила Лапушку, будто он не опоздал, а украл что-то ценное. — До свидания! Пошёл отсюда! Ничего на это не ответив, Лапушка вышел со школы и остановился. Он поднял голову вверх и протяжно застонал из-за проваленной миссии. Обернувшись к дверям школы, он показал средний палец и начал уходить. «И что мне, блин, делать? Меня все продавцы в магазинах уже запомнили. Ну нет, я точно не вернусь к этому Жене! Найду лавочку и прям на ней и лягу к чёртовой матери. Ну почему у меня всегда всё идёт по пизде?!» Он сложил руки на груди, отведя взгляд. Ускорив шаг, он шёл в неизвестном ему направлении, жалуясь своему разуму. «Домой, что ли, идти? Ну, шлюха, а не вахтёрша! Чтоб у неё дети были рыжие.» Идя к себе домой, он послал эту вахтёршу раз двадцать. Ничего не видя, Лапушка попутно пинал маленькие камни и даже врезался в какого-то прохожего. Они оба промолчали и пошли дальше; может, у того незнакомца тоже день не очень задался? Открыв дверь в родной подъезд, он поднялся на третий этаж и встал у своей двери. «Надеюсь, что будет открыто». Он дёрнул ручку, дверь спокойно отворилась. В нос ударил противный запах алкоголя с сигаретами. Зайдя в квартиру, он услышал включённый телевизор и больше ничего. — Кис-кис-кис... Подзывая животное, Лапушка никого не увидел. Не став разуваться, он прошёл к себе в комнату и оглядел её. Старое деревянное окно, серый матрас, на котором лежал серый котёнок, деревянные полы, запачканные сухой красной краской и побитые стены с трещинами без обоев. Он медленно подошёл к матрасу и, взяв котёнка на руки, улыбнулся и начал гладить маленький комочек. Животное потянулось и зевнуло, а после послышалось мурчание. — Приве-е-ет. Ты чего меня не встречаешь, м? Посмеявшись над малышкой, он положил её на матрас и направился на кухню. Его ждал приятный сюрприз. Лежащая мать на полу с разбитой бутылкой водки — лучшее зрелище для шестнадцатилетнего сына. — Мам? Женщина открыла глаза и посмотрела на сына. Она сухо сказала: — Купишь водки — приму домой. Дальше она закрыла глаза и захрапела. Видимо, смотрит очередной сон. «Тупая алкашка». Взглянув на стол, он увидел лишь прозрачные стаканы и крошки от хлеба с чесноком. «Сигареты ещё мои скурила. Падаль». С этими мыслями он вышел из квартиры, спускаясь на первый этаж. Поход в магазин, покупка у знакомой тёти Люси, возвращение домой. — Я принёс! — сказал Лапушка. Мать вновь открыла глаза и кое-как встала с пола. От неё начало вонять салом и испариной. Она выхватила бутылку и чуть ли не уронила её, когда входная дверь открылась. По всей видимости, вернулся отец. На кухню заходит высокий лысый мужчина в синих джинсах и чёрной футболке. Тот сначала смотрит на мать, а потом на Лапушку. — А мне выпить принёс? Эти слова отца поставили его в ступор. Он думал, что отец хотя бы спросит, где Лапушка пропадал, но он начал с главного. — Ты вообще заметил, что меня дома не было? Отец почесал затылок и подошёл ближе к сыну. — Заметил. Вчера звали тебя, чтоб ты в магазин пошёл, а тебя нет. Где ты был? Отец схватил его за волосы и слегка приблизил к себе. Лапушка безэмоционально смотрел на него, думая об очередной шутке, но ему в голову ничего не приходило. — Да он сто пудова был у геев своих! Целовался или ебался, может. Балбес, — сказала мать, открывая водку. Она сделала глоток и насладилась им по полной. Отец в это время злобно дышал, усиливая хватку. В семье у них такое было чем-то обычным, поэтому вопросов и недопонимания у пацана не возникло. — Так, с этим разберёмся. Какого чёрта ты мне ничего не купил?! — Потому что денег у меня нет уже! Отец разозлился и швырнул сына от себя. Лапушка ударился спиной об столешницу и упал. — Может, ты себе тогда парня найдёшь, чтоб он тебе деньги давал?! Тварь. — Тебе надо, ты и найди. После этих слов ему с ноги прилетает в правый весок. Именно туда, где была рана. Лапушка, громко вскрикнув, взялся за больное место. Он нащупал кровь, которая начала течь с волос на плечи. Его правый глаз моментально заболел, и, видимо, свойство "видеть" начало пропадать. — Как с отцом разговариваешь?! — грозно сказал тот. Теперь в их скандал влезла мать. — Ну, всё, Толь, хватит. Он нам ещё нужен. Отец, подойдя к женщине, замахнулся на неё, и та, громко заорав, упала на пол, разбив новенькую бутылку. — А ты блять куда лезешь?! Не став смотреть на эту картину, Лапушка встал с пола и ушёл к себе в комнату. Его голова разболелась, как и глаз. Рука всё ещё была в крови. Сглотнув, он закрыл левый глаз и увидел, что всё было размыто; не прошло и пары секунд, как глаз начало жечь, и голова заболела лишь сильнее. Он вытер кровь о свою кофту и прислушался к скандалу родителей. Слышались громкие оры матери и противные слова отца в её адрес. Покрывая матом свою жену, он бил её кулаками и ногами. «Ничего интересного...» Лапух взглянул на свой матрас и заметил, что там никого не было. «Где котёнок?» После этого резко все оры на кухне прекратились. Из интереса Лапух выглянул из комнаты на кухню. Теперь он наблюдал за бледным женским телом, из которого текла кровь в районе головы. На лице виднелся огромный фиолетовый синяк. Отец стоял возле матери с окровавленными кулаками. Его безумный взгляд осматривал тело. Дыхание и тихий смех отца доносился до Лапушки, пока они не встретились взглядами. — Ты тоже иди сюда, — грозно сказал отец, начиная идти в его сторону. Потеряв дар речи, Лапушка, выйдя в коридор, убежал в зал, к балкону, крича вслед: — Не трогай меня! Эти слова никак не остановили отца. Он приближался всё ближе и ближе, пока внезапно не выбежала кошка, и отец не споткнулся об неё. — Сука! Шавка! Папа взял котёнка за шкирку. Малышка запищала, но её ударили об стену. Отец бросил её на пол и своим кроссовком наступил на неё со всей силы. Кровь с кишками и внутренностями вылезла наружу и растеклась по полу. Лапушка даже перестал дышать на пару секунд от увиденного. Кровь любимого животного попала на его одежду. Его глаза заслезились, и через боль он начал плакать. — Папа, я тебя ненавижу... — шёпотом сказал он опустошённо, смотря в одну точку. Отец дал ему сильную пощёчину, и это заставило Лапушку хоть немного оживиться. Его плоть начало жечь. Тело дёргалось да так, что тот заикался. — Ты следующий. Сукин ты сын. Отец кровавой рукой взял его за шею и, прижав к стене другой рукой, начал зажимать ему рот и нос. Воздух начал постепенно отступать. Голова закружилась, и по телу прошлись мурашки, после которых стало очень холодно. Лапушка пытался что-то пробормотать, но у него не выходило. Он шевелил руками и ногами, пока ногой не ударил отца в живот. Его отпустили, и Лапушка упал на пол, ударившись головой. Отец в это время рукой схватился за больное место, чувствуя сильную боль. Другой рукой он открыл балкон и взял Лапушку за волосы, буквально подняв силой с пола. — Папа, папа, отпусти! Не трогай меня! — кричал тот, пытаясь сохранить себе жизнь. Они оба зашли на балкон, где ограждение было низким, а окон вообще не было. Поставив своего сына на ноги, он толкнул его, и тот полетел с третьего этажа. Приземление было очень хуёвым. Куски стекла с острыми железными банками порезали его кожу вместе с одеждой. Казалось, что он пробил себе голову и коленку вместе с ладонью. Лапушка, закрыв глаза, простонал от дикой боли и шмыгнул носом. Он быстро дышал и плакал, чувствуя себя ужасно. Сумев открыть глаза, он резко почувствовал сильную сонливость. «Я умираю?» — первое, что пронеслось у него в голове после падения. Он попытался встать, но его ноги дико дрожали и болели. — Сука! Я приду и убью вас сегодня ночью! Как же вы уже меня, блять, заебали! Ёбаные алкаши! Постоянно делаете мне больно... Его слезы смешались с передышками. Он хотел вытереть слёзы, но чуть ли не порезал себе щёку — из его ладони торчал кусок битого стекла. Схватив его зубами, он вырвал его и выплюнул в сторону. Ладонь буквально начала бледнеть, как и его тело. Холод с болью стали для него опасной гранатой. — Нажрусь стекла и сдохну прямо тут... Сняв с себя куртку, он оторвал кусочек рукава кофты и перевязал ею больную руку. Оторвав кусок ткани с другого рукава, он вытер кровь с головы, пока не понял, что всё его тело двигается с большим трудом. Его голова закружилась настолько сильно, что появилось чувство тошноты. — Ну хватит... Ну пожалуйста-а... Его глаза закрылись, и он заснул.

🪫🪫🪫

Открыл глаза он тогда, когда наступил вечер. Боль уже отступила и, по ощущениям, кровь тоже. Лапушка чувствовал себя буквально убитым. Он поднялся на ноги и огляделся. — Какой ужас... Задрав штанину до коленки, он увидел фиолетово-синие синяки. Задрав штанину обратно, он сделал пару шагов и спокойно выдохнул. — Слава Богу, ноги не сломал... Всё-таки мне до сих пор нехорошо...