Эмо бой — Моя любовь.

— Ты чё про меня сплетни пускаешь? — Спросил Чепуха гневным голосом. Лапушка сильно испугался и удивился от громких заявлений в свой адрес. Он встал на ноги и обернулся. «Какие ещё сплетни?» Думал Лапушка, чувствуя то, как его пальцы с коленками начали дрожать. Шатким голосом он ответил: — В смысле? Какие сплетни? — Уточнил Лапушка, глядя в его глаза. — В корамысле блять. Ну ты и тварь не благодарная. Я значит тебе кольца дарю, покупаю всё, а ты так ко мне относишься? О, тварь... — Его злой голос стал более громким. От его слов у Лапушки чуть ли не потекли слезы. Будто бы острым ножом ранили в его хрупкое сердце, и оно раскололось на мелкие осколки. Лапушка действительно ничего из этого не делал и ничего не понимал. Его тело дернулось несколько раз. Пальцы заметно дрожат вместе с ногами. — Кто тебе такое сказал? — чуть ли не плача, смотрит злому Чепухе в глаза. Голос Лапушки был полностью пропитан дрожью. Тревога снова начинает делать своё дело. Злые мысли накрыли его голову. — Ты даже не хочешь признаться! Ну нахуя я вообще выходил работать, как тогда?! Как же я тебя ненавижу... — Я правда не понимаю... Чепуха, успокойся пожалуйста, ты меня пугаешь... — Со всех сил он сдерживал слезы, так сильно, что у него заболели глаза. — Сам блять успокойся! — Очень эмоционально прокричав, он явно не хотел просто стоять на месте, казалось, что атмосфера только наколялась. От злости он аж по бледнел меры нет. Сжал кулак так сильно, как только мог и замахнулся на без защитного Лапушку. От страха тот перестал дышать, и слезы начали течь по его щекам. Чепуха сразу напомнил ему разгневанного отца, который поднимал на него руку почти каждый день. Лапушка уже отвык от побоев за такое время, но привыкнуть к ним как раньше не удалось. Единственное, что он мог крикнуть до удара это «Чепуха нет!» Резкая и страшная боль появилась у него в правом слепом глазу. Как же стало ужасно на душе. Стало так больно, что вся голова заболела и начала пульсировать. Думать было невозможно. Лапушка взвизгнул от ужасающей боли, из-за чего сделал пару шагов назад. Взялся за больное место, тихо плача. Он попытался взглянуть на Чепуху, но тот уже исчез. Лапушка упал на колени, держась уже двумя руками за больной глаз. Он прикусил губу до крови и зажмурил свои влажные глаза. Прошло так минуты две, пока он не пришёл в себя. Боль слегка стихла, но пульсировала так же. Голова не кружилась. Он услышал сзади себя смешок и обернулся. Он увидел Никиту с очень довольной улыбкой на лице. — Чего тебе? — Спросил Лапушка, шмыгая носом. Он молча подошёл к Лапушке и своей ладонью начал его гладить, будто бы успокаивал. Он соизволил хоть что-то сказать. — Вот Чепуха тварь, да? Ты не бери в голову. Успокойся... — Его голос был нежным и очень успокаивающим, будто бы он стал лекарством, а Лапушка был болячкой. Лапушка вспомнил те слова Чепухи о том, что Никите вообще нельзя доверять и оставаться наедине нельзя, но как же сейчас было похуй на его слова. Чепуху он теперь ненавидел всем сердцем и их любовь наверно была сожжена за секунду. — Я теперь ненавижу его. Мне так больно! Он ударил меня по глазу, но почему-то болит что-то внутри меня... — Ну всё-всё успокойся. Лапочка пойдем со мной? — Его голос стал более успокаивающим. — Куда? Куда Чепуха ушёл? Если домой, я не хочу возвращаться туда. — Он взглянул на дом пару секунд и сразу же отвёл взгляд. — А мы и не к нему. У меня свой дом есть, там хоть и позабочусь о таком никчемном, как ты... Идём? — Да куда угодно... Только не к Чепухе, я его видеть не хочу. Никита поднял его на ноги и сильно сжал его запястье. Он начал быстрым шагом идти в сторону других домов, смотря по сторонам. Для Лапушки это место было совсем незнакомым. Вдали, куда они направлялись, он заметил заброшенные поломанные дома. — Никита, мне кажется, я немного не успеваю... — Устало и резко дыша, сказал тот, будто бы бежал пару минут назад. — Ничего потерпишь. Скоро тебе не придётся так быстро идти... — Тембр его голоса с спокойного сменился на более холодный и тихий. — В каком смысле? Подожди, мы точно к тебе идём?! — Спросил Лапушка, начав боязно оглядываться по сторонам. — Молчи. Главное, что мы идём туда, где нет Чепухи. Что ты так переживаешь тогда? — Тогда можешь хотя бы отпустить мою руку? Мне больно! — Замолчи. — Суровым тоном сказал Никита, лишь сильнее сжав его слабое запястье. Они зашли на участок какого-то дома. Окна были заколочены, крыша цела, а на двери висел замок. Он вспомнил тот самый шприц и видимо сейчас был его шанс, пока он не завёл Лапушку в развалюху. Достал его вынул зубами колпачек и воткнул Никите в руку. Тот от страха крикнул и резко вынул шприц, кинув его в сторону. Лапушка пытался выбраться из его хватки, но Никита навалился на него сверху и рукой сжал его тонкую шею своими руками. Из глаз Лапушки пошли слезы, он пытался кричать, но свободной рукой он закрыл ему рот. Ник выглядел серьёзно, ему приходилось осматриваться, дабы их никто не увидел. Лапушка потерял сознание когда понял, что сил сопротивляться уже нет.

🖤🖤🖤

Голова внутри гудела, глаза болели так, будто бы он рыдал целый день без передышки. Его тело было влажным, и он явно находился в подвальном помещении. — Никита?... — Слабым голосом позвал его Лапушка. Он услышал тихий шорох в ответ, а потом и вовсе знакомый голос. — Ага-а. С пробуждением. — Ответил Никита, в его голове чувствовалась улыбка. Страх и паника начала делать своё дело. Тело начало дрожать, а голова будто бы слегка закружилась. Он сел на холодный пол и дернул ногой, когда понял, что на ней была цепь. Лапушка находился сейчас в холодном и сыром подвале. На душе стало так гадко. — Господи! Что я тут делаю?! — Резко дыша, спросил Лапушка, оглядываясь по сторонам. — А сам догадаться не можешь? Или мозгов не хватит и тебе всё говорить надо? — Никита, выпусти меня отсюда! Это не смешно! — Кричал Лапушка, надеясь, что кто-то его крик услышит. Тот проигнорировал его слова. Взглянул на него и приказал встать, а иначе поднимет силой. Лапушка так и сделал, но кто знал, что следующее действие будет более жестким для него? — Закатай рукава, а хотя... Лучше снимай свитер. — А что ты собираешься делать? Не буду я ничего снимать, тут и так холодно! Зачем ты всё это делаешь? Ты понимаешь, как мне сейчас плохо? Понимаешь, да? Давай ты меня отпустишь, а я никому не скажу... — После этих слов лицо Никиты стало очень недовольным и злым, это было сильно заметно по его голубым глазам. Он начал ближе подходить к Лапушке, нагоняя страх. — Не трогай меня! — После этого крика Лапушка получает сильный удар по щеке. — Снимай лучше ты, пока я не помог. А то прям сейчас тебя тут и зарежу. Свитер валялся на полу. В руках Никиты красовался ножик, перепачканный свежей кровью. Раны были не очень глубокими но и царапинами они не являлись. — Отпусти мою руку, мне больно...! Ты слишком сильно её сжимаешь! — Да заткнись уже! Никита вновь резко резанул по загорелой коже, и кровь из вены полилась фонтанчиком, пачкая пол. Лапушка закричал от ужаса, который с ним приходил, но видимо Никите надоело его затыкать. Он засунул ему два пальца в рот прямо в глотку, сразу же появилось чувство тошноты, он мычал и плакал, пока Никита не вытащил пальцы, он обтер их о свою футболку и сделал ещё разрез на коже, который начал заливаться кровью. — Никита, мне плохо... Хватит, пожалуйста. Отпусти, я никому ничего не скажу. — Умолял Лапушка со слезами на глазах. Вместо ответа Никита повалил его на пол и уселся на его живот. Испачканное кровью лезвие ровно и слабо проходило по шее и плечам. Спина после падения болела не так сильно, как его свежие раны. Ему хотелось спать и с каждой секундой этого хотелось всё больше и больше. Никита это видел и начинал бить по щекам, не давая ему отключиться. Будто бы убивать сразу не хотел, он желал кровавых игр или чего-то такого. — Чё ты уже засыпаешь? Даже такое выдержать не можешь... Трясешься весь, будто уединился с несколькими мужиками на часик. — Вообще перестань говорить о таком, мне не приятно! Отпусти меня уже! Ты даже не задумываешься о последствиях?! — Крича Нику в лицо, он пытался выбраться, но сил ему не хватало. — Если бы ты только знал, как мне похуй, что будет со мной потом. Моя ревность сильнее, чем страх перед будущим. — Какая ещё ревность? Что вообще бошкой ёбнулся?! Хотя видимо так и есть... — Он вздохнул и тихо пискнул, когда вновь почувствовал холодное лезвие на коже. Никита молча поднялся отошёл от него и достал из кармана небольшую темную стеклянную баночку, зубами вытащил крышку и облил Лапушку этой жижей. Она мгновенно начала жечь его свежие раны и даже немного капель попала в рот. На вкус было очень горько, она будто бы горела во рту. — Зато твои крики такие громкие. У прошлых ребят я такое не замечал... — Сказал тот, убирая пузырек обратно. Он наносит ему последний удар по животу с помощью ноги. Рыдать во весь голос уже почти не было сил, его сердце бешено билось, и болела голова, сон тянул к себе, а крики были очень громкими, но это не надолго. Маты и очень приятные пожелания в сторону Никиты были такими же громозвучными. — Харе орать уже, голова болит от тебя. Спирт это был спирт. А то подумаешь, что яд какой-то. У меня просто его не оказалось. — С каплей грусти признался тот, говоря последние слова. — Сука лучше бы он и был! Как же я вас двоих ненавижу. Тебе вообще нужно в дурку, чтоб мозги вправили! И что ты вообще имел в виду, когда говорил о других ребятах?! — Если ты сейчас не заткнешься, я позову своих мужиков и тебе даже будет страшно представить, что они с тобой сделают... Убьют или изнасилуют, я уж не могу знать, что у них на уме. Ты поверь мне, я таких знаю. Так что заткнись уже! У меня нервы не железные. В отличии от твоего любимого Чепухи... Лапушка закрыл свой рот ладонью и зажмурил глаза, лишь бы не издать и звука. Сон почти завладел его разумом.

💫💫💫

Прошло неизвестное количество времени, и он просыпается из-за того, что Никита бьет его по лицу и груди с ноги со всей дури. — Что ты делаешь!!! Хватит пожалуйста! Я не могу больше не могу! Зачем ты пришёл?!!! — После его крика последовал громкий и сухой кашель. — Ну вообще проверяю, жив ты или нет, а так... — Он ударил его так сильно по лицу, что из его носа пошла кровь, — Постебаться захотелось и поиграться. Кстати, кровь быстро остановилась из-за спирта, спасибо мне скажи лучше. — Я тебе ничего говорить не буду!!! — Ну и зря... — Сказал тот, после чего улыбнувшись, ему что-то приходит в голову. Он встал своей ногой на его грудь. Взял маленькую свечку и зажигалку из кармана. Поджег фитиль и стал дожидаться, пока воск начнет плавиться. Через небольшой промежуток времени капля за каплей начали попадать на чужие загорелые руки. Он дергался, дрожал, вытирал этот горячий воск, если получалось и умолял остановиться. — Сколько я вообще спал?! Сколько времени я тут нахожусь?! Я хочу домой! Я же умру тут!!! Ты слышишь меня?! — Он, пытаясь убрать горячую каплю, лишь обжигает пальцы. — День ты проспал и слышу я тебя прекрасно. Уже уши болят тебя слышать. Всем на тебя всё равно, так что помощи не жди, нас тут никто не найдет. Ты лучше посмотри на этот огонёк. Красивый, да? Он наклонился и поднес свечку почти к его лицу. От страха тот кулаком её ударил и теперь это было похоже на размазню. Это была последняя капля. Никита гневно выдохнул и сказал с ненавистью. — Я тебя понял. Перестав издеваться, он ушёл из подвала, громко закрыв за собой дверь. Лапушка швырнул остатки свечки подальше от себя, пытаясь думать о том, что будет дальше. Последнее, что он потом видел, так это Никиту с каким-то мужчиной.

🖤🖤🖤

Прижавшись к стене спиной, он кусал свои пальцы, оставляя полосы на ногтях, убирая черный лак. Мыслей было миллион, в основном о том как он выжил и о том, как же было мерзко. Ужасно болело всё тело. Если бы по обещанию пришла вся толпа, то он бы не выжил и это точно хотя может оно было и к лучшему? Последних сил хватило на то, что бы одеться. — Ты чё оглох?! — Спросил Никита после того, как его довольный друг только ушёл. Он не слышал, а если даже и слышал, то не мог говорить. В горле будто бы был ком, да и голос уже был сорван. Чтобы привести его в чувства, пришлось с ноги ударить его по голове, но Лапушка лишь отключился или просто прикрыл свои глаза, хотя скорее всего был в очередной отключке. Когда очнулся, то вместо Никиты уже видел перепуганного Чепуху, у которого глаза были на мокром месте. Дверь в подвал свободно оказалась открыта на распашку. — Лапушка! Лапушка! Живой! — Кричал Чепуха, продолжая трясти Лапушку, не веря своим глазам. Он глядел на Чепуху с испугом. Начал резко дышать и отодвигать, что вызвало недопонимание. — Лапушка, ты что? Это же я... Господи, что он с тобой сделал... — Его перепуганный взгляд был на теле Лапушки. Особо он ничего из ран не видел, но его лицо было в синяках. Лапушка молча поднялся с пола и взглянул на свою ногу. Цепи уже не было, а сзади Чепухи валялся ножик, наверняка с помощью него его нога была освобождена. Молча и с тем же страхом выбежал из подвала прямо на улицу, где заметно ощущался холод, а он совсем без обуви да и одежда больше домашняя на нём была. Он чуть ли не влетел, в Клубка который стоял с волнительным лицом. Когда их взгляды встретились, он удивился и хотел что-то сказать, но возле Лапушки появился Чепуха. — Лапушка подожди! Не уходи! — Его голос дрожал. Чепуха только хотел прикоснуться к Лапушке, но тот толкнул его своим плече, хоть и тихо, но не довольно сказал. — Отвали... Отстань. Никита придет и убьет меня сейчас... — Он оглядывается, пытаясь понять, где сейчас Никита. — Обижайся на меня, сколько хочешь, но давай хотя бы на время ты забудешь об этом. Ты своё лицо видел? Тебя в порядок привести надо, пожалуйста, дай мне тебе помочь! — Как скажешь... Только пусть меня на руках Клубок несёт, я сейчас упаду... — Своими усталыми глазками он глянул на Клубка, который смотрел на него с пониманием.

🩹🩹🩹

Его свежие раны были обработаны зелёнкой и закрыты плотными пластырями. Пока Клубок молча нёс его до дома, Чепуха спрашивал обо всём, что случилось, когда Лапушка был в подвале. Он говорил обо всём, кроме того износа. Было мерзко, ему не хотелось ехать в больницу и лечиться в этой атмосфере, где пахнет таблетками. Неприязнь к Чепухе почти пропала, но синяк после удара остался как шрам на душе. В тот же день он сидел на диване, пялился в стену и пил сладкое кофе, которое сделал Клубок. Он не особо разговорчивый да и любит сидеть дома, гоняя в доту со своими парнями, зато хотя бы уважает других, он пару раз спрашивал, как Лапушка себя чувствует и после очевидного ответа сказал, что не будет мешать и как обычно закрылся у себя. Разговор этих двоих продолжился в зале на диване. — А где Катюшка? — Спросил Лапушка, не отводя взгляда от стены. — С бараном этим разбираться уехала. А вообще, как ты? — С легким волнением в голосе спросил Чепуха. — Ты уже какой раз спрашиваешь? Десятый? — тяжело вздохнул, он глянул на Чепуху, который сидел рядом. — Ну я же переживаю... Я блин ночами не спал, когда протрезвел... Мне до сих пор стыдно... Ненавижу его. Просто ненавижу. — Зачем ты вообще пил эту дрянь? — Поинтересовался Лапушка, делая очередной глоток кофе. — Неважно, я не хочу об этом говорить. Я перед тобой на коленях стою, ну прости пожалуйста, я не контролировал себя, я всё что хочешь сделаю, прости только... — Прощаю... Ты это тоже говорил много раз! Как вы меня нашли? Никита сказал, что меня никто не ищет... Я никому не нужен... Если пропал Лапушка, то и все проблемы тоже... — Лапушка, нельзя так про себя говорить. Лучше меньше барана слушай. Сначала твою пропажу Клубок заметил, хотя сам он выходит из комнаты редко, а потом сказал Клубничке. Они вместе искали тебя, но когда не нашли, подняли тревогу. — А где ты был в это время? — Лапушка знал ответ, но не хотел сидеть в тишине. — Спал, пытаясь придти в сознание. Ты б знал, как я теперь ещё сильнее ненавижу его... Это он всё устроил. А я так легко взял и поверил ему. Обиделся, как сука, выпил и начал хуйню творить. — Чепуха. — Сухо произносит он, сделав новый глоток горячего кофе. — Что? — Он трет свои красные глаза, ожидая ответа. — Успокойся-я. Кофе выпью и пойду спать лягу, чтобы не забивать тебе мозги. — Он улыбнулся.