Эмо бой — Моя любовь.

Чепуха кое-как вытаскивает свою жопу из бедного ведра, которое вот-вот могло просто треснуть. Закрыв ладонью свою дырку на трусах, он убежал в спальню переодеваться. Лапушка, потеряв равновесие, зажмурил глаза и закрыл рот рукой, начав ржать в слёзы, прокручивая в голове эту ситуацию, из-за которой можно было со смеху обосаться. Открыв свои мокрые глазенки, пополз к ведру, продолжив ржать, закрывая рот. — Ы-ы, где тряпка?.. Этот долбаёб её с собой унёс? Заглянув за ведро, Лапух нашёл несчастную тряпку. Он готов был засунуть её себе в рот, как кляп, лишь бы не заржать на весь дом. Послышался вновь стук, но уже более громкий и настойчивый. В коридор вышел Чепуха уже в новых трусиках и шортах. У него начался разговор со своей матерью, пока Лапушка мыл кухню от муки, сдерживая порывы счастья. Дверь закрылась, а значит, разговор был быстро закончен. — Я чуть не обосрался… — Прошептал Чепуха, уйдя в зал с какими-то бумажки. Лапушка в это время вымыл весь пол и стол, полоща тряпку в водичке. Видимо, больше Чепуха не будет готовить печеньки, а то, не дай Бог, ещё кухню спалит вместе с новой квартирой. — Чё она хотела?! — Громко спросил Лапушка, поднимая ведро, попутно зайдя с ним в ванную, не закрыв дверь, чтобы лучше слышать своего собеседника. — Да документы передавала на квартиру! «Ясненько…» — Подумал Лапушка, отлив всю грязную воду и прополоскав ведро. Он оставил его возле ванны и пришёл к Чепухе. — Ну как тебе жопораздирающее водное приключение? — Спросил Лапушка с хитрой улыбкой на лице, пока Чепуха смотрел на него со спокойным лицом, будто бы ничего и не было пять минут назад. — Было весело. А ты всё убрал на кухне чтоль? — Конечно! А как не убрать-то? — Я бы мог тебе помочь после разговора с мамой. — Опять сев жопой в ведро? Не, спасибо. У меня живот болит после смеха, я чуть не сдох. — Ну ладно, ладно. Умничка ты моя. Он погладил его по головке и ушёл на кухню. В душе стало как-то приятно из-за того, что его похвалили и погладили. Странное это ощущение. Схватив телефон, он включил его и увидел сообщение от своей матери. Звучало оно так: «Иди домой, разговор есть. Получать будешь». Вся радость с лица сразу пропала. Он тяжко вздохнул и положил телефон в карман. Потянувшись, он неохотно приплелся на кухню с новостями. — Я домой… — Сказал Лапушка, отводя взгляд в сторону. Чепуха взглянул на него и спросил: — Так рано? — Да там мама зовёт что-то… Ну, я пошел? Спасибо, кстати, за новый шмот. — Не за что. Пиши, если что…

🥤🥤🥤

Стоя перед своей дверью в раздолбанную халупу, он заходит внутрь. Чувствуются ужасные запахи и любимые родители. Пройдя на кухню, он встретил своего отца и мать, у которой был вырван клок волос, разбита губа и сиял синяк под глазом. Она стояла совсем безэмоциональная. Отец ударил его по щеке и громко прокричал: — Что за рисунки под матрасом?! Лапушку охватила паника. Голова закружилась и захотелось плакать. «Только не рисунки.! » Отчаянно думал он про себя, пока не получил вторую пощёчину. — Какого хуя ты рисуешь нас, как ужасную семью?! Мы нормальная семья! Не став сдерживаться, Лапушка ответил. — Нет мы, не нормальная семья! Мы постоянно в долгах и нищете! Зачем вообще вам сын, если вы готовы продать меня за бутылку водки?! Ты бьёшь мою мать по пустякам или срываешь свою злость на ней или на мне! Это ненормально!!! Горло начало болеть, а по щекам потекли слёзы. Мать всё также стояла без эмоций, пока отец совсем не сошёл с ума. — Ты нам нужен, чтобы деньги выплачивали нам! Если что-то не нравится, то пиздуй к своей дуре, которая бросила нас, не оставив ни копейки! — Не говори так про Кристину!!! Нечего было сначала сидеть на шее у своих родителей! Вы бошкой думали, что после их смерти будет с вами? Вы думали?! Поэтому твои родители напились яда и умерли — потому что не выдержали! — Лапушка бросил взгляд на свою мать. — А твои от тебя отказались вообще! Тоже дура, только и можешь пить! Как вы меня, блин, бесите! Разгневанный отец подошёл к сыну поближе. Толкнул его так, что тот упал на колени, громко матернувшись от боли. Схватил его за волосы, начав бить головой о батарею, приговаривая матюки в его адрес. В ушах Лапушки появился громкий мерзкий писк и мучительная боль, которая распространялась с огромной скоростью по всей голове. Его слёзы смешались с кровью, капая на пол. Папа бил его именно той частью, где была еле зажившая рана на виске. Веко дергалось, и рот был слегка приоткрыт, дабы была возможность молить о пощаде так, чтобы весь дом слышал, и это была вовсе не шутка: его ор был настолько громким, что раздавалось эхо. Теперь уже мать не была в стороне. — Хватит!!! Он же сейчас в обморок упадет! — Прокричала мать, пока отец не ударил его со всей силы последний раз и не успокоился. Отец бросил на неё свой взгляд, подошёл к ней, начав орать, ударил ту по голове. Лапушка не мог разобрать, что делал отец. Как же ему было противно и ужасно больно. Стоило ему двинуть головой, как кровь начинала капать на пол, словно дождь. В красных измученных очах пропал свет. Яркие мушки плавали перед глазами, и всё шло кругом, будто бы его кинули в стакан с водой, начав перемешивать. Ни о чем не думая, он смотрит на своих родителей. Мать падает на пол, и он, разглядев, понимает, что папа её избивает. От такого количества крика ему хотелось умереть или оглохнуть. Вот бы папа взял и добил его наконец, дабы не чувствовать боль. Слух постепенно начал возвращаться. Отец подошёл к нему и, дернув за руку, мигом поднял его с пола и повёл в комнату. Оказавшись в комнате эмо боя, можно было заметить, что его матрас, на котором он спал, был не на своём месте, а на полу валялись творения, которые рисовал Лапушка. На этих рисунках был его отец, который причинял боль Лапушке или матери. На фоне всегда были нарисованы кресты чёрной ручкой. — Что это, блять?! Лапушка смотрел в одну точку, пытаясь понять, что происходит. Видимо, удар был сильным. Все, что он помнил — это как просто уснул странным образом.

×͜× ×͜× ×͜×

— Аргх! Господи, я что, умер?! Лапушка быстро встал с пола, оглядев комнату. Видимо, отключился и упал. В комнате было тихо и никого не было. На улице был вечер или утро — он не мог понять. В голове была какая-то тяжесть, но боли он не чувствовал. Одежда, которую ему дал Чепуха, была в крови — от этого факта стало немного обидно. Тело было слабым, но быстро набиралось сил. Подойдя к закрытой двери, он хотел выйти, но, видимо, его заперли снова. Тяжело вздохнув, он взял свой телефон и оглядел его. Экран разбился ещё сильнее, но благо крышка ещё висела на соплях. Включив телефон, он увидел время: «17:37». Хмыкнув, он разблокировал телефон и зашел в телеграмм. Первый, кому он написал, был Чепуха. «Нам нужно встретиться.» Сразу в сеть он так или иначе не зашел, что удивило Лапушку. Убрав телефон, он потрогал свою голову и нащупал небольшую рану с засохшей кровью. «Так… Два плюс два будет четыре, а значит, я ещё соображаю. Меня зовут Лапушка Киров, мне шестнадцать лет и я живу в Питере… Фу-ух, так я всё-таки в норме.» — Хорошо я выспался… С этими словами он заметил, что в углу комнаты лежат чёрные поломанные ручки. Видимо, отец их сломал. «Хотя что-то мне всё равно нехорошо…» Силы будто исчезли. Он ложится на пол и попадает в объятия морфея вновь.

🧊🧊🧊

Глаза вновь открываются, и первое, что он увидел, так это вечернюю темноту. Поднявшись с пола, он проверяет телефон на новые уведомления. Их не оказалось. Попытка не пытка, и эмо бой пытается открыть дверь; всё получилось. В квартире была полная тишина. Придя на кухню, он видит лежащую на полу мать. — Ла. Л. Лапочка. Иди, купи мне… Пиво. Пожалуйста… Видишь, как твоей маме плохо? — Промолвила мать, находясь в избитом состоянии. К его удивлению, он заметил деньги на столе. Взяв их, он сначала подумал о том, куда хочет их потратить, на себя, пока не дошло, что от мамки ему тоже не хочется получить звездюлей. — Окей… Засунув деньги в карман, он заходит в ванную. Подойдя к раковине, он надеется, что в квартире будет оплачена хотя бы холодная вода; видимо, его мольбы были услышаны. Промыв свою рану вместе с волосами, он направился на улицу. Его удивлял тот факт, что Чепуха так ему и не ответил, да и отца не было дома, хотя и слава богу.

💌💌💌

Положив бутыль и булочку с сыром в пакет, тот, попрощавшись со своей знакомой кассиршой, выходит из магазина. Ну и кого же он видит? Правильно! Стоящего Чепуху на улице. На душе стало немного легче при виде его вида. Все проблемы будто бы забылись. Лапушка подошёл к нему и, мягко обняв, упёр своё лицо ему в грудь. — Чепуха-а… — Слабым и скучающем голоском сказал он. Чепуха удивился и, слегка обняв его в ответ, спросил: — Лапушка, а что ты тут делаешь? — Мы можем прогуляться? Мне надо тебе кое-что рассказать… — Можем, конечно… А что с тобой? Ты что, плакал? Почему у тебя волосы мокрые? — Я сейчас отнесу домой то, что купил, а потом мы встретимся у четырнадцатой школы. Хорошо? — Как скажешь… Только обещай, что всё расскажешь. Ты себя вообще нормально чувствуешь? — Всё нормально. Ему не хотелось этого делать, но пришлось отпустить своего друга и быстро уйти домой. Булочку он перепрятал в тот карман ,где у него лежал шприц. Да-да, тот самый шприц, который он нашёл на улице, ведь ему не хотелось, чтобы мать была зла из-за лишнего предмета в пакете. Может она не заметит, если сдача будет меньше? В любом случае, он уже заходит в квартиру, подходя на кухню, к маме; его ждал сюрприз в виде отца. Не став на него даже смотреть, тот вытащил бутыль. — Э-э-й, а мне выпить?! — Спросил отец. В голове сразу пронеслось: «Ну щас опять начнется!», пока мать не сказала: — Да денег у меня нету! Я половину тебе оставлю. Отец разглядел их двоих. Опять тот был в не в настроении. — Лучше бы счета оплатили, а то нас таким образом из квартиры выселят. Теперь оба родителя грозно смотрели на него. Лапушка в недоумении оглядывал их в ответ, пока множество мыслей крутились в его голове. — Сгинь с глаз моих!!! Отец топнул ногой так громко и сильно, что штукатурка посыпалась и разбилась об пол. Сердце забилось чаще, а глаза были напуганными. Не став злить отца, тот удалился из кухни как можно быстрее, но отец шёл сзади него. — Ты опять меня закроешь? — Аккуратно спросил Лапушка, скрывая наступающие слезы. Он не хотел гневать отца и получить ещё больше побоев. — Чтоб не выебывался, а то я смотрю, дюже ты у нас распизделся. Зайдя к комнату, отец закрыл его на замок. «И как же мне теперь пойти на улицу?! Может, написать Чепухе, что я не пойду, но… Я вообще сейчас не хочу находиться здесь! Сама атмосфера тошная! Как же мне хреново… Бесят, бесят все! Чтоб вы сдохли, блин… » Взяв булочку с сыром из кармана и разорвав упаковку, тот сделал первый укус, заедая стресс. Приятно было поесть хоть что-то нормальное, хоть и дешевое. Подойдя к окну и открыв его, он почувствовал, как в лицо сразу дунул прохладный ветерок. Этаж был третий. — Ну, хотя с третьего этажа я уже летал, в принципе… Щас, только булочку съем. Он действительно сдержал свои слова. Доев булочку, ещё постоял пару минут в раздумьях. Зацепившись за ветки дерева и закинув ногу на ветку в попытках залезть на неё, тот свалился. Упал в траву и ушибся, но не особо сильно. — Емаё…! Поднявшись с земли и отряхнувшись от пыли, тот быстро направился в четырнадцатую школу, как и обещал; наверняка Чепуха уже ждал его. Он побежал, чтобы увидеться с ним как можно быстрей и рассказать всё, что произошло. Путь был не особо долгим, так что нарастающее счастье быстро охватывало его. Лапушка хоть и ненавидел школу, но сейчас тот уверенно направлялся к ней, ведь та уже была на поле его зрения вместе с Чепухой. — Чепуха-а! — Крикнул Лапушка, прыгнув в теплые объятия. Чепуха с легкостью его поймал и обнял в ответ. — Ты такой легкий… — Спасибо за комплимент! Лапушка слез с теплых объятий, готовясь к тому, что нужно рассказать своему другу. Настроение сразу поменялось, и стало очень страшно и ужасно. — О чём ты хотел поговорить? Мне хотелось бы сначала узнать, что с тобой. Что с твоими глазами и головой? Лапушка даже не замечает того, как его рука сама по себе тянется к волосам, чтобы потрепать их и потянуть. Отведя взгляд, он сказал: — Меня папа избил! Избил из-за каких-то рисунков! Я ненавижу свой дом, ну я точно умру когда-то от его рук! Ты видишь, что со мной?! Он бил меня о батарею головой… За две недели я получил от него раз девять или одиннадцать… Прости, пожалуйста, если я долго, просто он закрыл меня в комнате, и мне пришлось лезть через окно. Из его уставших глаз вновь хлынули слезы из-за обиды и ужасных воспоминаний. Его пальцы и ноги сильно дрожали, он едва держал равновесие, стараясь не упасть. Чепуха смотрел на него с таким глубоким сожалением. Он хотел его обнять, но боялся, что случайно возьмет его за больное место. Теперь всё объясняло, почему тот был весь в побоях. — Лапушка… — Произнес он его имя максимально мягко и нежно, без намеков на злость или разочарование. — Что-о?.. Чепуха из кармана достает красненькую непонятную вещь, сделанную из стали. Стоп, это что, спиннер? Он протягивает его Лапушке, и тот будто бы совсем поменялся. Грусть сменилась на любопытство. Вытерев слезы, он взял антистресс в руки и крутанул. — Ух ты… — Сказал лапушка, направив все свое любопытство на вещичку. Чепуха умный парень и сразу понял, что сейчас ему лучше успокоиться и не находиться в истерике. Пусть смирится с этим, и они, возможно, поговорят об этом потом, если вспомнят. — Успокаивает? — Да… Он так кружится прям как… Как карусель или спиралька. — Забирай себе. Лапушка взглянул на него с удивленным лицом. — Правда можно? Чепуха улыбнулся и хихикнул от таких действий своего друга. «Кажется, ему это действительно помогло». — Да он от силы стоит рублей двести. Забирай, конечно. — Спасибо, спасибо, спасибо-о-о! Это действительно дорогая для меня вещь. Идём к тебе? — Идём. Ты с ночевкой? — Естественно! Мне действительно нужно задуматься о том, чтобы остаться у тебя жить. — Ну оставайся. — Нет!.. Остальную часть прогулки до дома они разговаривали на разные темы. Лапушка крутил свой спиннер и даже совсем забыл, что хотел помучать свои волосы, пока Чепуха был в спокойствии. Небо становилось тёмно-голубым, и воздух казался прохладным. Интересно, когда пойдет первый снег? Может, и рановато, но все-таки было бы интересно узнать. Придя домой, парни сняли свою обувь, проходя в спальню. Чепуха стоял возле шкаф, а переодеваясь в домашнюю одежду, пока Лапушка стоял с тем же спиннером, крутя его на большом пальце. — А у тебя тот шампунь с лимончиком остался? Чепуха, засунув уличные вещи в шкаф, обернулся и, взглянув на Лапушку, быстро ответил. — Остался. Отложив спиннер вместе с телефоном, тот заявил: — Тогда я мыться. С этими словами он быстренько ушёл. Чепуха лишь пожал плечами: ну не первый раз уже такое происходит, да и что, воды ему жалко?. Он прилёг на кровать и приятно вздохнул. Только сейчас он взял телефон и увидел сообщения от Лапушки и своего менеджера. «Лапушка подождёт». Кликнув на всплывающее окошко, его перенесло в переписку. — Володя, здравствуй. Будешь в ночную смену выходить на работу-у? Я тебе повышу зарплату. Бла-бла-бла… Конечно, согласен.

🍒🍒🍒

Будучи чистеньким и вкуснопахнущим лимончиком, Лапушка развалился на кровати в позе звезды, только вышедшим из горячей ванной. Люстра была выключена, её заменяла светодиотная лента, которая менялась с ядовито-красного на беленький. Чепуха тем временем был на кухне и занимался своими делами, пока его не позвали. — Лапушка-а! Откликнувшись на зов, он нехотя поднимается с приятной кроватки, направляясь на кухоньку. На кухонном столе стояла темная бутылочка красного вина. — Малышня, один раз спрашиваю. Будешь? Теперь его волновало только две вещи. С каких это пор Чепушня предлагает ему винище, и с другой: почему это малышня? — Я чё, дурак что-ли? Конечно, буду. — Неси тогда в зал, а я бокалы принесу. Если эта хрень выскользнет с твоих рук, я буду пить твою кровь! — А я буду и не против… Подойдя к столу, он взял бутылку и унёс её в зал. Каким-то чудом он мог почувствовать слабый, но очень приятный до мурашек запашок винограда со смородиной. — Вот бы были такие духи… Наносил бы их себе ка-аждый день… Поставив винишко на стол, он сел на мягкий диван, дожидаясь Чепуху, который был тут как тут. Он поставил два бокала возле бутылки и сел рядом с Лапушкой. Он улыбнулся и слегка покраснел из-за того, что стало жарковато. — Мы фильм будем смотреть? — Спросил Лапушка, поглядывая то на экран, то на Чепуху. — А ты не хочешь? — Хочу! — Ну вот и всё. Чепуха достал пульт из хрен пойми откуда и включил телик. Зайдя в браузер и найдя какой-то ноунэйм фильм, они начали смотреть его. Ну, это Лапушка смотрел, пока Чепуха разливал темно-рубиновую жидкость по бокалам. Яркий и приятный до мурашек аромат теперь охватывал весь зал. Они оба одновременно взяли по бокалу, сделав глоток. Сочный вкус оказался кислым и с лёгким сладеньким послевкусием. Когда фильм дошёл примерно до середины, то жидкость была где-то чуть больше середины. — Слуша-а-ай, а почему это я малышня? Тебе самому-то скок? Голос Лапушки был расслабленным и чуть-чуть будто бы пьяным. — Мне семнадцать… — Проговорил Чепуха, делая глоточек вина. — Я был… Близко-о…? — Неуверенно протянул Лапушка самому себе. Фильм уже не казался таким интересным, пока два главных героя не поцеловались в губы. Это был их просто чмок, но в голове что-то щёлкнуло и вместо актёров Лапушка представил себя и Чепушню. Представлял такое у себя в голове несколько раз. Он облизнул губы и сказал: — А слабо тебе также? М-м…? На уверенном лице была очень хитрая улыбка, ну тот явно решил повыёбываться — видимо, винишко очень хорошо ударило ему в голову. Чепуха повернул свою головушку в его сторону и, слегка приближаясь к его лицу, уверенно сказал: — А ты не испугаешься?.. С полным удовольствием пронеслись словечки. Чепуха, словно дразня своего друга, растягивает момент с поцелуем… Лапушке это не очень-то и нравилось. Не любил тот ждать даже минуту или более. — Поцелуй меня уже! — Громко приказал Лапушка с недовольной и милой рожей в одно время. Чепуха, лишь усмехнувшись, быстро коснулся его нежных губ, подарив ему первый поцелуй в его жизни. Легкое возбуждение с порхающими бабочками в животе показались очень чувствительным и приятным. Они отпрянули друг от друга. Пристально и смущенно глядели на друг друга, пытаясь понять свои чувства после поцелуя. Теперь уже Лапушка, обняв его шею, начал расцеловывать так нежно и аккуратно, чувствуя нарастающее возбуждение. Чепуха, немного покраснев, промычал от неожиданности, но останавливать Лапушку не стал. После аморального сеанса чмоков Лапушка прижался к нему, чувствуя то как его «друг?» страстно дышит. — И кто мы теперь друг другу? — Спросил Лапушка, не смотря на Чепуху, который вот-вот собирался его заобнимать, зацеловать или… Что он вообще хотел? — Не знаю… Ты мне давно нравишься. — С полной серьезностью говорит Чепуха, будто бы тот вовсе не любовно пьян. Лапушка почувствовал, как ему стало жарче и лицо явно было красным, из-за смущения от его правдивых слов. Он хотел, чтобы этот человек всегда был рядом и тактильно контактировал с ним. Он был единственным, кто мог о нём позаботиться. — Ты мне не сразу понравился, но… Блять, я не знаю! Я вроде раньше не пил, но что-то чувствовал к тебе?.. Лапушка, переставая прижиматься, смотрит на Чепуху. Сидит очень стеснительный и выжидающий чего-то, хотя зачем ему вообще ждать, если можно сделать и сказать всё самому. Явно намечалось что-то очень жаркое. — Получается, мы теперь встречаемся? Господи, я помечу у себя в календаре это число… — Получается, так… Вновь случается очень романтичный поцелуй, из-за которого чувствуется странное ощущение где-то внизу у двоих парней. Такое приятное… — Ты же не против? — Поинтересовался Чепуха, лишь бы узнать ответ. Было понятно сразу, на что Чепуха расчитывал. Тот, в свою очередь, хоть и был пьяным и ни чем не отличался от белого, но согласился. Он наоборот даже обрадовался тому, что Чепуха первый спросил его об этом. Теперь уже было плевать на фильм. Сейчас волновал его парень, на которого хотелось любоваться вечно. Лапушка отсел от Чепухи на достаточное расстояние, чтобы лечь спиной в верх. — Не зря ты меня умничкой назвал. Жаль, конечно, что тут тумбочки нету… — Уж точно не зря. Ненужная одежда теперь прохлаждается где-то на полу. Перед смущающим личиком Лапушки находился значительный и стоящий, как камень, член с венками на светлой коже. «Вот бы такой он вставил мне, да побыстрей.» Влажный язык Лапушки начинает нежно касаться его горячей головки. Добавляя теплой слюны, он неспеша распределяет её язычком по члену сверху вниз, чувствуя приятное дыхание сверху. Заводя рот всё глубже и глубже, понемногу; половина уже находится у него во рту. Горячая рука начинает ласкать и гладить темную макушку, приговаривая Лапушке ни в коем случае не останавливаться. Его это так заводило, что вот-вот и он сам кончит из-за его прелестного шепота. Продолжая мотать головой вверх-вниз уже по всей длине, Лапушка начал постепенно ускоряться, доставляя парню приятное удовлетворение. Как и ожидалось, во рту появилась странная вязкая жидкость, и вкуса у неё не было вообще. Сглотнув её, Лапушка вынул влажный член из-за рта, посмотрев на красного Чепуху, который быстро дышал, продолжая гладить Лапушку. — Ты у кого сосать учился? — Ни у кого. А что? Кое-кому так понравилось, как я доставляю удовольствие? Я заебался… — Ну ты и хуесос, Лапушка. Раздевайся давай. А стой, стой! У меня под кроватью в спальне есть коробочка такая беленькая, там смазка лежит. Принеси. — Как прикажешь. Через пару минут лубрикант лежал на столе, дожидаясь своего выхода. А вся одежда Лапушки, кроме чистых радужных носочков, лежала возле шмоток Чепухи на полу. Его смуглое, худое, но в меру, тело было всё в шрамах синяках и гематомах. Было, конечно, трудно разглядеть, но тот особо пытался и не засматриваться. — Ляг. — Для тебя всё, что угодно, мой бо-ойфренд… Приказ Чепухи был исполнен. Лапушка лежал спиной к дивану голым, дожидаясь действий своего парня, и долго ждать желаемого не пришлось. Чепуха закинул ноги Лапушки к себе на плечи, а сам подвинулся к нему поближе, хитро улыбаясь перед предстоящим процессом. Стало очень стыдно и непривычно, но такое положение его сейчас дико возбуждало. Лежать перед голым красивым беловолосым парнем, который буквально любит тебя — это заставляло Лапушку сходить с ума. Чепуха наклонился к его красному личику и чмокнул его в губы, заставляя Лапушку смущаться еще сильней. По телу прошли приятные мурашки. — Все в порядке? — Ага… Просто алкоголь такая ахуенная ве-ещь… — Согласен? Любимый… Молча Чепуха взял смазку со стола и, открыв её, выдавил на свои пальчики пару обильных прозрачных капель, начав размазывать её по своему члену, не жалея. Много времени это тоже особо не заняло. «Хм, а может подразнить его немножко? Хорошая идея… » — подумал Чепуха. Его нежная и влажная головка начинает тереться о колечко мышц. — О-ой, блин, а что так холодно-то? — Щас трахать буду и… Согреешься?.. Не став мучить Лапушку, Чепуха медленно входит в парня, чувствуя, как тот дрогнул и болезненно простонал. По телу прошлись вторые мурашки, и какие же они были ахуительные. Медленно и без резких движений член входит сразу во всю длину, всё так же не торопясь. Становится ещё немножко больнее, но и очень приятно одновременно. — Расслабься, котёнок… Очень больно? Его слова были такие нежные, как успокоительное. Перед ним лежит такой красивый идеал, как Лапушка, и со всех сил Чепуха держится, чтобы не начать делать резких движений, ведь это принесёт ужасную боль или еще чего по хуже. — Уже нет… Продолжай. — С неуверенностью в голосе отвечает Лапушка. Боль действительно уже пропала, и его тело понемногу начало расслабляться, понемногу доверяя ему своё тело. — Точно? — Уточнил Чепуха на всякий, а то, зная этого красивого, он всё скажет только под конец. — Точно-точно… Продолжай… После его слов тот действительно начал продолжать делать своё дело, доставляя двоим дикое и горячее удовольствие. Вибрирующие толчки начали ускоряться, и по всему залу разносились вздохи с полусладостным стоном двух парней, вместе со шлепками кожи о кожу. Лапушка, выгибаясь спиной, как кошка, не знал, куда себя деть. Эти чувства он ни при каких условиях не испытывал раньше, он даже никогда не дрочил самому себе, на удивление. Его тело было очень горячим и немного влажным. Щечки с кончиками ушей были красные, а чувство того, что он скоро кончит, приближалось. Чужая плоть зашла так далеко и задела что-то, из-за чего тот едва успел закрыть рот рукой, дабы не вскрикнуть на всю квартиру. На уголках глаз появились крупинки слёз, а то место внутри него ещё дико и приятно пульсировало. Думать даже о том, что это такое, не получалось. Все мысли были забиты Чепухой — теперь он будто бы специально начал двигаться так, чтобы задевать эту хрень, которая доводила его до непонятной дрожи в теле. С его члена начала течь семенная жидкость. — Ну ты прям киса. — На выдохе произнося эти слова, он продолжал улыбаться. Какая красивая смуглая милашка под ним задыхалась в громких стонах, выгибалась и дергалась из-за каждого его толчка. Член был очень горячим, и пространство внутри было узким, хотя это было только на руку. Он не мог и взгляда отвести от милашки Лапушки. Как же он его бесконечно любил и приносит сейчас яркое удовольствие. Было жарковато и потно, а непослушные белые волосы будто бы назло лезли ему в глаза. Чепухе никогда не доводилось иметь парня, тем более такого привлекательного, и эти чувства с ощущениями были просто великолепными. Он с Лапушкой даже был чем-то схож. Без всяких вопросов и слов Чепуха резко вытаскивает свой член, кончив. Пальцами он собирает всю свою сперму, а после слизывает со своих пальцев. — Это… Слушай… А ты точно меня не бросишь? Его голосок был слабым и слегка хриплым, но как же красиво он звучал… Лыба с лица Чепухи пропала, но ответить на вопрос он смог. — Ни за что не брошу. Парни громко дышали, пытаясь наполнить легкие воздухом. Приятная пульсация внутри тела ещё была, но постепенно пропадала. Тело приятно дрожало от удовольствия. — У тебя салфетки под рукой? — Спросил Лапушка, оглядывая зал в надежде, что тот найдет хоть что-то своим взглядом. — Зачем? У тебя я есть. После этих слов Чепуха спускается ниже и языком слизывает сперму с низа живота, ну а напоследок заглотил член парня на пару секунд и вынул из-за рта.